Миражи.

ГЛАВА 13 В обмороке я был, видимо, совсем недолго, потому что северяне еще не закончили ругаться, или так они обмениваются мнениями? — Он опять в обмороке валяется, а до города полдня пути! — возмущался Зирг. — Ты хотел, чтобы мы позволили ему умереть? — Не хотел. — Тогда в чем вопрос? — Видел, как он гладил этого волка? — Видел. Он теперь и его с собой потащит в город, — тяжело вздохнул Зирг. Ну и что?! Мне волчок понравился, если не съест меня, когда придет в себя, то будет моей собачкой. Плевать на всех, я счастлив! Сдержать эмоции не получилось, я улыбнулся, что сразу же заметили Зирг с Куреном. — Он приходит в себя. — Вижу, Курен. — И волк, кажется, тоже. Последнее замечание заставило меня резко открыть глаза и сесть. — Привет, — глупо поздоровался я. Мужчины синхронно хмыкнули. Серт все так же в стороне пожевывал травку, но так вяло, что скорее делал это просто от скуки или маскировки. Волк поднялся и, оскалившись, зарычал. — Нет, ну это как называется?! Мы его от монстров отбили, вылечили, а он еще и скалится? — всплеснул я руками, играя роль обиженного и оскорбленного. Волк замер и как-то совсем по-человечески осмотрел себя как смог. — Спасибо, — выдал он, повергнув меня в шок. — Ты говорящий?! — у меня, наверное, было слишком по-детски восхищенное и удивленное лицо, потому что волк неуверенно отступил назад. — Ух, ты! Говорящий волк! Какая у меня будет крутая собака! — Мит! — окрикнул Зирг. — Никогда бы не подумал, что волки говорят! Какой ты у меня умный! — не унимался я, послав голос разума далеко и надолго. Зато у парней он хорошо, что остался. — Мит! — рявкнули они в два голоса, а волк плюхнулся ошалело на зад. — Да?! — огрызнулся я. — Это оборотень, — медленно, словно стараясь достучаться до восторженного меня, произнес Зирг. — Оборотень? — машинально повторил я. Доходило до меня долго, главное, что вообще дошло. — Ага, — улыбнулся Курен. А мне стало грустно, как будто обманули в самом лучшем желании. Оборотень, это не собака, это человек, что уже не интересно. — Понятно, — понуро ответил я. — Он в человека собирается превращаться? — Надо? — спросил оборотень, говорит он немного странно, проглатывая некоторые буквы и порыкивая, все же пасть зверя не приспособлена к изысканным речевым вывертам, но ведь по-человечески. — Как ты умудрился напороться на ночных тварей? — спросил Зирг, когда вместо волка на том же самом месте теперь сидел светловолосый синеглазый юноша лет восемнадцати и с улыбкой смотрел на нас. — Симпатичный, — вслух сказал я, рассмотрев парня. — Но волк был лучше. — Что это с ним? — поинтересовался оборотень, посматривая на меня заинтересованным взглядом. — Почему с ним, а не с ней? — тут же спросил Зирг, даже я удивился. Вот же дело привычки, уже забывать начал, что накидка на мне постоянно скрывает лицо. — Он пахнет как мужчина, и вы сами к нему обращались не как к женщине, — усмехнулся волк. — И голос. — Весело, — покачал головой Зирг. — Получается, что сами себя и выдали. Молодцы, нечего и сказать. — Ой, да какая разница. Я, как только из города выйду, то одежду точно поменяю на нормальную, мужскую. — Нет! — снова в один голос запротестовали они. — А, по-вашему, мне всю жизнь в этих женских тряпках шляться?! — взбеленился я, вскакивая. Наверное то, что меня еще и с волком обломали, в раздражение добавилось, потому что выпустив таким всплеском эмоций пар, устало опустился на землю. Ну и кому я что докажу, они же не просто так меня прячут ото всех. А я веду себя как девка капризная. Фу! Нет, у меня не только стиль в одежде поменялся, но и мировоззрение, кажется, в сторону женской сущности сместилось. Инь, янь, в общем, перекосило куда-то не туда. — Так как ты столкнулся с ними? — напомнил свой вопрос