Долог путь до Ба Синг Се

Дождь стих, однако резко похолодало, и начало темнеть. — Напомни, как тебя зовут? — говорить у Рэншу выходило так себе, потому как в человеческом обличье он бы поганую девку на себе по скользкой горной тропе наверх бы не втащил, и пришлось наполовину оборотиться. — Садако, ёкай, — отозвалась гадкая девчонка. Ну вот ни грана благодарности в этих людях! — Не «ёкай», — пропыхтел Рэншу, — а «корио-сама»! Всё! Приехали! — он встряхнулся, и беспардонно швырнул свою ношу оземь, — дальше сама, ножками, ножками! — протявкал он. — Вон там деревня, в деревне добрая бабка, попросишься к ней ночевать! Скажешь, теуранг тебя принес. Проваливай, уродина! — Прощай, блохастый! — Тьфу на тебя, тварь неблагодарная! — взвыл Рэншу, и, пользуясь преимуществами зооморфного облика, поскакал скорее обратно.       Садако, глотая слезы, побрела к убогим строениям. Вот и впрямь в недобрый час ей повстречался лис-соблазнитель, и не в добрый час решила она отомстить за родных проклятому Зуко! Что теперь с ней будет?! Даже свариться заживо в масле в такой холод уже не казалось самым страшным из всех возможных исходов…       На границе с гарнизоном причала (а если быть точным, то лишь достигнув первых домов) Рэншу остановился, встряхнулся, и, под дикий, неслыханный вой и лай всех местных цепных и приблудных косов, закрутился, словно подхваченный смерчем мусор, и обернулся обратно в человека. И поскорее побежал на поиски Буми и Айро: доложиться бы по-быстрому, а потом — есть и спать! М-м, еда, хрустящая, с корочкой, куросвиночка! А может они всё-таки кого-нибудь казнят, и отдадут мне печеночку? Я же заслужил! Съесть ее прям тепленькой всю, или кусочек оставить, пожарить с солью и перцем?.. В сливочном маслице…       Сладкие мечты заставляли поторапливаться, и вот Рэншу наконец-то добрался до царей. Буми с Айро ужинали. Лис, не спрашивая разрешения, плюхнулся к ним за стол, и потер ладони. Из растрепанных волос у него торчало лисье ухо. Одно. — Холод, буря, ужас, ужас! — Где Хорибэ потерял, корио? — хмыкнул Айро, и кивнул прислуге, чтобы подали лису тарелку. — М-м, — лис схватил свинокурье крылышко и жадно обгладал, — этот отважный продолжил разведку, а я быстрее к вам, с докладом… — он потянулся было за следующим куском, но Айро ударил его по руке. — Так докладывай, а потом уже поешь спокойно! Лис вздохнул, облизнулся, демонстрируя великоватые для человека клыки, и принялся рассказывать. — …и вот эту штуку Хорибэ велел показать вам и этому самому Дай Ли, — сообщил Рэншу, разворачивая платок, — мы такую видели целую в доме местной жительницы, так сказать, в рабочем состоянии, в ней жил ее дух-помощник… — Какой именно? Рэншу пожал плечами. — Он не представился. — Меня даже не позвали! Айро обернулся к вошедшему Зуко. — О-о, как ты вовремя зашел! Надо привести сюда Аанга и Дэшена… — Я, собственно, как раз хотел сказать, что Аанг находится в истощении после пребывания в состоянии Аватара, и мы отнесли его в лазарет, — поджав губы, сообщил Зуко. — За ним приглядывает Катарра… — Это весьма обнадеживает, — проскрипел Буми. — …и Хосокава-сенсей. — Это обнадеживает немногим больше, — кивнул Буми. — Ну что, подождем, пока Лысик очнется, и потом все вместе обсудим? — Хорибэ вряд ли вернется до утра, деваться нам отсюда пока тоже некуда, так что спешка ни к чему, — кивнул