Миражи.

ГЛАВА 10 Открыв глаза, поворачиваю голову в сторону льющегося из окна света. — Проснулся? — голос любимого за моей спиной. Разворачиваюсь и сразу тону во взгляде моего демона. — Ты проспал почти двое суток. — Ого! — присвистнул я, не отрываясь от глаз Парна. В голове так приятно пусто, только начинающее формироваться желание где-то в паху. Отмечаю на лице каждую черточку, обвожу взглядом его губы, облизнувшись при этом сам. Хочется впиться в них страстным поцелуем, провести пальцем по мускулистой груди, почувствовать на вкус бархатную темную кожу… И лаская, спускаться все ниже и ниже, чтобы добраться до самого сокровенного и услышать стоны моего любимого демона. Почувствовать под пальцами как напрягаются мышцы, и он выгибается, с криком изливаясь мне в рот… А почему бы и нет? В голове уже просто голодный пожар, и мне определено на все фиолетово! «Фифа, не подслушивай!». Пасс руками, и на нашу комнату опускается завеса, она не даст ни одному звуку прорваться наружу, как и пропустить кого-то внутрь. Парн еще успевает удивлено приподнять свою идеальную черную бровь, как я набрасываюсь на него с бешеными поцелуями, рыча и разрывая одежду. — Постой! Ха-ха… Совсем оголодал?! Я не сбегу… ха-ха… Ай, не рви эту рубаш… Хотя хрен уже с ней. Штаны — то оставь! Ааа! Мит! Не кусайся, — кричит и заливается смехом, но тут же замолкает и стонет, стоит только мне накрыть ртом его изнывающую плоть. Я с таким азартом ласкаю его, что Парн не перестает стонать ни на секунду. Ввожу один палец в него, смочив в своей слюне, но мне не дают побаловаться, рывком переворачивают, и я оказываюсь под Парном. Теперь он захватывает мои губы, а затем и плоть своими мягкими губами и шаловливым умелым язычком. — Да! Да! Я хочу… так… быстрее! — говорю только то, что желаю. И он дает мне это, быстро мазанув языком, резко входя на всю длину. Это немного больно, но тут же его сильные толчки возносят совсем на другую вершину. Я вцепляюсь в его плечи и царапаю их ногтями, сам двигаясь вместе с демоном. Это как вырвавшаяся лава из вулкана, такой сильный напор невозможно долго удерживать. С жадностью и стоном я впиваюсь в губы супруга, выгибаясь под ним, кончая. Где-то вдалеке слышу рык своего демона, последовавшего за мной. — Проснулся? — снова улыбается Парн, лежа со мной рядом. — Дежавю, — бормочу я. — Это был сон? Парн лукаво улыбается. Я сажусь и тут же падаю обратно. — Зад болит, значит не сон, — расплываюсь я в довольной улыбке. — Любимый, ты не мог бы снять свою защиту, а то я выйти не могу? — со смешком просит демон, рассматривая свои уже никуда негодные вещи. — Пока не оденешься, отсюда не выйдешь. Нечего другим глазеть на моё. — Ревнивец, — целует он меня в макушку, а я довольно жмурюсь. — А о чем ты думал, когда рвал ее? — О том, как бы тебя завалить и… — Понял, понял, — усмехнулся он. — Можешь не продолжать. — Надеюсь, у меня еще остался запасной комплект, — заматываясь в простыню, задумчиво говорит Парн. А я пожирал его взглядом. Как же контрастно смотрится белое на черном. Как выделяются его рельефные мышцы, и плавно скользят по ткани длинные пальцы, умеющие вытворять такое… — Повторить! — втянув шумно носом воздух, одним движением разрываю тряпицу. Парн смотрит очень удивлено на мои действия, а я заваливаю его на кровать и начинаю целовать по-новой. — Мит… и опять порвал… — выдает он, тут же сладко целуя в ответ… Это безумие длится практически до вечера. Я не могу насытиться своим демоном. И мне уже самому не