Зирг, про ночных тварей. — На меня охотились, вот и пришлось убегать. А тут они. В ловушку загнали умело. — И кто за тобой охотится? — спросил я. — Натворил чего? — Из стаи ушел, — опустил оборотень голову, вот если бы ему волчьи ушки, то они бы понуро опустились. Мило. Эх, волком он милее. — Зачем? — удивился Курен. — Хотел начать жить самостоятельно. Но кому-то я еще помешал до такой степени, что решили убить. Ловушка с тварями была мастерски поставлена. И до этого покушения были. Все неудачные. — А за что убить хотят, знаешь? — мне стало любопытно. — Скорее всего, хотят, убив меня, ослабить власть моего отца. Он вожак, а я единственный его сын. — И ты ушел из стаи, подставив своего родича? — с осуждением спросил Зирг. — Я не подумал об этом. — А обратно вернуться не думал? — спросил очевидное я. — Да я уже и сам собирался, а тут эти… — Может, раз все выяснили, пойдем в город. Осталось-то совсем ничего, а мы никак дойти не можем, — вмешался Курен. — Очень хочу мать с сестрой увидеть. А с вами это становится с каждым шагом все сложнее. — Тебя не просили влезать, мог бы и дальше идти, — огрызнулся я, поднимаясь с травы. Развалившийся до этого Фифа, тоже поднялся и снова фыркнув, к чему-то прислушался. — Ну, что опять?! — закатил я глаза, притворно вздохнув, следя за реакцией серта. — И куда топать? Фифа, оскалившись в подобии наглой ехидной улыбки, показал головой прямо, в сторону дороги до города. — Он что, опять кого-то услышал? — с недовольством спросил Курен. — Я же говорю! С вами дойти до города проблема. — Не причитай, — отрезал Зирг, — никто никого не держит. — Волчонок, пошли с нами до города, а дальше сам пойдешь своей дорогой, — предложил я, перетекшему в волка оборотню. Фифа вел нас чуть вперед по направлению к дороге. Чем ближе подходили, тем быстрее шел серт и мы за ним. В этот раз нам даже встревать не пришлось в разборки одного темноволосого мужика с разбойниками на той самой дороге, по которой мы шли к городу. Незнакомец в черном очень прытко уходил от ударов нескольких мужиков разухабистого вида, но их было слишком много на него одного. А вот появления недовольно верещащего серта с выпущенными хлыстами, мужики явно не ожидали. Сначала застыли и через мгновение с воплями ужаса разбежались по кустам, как перепуганные зайцы. Пока серт распугивал неудачливых разбойников, стоящий позади нас волк зло зарычал. — Ты чего? — склонился я к его уху. — Это его запах я чувствовал на всех ловушках, — прорычал волк и снова оскалился. Черноволосый внимательно оглядел нашу компанию и зло уставился на волка. — Похоже это действительно твой массовик-затейник нарисовался, — ответил я, соглашаясь с волком. Сходу видно, что чернявый не безобидная овечка, оказавшаяся в этом лесу случайно. Не знаю, почему он решил сделать последнюю глупость в своей жизни именно сейчас? Может, посчитал, что это его последний шанс или что-то еще, но рванул он к нам уже меняясь и перетекая в форму волка. Фифа среагировал моментально. Посчитав, что на его хозяина, то бишь меня, любимого, покушаются, мгновенно взмахнул двумя хлыстами и волк с остекленевшим взглядом, перерубленный пополам, упал замертво на дороге. «Ого. Силен. Молодец, Фифа». — Мерртв, — высказался оборотень, обнюхав бездыханного противника. — Спасибо. Я возвращаюсь в стаю. Я твой должник. Волк, рыкнув последний раз и обнюхав меня, скрылся за деревьями. — Замечательная прогулка, — потрясено проговорил я. — Чем дальше, тем все круче и круче. — Мы до города сегодня дойдем?! — уже всерьез разозлился Курен. — Фифа, — позвал я серта, обойдя валяющегося в крови оборотня, стараясь не смотреть на него и не думать, что это вообще-то человек, а не животное, которое только что убил мой серт. — Давай уйдем отсюда