Айро. — Подождем. — А вы пока никого не надумали казнить? — спросил Рэншу, с надеждой переводя взгляд с Айро на Буми, — а то я мог бы помочь… вырвать печень, например… или сердце, на худой конец, но сердце такое жесткое, а печенка мяконькая… — лис выразительно облизнулся. — Зажарьте еще одну свинокуру, — велел Айро, мрачно глянув на лиса, — а то кое-кто тут больно охоч до чужой печенки. Как бы не огреб невзначай. Иди, и пока твоя свинокура жарится, приведи себя в порядок. И ухо не забудь убрать!       Рэншу судорожно схватился за голову, нащупал ухо, и тихонько взвизгнул, опуская глаза от такого позора. — Ну что, еще не передумал легализовать кицунэ, а? — Буми толкнул Айро в бок. — Я на крови клялся, — буркнул Айро. — Ну а потом… какое царство без пай шо и кицунэ, сам посуди?! Какой тогда вообще смысл затеваться?..       Маотайфа Зихао спал на прежнем месте, и даже, кажется, развалился еще вольготнее. Еще бы, ведь Таро сменил Аанг, а он все-таки был помельче. — Может быть, капельницу с глюкозой ему поставить? — предложил Таро сидящей рядом с Аангом Катарре. — И кордиамин уколоть. Это же ведь, по сути, истощение бендера?.. — М-м, ну, все-таки не совсем, — возразил отиравшийся там же Дэшен. — Не то чтобы Аанг использовал свою ци, будучи в состоянии Аватара, скорее, это переутомление души, вынужденной нести тяжесть Великого духа… — Проще говоря, мозги перенапряглись, совмещать человеческое с духовным, — кивнул Таро. — Ну тогда сахар точно не помешает. Хорошо подпитывает мозг. Поставлю глюкозу с инсулином, а кордиамин лучше не надо, наоборот, можно снотворное дать… — Лауданум, — предложил Зуко, заходя. — Очень хорошо расслабляет. — Тут его нет, — быстро ответил Таро. Зуко тяжко вздохнул. — Я же не для себя! Там лис вернулся из разведки, они с Хорибэ нашли какое-то поселение, вас зовут, шифу Дэшен. Посмотреть на какой-то артефакт. — Ух ты! — оживился Сокка. — Я тоже хочу посмотреть! — Они должны дождаться Аанга, — мрачно сказала Катарра. — Прежде чем что-то обсуждать! Ведь это же Аанг снова умиротворил духов! — Мы ему потом все расскажем, — поднялся на ноги Сокка, — Дэшен, идем? Зуко сел на место Сокки. — Идите, а я тут останусь. А то загоняли уже эти! Почтенные старцы… И, да, Сокка. Они там велели свинокуру для лиса зажарить, так что, если не зевать, у тебя есть шанс урвать свою долю.       Сокка схватил Дэшена за руку и рванул наружу с удвоенным энтузиазмом. — Дождь, кажется, ослабевает… — сказал Зуко, чтобы хоть как-то нарушить повисшее молчание, пока Таро ушел собирать капельницу. — Благодаря Аангу, — не сразу отозвалась Катарра. «А кто лазил его с мачты снимать?!» — хотел было возмутиться Зуко, но промолчал. Сокка с этим справился бы не хуже, если честно. А какой-нибудь крепкий солдат покрупнее так и даже лучше. Так что лезть самому, в общем-то, не было никакой нужды — но Зуко полез, потому что чувствовал себя виноватым, хотя в чем именно, затруднился бы сказать. Вообще, ему хотелось с кем-нибудь это обсудить… но уж точно не с Катаррой. А еще Зуко нет-нет да возвращался в мыслях к отпущенной им преступнице. Айро ведь прав, девушка ранена, и в бурю могла погибнуть… Но, с другой стороны, что мешало ей, например, залезть в какую-нибудь пещеру или сарай, и переждать… — А куда Тоф подевалась? — спросил он вместо этого. — Она мне не докладывалась, — ехидно отозвалась