Темнота их глаз

      На следующий день Майклсоны узнают, что в город прибыл старый враг Никлауса — Гаспар Кортес и хочет добыть ещё одну пулю белого дуба, чтобы убить гибрида. И тогда Клаус решил показать письма, которые он собирал. Лукреция не могла очнуться от клинка. Хотя магический предмет должен уже перестать действовать, но что-то её держит. Кол должен был быть якорем для её возвращения, но нет. Будто его нет по ту сторону. Это её и тревожит. Значит, Клэр смогла воскресить первородного. Но зачем? Она ведь понимает, что у них ничего не получиться. Это и предавало Лукреции надежду, что всё идёт по плану. А значит, скоро Давине не здобровать.       Внезапно, Лукреция не почувствовала, что её кто-то держит и она с лёгкостью смогла открыть глаза и принять сидячее положение в гробу. Осмотревшись, женщина поняла, что находиться в подвале дома. Значит, она сможет выйти в гостиную, от куда были слышны голоса. Но, когда услышала голос Кола и Давина, трибрид сразу всё поняла.       Майклсон аккуратно пробралась в комнату Хоуп, чтобы увидится с племянницей. Юная Майклсон лежала в своей кроватке и мило спала. Лукреция не хотела будить малышку, поэтому легонько поцеловала её в лоб и кинув мимолётный взгляд на часы, покинула комнату. Выйдя на улицу через задний вход, в лицо женщины ударил свежий воздух, который пробирал до костей.       На улице март, весна, а холод до сих пор присутствует. Поёжившись от ветра, блондинка двинулась по улицам красивого ночного города. Но и не пройдя и полметра, на Лу напали сзади и припечатали к кирпичной стене. — Где Клаус? — Начал мужской голос. — Понятия не имею, — ответила Лу охрипшим голосом, так как незнакомец сжал её горло. Из-за недолгого сна, силы трибрида не восстановилась. — Знаешь. Отвечай! — Мужчина сжал горло блондинки ещё сильнее. — Я ничего не знаю.       Лукреция не выдержала и откинула незнакомца к противоположной стене и свет от фонаря упал на лицо нападавшего. Это был Кортес. — Кортес, — сквозь зубы проговорила Лукреция и решила напасть на вампира, но тот оказался быстрее и впустил свою руку в грудную клетку трибрида и начал сжимать её сердце.       От неожиданности Лукреция чуть ахнула и жадно начала глотать воздух. И сразу посмотрев в глаза Кортесу, трибрид увидела ярость и ненависть, но из-за этого капилляры начали лопаться и мужчина отпустил Лу и взялся за голову. Майклсон опустилась на колено перед Гаспаром. — Не стоит нападать на женщину, которую не знаешь.       Последнее, что произнесла Лукреция и свернула шею вампиру. Встав на ноги, женщина оглядела себя. Алое пятно красовалось на её белой футболке, говоря о том, что её сердце хотели вырвать из грудной клетки. Блондинистые волосы немного взъерошенные, что придавало трибриду потрёпанный вид. Поправив своё пальто, Майклсон вышла из-за тёмного переулка и пошла в сторону дома.       Все туристы и местные оборачивались на Лукрецию, но ей было плевать. Главное ей дойти до дома и всё высказать Никлаусу. Зайдя в дом, Лукреция услышала голоса, которые принадлежали Клаусу и Элайдже. Пройдя немного дальше на звук, гнев только усилился. — Никлаус!       