поскорее, а то муторно что-то. Я торопливо забрался на серта, в чем он мне как всегда помог и, видимо, чувствуя мое состояние, старался взглядом со мной не встречаться. Серт доставил нас в город очень быстро. Гарль поражал своим размахом и полным отсутствием окружающей его высоченной стены, как мне казалось должно было быть. Люди, встретившиеся нам по дороге, живущие на окраинах, выглядели как последние бедняки, а бежавшие за нами босоногие дети просили монет. — Старик не соврал, — раздраженно и в тоже время беспомощно сказал Зирг, смотря на бегущих рядом с сертом детей. — Куда нам сейчас? — спросил я увлекшихся разглядыванием покосившихся домов северян. Не таким они, видимо, представляли себе свой город. Сочувствую. — Как же отец так запустил дела?! — Вы в «Толстяк»? — Да. А ты к себе собрался? — спросил Зирг, тем временем помогая спуститься другу на ходу с серта. — Хочу родных увидеть. Я позже найду вас, — и Курен шустро скрылся за домами, свернув в проулок. Постоялый двор «Толстяк», как гласила резная деревянная надпись над воротами при входе, поражал своими размерами. Трехэтажный бревенчатый сруб как из сказки и широченный двор с сараями для сертов. Нас встретил шустрый, немного потрепанного вида паренек, явно не сытно питающийся, и предложил увести серта на отдых. Фифа, как всегда, любитель показухи, сделал мне под ноги ступени, по которым я спустился, тут же изящно приняв предложенную руку Зирга. — Мне надоело вести себя как женщина, — процедил я сквозь зубы для принца, а тот только расплылся в довольной улыбке. — Госпожа, какая честь, — склонился в поклоне появившийся на пороге хозяин постоялого двора. Я в ответ смог только кивнуть головой, позволяя и дальше пресмыкаться передо мной. Вышагивая как приличная дворянка и помня, что мне сказал дед из деревеньки насчет походки, старался идти маленькими шажками и более плавно вилять задницей. Фифа, сволочь, сзади опять закхыкал. Значит, надо мной потешается! Ну, не могу я ходить как женщина, не умею!!! Наверное, задницей как последняя шлюха сейчас вилял. Плюнув на все, пошел, как всегда хожу. Надеюсь, настолько глазастых как тот дедок я не встречу. — Госпожа, у нас как раз освободилась великолепная комната. Большая и светлая. А какой там под окнами розарий разбит. Аромат чудесный… — распинался толстячок. — И все за пол золотого в сутки. Зная, что золотой это очень много, я недовольно поморщился, но под покрывалом выражения лица не видно. Однако хозяин постоялого двора был натаскан на поведение богатых и мое молчание понял по-своему. — И постой Вашего серта входит в эту стоимость. А также вашего охранника мы поселим за серебрушку. Зирг сам решил, что теперь стоит соглашаться и без моего участия, и заплатил хозяину. Нам вручили два ключа: один от моих апартаментов, а второй, как объяснил толстяк, от комнаты чуть дальше по коридору и чуть похуже для Зирга. — Я спать, — сказал я, только войдя в комнату и увидев шикарную кровать. И даже то, что не помешало бы сперва помыться, меня не остановило — желание попрыгать и проверить на мягкость кроватку пересилило. — А я пойду немного внизу посижу. Поем и выпью, потом тоже лягу. Так мы и распрощались. Я, скинув с себя одежду, не забыв запереть дверь и окна, и тщательно это повторно проверив, с разбегу залетел на кровать и, блаженно раскинув руки, упал на нее спиной. — Мягко, — сладко потянулся я, зарываясь в пуховые перины, одеяла и подушки. Запах чистого белья и удобная кровать сделали свое дело, унеся меня в страну снов. Но поспать мне долго не дали. Я был разбужен каким-то непонятным шумом. Громкие голоса в коридоре, внизу под окном. — Пожар там что ли? — одеться я постарался побыстрее и не забыв это дурацкое покрывало натянуть. В таком не радостном