Семья

Дождливый день, на душе скребут кошки. Освальд только вернулся домой и нашел в себе силы лишь для снятия мокрого пальто и обуви, поскольку знает, как Эд не любит грязных следов в доме. Мужчине хотелось запереться в спальне, выбрать любимую книгу и больше никуда не выходить из комнаты. К счастью день закончен, он победил, нужно лишь приготовиться ко сну и успокоить нервы. Быть может даже, пригубить бокал вина... Но ноги привели его в гостиную, это было верное решение, кресло рядом с камином было любимым местом Освальда. Откинувшись на спинку кресла, мужчина расслабился и прикрыл глаза, выдыхая. Все закончено. Тяжелый день изрядно измотал Освальду нервы, они лопались словно скрипичные струны под игрой нерадивого музыканта. Но Освальду удавалось держаться гордо. Выслушивать оскорбления, парировать и не бросаться в месть с головой, а быть хитрее. Выжидать. Но тем не менее все слова метко попадали в цель, он чувствовал себя никчемным. К счастью, это временные ощущения, нужно лишь передохнуть, а завтрашний день обещает быть лучше. —Освальд? Что ты здесь делаешь? — спросил внезапно появившийся Эд. Освальд прикусил губу, разговаривать с ним не хотелось совершенно. —Ничего, просто... Пытаюсь отдохнуть, — проворчал мужчина, прикрывая глаза. —Вот как, тогда... Почему бы тебе не подняться в спальню? На улице так холодно, уверен ты весь продрог, — проворковал Эд, присев на подлокотник кресла, погладив ладонь Освальда. —Не сейчас. Я не хочу. — прошипел мужчина, вздыхая. Тем временем вторая рука Эд уже аккуратно перебирала влажные волосы Освальда, заставляя того ворчать еще больше. —Тогда ты мог бы пройти со мной в ванную и погреться в горячей воде. Что скажешь? — прошептал Эд на самое ухо, обжигая горячим дыханием. Освальд перевел взгляд на Эда. Очевидно ему одиноко, хочется близости и внимания. В последнее время Освальд все время пропадает на работе. Он никогда не собирался ставить работу выше отношений, особенно с тем, кто ему дорог, но это был вопрос безопасности. Что будет, если он не сможет удержать власть в руках? Пускай они с Эдом это как-то и переживут, но Мартин окажется под ударом. Освальд простонал, ласковые руки заставляли прикрыть глаза, выдохнуть. —Эд, у меня нет настроения. Сейчас со мной легко поссориться, а я совсем не хочу этого... Возможно тебе будет лучше идти спать одному? Не волнуйся, я скоро приду... —Освальд, я могу уйти, если ты не хочешь меня видеть. Но если проблема лишь в твоем настрое, то я обещаю пережить твою ворчливость. Эд осторожно поднялся с подлокотника уходя за кресло, тут же опуская ладони на плечи Освальда, аккуратно сжимая. Пингвин простонал, откидывась назад, на спинку кресла, сильные руки давили на затекшие мышцы, вынуждали расслабиться. —Эд, я... Ах... Я хочу тебя видеть. Я скучал, но у меня совсем нет настроя разговаривать... Если тебя это устроит, — Освальд открыл глаза, присматриваясь к Эду. —Тогда я буду тихим, как мышка крадущая с поля пшеницу. — произнес, Эд, чмокнув мужчину в лоб. Освальд мысленно признал правоту Эда, горячая вода согревала тело, расслабляла разум. На самом деле, Освальд уже давно хотел лишь заснуть в своей кровати и больше ни о чем не думать. Ощущать лишь объятия горячих рук Эда и его сопение. Освальд улыбнулся вспоминая бормотание Эда. Иногда тот говорил во сне самые забавные вещи, а на утро не помнит ничего из сказанного. Эд сидел на бортике ванны, опустив ладонь в воду, играя с образовавшейся пенкой. В комнате повис аромат цветов, тому виной разнообразный набор пенок и каких-то сладковатых на запах, шампуней. Освальд невольно сравнил этот вечер с теми когда о нем так же заботилась мать. Она мягко перебирала мокрые волосы, говорила добрые слова. Эд, даже не зная ее, невольно делал тоже самое, тонко чувствуя, что нужно сказать или сделать, чтобы обрадовать Освальда. Освальд откинулся назад, вздыхая. Хорошо. Но будет лучше, если к нему присоединяться. Хитрый взгляд уперся в спину Эда, а на губах невольно заиграла зловещая ухмылка. Он знает, что если сделает это, Эд будет не в восторге, но пути назад нет. —Эдди... — прошептал мужчина, осторожно садясь. Эд догадался до злого замысла почти сразу, как почувствовал мокрую ладонь на своей спине. Это возмутило его, он нахмурился, хотел было встать, но горячая ладонь проникла под жилет и по телу пробежали мурашки. —Освальд, не смей. Испортишь костюм. —Куплю тебе новый, — пододвинулся ближе, подлезая под бок Эда, прижимаясь к холодной, фактурной ткани. —Дай мне хотя бы раздеться, — попросил Эд, но Освальд уже потянул его за бедро к себе, сваливая в ванную. Вода вылилась за бортик, расплескалась по полу, а Эд возмущенно выкрикнул имя негодяя. Костюм тут же про питался тканью и неприятно прилип к телу, теперь пребывание в воде казалось неприятной пыткой. —Ты мерзавец, Освальд! — зашипел Эд, нависая над мужчиной, — И ты за это поплатишься! — прошипел он, припадая губами к шее Освальда, прикусывая кожу. Тот хохотал, легкая щекотка вызывала дрожь и кажется вечер стал гораздо уютнее. Позабыв о проблемах прожитого дня, Освальд позволил себе вновь откинуться назад, на бортик ванны и улыбаться, обнимая недовольного Эда.