Легкий Путь

      В преддверии яркого и шумного праздника, что вот уже должен будет официально начаться через несколько минут, факт чего конечно не мешал некоторым личностям, особо пристрастным к алкоголю - отмечать его раньше. Мы с Кали решили прогуляться по разноцветно освещенным улицам деревни, дабы развеять душно томное ожидание.       Вечер близился к позднему, с заката что и виделось, так это оставшийся расплывчатый кусочек солнца, пытающиеся изо всех сил выдать свои последние утепляющие лучи, покрывающие земную гладь. Дома на половину уже были сокрыты полупрозрачными тенями, образуя одновременно картину некой неполноценности, и красоты в духе любителей рыжего леса. Погода оказывала благие новости о сегодняшней ночи, ибо небо было чистым, словно затемневший океан, а земля суха, как бруски для топки печи, пока общее настроение поселения, с первой точки зрения, так же оказывало доверие к грядущему веселью.       С Кали, я держал направление нашего пути случайным образом, поскольку, пока чем-то заняться, было нечем, потому нашей целью прогулки стало простое и предвкушающее, легкое наслаждение видом преобразившейся деревни на праздничный лад. В какой-то момент, Кали резко остановилась, и отстранилась от моего авто-пути, рванув куда-то в сторону одного из множества таких простых, но притягательно уютных домов. Естественно, вначале не понимая подобного маневра, но скоропостижно собравшись с мыслями, и направившись за нею следом, я вскоре сомкнулся с плечом подруги.       Оказавшись пред тонким и сомнительным на первый взгляд, но на самом деле удобно сконструированном стуле, на котором сидела пожилая зверолюдка вида овец, я в первые секунды по неизвестной ни для кого причине, пристально осматривал сложившуюся особу, будто бы копаясь в попытках ее изучить или проанализировать - вновь, кому это было нужно, лишь одной моей бедной голове было известно.       Тут из парадной двери дома вышел цветасто раскрашенный зверолюд бараньего вида, щеки его белой продолговатой морды покрывала пара круглых пятен розового цвета, глаза были подкрашены темно синим, а голые руки замаскированы ровно распределенными полосами ярко красного оттенка, заставляя думать, что это длинные рукава. Закрыв за собою дверь правой рукой, ногти которой, как и на левой, были окрашены в светло-зеленый, в последствии он обратил на меня с Кали свой безобидный взор, после начав неспеша спускаться по ступеням с крыльца, к пожилой зверолюдке, место расположение которой было уже за границей дома, тем не менее, очевидно близь к нему - возможно для более комфортного наблюдения за происходящим на улице. Вид этого зверо-человека заставлял о нем думать, скорее именно как о "зверьке", ведь и обладая мужским началом, он казался слишком мягким, как можно было говорить о его нежном внешнем виде, так и о характере. Ведь только, Кали хотела дружественно обратиться к зверолюдке, как последняя заприметив появление барана, сразу как на иголки села. - Фиери! Принеси мне сигару! - внезапно с повышенной и указательной интонацией промолвила та. - А.. Д-да, сейчас. - робко последовало ей в ответ, со стороны казалось бы уже взрослого, но все же не обманувшего по своему внешнему виду, говорящему о его натуре, зверолюда по столь же воздушному имени.       И вскоре вновь скрывшись в доме, двери которого пришлось заставлять повторно проигрывать еле слышный, однако все так же режуще неприятный звук скрипения, пожилая зверолюдка сразу обратила свое внимание на стоящих пред нею девочку с мальчиком в необыкновенных нарядах. - Ох, детишки, чего хотели? - Здравствуйте бабуля Коса, мы тут прогуливались просто неподалеку, вас вдруг увидели и решили подойти, узнать как дела. - с ниоткуда взявшимся энтузиазмом начала яркая, пламенная и общительная Кали. - "МЫ решили подойти, что значит - приняв обоюдное решение...?" - продолжил я, но только уже в своей голове, пребывая на данный момент в роли наблюдателя. - Вот как, значит. Ну дела неплохи, как никак совсем скоро мы начнем отмечать праздник нашей расы, коль в прошлом году это не удалось. - проговорила зрелая зверолюдка Коса, взяв небольшую паузу в три секунды, а затем решила продолжить. - Только