Катарра. — А что я такого спросил, — поинтересовался Зуко, — чтобы таким тоном мне отвечать?! — Ах, простите, Ваше Величество, — огрызнулась Катарра, — что задела ваше столь нежное достоинство! Зуко набрал в грудь воздуха для ответа, потом выдохнул, и мрачно замолчал. — Аанг может заболеть, — через некоторое время с укором сказала Катарра. — Столько времени на ветру, под дождем! — Состояние Аватара должно было его защитить, — неохотно отозвался Зуко. — Можно будет для профилактики растереть его перцово-камфорным линиментом, я тут нашел большую бутыль, — сообщил Таро, возвращаясь с собранной капельницей, — и заварить ему имбирного чая. Хотя, говорят, здешний, с солью и маслом, тоже очень хорош для предотвращения простуд. Особенно если еще поперчить… — Какая гадость, — с чувством сказала Катарра. — И это говорит человек, который без проблем трескает сырой китовый жир, — заметил в сторону Зуко. — На вкус и цвет товарищей нет, — примирительно сказал Таро. — Откуда еще брать витамины в условиях крайнего севера? Только из свежатины. Да и местный чай не так уж и плох… Катарра, ты не могла бы подержать Аангу руку? Спасибо. Ну вот. Это примерно на полчаса, а потом — растирание… Только тогда Маотайфа придется переложить, а куда? — Таро огляделся.       Зуко встал. — Я сейчас придумаю, — сказал он. — Надо что-то вроде корзины или коробки с высокими бортами, чтобы он не упал, когда начнет вставать на ноги, его будет сильно шатать. — Понял. Катарра тихо фыркнула. На Аанга всем плевать, зато какая трогательная забота о бакенэко!       Рэншу сидел, свернув ноги калачиком, и то и дело поглядывал, не несут ли жареного куросвина, пока присоединившиеся к обществу Дэшен и Сокка разглядывали обломки магического предмета. — Это намкха, — наконец, вспомнил название Дэшен, — «обитель божества», ну или ловушка для духа, по-моему, во внехрамовых практиках людей Воздуха такие штуки до сих пор используются, цвет нитей символизирует четыре стихии и Небеса, а порядок как-то связан с тем, кого намерены призвать во время ритуала… Сокка потянулся было к обломкам, но Дэшен его остановил. — Лучше не касайся! Буми осторожно взял один из элементов палочками для еды. — Хм, а косточка-то… Ребрышко напоминает. Человеческое. — По размеру тогда младенческое, но у младенцев хрящевая часть больше, так что все-таки не человеческое, — покачал головой Айро. — А вот взрослого лемура — вполне. — Покойся с миром, Момо, — хмыкнул Сокка. — Можно посмотреть? — он тоже вооружился палочками. — Выходит, они приносят в жертву животных?.. — Может, он и своей смертью помер, — возразил Буми, — кости можно собирать. Тут наверняка гнездятся хищные птицы, летающие за добычей, под их гнездом куча объедков. — Тоже верно. Потом они, наверное, практикуют воздушное погребение, — кивнул Дэшен, — то есть как раз таки оставляют мертвых, чтобы их те самые птицы склевали, так что костей можно насобирать целую кучу. — Жутковато как-то… — поежился Сокка. — Класть мертвых в лодку и отправлять в море, в принципе, то же самое, — пожал плечами Буми. — По крайней мере, они не висят у всех на виду, пока их не склюют! — возразил Сокка. — Интересно, много здесь наших погибло? Не сильно-то хорошая могила для людей Огня. Мстительных призраков может быть до жопы, — предположил Айро. — Что, будешь лазить по ущельям, собирать кости и жечь? — Да