Глава 11
2 апреля 2023 г., 13:57
«Недоразумения повсюду, и чем чаще ты выбираешься в люди, тем больше их случается».
Артур Дрейк (Фраза Чарли Бродячие Штаны)
— Там, кажется, кто-то в дверь стучал… Чимин-а! — Я тебе что, швейцар? — Это как бы твой дом! Скоро будет… — Отвали, Джин-и! Я спать хочу! Джин полежал ещё с минуту. И решил, что ничего страшного не случится, если он прошмыгнёт на кухню и стащит хоть яблоко. Натянув футболку и домашние штаны, он босиком потихоньку пошёл в сторону гостиной, откуда были слышны голоса. Чтобы, незаметно проскользнув арочный проём, добраться до кухонных припасов. Что ж так хотелось всё время есть? В тот самый момент, когда он появился на «открытом пространстве», взгляд Хосока, который стоял лицом к нему, стало таким смешным, что сидящие на диване посетители тоже обернулись к застывшему соляным столпом омеге. В тот момент, когда Намджун начал подниматься с дивана, стоило ему увидеть босоногого растрёпанного Джина, Хосок понял, что шутки закончились. Альфа практически перестал себя контролировать и уже только на одной выдержке, напрягая шею и сжимая ладони в кулаки, отвёл взгляд от омеги, чтобы, оскалившись, повернуться к Хосоку… — Успокойтесь, Намджун! Но альфа его уже не слышал. Инстинкты сейчас были настолько сильны, что лоск цивилизованности вот-вот готов был с него слететь… Спас всех Чимин, который с закрытыми глазами топал следом за Джином и врезался в того, стоящего под «перекрёстным огнём» альфьих взглядов. — Чимин-и, солнышко моё, в какой общине ты состоишь? Я забыл название? Чимин же застыл рядом с Джином и даже прикрыл ладошкой рот, как только рассмотрел посетителей. Он уставился на Юнги, который выполнял обязанности компаньона-телохранителя при Намджуне. — Чими-и-и-н-и… Со-о-олнышко… — Юнги передразнил Хосока. — Ты уже жопу свою тут пристроил, шустрик? Злоба, которая сквозила в интонациях молодого спортивного альфы, могла сравниться только с яростью, направленной на говорившего со стороны хозяина дома. Драки посреди гостиной, скорее всего, было бы не избежать, не появись с альфьей половины старик Ким. Грозный дед в мгновение оценил происходящее. — В комнату! — он указал омегам в сторону их спальни, — На выход! — приказ был дан и альфам, — Все!!! — прозвучало отдельно для ощерившегося Хосока. Как дирижёр, дед разрулил всю увертюру и теперь, довольный, смотрел, как парни, подчинившись его доминирующим нотам, сдерживаясь изо всех сил, рассосались по указанным им направлениям. Но стоило только хлопнуть входной двери за молодыми альфами, как звуки драки не заставили себя ждать. — Кто там шумит? — Ныль, который прекрасно себя чувствовал после того, как одержал победу над приставшей к нему болезнью, был спокоен и безмятежен, ведь рядом те, с кем ему хорошо, и он был доволен жизнью. — Молодёжь… Не умеют пока драться молча. Вот счас прикусют языки, тогда… Тишина за дверью заставила деда вскинуть указательный палец вверх, а Ныля утвердительно качнуть головой. Хосок, закрывающий одной рукой глаз, а другой со всего размаха захлопнувший дверь так, что тигр чуть не опрокинулся на курицу, прошёл мимо стариков с гордо поднятой головой: чтоб кровь из носа не заляпала полы. — Ныль! Чаво ты встал, как в театре? — дед одёрнул разинувшего рот приятеля, который неотрывно смотрел вслед племяннику. — Пошли есть! У нас режим! — Может, ему помочь надо? — Вон помогальщик бежит, — старый альфа кивнул на проскочившего мимо них Чимина…***
— Хосок-и, дай я посмотрю? — Чимин боялся коснуться умывающегося холодной водой альфу. — Я только посмотрю и сразу уеду… Хосок повернулся к омеге, придерживая один мокрый конец полотенца у глаза, а вторым концом зажимал кровоточащий нос. — Надо газету приложить… — Глаз у меня видит. Просто синяк будет. Не надо газету. — Надо намочить газету и приложить. Мы так в приюте делали… Хосок убрал полотенце от глаза, а Чимин в этот самый момент зажмурился от страха. Альфа притянул его к себе. — Этот боксёр… Он как-то дорог тебе? Омежка вжался в голую грудь альфы, который стащил с себя грязный пуловер, и отрицательно качнул головой: — Только Джин-и, харабоним Ким и ты… Альфа хмыкнул и уселся на высокий пуфик, который стоял перед большим зеркалом ванной комнаты, утягивая с собой омегу. — А куда ты хотел поехать? — Домой… Губы Чимина предательски начали дрожать, пока их не накрыли другие — тёплые и нежные, которые прошептали: — Ты же дома, маленький… Как бы не было уютно в крепких и надёжных объятьях, у Чимина было тяжело на душе. — Перед тем, как приехать сюда, я жил у Юнги и был его парнем… Ну, я так думал. А потом, когда сказал ему, что ухожу от него… — Он не хотел тебя отпускать? Чимин пристально посмотрел на альфу, а потом прошептал: — Он смеялся и сказал, что никому я такой не нужен. У меня были отношения… Не только с Мин Юнги. — Он ошибся, Чимин-и. Такой, как ты, очень нужен мне. — Очень больно? — омега невесомо дотронулся пальчиком до скулы альфы, боясь коснуться наливающегося под глазом кровоподтека. Хосок хмыкнул. — Стоило отпустить обслугу и охрану к семьям отпраздновать Соллаль, и мне тут же прилетело в драке, как уличному мальчишке. — Это я виноват… Чимин свесил голову, а альфа двумя пальцами за подбородок приподнял ему лицо, заставляя смотреть себе в глаза. — Виноват ты теперь можешь быть только передо мной. Все остальные тебя не должны волновать. Я разберусь, хорошо? Омежка кивнул и теснее прижался к альфе. — А ещё у меня есть к тебе деловое предложение, Чимин-и… Давай прямо сейчас поедем в Сеул? — Зачем? — Ты должен посмотреть, понравится ли тебе городской дом? И проверить… Удобная ли в хозяйской спальне кровать? Ммм? И впервые маленький омежка, прошедший через такие трудности, которые многим и не снились, привыкший к своей нелёгкой жизни, когда ждать помощи не от кого, глядя в лицо альфе, который после выброса адреналина сделал вполне предсказуемо неприличное предложение, сказал твёрдое: — Нет.