вот, Фиери все, черт его побери. Нарядился как девица-шут какая, размалевал всего себя - детишек ему нужно будет развлечь, народ окружной. А отец его был каким: высокий, сильный. Хоть вид наш и не воинственный, но он любого недруга был способен прогнать. Великие дела творил на этих землях. А Фиери, не хочу я плохо о нем судить, но парень он слабый, неряха, самку пойди насильно к нему приведи, что уж говорить о самостоятельной жизни. Мало того, так внешне вышел как люд какой, что под обликом "секунэ", что так, малышня переросшая. - очевидно, выстроился сплошной монолог из уст пожилой овцы на почве своего возраста, придавшего характеру дамы строгость и вечное неудовлетворение. - Простите. А что за облик секунэ? Бабуля Коса? - все же решила поддержать Кали монолог пожилой овцы, при этом смекалисто перенаправив его тему, взятую из контекста, в иное русло. - А ты не знаешь.. Это же наше второе обличие, в людишек можем мы превращаться. Конечно не полностью, мы лишь принимаем их внешние черты - ни шерсти тебе, ни клыков. Бестолковый навык, но присущий нам всем. Тут уж ничего не поделаешь. - говорила она, словно презирая то, что было даровано самой природой, дело кажущееся безобидным, но лично ей не по нраву. - Точно! А я ведь слышала об этом часто, но вечно забывала. А вы не покажите нам? - просила Кали, с загоревшимися, от резко подпрыгнувшей планки заинтересованности, глазами, в коих будто бы вспыхнула звезда, плотно давящая на уступок со стороны пожилой овцы, дополняя свой вид приподнятыми вверх, и прижатыми к груди руками. - Нет. - кратко и четко проговорила Коса, своим важным выражением лица, явно давая понять, что более просить об этом ее не стоит. - Нету у меня ни сил, ни желания в люда обращаться. За этим уж к Фиери идите. - Кстати, я еще слышала о Суало... - резко прервалась Кали. - Нет! - восклицая прервала Коса девочку. - Что ж язык свой так развязала. Сразу ясно, что спросить хотела. Только передо мной это слово не говори, проклятие это, поняла? - очень неясно и загадочно говорила она, будто бы их сейчас подслушивают где-то за углом. Хотя, быть может все дело заключается в нечто личном. Узнавать подробности об этом, явно было бы чем-то лишним.       И как только Кали хотела извиниться перед Косой, из их дома снова вышел молодой Фиери. Через мгновение, оказавшись возле, как можно было подумать, своей матери, он протянул сигару женщине, которую та вскоре раскурила. Для меня с Кали, картина курящей Косы казалась чем-то не здоровым, однако женщина хоть и была по своей сути стара, если уж и говорить по годам, но внешне представляла из себя образ "опытной матери". В целом, процесс старения зверолюдов достаточно необычен: живут они от трехсот до пятисот лет. И если обычно, жизнь представителя почти любой расы делиться на четыре этапа: молодость, подростковый возраст, зрелость и старость - то зверолюды, которым исполнилось хоть четыреста шестьдесят лет, будут выглядеть как настоящие высушенные старики, лишь в оставшиеся сорок лет. В случае с Косой, ей триста сорок лет, внешне сохранилась она неплохо, однако сил у нее кажется с возрастом действительно поубавилось, что и говорит о ее раннем нежелании устраивать представление перед ребятней в лишний раз. - Здравствуйте, ребята. - мягко и располагающе произнес Фиери своим теплым, таки обогревающим, голосом. Приподняв правую разукрашенную руку, он выразил легкий знак приветствия. - Ребят, вы наверное идите, уже стемнело, время праздника пришло. Нам уже всем нужно пойти, да развлечься. Не будем застывать до завтра на одном месте. - проговорив это, в конце Фиери выразил неописуемо доброжелательную улыбку, заставившую Кали с Наме на секунду ощутить покалывание в своих сердцах. Из-за совокупности нежного внешнего вида этого зверолюда, тональности его речи и формы голоса, любое его действие или слово были будто бы незримым колдовством, влияющим на восприятие его собеседника. Но, слова его были действительно верны. - А ведь правда. - кратко отметил я.       