настроении я открыл дверь своей комнаты. Как оказалось, разговоры были не в моем коридоре, а внизу в зале. Меня уже не радовало, что поселили в комнату почти напротив лестницы со второго этажа, и стоило подойти к перилам, как весь зал, где ели и пили, словно на ладони. Люди что-то бурно обсуждали, причем все сразу, отчего стоял невнятный раздражающий шум и бубнеж. Так и хотелось крикнуть, чтобы заткнулись. — Представляешь, этот полоумный вызвал на поединок троих сразу, за оскорбление короля, — сказал один мужик другому, когда они проходили мимо меня. — Простите, а что происходит? — пришлось голос сделать потоньше и спросить, как можно вежливее. Один сразу же расплылся в улыбке и даже смущенно покраснел. Ужас! А вот второй, отчего-то готов был испепелить меня взглядом. А потом демонстративно обхватил улыбающегося за талию и притянул к себе. Я только глаза закатил. Да оставь ты себе это недоразумение, оно мне и даром не нужно! Надо же, лица моего не видят, а ревновать все же умудряются. — Там один чудак решил заступиться за честь короля, — с усмешкой произнес мужчина. — А что, не надо было? — несколько резко спросил, уже понимая, кто этот «чудак». Все же родной сын не мог выдержать оскорбление в адрес своего отца. И я бы не стерпел, даже если он и козел последний, который развалил страну. Но ведь странно, до этого он правил хорошо, что же случилось? — Надо, — смутился мужчина, — конечно же, надо. — Не скажете, а почему так много нищих у вас на улицах? — А вы у короля спросите, — пресек мои расспросы более агрессивный и настойчиво потянул от меня второго. «Фифа, где Зирг?» Картинка — ответ пришла сразу. Принц стоял посередине двора в кругу толпы, которая явно посмеивалась над ним и была не на стороне защищаемого принцем короля. А три небритых мужика, поигрывая мясницкими ножами, что-то браво выкрикивали потешая народ. — На минуту оставить нельзя. — Госпожа! — остановил меня хозяин. — Вам не стоит идти туда. — Почему? — что первое в голову прошило, то и ляпнул. Видимо, не совсем то. Не стал бы так ошалело смотреть на меня толстяк. Наверное, и у них женщины не должны никуда вмешиваться? — Вы можете пострадать. А вашего охранника убить не убьют, но немного потреплют, это точно, — вот обрадовал, так обрадовал. И что я потом с болезным принцем в незнакомой стране делать стану?! — Спасибо за предупреждение, — постарался я вложить в голос благодарность. И тут меня осенило! А что, если мне как постороннему человеку принести весть о пропавшем принце и посмотреть, что же на самом деле задумал этот его Хавит?! — Любезнейший, — щелкнул я пальцами, привлекая внимание хозяина, отвлекшегося на какой-то разгорающийся спор. — Да, госпожа, — поклонился он. — Вы можете отправить посыльного к двоюродному племяннику короля, Хавиту. — Лорду Хавиту? — переспросил побледневший хозяин. — Да, к нему, — я качнул головой, соглашаясь. — Передайте, что у меня есть информация о пропавшем принце, и я жду его встречи со мной сегодня вечером… Скажем, в девять часов в вашей таверне. — Будет исполнено, госпожа… — благоговейно произнес толстяк, немного замявшись. Пришлось лезть в мешочек, что я предусмотрительно повесил себе на пояс, и доставать монетку. Хозяин аж просиял, сжимая предложенную мною оплату. Не став больше задерживаться, я вышел во двор, чтобы успеть расслышать, как все весело смеются над Зиргом. — Я заставлю тебя грызть землю! — разорялся Зирг, на что трое бугаев, стоящих в круге, только посмеивались. Пока Зирг, пыша гневом, разглагольствовал, сзади к нему постарался подкрасться какой-то левый мужичок с небольшой такой дубинкой и явно не на помощь крадется, гнида! Недолго думая, сам не знаю, как получилось, но по моему желанию этого умника приподняло над землей, и