I just make it easy

Возможно, Джисон немного перегнул палку, говоря, что он без особых усилий будет лучшим. Он проснулся без будильника, его нервы разбудили его, отчего-то внутри было очень неспокойно. Он не завтракал, у него не работала голова, руки сами потянулись к телефону. Они открыли подписки Минхо в инстаграмме и судорожно начали искать профиль Хёнджина. Через несколько минут — вот он. Как Хан и думал, красивый парень ведёт инстарамм. В биографии ссылка на академию, на ещё какие-то проекты, и скромное «Хёнджини🫶🏻». На аватарке его лицо, будто слепленное из глины самым искусным мастером. Во внешности этого парня не было недостатков. Джисон стал листать посты, ещё больше в этом убеждаясь. Одна фотка: Хёнджин на сцене в классическом костюме, видимо, танцует, на голове чёрная повязка, взгляд смотрит прямо в душу, пухлые губы приоткрыты. Несколько тысяч лайков, восторженные комментарии. Да, он влюблял в себя всех. Второй пост: Хёнджин с волосами чуть длиннее, чем тогда, когда Джисон его видел. На нём белая рубашка, застегнутая лишь на две пуговицы посередине, чёрные облегающие брюки. Палец на губах, всё тот же раздевающий взгляд. Третья фотка: у Хёнджина блонд, что не делает его менее горячим. Он улыбается, вплетая руку в волосы. Достаточно милая фотография, признал Хан. Больше он не выдержал. В отличие от Джисона, у которого в профиле было несколько фоток из студии, а сторис обновлялись лишь тогда, когда выходил новый трек, и Минхо, который вообще не вёл инстаграм, имея только «💛😸» в описании профиля, Хёнджин был настоящей звездой. Сложно переплюнуть того, кто, как бы не выглядел, всё ещё оставался секс-символом для большинства. Разочаровано выдохнув, чувствуя подходившую новую волну тревоги, Джисон готов был отключить телефон, как вдруг увидел только появившуюся сторис. Конечно, он нажал на неё, чтобы посмотреть. Хёнджин помахал, подмигнув, и перевернул камеру, показывая, что происходит в комнате. Хан ахнул: огромное помещение, большая плазма на всю стену с одной стороны, диван, матрасы и несколько кресел — с другой. Подумать только, как всё грандиозно, что они готовятся с полудня к просмотру, что начнётся только вечером. И сколько людей будет, раз мест так много… Джисон пересмотрел эту историю несколько раз, и только на третий заметил, что Хёнджин не один. В помещении, что он снимал, ещё были люди, они что-то украшали, прибирали, настраивали, и Хан восхитился слаженной работой ребят из академии, но когда прислушался, услышал знакомый шёпот. Голос кольнул куда-то глубоко, когда Джисон понял, что это Минхо, и он тоже за камерой, а значит, рядом с Хёнджином. Что он сказал, Хан не расслышал, но Хван игриво хихикнул. Сердце бешено забилось, руки затряслись. Джисон откинул телефон и пошёл умываться, чтобы забыть все ненужные мысли. Сейчас он сидел перед шкафом, стараясь выбрать что-то нормальное, но с крахом проигрывал в этом деле. Внезапно оказалось, что из «нормального» у него один костюм, но Хан почти из него вырос. Это не катит, нужно что-то ещё.

J.One

(14:07) Бля, ребята, проблема

CB97 ? (14:08)

J.One

(14:10) Я иду на этот вечер кино, что устраивает Хёнджин.

(14:10) Из академии который

CB97 Я его знаю, да. И в чём проблема? (14:12)

J.One

(14:12) Я не знаю, что надеть…

CB97 Йо, с чего это вдруг? (14:12) Перед кем ты красоваться собираешься? (14:13) SpearB Перед Ли Минхо😏 (14:13)