Мы с Кали подняли свои головы вверх, дабы узреть бескрайнее небо, что вот уже было окрашено по большей своей мере в черный тон, а означало это начало долгожданного праздника. В следствии чего, вместе с Кали, мы поспешно попрощались с Косой и Фиери, удаляясь в сторону широких центральных улиц деревни, с каждой секундой увеличивая свой темп ходьбы, который вскоре перерос в полноценный бег - создавая тем самым, небольшое и игривое соревнование между мной и Кали, вплоть до момента, пока мы не достигли своей точки назначения.       Улица была прекрасной, множество жителей блуждали тут и там, заполоняя собой большую часть пространства, однако на удивление, каким-то образом никому ни разу не мешая. Целые ряды прилавков, за которыми стояли местные обменщики, мастера по разным направлениям ремесла, а так же повара: денег трать, хоть то, что за всю жизнь накопил. Вкусная по всем параметрам еда, так и притягивающая твой заинтересованный одурманивающим запахом нос. Бесконечное множество различных подделок высокого качества, немыслимое разнообразие тех или иных видов одеяний. Порой даже встречались лавки с более уникальным набором товаров, как амулеты с ожерельями, или полноценные доспехи с декоративным оружием.       С Кали мы взяли себе по морозке, редкой, несытной, но очень вкусной пище, представляющей из себя сладкий лед - а редкой, потому что на всю деревню его рецепт знал лишь один эльф, по имени Таска. Мои вкусовые рецепторы до сих пор может и молчали, что вновь заставляло меня нервничать по этому поводу. Но оправдывая это, мыслями на уровне - "Может у меня что с языком приключилось, а я и позабыл совсем..." - я не мог не поддержать совместное употребление лакомства со своей лучшей подругой. Мне же удалось прихватить с собой еще пару амулетов, ибо в моей семье это было одной из основополагающих вещей в доме, а Кали прихватила игрушечную фигурку выструганную из дерева. - Наме, знаешь, по образу кого сделана эта фигурка? - Нет. - Кратко ответил я, заинтересованно взглянув на деревянную подделку в руке девочки, при этом стараясь не отвлекаться от употребления сладкого льда, дабы он скорее закончился и освободил мне руку. - Она сделана по образу одного из имперских героев, что не так давно решил уйти в церковь. Он великий, я даже слышала, что он вроде как демон, представляешь? Но я считаю, что это глупости. Зачем какому-то демону помогать другим людям? Он же ведь в церковь даже пошел, что за дурак мог такое выдумать. - говорила она с нахмуренными бровями, не снимая своего сверкающего от надежды и веры взгляда, с фигурки в своих руках. Создавалось мнение, что Кали испытывает смешанные чувства в данный момент, ведь она еще не так взросла, и подобное мнение других людей о ее, кажется любимом герое, может сильно обижать неокрепший ум.       В свою очередь, я не проявлял какой-то реакции после, в течении пяти секунд. Но, собравшись с мыслями, я положил руку на плече девочки, не сбавляя темпа нашей пешей ходьбы по просторам широкой и ярко освещенной улицы. - Я думаю так же, все люди, которые разносят сплетни - глупцы. - После чего, я широко, во всю свою пасть, до состояния сокрытия глаз, улыбнулся ей. Кажется это смогло привнести спокойствие, и моя столь простая, но важная для нее поддержка, позволила ей обернуть все плохие мысли в небытие. - Хм. Точно, сегодня же будет сценка, и Таска будет выступать в главной роли. Совсем забыла! - задорно хмыкнув вначале речи, после с восклицательной и не менее заводной интонацией проговорила она. Взяв меня за руку, чуть ранее вернувшуюся с ее плеча в обратное положение, она резко тронулась с места, потащив меня за собою как шарик на веревке.       Через несколько минут, мы уже сидели на одной из несколько скамей, длина которых примерна к пятнадцати метрам. Скамьи были расположены в виде лестницы, с самой первой и самой высокой, каждая последующая располагалась ниже предыдущей на оптимальную высоту, позволявшую зрителям свободно и с комфортом наблюдать за сценой. Сцена же представляла из себя прямоугольную площадку, размерами в пять метров ширины, и семь метров длины, покрытую закрепленным, гвоздями, гладким белым полотном, скрывающим древесную основу. Вся эта территория была обоснована на открытом воздухе, чуть в стороне от домов жителей, устроившаяся на просторной поляне.       