понятно, почему так прорвало? — Мит… нам бы надо выйти из дома. Мы потные и довольные, тяжело дыша и улыбаясь как довольные коты после сметаны, начинаем посмеиваться. Сначала тихо, а затем уже в полный голос. — Мы кролики, — похихикивал я, держась за живот, разболевшийся от смеха. — Мне интересно, что про нас подумали хозяева? — повернулся ко мне Парн, поцеловав в губы. — Не знаю. Но когда выйдем, сразу все станет ясно, чем мы занимались. — Твои губки, такие припухшие, и сверкающие глаза говорят сами за себя, — поддразнил Парн. — Милый, думаешь, твои губки другие? — Меня сейчас больше волнует, в чем мне выходить? — красноречиво глянув на рваную одежду и простынь, спросил Парн. — Я, конечно, все понимаю, но может, вы все же выйдете сегодня хотя бы к ужину? — смешная моська Фифы появилась в окне. — Э…, а как ты? Я же завесу поставил? — Ага. Со слова «Повторить!» твоя завеса спала, и могу сообщить, что все поселение с большим интересом слушали ваши любовные игры. Знаешь, мне даже понравилось больше, чем подглядывать… — Фифа!!! — взревел я. — А предупредить не мог?! — Мешать не хотел, — ехидно ответил серт и смылся. — Мит! — ржал в голос Парн. — Да успокойся ты! Оборотни привычные к такому. У них инициации проходят при всех, как и заключение союза. — Правда? — с надеждой смущенный донельзя, спросил я у ухахатывающегося демона. — Они еще нас поздравлять и завидовать будут из-за выносливости. — Если тебя не смущает, то и я отнесусь к этому спокойно, — все еще краснея, выдавил я. — Мне очень понравилось, и я не прочь повторить, мой дракошка. — Как же я хочу поскорее дойти до этого дроу и где-нибудь поселиться. Чтобы ты и я, и больше никого. — Замечательно, вот так и имей друзей. Кинут и все, — обиженный голос серта у окна заставил испугано дернуться. — Размечтался, огнедышащий! — хмыкнул серт, показывая свою наглую физиономию в окно. — Я, между прочим, вас к ужину зову, а то без вас все съедят, это же хищники. — О, надо будет им предложить отведать одного наглого серта, — поддразнил я ухмыляющегося Фифу. — Не. Думаю, дракона им на дольше хватит. А я еще и нашинковать помогу, — фыркнул серт и ушел. — Вот же зараза! — выругался я. — Однако преданнее друга найти невозможно, — ласково потрепал меня по голове Парн. — И я его люблю, хотя он и вредина, — признался я. — Спасибо. И ты мне дорог, дракончик! — высказался серт и, показав язык, опять исчез. — Я тебя точно прибью!!! — разозлился я, выглянув в окно и видя, как серт уходит прочь от дома. — Мит, я тут в шкафчике немного порылся, — показал на себя Парн, успевший уже одеться в какие-то темные шаровары и тунику. — Надеюсь, хозяева нас за это не побьют. — И не только за это, — подмигнул я супругу. Парн оказался прав — нас встречали с радостными улыбками, улюлюканьем и посвистыванием. Прямо чувствуешь себя «мистером Вселенная» по секс марафону. Приятно, но и смущает прилично. — А такой безобидный на вид, — обратился ко мне Укс, поглядывая на моего демона. — Эй, Серебристый, губу закатай, он мой, — зыркнул я на волчонка. Парн усмехнулся. — Вы настолько разные и смотритесь вместе необыкновенно красиво, — продолжил Укс. Что-то мне не нравится его восхваления, надеюсь, не уйдут в ненужную сторону. — Мой сын прав. Вы замечательная пара, — спас положение подошедший Ворн. — Идемте ужинать. И надо обсудить, как дальше быть. К тому же я хотел послушать, как обращаться с теми тремя оборотнями, чтобы помочь побыстрее выздороветь? — Нам надо добраться до дроу, — сказал я, присаживаясь