Прокричала Лукреция и вошла в кабинет, где Фрея искала всех врагов Клауса, которые хотят его убить. От его невозмутимого вида, трибрид только сильнее разозлилась. — Какого чёрта на меня нападает Кортес? — С ходу преступила к делу Лу. — Решила я значит, просто прогуляться после сна. А тут на меня нападает Кортес и спрашивает меня, где ты. Чтобы твоих врагов, я больше не видела рядом со мной. Ясно? — И я рад видеть тебя, сестрёнка, — елейно сказал Клаус, переводя тему. — Не переводи тему, брат. Меня не было один день. Что вы уже успели натворить? — Лу, как мамочка, честное слово, — произнёс Кол, будто после воскрешения он потерял страх. — Заткнись, Кол. — Лукреция, — встрял Элайджа, чтобы хоть как-то разделить брата и сестру, которые стоят чуть-ли не впритык друг к другу, — я понимаю, твой гнев не уместен, сестра. Но у нас более важная проблема. — Не влезай, Элайджа, — ответил Клаус, — мы сами разберёмся. — Да, — подтвердила трибрид, — разберёмся. — Что Кортес спрашивал про меня? — Тебя только это волнует? Боже, Ник, если бы я не вышла на улицу, то он был пришёл сюда. А между прочим, здесь Хоуп. Ты о ней подумал? — Лукреция услышала только молчание и отвернулась от брата, не желая смотреть на него. — Не отворачивайся от меня, когда я с тобой разговариваю! — Рыкнул гибрид. — Мне надо было давно уже отвернуться от тебя! — В ответ сказала Лу и только потом поняла, что ляпнула и замолчала, смотря на реакцию брата. — Ник…       Клаус ушёл не желаю разговаривать с сестрой. Ему было больно слышать такие слова от этого человека, который много раз спасал его. Лукреция пожертвовала собой, ради него. От части, он виноват, что не остался сидеть с Лукрецией и ждать её пробуждения. Он пошёл к Ками, с которой надо было очень срочно поговорить. Но и Лукреция тоже чувствовала себя виноватой, что так сказала.       Повернувшись к остальным, которые с осуждением смотрели на блондинку. Элайджа подошёл к ней и мимолётно взглянул и отправился вслед за братом. А Фрея и Кол так и остались стоять на месте, переваривая, что произошло. Лукреция услышала, как из соседней комнаты раздавался плачь и та сразу направилась на звук.       Зайдя в комнату Хоуп, Лу взяла её на руки. Видимо, она проснулась от крика отца и тёти. Ей было искренне жаль малышку, что она родилась в такой семье. Но родителей не выбирают. Клаус старается быть хорошим отцом и у него это получается. Хейли редко бывает дома. Только приходит покормить дочь и ночью. В основном, Хейли со стаей и помогает им после смерти Джексона. Ей тоже не легко. Она потеряла мужа и хочет отомстить.       Все сидели в гостиной и смотрели за картой, на которой были отмечены точки, в которых находятся враги Никлауса. Лукреция сидела на диване с Хоуп на руках и укачивала её, чтобы та заснула. Фрея и Кол наблюдали за картой. Элайджа попивал виски. В доме царила тишина. До тех пор, пока не пришёл Клаус и не рассказал, что убил Кортеса. — Значит, это лишь часть твоих потенциальных врагов? — Поинтересовался Элайджа, указывая на карту, на которой все точки совместились в одну и указывали на Новый Орлеан. — На будущее: — встрял Кол, — будь милее с людьми. Или не оставляй в выживших. — Мы не знаем их намерений. Половина из них может идти по твою голову, — указывая на Лукреция, продолжил гибрид, — или твою — чтобы закончить войну линий. — Мою жизнь охраняет преданная армия. — Проговорил Элайджа. — Лукрецию охраняют Предки Нового Орлеана. А все, кто готов защищать тебя стоят в этой комнате.       Лукреция подошла к столу и встала рядом с Клаусом, качая на руках Хоуп, которая уже заснула. Элайджа прав. Лукрецию охраняют Предки Нового Орлеана и поэтому она может связать с миром мёртвых. С их помощью она может попасть туда и выйти. — Но, как тебе известно, Никлаус, есть другой способ. — С хитрой улыбкой сказала Лу. — Податься в бега? — С непониманием спросила Фрея. — Были времена, когда Клаус Майклсон был всего лишь легендой. — Клаус начал вспоминать то время. — Тенью, наводящей пронизывающий страх на каждого, кто услышит его имя. Я не бегу, сестра. Я исчезаю. Сегодня вы четверо сделаете это возможным.       