И спустя очередные пару-тройку минут, все места на скамьях были заняты, а народу собралось не мало, из-за чего некоторым зрителям пришлось расположиться на земле, однако жалоб на что, слышно не было. И так, на сцену вышел рыцарь в праздничных доспехах, которые были обильно украшены различными тканевыми, и веревочными подвесками, которые подчеркивали встроенные ограненные и простые камни в отдельные элементы доспеха, как наплечники или наручи. - Вот он, гляди! - взбудоражено и на искренне выраженных эмоциях, пальцем указывала Кали мне в сторону рыцаря. - Вот эту броню сегодня весь день мастерил Дядюшка Игнис. - подметила она, опустив после свою руку.       Создавалось ощущение, что даже зная то, кто находится под этими доспехами, в рыцаре, Кали видела того самого героя о котором говорила, что так вдохновляет ее дух. Тем не менее, на встречу рыцарю вышел некто в непрофессиональном, но достаточно добротном костюме демона.       Но, когда сценка еще не успела даже начаться, я решил вдруг осмотреться по сторонам, и обнаружил одну неприятную для себя новость, которую поспешно решил исправить за кратчайшее время. - Блииин. - протяжно прозвучало с моей стороны. - Кали, прости, не посторожишь мое место? - Почему, ты уходишь? - Я ненадолго. Я не вижу мать с отцом, они ведь так пропустят сцену. Я быстро сбегаю за ними. - Эх, ладно. Только не долго. Ни то сам все и пропустишь, дурачок. - с легкой и искренней ухмылкой в конце, произнесла она.       Я же, ответив ей надутым оскалом и закатанными глазами, ринулся с места.       Шли мы по одной из множества, на данный момент, безлюдных улиц деревни. Поскольку большая часть жителей сейчас пребывала на главных улицах и поляне. Я торопился домой, с течением времени переменив бег на ускоренный шаг. Пройдя чуть более половины пути, голова вдруг стала стремительно дурманиться на ровном месте, ее бесчувствие, медленное. Но уверенное замыленье в глазах и ощущение легкой тошноты - заставили меня остановиться. Я точно помнил, что всегда был самым выносливым среди всех других моего возраста, никакую пищу помимо безвкусной для меня морозки я не употреблял, но организм так и заявлял о своем плохом настроении. Опершись предплечьем о стену случайного дома, со мной, буквально с пустого места начало происходить неладное. Глаза с каждой минутой мутнели все сильней, постепенно заводя себе друга в качестве помутнения, будто бы на пару желая ослепить меня своими взаимными дефектами. В животе создавался давящий вакуум на все органы внутри тела, такой величины и плотности, что он насильно заставлял меня испытывать раз за разом рвотные позывы. Ноги стали ощутимо подкашиваться, а руки немели, постепенно обретая все более отчетливый бледный оттенок кожи.       Во мгновение, я осознал, что меня сейчас вырвет, и чтобы не извергать нежелательные взгляду последствия в общественном месте, я решил быстро переметнуться в сторону ближайшего, благо не столь далеко расположенного, дворика. Сразу упав от бессилия на четвереньки, словно пес, из моего рта начала извергаться черная, густая жидкая субстанция. Выходила она целым водопадом, на деле длилось это секунды три, но для меня словно целую вечность. Из глаз, которые я ранее попытался привести в порядок, протирая их внешней стороной кисти руки, еще по пути ко дворику, стали течь отчаянные слезы. Вновь испытываемый страх перед неизвестностью, в совокупности высокого напряжения мышц при данном процессе извержения, вновь туманили мое зрение, позволяя мне видеть только сплошной набросок из масляных красок перед лицом. - "Да что же происходит?! Что это, что это такое? Все черное, я не понимаю, что со мной не так?!" - паника хлестала в моей голове, как дрейфующий корабль по высоким волнам в непогоду. И даже такая опорная поза, в коей пребывал я в сию секунду, уже казалась такой неустойчивой, что еще немного и я бы свалился прямо на землю. Конечности совсем потеряли чувство соприкосновения с травянистой поверхностью земли. Я издавал звуки, подобные мученику, обреченному на вечные пытки - боль из-за исходящей черной жидкости была неимоверно колкая, будто бы все тело изнутри пронзали тысячи игл одновременно, практически без прерывно. Истошные позывы и стоны наполняли окружающую меня атмосферу, но по близости никого не было. помощи - никакой быть не могло.       