сжечь бы это все нафиг вообще разом, — проворчал Айро. — О-о, логика Азулонычей, — хмыкнул Буми. — Во всей красе. — Дешево, надежно и практично, — огрызнулся Айро. — Однако, суть в том, что местные духи не чураются мертвечины, а может и человечины. — Да это никакие духи не чураются, — пожал плечами Дэшен, — всем им только дай. Всем этим… обакэ, — он неприязненно глянул на лиса. — Свинокурочка! — радостно захлопал в ладоши Рэншу. — Совсем оголодал бедный лис, — прыснул Буми. — Вот что, день был длинный. Поедим, и идите-ка вы все спать. И дайте мне всё обдумать спокойно, без сопливых!       Дэшен вернулся в лазарет с чайником чая, миской дзамбы для Таро и куросвиньими останками для Маотайфа.       Аанг к тому времени уже ожил, сидел на танкетке, пока Таро растирал его пахучей мазью, и рассказывал, о чем он разговаривал с местными духами. — …они очень страдают от этой мачты, и хотят, чтобы ее убрали, потому и пытались нас прогнать, этот самый сабдаг… — Как он все-таки выглядит? — спросил Дэшен, протискиваясь в дверь. — Как… получеловек-полузверь… — нахмурился Аанг, — это духовное зрение, трудно объяснить… В общем, он — единое целое с горой, и эта мачта ему прямо… — …в зад впивается, — предположил Дэшен. — Ничего, потерпит, если из-за каждого духа местности постройки сносить, то тогда вообще под кустом надо жить! — Ну ему же больно! — Духам больно не бывает, их просто заедает от злости, что с ними не посчитались. Так что он, жертву хочет, сабдаг этот? — спросил Дэшен. — Я вообще сказал, что мачту можно перенести… — сообщил Аанг. Таро чуть не поперхнулся. — Сколько в ней тонн веса, интересно? — задал риторический вопрос он. — Представляете, сколько… трудов было положено, чтобы такую конструкцию возвести? — Ну мы ее втроем с Буми и Тоф можем выдернуть из земли и уложить как-нибудь на бок… — предположил Аанг. — А как мы тогда улетим? — поинтересовался Таро. — На Аппе… — Допустим, вы с товарищами улетите на Аппе, а все остальные?! — Ну, Аппа слетает несколько раз… — растеряно ответил Аанг. — А команда?! А гарнизон? Если их тут оставить, кто гарантирует, что сабдаг этот их не сожрет, а их семьи?! Имущество? Скотина?.. — Ну что вы на него набросились! — Катарра отодвинула Таро и накинула на Аанга рубаху. — Пусть Айро и Буми продумают, как всё это сделать, вывезти отсюда людей… Давай, одевайся, и платком сверху замотаем… Где мы с Аангом ночуем? — спросила она у Зуко.       Только что раздобывший корзину для Маотайфа Зуко подавил тяжкий вздох. — Пойду, узнаю, — обреченно сказал он.       Зуко, кривясь, оглядел убежище, с любовью сооруженное Тоф. Сложносочиненная землянка, с узкими оконцами-бойницами, и даже с печкой. И лежанками. Четырьмя. — Ну и кто лишний?! — обернулся он к Тоф. — Дай, угадаю. Я, да?! — Вот и молодец, все правильно понял, — кивнула Тоф. — Ты-то наверняка будешь ночевать в обнимку с Айро. И Буми, надо полагать… — Знаешь, как они храпят?! — с горечью сказал Зуко. — Ойц-ойц-ойц! Какие муки! — И клопы… Говорят, тут везде клопы. — Вот поэтому я и соорудила землянку. Неплохой прогресс по сравнению с каменным шалашиком, точно? — Рад за вас, — кивнул Зуко. — Будете все вместе. Ну, не стану мешать. Наслаждайся общением, Тоф. До свадьбы еще есть время. — Не удержался, да, Зуко? — ухмыльнулась Тоф. — Куснул напоследок? Ну-ну. Зуко молча повернулся спиной и вышел.