what is that, kitty ears?

      Уже прошло несколько дней с тех пор, как Мико наконец открылась долгожданная правда причины внезапного затворничества правительницы Инадзумы. К ее бессовестному счастью, ушки и хвостик Эи все еще были на месте. Архонтка была почти в отчаянии, пока где-то сбоку от нее Мико в край лениво и безответственно делала вид, что штудирует очередную книжку, в которой могло храниться столь желанное для Эи решение головоломки. Хотя здесь, вероятно, Яэ все же немного преувеличивает - она правда выискивала информацию. С гораздо меньшим усердием и энтузиазмом, но она не бездельничала в настолько наглой степени.       Несомненно, ей было интересно узнать, как же так вышло, что у ее дорогой Эи появились все самые значимые кошачьи признаки. Она буквально могла мурчать. Мико понятия не имела, чем могло быть это вызвано, но испытывала безмолвную благодарность в сторону этого щедрого неизвестного дарителя: ушастая Эи - лучшее, что происходило в ее жизни. Идеальный шанс поддразнить и отомстить за прошедшие пятьсот лет. Пусть в сущности даже это и не способно искупить вины ее глупой, запертой временами слишком сильно в прошлом Эи...       Так или иначе, Райдэн не разделяла торжества Мико от происходящего.       — Человек, который ответственен за это, понесет самое высшее наказание, — обещала она в один день, и низкий голос не позволял усомниться в ее непоколебимости. — Он препятствует моему прямому правлению, препятствует вечности...       — Может, он наоборот поддерживает ее, и эти ушки останутся у тебя на вечность? — Эи награждает Яэ выразительным взглядом, и та хихикает. — А может, это вообще не человек.       Райдэн изможденно выдыхает.       — Не важно. Нужно просто найти способ избавиться от этого.       Солдаты доставляют в Тэншукаку книги, а Райдэн их без конца листает. Она все надеется увидеть на страницах рецепт прекрасного спасения или хотя бы объяснение, которое могло бы натолкнуть на решение кошачьей загадки. Ее ушки дергаются, когда она натыкается даже на крошечный намек на желаемое, а затем чуть опускаются от разочарования. Мико из-за этого продолжает нещадно дразнить ее и постоянно стремится коснуться: хвостика, ушек, напряженных плеч. Ей так и хочется сделать Эи принудительный расслабляющий массаж, чтобы лицо стой стало чуть проще, менее сосредоточенным и более преисполненным удовольствия.       Одним утром Мико приходит в резиденцию с самыми вкусными данго, какие только только можно сыскать в Инадзуме, в одной руке, и с соблазнительной бутылочкой молока данго в другой. В глазах Райдэн мгновенно появляется тот самый влюбленный блеск, который Яэ так обожает - в них зажигается тот самый огонек, один вид которого смягчает и заставляет трепетать внутри Мико все.       Какая жалость, что она сама вызывает этот блеск реже, чем эти данго.       Мико почти ревновала.       — Мико! Я так рада тебя видеть...       — Ну конечно, у меня ведь любимые лакомства моей маленькой Эи, — фыркает по-лисьи Яэ со скепсисом в голосе.       — Я рада тебя видеть не только из-за них, — возражает Архонтка, когда Мико приближается к ней и присаживается рядом за низкий столик, совсем недавно поставленный в резиденции. — Мне как раз была нужна твоя помощь касательно одного момента, который я вычитала. Мне кажется, это может быть связано с моей ситуацией...!       — Вау, это все меняет. Я совсем не разочарована, — сужает глаза Яэ.       Пальчики Эи уже неосознанно тянутся к одному из данго, когда Мико вдруг приходит в голову очередная хитрая идея. Она вдруг отодвигает купленное подальше от любознательной ладошки.       Эи смотрит на нее недоуменно.       — Что?       — Я тоже хочу данго, — Мико лукаво улыбается.       Райдэн склоняет голову набок в оскорбленном выражении.       — Ты думаешь, я с тобой не поделюсь? Тем более ты сама их принесла.       — Нет, Эи, — кицунэ смеется. — Я хочу их особенным образом.       Райдэн напряглась, предчувствуя очередную выходку жрицы.       — Каким...?       Мико в ответ все же пододвигает данго обратно к Эи, которая теперь смотрит на них с редким недоверием. Яэ дразняще облизывает губы, сверкая глубокими глазами оттенка сакуры, и призывающе кивает в сторону аппетитного лакомства.       — Попробуй сначала, а потом узнаешь.       — В чем подвох...? — озадаченно нахмурилась Райдэн, глядя на подозрительно ухмыляющуюся лисицу.       — Ох, необязательно везде искать подвох, Эи, — вкрадчиво убеждает Мико ласкающим, заманчивым голосом. — Обещаю, ничего страшного не произойдет.       Ушки Эи настороженно стоят, когда она подносит заветные разноцветные шарики ко рту. Мико неотрывно наблюдает за ней, и от этого брови Архонтки сводятся в опасливом выражении, а хвост за спиной мерно помахивает из стороны в сторону.       Но когда Райдэн наконец делает первый укус, она не может не прикрыть глаза от удовольствия; ее ушки заметно расслабляются. Вкус любимого лакомства напрочь отбивает всю тревогу насчет слов Мико.       И эта мягкая, довольная улыбка на устах Эи, пожалуй, была одной из наиболее прекрасных вещей, которые Яэ видела в своей жизни.       Эи смакует излюбленный вкус и облизывает губы, прежде чем вновь опустить взгляд на кицунэ.       Мико постукивает пальчиком по своим губам.       — Делись.       Если бы Эи все еще жевала, она бы обязательно поперхнулась.       — М-Мико! Мы так не договаривались, — отнекивается она.       — Да ладно, Эи. Мы с тобой уже целовались. Чего ты боишься?       Эи бросает быстрый взгляд на руки Яэ.       Мико вздергивает бровь в вопросе, цокает и шумно выдыхает в поражении.       — Честно, я не буду пользоваться ситуацией и хватать тебя на хвост. Разве ты мне не доверяешь?       Красноречивый взгляд Эи выражает все ее мысли в лучшем виде.       — Ты уже меня обманывала.       — Обещаю, не в этот раз.       Эи сначала глядит нерешительно, но затем все же наклоняется к кицунэ, неотрывно смотря на ее губы. У Мико крутит голову от ее сосредоточенного, проникновенного взора; такие чарующие глаза могут быть только у Райдэн. В них бьются неконтролируемые, хаотичные молнии, и одновременно с этим цветут самые яркие оттенки лепестка сакуры, резкие, но от того лишь больше завлекающие.       Взгляд Эи не опасный, не механический, как у марионетки. Он живой и чувственный, такой, что Мико не может отвести собственного взора. Он родной, он тот самый, по которому Яэ успела смертельно сильно соскучиться, и жрица упивалась им, как вином лучшей выдержки и качества, как самым вкусным жареным тофу в своей жизни, и как сюжетом наилюбимейшего легкого романа.       Яэ втягивается в поцелуй охотно, довольная необходимостью Эи диктовать темп. И она хотела бы солгать, что изначально планировала при первой же возможности нарушить обещание и начать, параллельно с поцелуем, ласкать нежными пальцами пушистые ушки, но на самом деле она просто мгновенно забылась, а контролировать свои руки не хотелось и не представлялось возможным. Все же Эи - единственный человек, рядом с которым Мико может спустить четкий контроль над ситуацией. Единственный человек, рядом с которым ей хотелось это сделать.       Эи возмущенно стонет сквозь сладкий в прямом смысле поцелуй, но с ее стороны крайне наивно полагать, что это не заведет Яэ лишь еще больше. Она гладит Эи в самом уязвимом пушистом месте, выбивая почти агрессивно громкое, неконтролируемое мурчание, которое Райдэн не в силах подавить.       — Мико...! — недовольство Эи звучит почти жалко, прерываемое настолько громким мурчанием.       — Тц. Тебе же нравится, успокойся, — отвечает Мико отрывисто.       Если Эи и собиралась поспорить, то из-за выдаваемого самим телом удовольствия заведомо проигрывала. Поэтому Мико решила облегчить ей задачу, вновь втягивая в поцелуй и чуть кусая ее губу, свободной рукой сжимая затылок женщины в стремлении быть ближе.       Спустя время Эи отстраняется, но отстраняется красной и с до безумия темным взглядом. Мико не может не гордиться тем фактом, что это именно она довела Архонтку до такого состояния.       — Почему ты постоянно меня обманываешь? — бурчит Эи.       — Почему ты постоянно мне веришь? — Мико игриво усмехается.       На некоторое время повисает комфортное молчание, прерываемое уже более тихим мурчанием и все еще слегка взволнованным, неровным дыханием.       Наверное, этот момент становится слишком значимым, чтобы не натолкнуть на некоторые мысли. И если Мико просто им наслаждается, попивая неспешно свое данговое молоко и глядя на Райдэн, то последняя, кажется, наконец начинает задавать себе правильные вопросы.       — Мико, — Райдэн отводит взгляд от проницательного взора жрицы. — Я уже давно хотела кое-что спросить...       — Что? — тут же подталкивает кицунэ, отмечая сомнения на лице женщины.       — Мы... кто? Друг другу?       