Благо, свершилось хоть и иллюзорное, незримое разуму, но чудо. Процесс травли был окончен, и мне таки пришлось свалиться с колен на бок, удачно приземлившись в стороне от образовавшейся лужи черного нечто. Самочувствие оставляло желать лучшего, прямо как после серьезной ссоры с близким человеком - тяжелое, давящее морально и жестоко не отпускающее еще длительное время. Мое лицо было покрыто плотным слоем следов, оставшихся после обильного потока стекающих с глаз слез, а изо рта все еще стекали худощавые и тягучие остатки черной невиданной мне никогда раньше, жидкости.       Спустя некоторое время передышки, которое я бы желал продлить еще, минимум в десять раз, мне все же пришлось перебороть свою усталость после случившегося, вспоминая о своей задаче найти родителей и в последствии вернуться к Кали. Поэтому, медленно, но уверено, я принял вначале сидящую на коленях позу, из которой вскоре смог полностью встать на ноги. Ощущение прикосновения конечностей с этим миром начало постепенно возвращаться обратно , и вновь, протерев свои глаза, передо мной выступила странная картина. Я увидел, как в метрах семи от меня лежали наваленные в кучу красочные элементы брони. - "Они ведь.. да, точно. Это доспехи со сценки. Но что они здесь делают, да и в таком виде?" - Непонимающе пытался я разобраться в этой неоднозначной находке, однако и на ней долго задерживаться было нельзя. Потом можно будет рассказать, как поступили с доспехами изготовленные кузнецом Игнисом, не должны они лежать здесь как мусор.       В последствии, уйдя с территории площадки, продолжая все так же тяжко опираться на стены ближайшего дома, не успел я выйти на улицу, как ко мне на встречу из угла вышла Кали. Она взволнованно взглянула на меня, чуть наклоняя свою голову на бок, выражая тем самым интерес к моей персоне. - Наме, все нормально? Тебя долго не было, сценка к сожалению закончилась быстро, и все разошлись дальше развлекаться по главным улицам, а тебя все нет. - проговаривала девица с некой осторожностью в голосе, будто подозревая нечто неладное, что могло бы приключиться с Наме. Ибо Кали точно знала, что Наме ответственный и внимательный человек, который не будет заставлять ждать, или нервничать других людей, занимаясь бестолковщиной. - Мм.. Да, все хорошо. Пойдем ко мне домой, я там кое что забыл... - решил я просто подвести предлог для Кали, дабы вместе с ней дойти до собственного дома, где бы я смог более комфортно перевести дух. Однако, состояние не спешило позволить мне сейчас взять силы в руки, и пойти спокойным, ровным шагом.       Кали решила приблизиться из-за факта моей длительной неподвижности, а после обратила внимание на мой внешний вид, внушающий мало чего хорошего. Она обеспокоено приподняла руки и несильно размахала кистями передо мной, жестикулируя попытку найти ко мне подход в таком виде. Недолго думая, она зашла сбоку и пристроилась под рукой, закинув ее на свои плечи. Девица стала столь теплой и удобной, а главное - заботливой, опорой. Что я даже не думал сопротивляться такому проявлению внимания, и дал ей свободу действий, без попыток выпендриться, заявляя о своем казалось бы вначале, крепком здоровье и отличном состоянии.       Выйдя на безлюдную улицу, мы продолжили путь по направлению к моему дому. И не успев пройти даже пары метров, как пред нами престал некто в плотных, свисающих черных одеяниях, похожие на то, в чем обычно ходят шпионы или специализированные наемники. Незнакомец, лица чьего не было видно из-за глубокой ночи, что даже под фонарями затмевало тенью его лицо, явно поверх еще скрытое маской, совокупность скрытности чего еще дополнял накинутый капюшон. Он просто стоял на месте, и не казался очередным "прохожим". - Ах, вот и вы. Наконец я нашел тебя. Указаний убивать тебя не было, вот только такие твари как ты, должны быть мертвы. - с ярко ненавистной интонацией, полуголосом произносил незнакомец, выражая свое презрение конкретно в сторону Наме.       