он повис, словно на невидимых нитях, в тщетной попытке достать твердую поверхность ногами. Тут же с него сползли штаны, и появившиеся ветка стала проводить воспитательную процедуру, окрашивая в красный цвет бледную задницу истошно визжащего мужика. Зато орал в полной тишине только он. Даже Зирг перестал ругаться, а смотрел на происходящее. — Ты чего? — спросил у меня ошарашено принц. — Он сзади подкрадывался. А это плохо, — ответил я и, подойдя к воспитуемому спереди, заглянул в его глаза. — Ты знаешь, что так нельзя? Это называется подлостью, бить исподтишка. Таких как ты надо перевоспитывать. — Простите, госпожа, — хныкал мужик, сотрясаясь от очередного удара. — Я больше не буууудууу… — Мало. Надо так, чтобы все желание такие подлости делать напрочь пропало. Больше не смотря на наказуемого, я подошел к Зиргу. — Мне нельзя тебя оставить ни на секунду! — Стал я выговаривать принцу. Он хотел возразить, но я тут же остановил его движением руки, отчего тот сник. — Думать о последствиях ты не просто должен, а обязан. Ты мой охранник, а ведешь себя как какой-то юнец! Откуда тебе знать, что творится в этом королевстве, если ты тут не был много лет… — Но я… — Ты должен доставить меня к моему жениху, а ты занимаешься глупостью. Все. Заканчивайте этот фарс, и пойдем отдыхать. — Все свободны, — громче произнес я. Кто-то стал расходиться, кто-то ворчал, а вот один из тройки все же решил испытать судьбу. Мы с принцем отпустили всхлипывающего после порки мужика и уже шли в дом, не ожидая никакого подвоха, как один из тех, кого вызывал на поединок Зирг, кинулся на принца. Я только и успел увидеть краем глаза движение мужчины, а Зирг почти развернуться… Нож вошел полностью в тело вставшего между мужиком и Зиргом Курена. — Успел, — выдохнул схватившийся за живот парень и стал оседать на землю. — Урод! — рыкнул я и взмахом руки превратил растерявшегося ублюдка в вопящий огненный факел. То, что его тут же бросились тушить, но безуспешно, меня уже не волновало. Я откуда-то знал, пока он не сгорит, осыпавшись пеплом, огонь не утихнет. Главное сейчас ухватить нить жизни Курена. И опять я знал, что спасти могу только тех, кто еще жив, умершего воскрешать я не умею. — Курен! Курен! — Отойди! — оттолкнул трясущего за плечи друга Зирга. — Ты же воин, прекрати! Держи себя в руках! Говорить я старался как можно жестче, но сам готов был трястись от ужаса, страшась увидеть так близко смерть знакомого человека. Зирг послушно отошел в сторону. Я, обняв и прижав к себе с трудом дышащего северянина, закрыл глаза, посылая свою магию на излечение. В этот раз получалось немного сложнее. Проскочила мысль, что с животными лечение у меня проходит легче, чем с человеком. Снова свет и кокон, который окутал беспомощного Курена, миг вспышки и все… — Мит, а я маму с сестрой видел, — первое, что произнес он, освещая все вокруг абсолютно счастливой улыбкой, и потерял сознание. — Как он? — Бери и неси в комнату. И оба отдыхать, — приказал я. — Но еще рано, — попытался возразить принц. — Спать. Быстро, — наверное, почувствовав степень моей злости на него, Зирг шустро закинув друга на плечо, рванул в свою комнату. — Госпожа, помогите нам, — заговорили на разные голоса, просящие и стоящие на коленях люди. Я недоуменно посмотрел на то, что творилось. Все, кто был на улице и видел мое лечение северянина, стояли на коленях. И практически каждый просил меня вылечить кого-то из близких или хотя бы посмотреть и сказать, чем помочь. Отказать я не мог. Столько надежды было в глазах просящих. Если я хочу помочь хотя бы им, мне нужна подпитка энергией и, как я понял, питать меня будет мой серт. Сам мне магию дал, пусть теперь и отдувается! «Фифа, ты мне нужен. Хватит спать и есть, топай сюда!»