Долог путь до Ба Синг Се

      Большую намкха, обмотанную красными нитками, торжественно перенесли в ангар. Там уже накрыли простынями столы, на одном выставили поднос с кружками из столовой, на другой поставили ящики с останками и разложили составленные Хорибэ списки. Перед ангаром сложили костер.       Капитан Шодо, наполовину просочившись внутрь, вел переговоры с запертыми в намкхе призраками, от чего та время от времени отчетливо тряслась. Зуко сосредоточенно разливал по кружкам медицинский спирт, стараясь, чтобы получилось поровну, и шепотом повторял про себя условия договора… Воздух в ангаре отчетливо сгущался. — Ну, в общем, почти все согласны. Но некоторые хотят похороны прямо сейчас, — сообщил Шодо, выныривая из намкхи. — Кто хочет, того похороним сегодня, в крайнем случае, завтра. Пусть только определят свои останки, и составим отдельный список, — нервно кивнул Зуко. — И вон там, я смотрю, еще ребята подошли, — кивнул Шодо куда-то в угол. Зуко зажмурил здоровый глаз, и вроде как стал различать какие-то силуэты. — Вы им тоже изложите условия, — кивнул Зуко. — Так что, как выпустить-то всех из намкхи? — Достаточно нарушить целостность любым способом, и все, — сказал Шодо, — вон, нитку порвите…       Зуко подошел к намкхе, сглотнул, вытащил подаренный когда-то Айро нож, немного замялся — и, выдохнув, вспорол ее, как арбуз.       Будто вихрь промчался по ангару — и завертелся вокруг стола с кружками. Зуко пошатнулся и чуть не выронил нож, на секунду его оглушил дружный вопль, разделившийся на целую какофонию нечеловеческих звуков — рычания, хлюпанья, завываний, клацанья зубов, постепенно начавших складываться в матерные слова и отдельные восклицания. Задрожал поднос с кружками, они застучали друг о друга, а потом и вовсе стронулись с места, и заметались над ним. Рев слился в слова: — Бандзай! Бандзай! Бандззза-а-ай! Тэнно хэйка, бандзай*! Щас всех поооррррвееем! Со всех сторон слышалось: «Веди нас, Молодой Дракон!», «Где враги?!», «Да какой он Дракон?!», «Вперео-од!», «Предательество!», «Все просрали!», «Банзай!», «Щенок!», «Дра-кон! Дра-кон!», «Еще спирту подлей!», по ангару будто ураган метался, и Зуко стал различать в пляшущих тенях какие-то страшные рожи, клыкастые, рогатые, с провалами глазниц на месте глаз или, наоборот, с выкаченными, налитыми кровью глазными яблоками, покрытые шипами и наростами когтистые лапы, сжимающие дубинки, пляшущие огни… Кружки со спиртом летали по всему ангару, капитан Шодо Юкава пытался перекричать своих товарищей и навести хоть какой порядок, среди тех призраков, кто не был в намкхе, а подтянулся за своими останками за ночь, по-видимому, оказались и местные, между ними и огненными вспыхивали стычки…       Того и гляди, вся эта толпа должна была вырваться из ангара, и, скорее всего, начать громить гарнизон…       Кто-то из страхолюдин то ли намеренно, то ли случайно походя огрел Зуко по голове дубинкой, и от этого — а может быть, от сделанного накануне для храбрости глотка лауданума, — в глазах плыло, а в мозгах помутилось… — Двери… — все же собрался с мыслями Зуко, — двери держите, не давайте им вырваться! Отгоняйте огнем! Телохранители, не видящие призраков, но всем нутром чуявшие, что что-то пошло не по плану (которого, им, впрочем, никто и не озвучивал), взяли Зуко в «кольцо» и напряженно оглядывались. Бушующие они** на них особого внимания, впрочем, не обращали. Им пока хватало разборок между собой.       В лазарете протяжно застонала бабка, зевнул с подвыванием разбуженный ею фельдшер, заворочался на танкетке, шумно поднялся, поплелся к рукомойнику, долго умывался, заглянул, по-видимому, в операционную, где Таро вчера оставил прямо на столе старуху, вышел, хлопнув дверью, снова в ординаторскую, налил воды в чайник…       Таро открыл глаза, повернулся на бок, и кратко, вежливо осведомился, что же это он, собакот паршивый, мешает спать командиру. И разом почуял что-то неладное. — А где Его Величество и капитан? Фельдшер пожал плечами и сообщил, что все равно скоро подъем, а Его Величество, вроде как он сквозь сон слышал, о чем-то таком с кем-то договаривался, а потом ушел, только он не понял, о чем и с кем…       Таро сел, трясясь от озноба из-за недосыпа, потер лицо, потянулся за очками… и судорожно стал хлопать себя по груди, распахнул китель, залез в карман… Пусто. Мешочка с костями нет.       Так, и?.. Голова соображала с трудом. — Какого хера?.. — Чая вам или кофе? — спросил фельдшер. — Кофе, правда, желудевый… — Какого хера… — пробормотал Таро, озираясь, — какого хера… Нихера… А. Так. Чая. Хотя, к черту! — он стал судорожно натягивать сапоги. Он еще сам не понял, чего именно он опасается, но предчувствие было очень нехорошее. — Куда эту, со стола, девать, вашбродь? — спросил фельдшер, все же подавая Таро чашку чая.       