за стол. Его накрыли на всех взрослых жителей поселка и установили на главной улочке, которая позволяла это. — Так их граница в дне пути, — сказал вожак, мы с Парном довольно переглянулись. — Замечательно! Наконец-то я увижу этого Истинного хозяина серта! — Истинного? — переспросил Укс, и за столом наступила неприятная тишина. — Что такое? — напрягся я, а Парн сжал мою руку, поддерживая. — Лучше с ним не встречаться, — резко ответил вожак, сжав кулаки. Глаза выдавали такую злобу, что смотреть в них я не решился. — Почему? — я должен знать. — Он охотится на оборотней, поедая. Считает, что мы что-то вроде разумного и интересного обеда. Оборотни зарычали. Я поежился от лиц селян, на которых стали проявляться признаки волчьих морд. — Я видел недавно, как оборотни поедали людей, — остужая пыл селян, громко сказал я. Замечаю, что Фифа перестал изображать беспечность и напрягся, как и чувствую под рукой, насколько обеспокоен Парн. — Есть стаи, которые еще не ушли от древних привычек. Наша стая никогда не станет нападать на разумных. Это не облагородит род оборотней. Животных в лесу вполне хватает для пищи. А если она закончится, то мы вполне сможем разводить ее сами. — Прямо смотря мне в глаза, уверено ответил Ворн. Оборотни одобрительно зашушукались и закивали. — Подобные стаи вне закона. Из-за них начнут истреблять вас, — сказал я. — Я рад, что вы другие. — Мы примем это к сведению, — улыбнулся Ворн. — Мы есть будем? — заскулил Укс. — Кстати, а почему на столе нет спиртного? — влез я, когда посмотрел на стол. Все как для пьянки, а главного атрибута любого застолья не наблюдается. — Мит, оборотни не употребляют спиртное. У них нюх перебивает, — рассмеялся Парн. — А что, надо? — растерялся вожак. Я даже залюбовался, как у него из рук чуть не выпал кусок мяса. Что интересно, оборотни ели руками, без каких-либо приборов, ну, не считая ножа. — Нет! — я почти взвизгнул и замахал руками. — Я просто так спросил. За спиной хихикнул Парн, очень тихо, еле слышно. Зато Фифа ржал как конь в моей голове. Оборотни вздохнули с облегчением и принялись за еду. Мы с супругом отставать не стали. Уплетали за обе щеки. — Укс мне рассказал, что вы ему два раза спасли жизнь, — наевшись, заговорил Ворн. — И нас спасли. Как мне отблагодарить вас? — Добейтесь, чтобы оборотни перестали нападать на разумных существ. Это будет самая великая благодарность, которую вы могли бы сделать для нас и тех, кого затравили оборотни, — я смотрел на вожака в ожидании ответа. — Я постараюсь все изменить. Но это сложно и произойдет не сразу. Скажу только, что моя стая никогда не примет в своем доме как гостя ни одного оборотня — людоеда, — вожак, оскалившись, зарычал, а остальные оборотни в подтверждении его слов, как я понял, завыли. Я чуть заикой от этого воя не стал. Ну его нафиг! — Спасибо, — понимая, что теперь им придется держать слово, и если другие оборотни начнут возмущаться, драться за свои дома. Их могут истребить… Я своей просьбой заставил их практически постоянно быть в состоянии войны. Дурак! Спас называется! — Мы рады служить тебе, дракон, — поклонился вожак. — Нет! Я не могу так все оставить! — Вскочил я. — Ворн, скажите, вы сильно держитесь за эту землю? Могли бы вы уйти в более благоприятное место? — Это земля не наша. Мы просто решили здесь поселиться. Но если честно, то близость дроу и нескольких кровожадных стай держит нас в постоянном напряжении. Но и земли дальше уже заняты людьми. — Тогда я предлагаю вам переселиться