Кали не понимала, что вообще происходит - кто этот незнакомец, почему она так агрессивно настроен, и где же хоть один взрослый, который смог бы им сейчас помочь. Девочкой она была смелой, но все еще малой, а потому, нахмурив свои брови, она ничего более не могла поделать, как попытаться подхватить меня и увести как можно скорее в более людное место. Однако на этот раз, я решил противиться ее воле, хотя быть уверенным в том, что в данный момент это был именно я, а не кто-то другой - было достаточно сложно.       Мои золотистые глаза вновь начали обретать нарастающее яркое свечение, будто бы внутри меня активизировался какой-то механизм, заставляющий начинать работать внутренние потоки магической энергии. Незнакомец, при окончании своих слов медлить не стал, было видно как его плащ взлетел до уровня головы из-за быстрого порыва рук, доставших парные кинжалы. Затем, он стремительно направился в мою с Кали сторону. В первую секунду сего происходящего процесса, я открыто ощущал повышенное сердцебиение в своей груди, что сопровождало в очередной раз возможность возникновения неустойчивой паники и страха предстоящего. Но, грудная клетка вздохнула с облегчением, когда беспокойство сердца решило вдруг уйти в небытие, пока тело казалось более чем послушным, по крайней мере за последний час. Я поднял свою правую руку выпрямив ее перед собою, в сторону приближающегося незнакомца, расстояние от которого до нас было уже примерно в два с третью метра. - Наме, что ты делаешь? Быстрее, бежим отсюда! - восклицая и словно впопыхах говорила девочка, не способная сдвинуть тело парня с места.       Я проигнорировал слова подруги, а после, точно как по тексту, промолвил - Тени крыс. - из-за чего, между нами и незнакомцем в воздухе начало преобразовываться множество крупных крыс, шерсть и кожа чьих были темнее этой ночи, а глаза, соразмерные двум горошинам выделялись на общем фоне кроваво красным оттенком. Целое полчище грызунов, которых насчитывалось с несколько десятков, создающие целый живой хаотичный ковер, который словно по немой команде тут же направился на встречу к незнакомцу. Демоно-подобные зверки начали стремительно заполонять незнакомца, взбираясь по его ногам и равномерно распределяясь по всему телу. Множественные царапанья острыми малыми когтями и сильные колкие укусы, заставляли незнакомца издавать истошные стоны, перемешаны с парой выкриков, после которых все крысы вдруг попадали на землю и тут же исчезли, развеявшись как иллюзорная модель в пространстве, не оставляя от себя ни следа.       На месте, где проходила своего образа казнь неверного, более никого не оказалось. Вероятно, незнакомец решил сбежать, оказавшись под столь неочевидной и на удивление эффективной контратакой. Вдруг, я услышал со спины звук взбушевавшегося ветра, сопровождаемый скрипению смещающихся кожаных элементов одежды. Обернувшись, к моему взору вновь пристал тот самый человек, желающий закончить свое покушение на меня. Вот только теперь, целью его оказалась Кали, судя по направлению острия кинжала, что вот уже был крепко сжат в закинутой для замаха руке. Действовать приходилось быстро, времени было на одну секунду, и возможности обдумать возникшую ситуацию попросту не существовало. Потому, я рефлекторно оттолкнул от себя Кали, приложив к этому силу, из-за чего по инерции, расположение моего тела встало на ее место. Удар был нанесен, и уже по мне. Единственное, что сейчас оказалось благой новостью, так это то, что острое лезвие прямого кинжала прошлось по моей брови, даже не задев глаз - судя по следственным ощущениями, который правда все равно залило стекающей кровью, лишив его временно доступа к видимости. - Черт. - кратко и тихо с явным недовольством, произнес незнакомец, отпрыгнув от меня, и разорвав дистанцию в пару метров. - Ладно, повезло тебе, выродок. У меня не осталось времени. - после слов коих, он вновь, уже на глазах растворился в черном тумане, как в случае и с крысами ранее, оставив после себя один лишь воздух, свободно витающий в пространстве.       