Тот глотнул на ходу, обжегся, выругался и выскочил на крыльцо. Что-то пошло не так, что-то совершенно точно шло не так, но что?! Таро в два глотка допил чашку, оставил ее на перилах и рванул к командному пункту. — Так бабку-то куда? — крикнул ему вслед фельдшер. — Зуко… кости… Хозяин Огня где? — схватил он за рукав рысившего мимо солдата. — Не могу знать, вашбродь… Вроде в ангаре их видали. А может, и нет…       Кости. Останки должны были отнести в ангар, костей капитана Шодо нет, Зуко забрал их у меня, и они с капитаном сортируют останки?.. Ну и что такого? А ничего хорошего! Не зря ж Дэшен так очковал…       Таро развернулся и побежал к ангару. Ну как побежал… Поспешил, как мог. Шум и крики стали слышны ему как-то резко, еще издали — стоило подумать о том, что сортировка костей вполне могла пойти не так.       Таро протиснулся сквозь приоткрытые тяжелые двери, и немедля оказался захвачен ураганом призрачной драки. И, кстати, вовсю пахло спиртом.       И вот тут Таро во второй раз в жизни вызвал молнию с почти что боевыми целями: еще по самой первой стычке с духами он помнил, что электричесво им вроде как не нравится. Он пустил заряд по стальным фермам-перекрытиям ангара, запоздало понадеявшись, что тут никакие баллоны с газом не хранятся… Ну вроде вчера ночью мы ничего такого не видели?..       Эффект был неплохим, с треском, искрами, змеями разрядов, микровзрывами и матюгами охраны. — А-атставить беспорядки! Ну, как минимум, внимание к себе он привлек. — Чо за херня, бойцы?! На тот свет расхотели?! — рявкнул Таро. — На всех дров не хватит?! Из-за чего бардак! Ну?! Ты! — выцепил он более или менее человекообразное нечто. — Сюда поди! Докладывай! — А ты сам кто?! — набычился демон. — Начальник похоронной службы! Главный по отправке вас к Янъло, хари вы поганые! На следующие тридцать секунд Таро перешел исключительно на мат, и, кажется, демоны притихли и стали его слушать. По крайней мере, драка остановилась, и вопли прекратились. Слышалось только сопение, лязганье зубов и порыкивания. — Ну чо? В чем дело, бойцы?! — Это… Ну… Немного погорячились… Вперед протолкался капитан Шодо. — Простите, майор Хосокава, погорячились. Ребята не поняли. Да и спирт тут… а мы отвыкли.       Таро бросил взгляд на ошарашенного Зуко и понадеялся, что тот вышел очень укоризненным. — Так вы еще и нажраться успели, бойцы?! Ну и как вас таких, свинорылых, к Агни на суд отправлять?! — Э-э, ты, нам вот этот, — вперед выдвинулась какая-то жуткая фигура, — подпесок обещал… — Ты кого подпеском назвал, морда бесячья?! — рявкнул Таро, — Хозяин Огня перед тобой! «Подпесок обдолбанный… Да когда успел?! — мысленно взвыл про себя Таро. — И где взял?.. А, догадываюсь…» — Да какой он… Хозяин, — хмыкнул тот. — Какой-никакой, а твой! А кто выебываться будет, того кости свинокурам скормлю, вот и ошивайтесь всю вечность у выгребной ямы!       Призраки снова подняли вой, темная фигура, будто состоящая из одних стальных шипов, двинулась на Таро, и получила небольшой электрический разряд в рожу. Впрочем, Таро понял, что это был явно последний акт Покорения на сегодня. Правда, Зуко вроде как встряхнулся, собрался, и тоже призвал молнию, удерживая пока дугу между рук.       Телохранители недоуменно озирались. — Погодите, погодите! — капитан Шодо подлетел в воздух и втиснулся между противниками. — я все объясню!       Пока капитан Шодо говорил, а телохранители оглядывались со всё большим и большим недоумением, Таро метал в Зуко всё более укоризненные взгляды. Тот хмурился, отводил глаза, переминался с ноги на ногу, прокатывал искры по пальцам… — Ладно. Я понял. Так, господа покойники. Кто хочет быть похороненным как можно скорее — направо. Кто намерен послужить хозяину Огня и заключить договор — налево. Кто вообще не огненный — на выход! Дверь приоткройте! Ваше Величество, садитесь, пожалуйста, писать, — выделил голосом Таро, — договор, а потом зачитайте его желающим вслух. Кто желает быть похороненным, подходите ко мне, я вас запишу!       И вроде как пошел процесс, как в двери протиснулся Сокка. — А что это вы здесь делаете, а? — А-а, водяной! — снова поднялся шум. — Вы что, охренели, что ли, а?! А кто ваши кости вчера лазил, собирал?! — крикнул Таро. — Сокка, сгинь, — мрачно сказал Зуко. — Погоди, — остановил его Таро. — Аппа с Аангом не улетел? — Вроде нет… — замер в дверях Сокка. — Ага. Вы в горы полетите? — Ну вроде да… — Тогда собирайтесь. Сейчас Зуко соберет себе… свиту, и полетите. Вам ведь особый транспорт без надобности, бойцы?!       Сокка передернул плечами, и попятился. — Ты протрезвел?! — Таро подошел вплотную к Зуко, так, что телохранители напряглись. Зуко кивнул, отводя глаза. — Лауданум нашел, да? — еле слышно, но угрожающе сказал Таро. Зуко снова еле-еле кивнул. — Давай сюда, — прошипел Таро. — Он, между прочим, учетный, мне еще медпункт по описи сдавать! Зуко, покраснев пятнами, вытащил пузырек и сунул Таро в руку. Таро сопнул носом. — Ну не совсем мудак, — процедил он. — Айро не скажем. — И чуть громче продолжил: — Ваше Величество, вы готовы лететь? — Да, — сказал Зуко, и, прокашлявшись, повторил уже громче. — Да! А вы… майор, вы… полетите?       Таро вздохнул.