Клаус отдал голову Кортеса Элайдже и тот пошёл к Марселю, чтобы отдать голову. Лукреция, Фрея и Кол готовились наложить заклинание на Клауса. И, когда Кол вошёл в холл с кубком в руке и пакетами крови, то Лукреция невольно усмехнулась. — Надо заполнить кубок кровью Ника. Немного олеандра, перо пятнистой совы, заклинание я тебе дам — и готово. — Впечатляет. — С улыбкой произнесла Фрея. — Ты создал заклинание? — На этой планете нет магии, которую я не изучал. Но мы оба знаем, что ты уже в курсе. Мы встречались сто лет назад, не так ли? Но ты была не единственной ведьмой, которую я не смог подкупить своим очарованием. Я тогда решил, что ты по девочкам. — Конечно, — Лукреция театрально закатила глаза и подошла к вампиру, тот сразу взял её за руку и переплёл их пальцы, — только такие не падают перед тобой в обморок. — Либо такие, либо моя давно потерянная старшая сестра. Либо, — Кол перевёл взгляд на Лу, — вот это прекрасная дама. — Я рада, что ты вернулся. — С улыбкой на лице сказала Фрея, смотря брата и сестру. — Знай, Ребекка держала обещание, боролась за тебя — пока её не прокляли. Нам всем повезло, что Давина так и не сдалась. — Она заботилась обо мне, да? — Без эмоций спросил Кол и Фрея подтвердила. — А я должен позаботиться о ней. Вы без меня справитесь? Мне надо идти. — Не забудь про обещание, милый, — с хитростью проговорила Лу и Кол подошёл к ней и поцеловал. — Я не забыл, любимая.       Кол ушёл, оставляя ведьм одних. Фрея так и не поняла, что произошло и поэтому просто пялилась на сестру и улыбалась. — Что? — С счастливой улыбкой спросила Лукреция, готовясь к заклинанию. — Что между вами? — С хитрым прищуром поинтересовалась Фрея. — Особая связь, Фрея. Потом всё расскажу.       Ведьмы начали читать заклинание и у них получилось сделать так, чтобы все ведьмы думали, что гибрид в Новом Орлеане. — Готово? — В гостиную вышел Клаус с сумкой в руке, в которой было всё необходимое. — Да. — Ответила Фрея. — И теперь любая ведьма, что будет тебя искать, решит, что ты здесь, в Новом Орлеане. — Несмотря на все всои приказы, Кол — мастер своего дела. — Элайджа невольно улыбнулся, но потом стал серьёзным. — Да, притягивать проблемы — его сильная сторона. Поблагодари его за меня. — Не останавливайся, пока не будешь уверен, что ты в безопасности. — Мне не нужно напоминать, как ценен мой груз. — Береги себя, — проговорила Лукреция, — Ник, прости меня за то, что я сегодня сказала… — Ты была права. — Клаус поцеловал Лу и Фрею. — Держите их в узде, сестрёнки.       Элайджа отдал брату сумку и тот направился на выход. Даже не обернулся, ведь старшая сестра приказала ему, не оборачиваться. — Дома станет так тихо. — Тихо проговорила Фрея. — Это вряд ли. — Ответила Лукреция.

***

      Лукреция и Фрея сидели в холле и Лу рассказывала ей, как познакомилась с Майклсонами и про Кола. — Впечатляет.       Фрея с шоком смотрела на сестру. На всё то, что она рассказала. Всё, что происходило в Мистик-Фоллс; про Кэтрин, которая теперь скитается одна по всему миру без вампиризма; про то, что вытворял Клаус, пока не родилась Хоуп и про всё. Сидели они, как родные сёстры. Только не хватало Ребекку. Ведьма была искренне рада за Лукрецию и Кола. — Если честно, Давина мне никогда не нравилась.       Фрея была права. Давины Клэр было слишком много в их семье. Но это не надолго, а, всего лишь-то на несколько дней. Поэтому, Лукреция действительно была спокойна. — Уже поздно. — Да.       Сёстры напоследок обнялись и разошлись по комнатам.