Девочка, с небольшим усердием, после грубого падения на землю, встала на ноги и подошла ко мне. С исчезновением незнакомца, тело начало терять поддержку стабильного состояния, которое ранее возникло скорее всего из-за повышенной дозы адреналина, повстречавшись с опасной для жизни ситуацией. Режущая рана резко начала болеть, заставляя испытывать острую колкость и давление, влияющее на саму рану и ее окружение. Я упал на колени, прижав левой рукой кровоточащий участок лица, пытаясь то заглушить боль на уровне самовнушения, то закрыть ее для меньшего кровоизлияния, что казалось уже более рациональным. Кали, завидев меня, и убедившись в том, что их никто больше не должен побеспокоить, судя по окружению, спешно подошла ко мне, и опустилась ниже, так же встав на колени.       Ее теплая и мягкая рука прильнула к моей голове, а вторая бережно хватилась за плече, не сильно его сжимая. Она внимательно всматривалась в мое лицо, пытавшись разглядеть тяжесть последствий после полученной раны. - Убери руку. - кратко промолвила она. Мне незачем было противиться ее словам, а потому поступил так, как было сказано.       Девочка достала из недр одетого кимоно, бежевого цвета платок, такой на вид мягкий и успокаивающий, что и решила на деле показать Кали, с его помощью вытирая кровь с моего лица. Пребывая потерпевшим в данной ситуации, я просто ждал, когда она закончит, не произнося ничего лишнего, как и не делая, ничего бессмысленного, только понимая, что сейчас есть драгоценные секунды на передышку.       Когда кровь была убрана, я смог раскрыть свой правый глаз. Он и правда не был поврежден, что даровало мне возможность узреть пред собой лицо своей подруги. Очевидно читаемое волнение, слегка нахмуренные брови с поджатыми губами - так интересно наблюдать за девицами с боевым характером, когда они раскрываются как более ранимые и нежные, как настоящие девушки. Ее изумрудные и блестящие от сдерживаемых слез глаза, поражали мое сознание как никогда раньше. Хоть и про какое "раньше" можно было говорить, коль я живу словно бы только второй день. А ее внимательный взгляд, все так не сводился, следя прямо за моей колеблющейся душой. Такая картина побудила меня выразить легкую улыбку. Завидев которую, и похоже убедившись в том, что со мной не полностью, но все в порядке, Кали резко и с небольшой отдачей в мою грудь, примкнула вплотную, заводя руки за мою спину и крепко обняла. Положив голову на мое плече, она тихо произнесла возле уха. - Больше не рискуй так, понял...       Я же, в ответ лишь глубоко вздохнул, натянув уже более выразительную улыбку на своем лице, а после прижал к спине девочки правую руку, обнимая ее в ответ.       К сожалению, наша идиллия длилась не долго. С конца улицы начал доноситься звук множественных шагов, активность которых, намекала на ускоренный темп передвижения. Через несколько секунд, я увидел как по дороге идет большая группа вооруженных жителей, направляющиеся куда-то вперед мимо нас двоих, так можно было посчитать, судя по их устремленным серьезным лицам, и направлению пути. Я начал медленно вставать, чтобы Кали смогла отреагировать на мои действия и посодействовать этому, поскольку она то же обратила внимание на происходящее поблизости. Когда мы оба оказались на ногах, мы наблюдали за бежавшей группой жителей, не понимая сути этой картины.       Из толпы приостановился один дворф, который подошел к нам. Это был кузнец Игнис, который с обеспокоенными глазами взглянул на нас, и тут же начал говорить в быстром темпе. - Так, дети. Чего вы тут бродите одни по безлюдию. Давайте по домам, быстро. На деревню кажется напали. - говорил он как можно скорее, боясь куда-то опоздать. А потому, даже не думая услышать какой-то ответ от ребят, он сразу же пошел дальше, напоследок выкрикнув совет. - Прячьтесь как можно скорее, и не высовывайтесь из домов, пока не вернуться ваши родители!       Так будучи в недолгом ступоре, который нам обоим удалось скорейше перебороть, мы позарились друг на друга, и решили действовать. - Ясно, я побежала к себе, а ты к себе. Если что, встретимся у фонтана, или не вылазим. Будем наблюдать из окна, что происходит на улице. - Да, хорошо. - с ниоткуда взявшейся уверенностью и спокойствием последовал ответ с моей стороны.       После чего, наши с Кали пути внезапно разошлись по разные стороны. Она устремилась по направлению своего дома, а мне же оставалось лишь дойти оставшееся расстояние до своего.