J.One

(14:13) Засунь такие смайлики себе в жопу

CB97 ПОГОДИТЕ ЧЕГО Я НЕ ЗНАЮ (14:13) Бедный Кристофер ещё не осведомлён, что творится. SpearB Сочувствую, но я там тоже буду. (14:14) Я прослежу, чтобы ты уехал девственником. (14:14) Джисон обязательно припомнит Чанбину эти слова. Оставленный друзьями, Хан сидел посреди комнаты, тупо глядя на часы, наблюдая, как время безудержно идёт. Чувство безысходности накрыло его с головой, от множества недавно пережитых эмоций захотелось плакать. Джисон никогда бы не переживал насчёт своего внешнего вида, если бы не чёртов Хёнджин, что так превосходил его. Хан даже не понимал, почему его так сильно волнует, в каких Минхо с Хваном отношениях, но заметил, как неутешительные мысли об этом всё чаще посещали его голову. Что он почувствует, если узнает, что эти двое вместе? От такого прямого вопроса самому себе, внутренности неприятно скрутило. Ему будет больно. Почему? Он уже знает, но боится себе признаться. Неизведанное обычно притягивало, но когда ты сам ощущаешь что-то новое, ты уязвим, тебе всегда страшно. Чтобы было спокойнее, нужен кто-то рядом. Кто-то, кто подставит тебе своё плечо. Минхо, наверное, мог бы таким стать, если бы сам не являлся причиной этих переживаний. Джисон ревновал его, полностью понимая, что это глупо. Перед глазами всё время появлялся взгляд Ли, которым он смотрел на Хёнджина, его счастливая улыбка, их объятия… Что ж, если Минхо счастлив с ним, Хан обязан это принять, но сильное чувство внутри не давало это сделать. Ему хотелось быть на месте Хёнджина. Он хотел быть тем, на кого Минхо бы так смотрел, он хотел мочь так обнимать его. Сегодняшний вечер — либо прекрасный шанс, чтобы показать себя лучшим для Ли, либо время отрезвления, когда Хан поймёт, что у него нет никаких шансов. Шансов на что? Он не хочет об этом думать. В любом случае, он заведомо проиграл, не имея даже подходящего наряда. Надеясь, что после сегодняшнего позора Минхо согласится дальше с ним хотя бы дружить, оставив такой заманчивый вариант в виде Хёнджина, которому Ли может подарить всё своё время, Джисон обессилено упал на кровать, зарывшись лицом в подушки. Он чувствовал себя так, будто уже пал к ногам Минхо, и как бы ему это не нравилось, он должен был принять это и что-то делать. Прошло ещё какое-то время, пока Хан старался взять себя в руки, чтобы не превратиться в конченную размазню и не пойти на вечер с опухшим лицом, как в его дверь позвонили. Удивлённо поднявшись, он взглянул на часы, зафиксировал, что он пролежал около двадцати минут, и пошёл открывать. Джисон чуть не упал, когда с порога ему улыбнулся Чанбин. Из-под его куртки виднелся бордовый костюм, и Хан нервно усмехнулся: — Ебать вечер кино будет, конечно… Чанбин хмыкнул, по-хозяйски проходя в квартиру. Он скинул верхнюю одежду и прошагал в комнату Джисона, смеясь над горкой вещей на полу, из которых тот недавно ещё старался что-то выбрать. — Я пришёл тебя спасать, — заявил Чанбин под удивлённым взглядом Хана. — Бери мой пакет и доставай одежду. Я принёс всё самое крутое, что у меня было. На первый взгляд, Чанбин — последний, кому бы Джисон доверил свой лук, но сейчас Со выглядел очень стильно. Этот тёмный красный слишком ему шёл, его фигура была прекрасно подчёркнута, укладка тоже была очень аккуратной. Чанбина редко можно было наблюдать в подобном образе, но он выглядел так, будто находился в своей тарелке, и это заставило Джисона поверить ему. Он послушно начал доставать вещи из пакета, что принёс Чанбин, удивляясь тому, как всё это было на того не похоже. — Я не верю, что ты такое носил, — рассмеялся Хан. Всё, что он доставал, было слишком облегающим, слишком утончённым и нарядным для Со. Тот, обычно ходивший в спортивном костюме, просто не мог такое надеть. — А тебе и не надо, — фыркнул Чанбин. — Я одолжил у знакомых, подумаешь… Под «знакомыми» он имел ввиду, наверное, Феликса, потому что по комплекции тот не особо отличался от Джисона, но Хан решил промолчать по этому поводу, закусив губу, воздержался от шуток, но Со это заметил. — Что-нибудь скажешь, и я тебе врежу, — улыбнулся он. — В конце концов, не я сейчас страдаю из-за того, что у меня нет одежды, в которой я бы мог понравиться… — Помолчи, — воскликнул Джисон, закатывая глаза. — Ты вообще с чего взял… — У меня есть глаза, Хани, я вижу, как ты на него смотришь. Ты уже достаточно вырос, чтобы наконец в кого-нибудь влюбиться. Это смешно, даже если это Ли Минхо. Хан громко вздохнул. Он хотя бы был благодарен за то, что Чанбин перестал стоять на своём, касательно Минхо, пусть даже его обновлённое поведение было невыносимо. Но Джисон смиренно отправился мерить принесённую одежду, оставив друга в комнате ожидать. Выбирать долго не пришлось, Хану, на самом деле, мало, что понравилось, хоть он и был безмерно благодарен. Он сразу приметил кожанку и пытался подобрать что-то под неё. Когда ничего из предложенных вещей ему не показалось привлекательным, он вспомнил об одной и уже через несколько минут отрыл в шкафу безрукавку из просвечивающей ткани. То, что нужно. Чанбин одобрительно закивал, когда увидел конечный итог: Джисон нашёл так же