Темнота их глаз

      Когда на кладбище пришёл Клаус, то Лукреция сказала Ребекке, чтобы та уходила, но вампирша просто ушла в другое место, так как они заперты. — Я прошу тебя как брат брата, — начал Элайджа, вставая перед братом, — мы покончим с этим безумием. — Вы встанете на сторону предательницы? — Я не выбираю сторону, встряла Лу, — но не позволю тебе навредить сестре. — Нам не уйти с этого кладбища, — Клаус расставил руки по обе стороны, — как долго вы сможете защищать её?       Клаус на вампирской скорости решил отыскать сестру, но на пути встала Лу. — Сколько нужно и как потребуется.       В итоге Клаус пока сдался, но с наступлением рассвета опять начал искать сестру. — Прошло несколько часов, — начал Элайджа, — а что в итоге? Никлаус, я знаю тебя, я вырос на наших драках. Тебе не победить меня и не уговорить. Ты не пройдёшь мимо меня. — Я могу пройти, но мимо твоего мёртвого тела. Ты ударил меня этим кинжалом, — гибрид указал на клинок Папы Тунде, — погрузив в невыразимую боль. Возможно, мне стоит направить ярость на тебя. — Ник направил кол из белого дуба на брата. — Взгляни на себя, — встряла Лу, — кровожадная мина, самоуверенная поза. Ты похож на Майкла. — Я не он, — начал оправдываться гибрид, — предательство Ребекки оправдывает мой гнев. А он был безумцем. — Не оправдывайся, Никлаус! — Прикрикнул Элайджа. — Ты никогда не испытывал на себе его жестокость. Никто из вас. Ни Кол, Ни Финн. Никто. Ты забыл, каков он был на самом деле? — Нет, я не забыл, Никлаус, я понимаю твой гнев, но умоляю тебя, сделай то, что оне не смог. Прояви милосердие вместо этой мелочной жестокости. — Просишь о милосердии к той, что предала меня? Ты правда меня не знаешь, не так ли, брат? — Довольно! — Лукреции надоели все эти воспоминания. — В чём бы Ребекка не ошиблась, её вина — ничто в сравнении с твоей. Ты хочешь мести? Отлично. Но прежде, чем ты её получишь, я взгляну тебе в глаза и скажу, что твоя жестокость и злоба довели нас до этого. — Что ж, прошу, выговорись, — без удивления произнёс Ник, — а когда ты закончишь, я накажу её так, как она заслужила, даже если мне придётся переступить через тебя и Элайджу. — Никлаус поднялся на вершину надгробий. — Давайте начнём. Суд над Ребеккой Майклсон. — Слава богу, он удержал своё эго, — шёпотом произнесла Лу, чтобы это слышал только Элайджа. — Скажи правду, — взглянув на сестру сказал Элайджа, — я присмотрю, чтобы он не сорвался. — Ты обвиняешь в предательстве брата. Твой ответ суду. — Мой ответ: заткнись и слушай. — Она призвала нашего отца, привела в наш дом. Что ты можешь сказать в её защиту? — Ты боялся только его, и она хотела, чтобы ты сбежал. — Она ненавидела меня. — И поделом тебе. Ты отнял у неё свободу любви. — О, так это твоя защита? Она призвала Майкла, охотника на вампиров — потому что я гонял от неё тупых поклонников? — Ты был жесток. Ты давил на неё и манипулировал. — Я пытался защитить её от идиотов и паразитов, не говоря о её нервных суждениях. — А как насчёт того, кого даже ты называл другом? Почему ты запретил Ребекке любить Марселя? — Не упоминай его имя. — Что с тобой случилось? — Встряла Бекс. — Я помню милого мальчика, который веселил меня и дарил мне подарки, любил живопись и музыку. Я хотела быть как ты. — Почему ты пал столь низко? — Поинтересовался Элайджа, тоже вставая рядом с девушками. — Ты говоришь, что презираешь Ребекку за её предательство, и всё же никто не оставался на твоей стороне так долго, даже я сам. Возможно, ты забыл. Но я помню день, когда отец увидел, как ты стругаешь свои фигурки его охотничьим ножом. Он бил тебя так безжалостно и долго, что я испугался за твою жизнь. Ребекка восстала против отца его же мечом, чтобы защитить тебя. — Ты можешь представлять её верной сестрой, но она предала меня, возлежав Марселя. Возможно, именно поэтому — ради любви. Возможно, я смирю свой гнев, если Ребекка признает, что была жертвой собственной глупости, её великая любовь Марсель использовал её, чтобы изгнать нашу семью и забрать мой город. — Заявил Ник, но Ребекка ему даже не поверила. — Марсель не управлял мной. — Ты защищаешь его, но всё же не можешь не задуматься, а если я прав? — Мы любили друг друга. Ты отказался это уважать и поплатился. — Тогда почему он не последовал за тобой, когда ты бежала из города? А, да, всё верно, он был здесь, крал то, что я построил. — Я должна отречься от Марселя, вымаливая твоё прощение? Я не стану. Марсель невиновен. Я призвала Майкла. — Ребекка не стоит… — Элайджа хотел остановить сестру, но та была упрямее. — Это я призвала его в Новый Орлеан из-за твоей злобы. Я хотела любви и счастья, но ты отнял у меня свободу выбора. Да, я ненавидела и боялась нашего отца, но он был меньшим злом, чем ты, мой брат ублюдок, который давил на меня и угрожал, как сейчас. Я хотела избавится от тебя, и, будь у меня выбор, я поступила бы также.       Внезапно, Клаус заколол Ребекку. — Лукреция, отведи Ребекку.       Элайджа успел поймать сестру, чтобы она не встретилась с холодным асфальтом.       Лу сидела с Ребеккой и тут она просыпается. Трибрид знала, что Ник не попал в сердце. До этого момента всё было тихо. Элайджа молчал, Ник тоже. Но стоило девушкам выйти из склепа, то всё стало понятно. Элайджа был заколот. — Ты не попал в сердце, — начала Ребекка, когда подошла к брату. — Может, и так. А может, я не хотел тебя убивать — лишь дать испытать часть того страха, что объял меня, когда за мной пришёл отец. — А ты сам знаешь, что из этого правда? — Вот что я знаю, ты обвинила меня в том, что я зло, но сама плела заговор, чтобы убить своего брата, — в голосе гибрида было слышно отчаянье. — Ты превратил нашу жизнь в ад. Ты мучил нас. — Я люблю свою семью. Тебя, Элайджу, — Ник посмотрел на тело брата, — Лу. Люблю вас всех. Я знаю, что со мной непросто, но это не я сделал себя таким. Это Майкл погубил меня. — Он и меня погубил. Об этом ты забыл. Прошли века, и мы все сломлены. Ты — своей злость. и паранойей. Я — своим страхом одиночества. Элайджа — отдаёт себя всем, кроме себя самого. Лу — настолько измученная жизнью, что пожертвовала собой ради любимого и нашего брата. — Мы сильнейшие создания в мире, — по щеке Лу пробежала слеза, — и всё же мы все сломлены. Мы живём без надежды, но никогда не умрём. Мы истинные прокляты, всегда и навечно. — Лучше будет так, чтобы ты уехала из города. Если хочешь, то Лу, ты тоже можешь уехать вместе с Ребеккой или обратно в Мистик-Фоллс.       Последнее, что сказал Никлаус и ушёл к брату. Барьер с кладбища снят и вампирши смогли выйти. Перед отъездом, девушки решили попрощаться с Хейли, которая теперь живёт на болоте с оборотнями. Настой Селесты сработал.