в земли, где вы сможете жить под моей защитой, но в деревне вместе с людьми. Вы пойдете? Все заговорили одновременно. Ворн подняв руку, призывал всех к тишине — Дракон, мы безгранично уважаем тебя, но как люди отнесутся к тому, что мы появимся в их деревне и станем жить бок о бок? — Вам надо передать Хранителю, что это я прислал вас. Он не станет возражать. Они помогут вам. А чтобы вы отличались от других оборотней, я поставлю вам метку. Она поможет вам определять, какой оборотень перед вами. Если он отказался от кровожадности, то метка гореть не станет. И вам решать, как с ним разговаривать. Принимать ли его гостем или нет. Если вы согласны, то оголите одно плечо, а придя домой, дотроньтесь этой рукой до плеча ваших детей, и метка сама прейдет к ним. Хочу предупредить сразу, это сильная магия и древняя. Тому, кто по собственной воле вернется в прежний мир резни и людоедства, метка не позволит жить. Укс оголил плечо первым. Вожак, одобрительно хмыкнув, последовал за ним. И все селяне уже стояли с обнаженными плечами, ожидая моих действий. Я встал и, прикрыв глаза, стал плести магический рисунок. Когда вокруг меня уже плавала паутинка, я подул на нее, и она, распавшись на части, впиталась в плечо каждого оборотня, оставшись на виду в виде светящейся полоски волной. Через секунду свет погас, и волна приняла ярко-красный цвет. — Это отличит вас и поможет с выбором друзей, — улыбнулся я. — Как нам найти деревню? — Спросил Вожак. Я закрыл глаза и позвал медальон. Взяв один из лучей, что потянулись ко мне, с улыбкой начал делать форму клубка, как в сказках, но рассмеявшись мгновенной идее, сделал из него стрелку-указатель. И вынырнул в реальный мир. — Вы видите этот указатель? — показал я на сверкающую стрелку, указывающую в ту сторону, откуда мы прилетели. — Это так странно. Видим, — потрясено рассматривая сверкающее чудо, произнес Ворн. — Вот она вас и приведет куда надо, — я сейчас себя почувствовал бабой-ягой из сказки и хихикнул. — Мит, ты меня постоянно удивляешь, — признался мой демон. — Парн, ты даже не представляешь, насколько я удивляю сам себя. — Все, нам пора, — поднялся я из-за стола. Мне хотелось скорее добраться до дроу. — Если к дроу, — заговорил Ворн. — То вам туда. — Спасибо. «Полетели, вуайерист ты наш» — позвал я Фифу. — Мит, Парн, за свое спасение я не могу сделать ничего больше, как дать свой знак. — И Укс повесил нам на шею каждому из нас по шнурку с клыком. — Если вы покажете этот клык любому из оборотней, то он обязательно вам поможет. Умирать за вас он, конечно, не станет, но и врагом вам не будет точно. Как бы не были древние законы иногда ужасны, но что касается волчьей клятвы, она незыблемо выполняется всеми оборотнями. Без исключения. — Спасибо, Укс. Это очень ценный подарок. Удачи вам в пути и на новом месте. Я вышел в сторону поля, где было место побольше, и плавно перетек в дракона. Волки завыли, то ли благодаря, то ли говоря «до свидания». Фифа важно прошествовал к моей лапе, и я заметил, как он, тяжело вздохнув, сам встал в нее, и мне осталось только сжать когти, чтобы обхватить его тело. Парн, расправив крылья, взлетел на мою спину. Я успел увидеть, как он их расправляет. Обожаю ипостась демона у своего супруга не меньше человеческой. — Остерегайтесь черного дракона. Он опасен, — крикнул нам вожак и отбежал подальше. Я взмахнул крыльями и поднялся в небо. Сделал последний круг над селением оборотней и, услышав многоголосный вой в ответ, полетел в сторону границы дроу.