кожаные штаны, так выигрышно облегающие его ноги, поэтому теперь образ казался почти завершённым. — У меня есть кое-что, — задумчиво протянул Со, вставая с дивана. Он достал из своей куртки что-то фиолетовое, и совсем скоро Хан узнал в этом чокер. — Только… Это забыл у меня Феликс, — нахмурился Чанбин и поднял руку, подавляя любые вырывающиеся из Джисона шутки. — Поэтому я не прощу тебя, если ты что-то с этим сделаешь. Я вообще сейчас ему позвоню, и посмотрим, разрешит ли он тебе… Совсем скоро у Хана в руке оказался телефон Чанбина, звонящий Ликсу, потому что Со сказал, что Джисон должен просить сам. Немного стыдно, но нужно. — Бинни-хён, — нежно мурлыкнул Феликс, как только поднял трубку. — Я… Да, Феликс, это я, — неловко пробурчал Джисон и рассмеялся, услышав неловкий кашель по ту сторону. Чанбин, к слову, сидел уже весь красный. Хан постарался объяснить Феликсу, что у них с Со его чокер, и что Джисон очень хочет его надеть, но обещает вернуть в целости и сохранности. И когда Ликс, смеясь, добродушно разрешает и грозится посмотреть на то, как Хан будет в нём смотреться сегодня вечером, бросая трубку, Со немного успокаивается. — Ох, он так расстроился, что это был не Бинни-хён, — демонстративно грустно вздохнул Джисон, получая от Чанбина несильный удар в плечо. Они заварили чай, дожидаясь времени, когда смогут вместе пойти по адресу, который уже написали в общий чат, что создали вчера. Там было около двадцати человек, совсем немного, как для вечеринки, но благодаря этому Хан чувствовал себя избранным. К тому же, пятерых оттуда он уже знал, с другими без проблем познакомится. Чанбин рассказывал что-то насчёт лирики, что писал вчера, но Джисон не слушал, он рассматривал себя в отражении стеклянного кухонного шкафчика. Он выглядел хорошо, куда лучше, чем обычно в школе, и он подумал, что мог бы даже немного накраситься, потому что «хорошо» было недостаточно. По его мнению, тот же Со сейчас был куда красивее него, а значит, и Хёнджин точно. Чанбин, должно быть, заметил смятение в глазах младшего, поэтому остановил своё повествование. — Что с тобой? — спросил он. Джисон подумал, может, попросить у него совета? Хотя Чанбин видимо был сильной и уверенной личностью, потому что ни разу не проявлял своей ревности, хотя Феликс очень мило общался буквально со всеми. Значит, Со просто не поймёт, что Хан чувствует. — Я просто думаю, насколько убого буду смотреться в окружении ребят из академии, — признался Джисон. — Пиздец, — хмыкнул Чанбин. — Ты прекрасно выглядишь, им с тобой не сравниться. — Не уверен, ты вообще видел… — Хёнджина? Видел. Он горячий, но, поверь мне, ты круче. — Это только ты так считаешь. — Думаешь, я вру тебе? Дело твоё. Просто, если ты действительно рассчитываешь на какую-то реакцию Ли Минхо, то ты её получишь. На фоне всех, даже Хёнджина. — Откуда ты знаешь? — О, я светлый ум. Проницательный. Джисон хотел бы верить Чанбину, и он не думал, что тот стал бы его обманывать, но неуверенность от одних лишь воспоминаний о сегодняшнем туре по инста-профилю Хёнджина грызла изнутри. Хан с испугом отмечал, что стремится к проигрышу в схватке с ней, еле-еле держась от срыва. Но он уже не передумает, тем более, Чанбин уже рядом с ним, он сможет поддержать, если что. Да и Джисон не может позволить себе оборвать все планы Со, какими бы они не были, на этот вечер своими истериками. Чанбин слишком много усилий приложил, чтобы пойти. — Хочешь, мы сделаем тебе укладку? — спокойно спросил Со. — Ты можешь накраситься, если всё ещё не веришь, что сможешь произвести впечатление. Хан удивлённо на него уставился. — Я согласен, — кивнул он. — Только скажи мне сначала, куда делся мой старый заносчивый хён? — Не трынди, пока я добрый, — фыркнул Чанбин, передвигая стул Хана к зеркалу. Через минуту волосы Джисона были аккуратно завиты и волнами уложены на правую сторону. Ему действительно шло. Со терпеливо подождал, пока Хан подведёт глаза, и когда тот сказал, что наконец приобрел «божеский вид», они сели допивать уже остывший чай. Нервы вновь начали подступать, но вместе с тем Джисон почувствовал какое-то приятное волнение. Он хотел увидеть Минхо. Примерно в половину седьмого, когда друзья собрались выходить, Хан заглянул в телефон и буквально расцвёл. Minho~ Я надеюсь, ты выглядишь отпадно!!! (18:16) Что ж, многие начинают уже приходить. (18:20) Советую поторопиться, если хочешь занять лучшее место! (18:23)

J.One

Успею ли я сесть рядом с тобой? (18:34)

Minho~ Жми на газ, Джисонни!!! (18:35) Хан заскринил это милое сообщение, сам не осознав, зачем. Когда он слышал это обращение, кто-то внутри него пищал от смущения, а кто-то каждый раз погибал. Но Джисон готов был терпеть все эти преображения внутри себя, потому что слышать это милое «Джисонни» было лучшим, что ему довелось чувствовать в этой жизни. Чанбин усмехнулся, когда Хан понял, что он читает их переписку, выглядывая из-за плеча младшего, и они поспешно вышли. В конце концов, Джисону нужно было успеть занять главное место, а Чанбин тоже жаждал встречи с Феликсом больше, чем воздуха, поэтому Хан его понимал. Возможно, где-то в глубине он ощущал то же самое.