Брови Мико поднимаются вверх от неожиданности, а пурпурные глаза отдают изумленным блеском.       Они действительно никогда этого не обсуждали. И, если честно, Мико и надеяться не смела, что они когда-то все же к этой теме придут. Она полагала, что даже если они и пришли бы к этому, она была бы той, кто задаст роковой вопрос.       Эи умела удивлять.       — А как ты считаешь?       Эи явно не может решиться ответить, и Мико хватает свободной рукой ее ладонь, подбадривая Архонтку одним только взглядом.       — Я не настолько хорошо знакома со всем тем, что ты печатаешь в своем издательском доме... — Мико тут же тянет уголки губ в ухмылке, как бы говоря «что-то ты все-таки читала, да?». — Но... Мне кажется, или мы больше, чем друзья?       — Ты очень проницательна, — хвалит Мико.       — Что это значит?       Эи нервничает слишком заметно, чтобы кицунэ не смягчилась.       — Не знаю. Мы проводим время вместе, я заставляю тебя мурчать, мы целуемся, и ты радуешься моим визитам почти столь же ярко, как при виде своих любимых данго... Может, мы встречаемся? — буднично предполагает Яэ, придвигаясь чуть ближе к Архонтке.       — Встречаемся? Мы почти каждый день встречаемся, — недоуменно отвечает Эи.       — Не совсем так...       Мико внезапно перемещает вес на колени, упирая ладони по обе стороны от ног Эи и нависая над ее застывшей фигурой. Она вглядывается в красивые черты, подмечает родинку под правым глазом, которую так любит, и поднимает одну руку, чтобы обхватить щеку Эи ладонью. Райдэн глядит на нее широко распахнутыми глазами, застигнутая врасплох этими действиями.       Она прерывисто выдыхает.       — Как же?       — Мы встречаемся, как пара. Как две девушки, которые друг друга любят не по-дружески. Улавливаешь? — Мико опускает лицо к шее, одаряя ее горячим дыханием и пуская дрожь по телу. — Тебе ведь нравится целоваться со мной?       — Да...       — Ох, как скандально и откровенно... — Мико издает смешок и принимается оставлять влажные поцелуи под подбородком Эи, которая хватается за ее предплечья, невольно задирая голову и давая кицунэ больше простора. — Выходит, мы действительно встречаемся...?       Архонтка что-то невразумительно мычит в ответ, слишком увлеченная приятными ощущениями от горячих касаний жрицы. Данго и многочисленные книги-справочники оказываются забыты, вытесненные взаимным желанием быть ближе и чувствовать тела друг друга.       Поцелуи кицунэ повсюду, настойчивые, пьянящие, а пальцы Эи скользят от предплечья выше, к шее, к затылку, а затем и к нежно-розовым ушкам. Мико, в отличие от Райдэн, уже давно свои знает. Знает, какие они чувствительные, и знает, что касаться их можно, но только одному единственному человеку во всем мире - той, которая делает это сейчас. Как же трудно было остаться без столь желанной ласки на целые пятьсот лет, не подпуская никакого иного к своим ушкам ни на метр... К счастью, теперь Эи рядом.       И она чуть ли не падает на спину от напора Мико, отчего та позабавленно смеется.       — Когда мы заявим о свадьбе, хм?       Мико говорит шутливо, она не ждет серьезного ответа. Ее волнует только потрясающий запах Эи, сладкий вкус, все еще не покинувший языка, столь теплое, жизненно необходимое аккуратное касание пальцев на ее затылке, обволакивающее, мягкое, нуждающееся. Мико, кажется, тонет в своих чувствах. Ей хочется тыкаться носом в открытую ключицу, отчаянно вдыхая и наслаждаясь их идеальностью.       Но Эи ей отвечает.       — Когда ты хочешь?       Мико в шоке отдергивается от нее.       — Что?       — Свадьбу, — Эи говорит ровно, невозмутимо, с интересом разглядывая ее реакцию.       У Яэ праздная пустота в голове, потому что мозг вдруг лишается способности мыслить. В нем замирает лишь непрерывной картинкой произнесенное, и лисица отчаянно пытается его осмыслить.       — Ты готова на мне жениться?       — Конечно. Если мы пара... то почему бы и нет?       Мико моргает, смотрит мгновение, а затем принимается осыпать всю Эи беспрерывными поцелуями.       — Хоть завтра, пожалуйста.       Эи растерянно и тихо смеется, гладя ее по макушке.       — Но у меня... уши. И хвост.       — Если надо - решим эту проблему прямо сегодня, — обещает Яэ. — Только дай мне напоследок поиграть с твоим хвостиком, а потом мы будем весь день штудировать эти несчастные книги...

* * *

      Удивительно, но решение кошачьей проблемы находится в тот же вечер.