Семья

О скором празднике в особняке не знал только разве что пес Эдвард и то, только потому, что его мало интересовали люди. Он любил почесывания за ушком, под шипастым ошейником и выпрашивать всякие вкусности. Иной раз Освальд о чем-то толковал с псом, но тот умел лишь преданно ждать у кресла и смотреть куда-то перед собой. Этого Освальду хватало чтобы банально проговорить все, что он хотел, а потом, в награду, он давал псу вкусняшки. От этого пес банально научился ждать угощение сидя на своем месте и смотря на хозяина. Рефлекс. Но наступающий день был отмечен в личном календаре Эда красным цветом, ведь это «День отца»! Да, их семейство вспомнило об этом семейном празднике благодаря разговору в школе. Мартин рассказал за ужином, что они готовятся к этому дню в школе, чем поставил своих опекунов в неприятное положение, загнав в ловушку страхов и ожиданий. Захочет ли Мартин подарить им не то что подарок, хотя бы открытку? Эд был уверен, что Освальд свою обязательно получит. Насчет себя же он совершенно не был уверен. Вопреки всему, Эду казалось, что он слишком холоден с мальчиком. Порой поступает глупо, ставит в неудобное положение, словно бореться с ним за место под солнцем. Но они с Загадочником уже поняли, что это глупое, не стоящее времени дело. Дружба с Мартином, вот что было важно. И теперь он должен мужественно принять любой ответ Мартина, чтобы не ставить его в глупое положение. Подарки должны быть искренними, от всего сердца, а если сейчас Мартин честно признается в том, что не считает Эда близким человеком, а тот отреагирует слишком болезненно, в будущем он лишь рискует быть обманутым. Вечер. Эд взволнованно потирал пальцы. Смущение отражалось на щеках, он невольно вспомнил собственного отца. Едва ли его можно было назвать хорошим, скорее деспотичным тираном. Но однажды, Эд вспомнил, что все-таки сделал ему открытку. Она была робкой попыткой примириться, когда он еще не успел потерять надежду обрести любовь этого человека. Что же, Эд усмехнулся, нужно было мыслить шире и понимать, что следующий день отец будет использовать эту открытку как подстаканник. Но негативные мысли тут же испарились стоило Мартину войти в помещение. Он тут же встретился взглядом с Эдом и испуганно опустил его в пол. Кажется Эд все понял уже тогда, сдерживая неприятный порыв эмоций. Разочарование. Мартин подошел ближе к столу, протягивая открытку Освальду. Нарисованные пингвины отчетливо выделялись на лицевой стороне открытки, к тому же, мальчик правда постарался. Эд даже подумал, что мысль о том чтобы отдать паренька в художественный кружок не плохая. —Ох, Мартин, спасибо тебе большое! Долго рисовал? — с любовью спросил Освальд, растрепав мягкие волосы. Эд знал, что будет винить себя за этот поступок, но с другой стороны, все лучше чем выражать свое огорчение при Мартине. Увидев, что Эд встал, мальчишка тут же начал что-то писать, но оскорбленная натура не захотела слушать, скрылась в коридоре. Просто уйти было легче чем изводить всем нервы, но лучше бы Эд почаще оставался подле людей. Как забавна все таки устроена жизнь, еще вчера он несмышленым ребенком потратил несколько дней ради глупой открытки, а сегодня жаждал получить свою, такой же несчастный клочок бумаги, где было бы написано, что он неплохо справляется со своей ролью. Но и сейчас он не достоин похвалы, как бы сильно он не старался. Эд отчетливо расслышал стук в дверь, но отвечать не хотел. Глаза на мокром месте, нельзя показываться в таком виде перед ними. Его обида очевидна, но нельзя показать как сильно она ударила по самолюбию. —Эд, пожалуйста давай поговорим, а? Ты совершенно все не так понял. Выгляни на минутку, а потом делай, что хочешь. —Не сейчас. Я хочу побыть один. —Ты пожалеешь если не выглянешь. Давай, Эд, мы ждем! Эд разозлился. Слишком весел голос Освальда, хотя не получи он свою открытку то обозлился бы на весь белый свет. Эд откроет дверь только ради того чтобы взглянуть в бесстыжую физиономию Освальда и как следует щелкнуть его по носу, чтобы меньше зазнавался. Зависть едкое ощущение. —Чего ты хочешь? — прошипел Эд, не сводя взгляда с Освальда. Конечно тот притащил и ребенка с собой. А Мартин отчаянно тянул руки вверх, показывая дурацкий лист из блокнота. —Эдди, ты неважно выглядишь... Стой, не уходи, Эд... Тебе нечего злиться, у Мартина есть открытка и для тебя. Просто он... Слегка ее не доделал. Именно это и было написано на послании мальчика. —Конечно, — хмыкнул Эд, — Он был занят своим «любимым» отцом. Освальд нахмурился, но он как никто понимал чувства Эда, а потому прощал ему остроты. К тому же, взгляд парня смягчился когда к нему под руку шмыгнул Мартин, обнимая, утягивая в сторону своей комнаты, подталкивая туда. —Иногда ты полный дурак, Эд. Но прежде чем ты начнешь злиться я добавлю, что люблю это в тебе. Мартин тащил Эда в свою комнату. Там весь письменный стол был завален цветной бумагой, клеем, карандашами, даже красками и грязной водой с кисточками. Все, лишь бы открытки получились хорошими. Но если с открыткой для Освальда Мартин определился, то в открытке Эда была деталь которую мальчик никак не мог добавить. Там, на столе, лежала готовая открытка зеленого цвета. На обложке, среди разномастных знаков вопроса (какие-то Мартин вырезал из бумаги, некоторые из газет, а пару и вовсе нарисовал от руки) ровными буквами было написано «Для папы Эда» —Это... Готовая открытка. Но я не понимаю... — Эд растерялся, но Мартин тут же открыл ее, показывая пустующее место, — Ну да, ты не подписал ее... Я не понимаю... —Эд, ты любишь загадки. Жить без них не можешь и Мартин подумал, что не может подарить тебе открытку пока не придумает загадку для тебя. Он хотел попросить подождать, мальчику нужно было пораскинуть мозгами, но ты ждать не хочешь, расстраиваешься прямо сейчас. Вот и получилось все так глупо. Эд неожиданно расцвел как тюльпан, осторожно кладя ладонь на плечо Мартина. —Значит... Ты всё таки хотел подарить мне открытку на день отца? Правда хотел, да? — Мартин кивнул и тогда Эд бросился к нему с объятиями, — Я люблю тебя! Прости, я думал, что не нравлюсь тебе, но оказывается ты просто хотел угодить мне. Спасибо, спасибо большое! Эд расплывался в благодарностях рискуя задушить мальчика, но тот был рад, что в итоге все счастливы. Он ведь правда хотел сделать все идеально, но кажется, делая все в последний момент можно многое не успеть. Эд еще долго рассматривал каждую деталь такой простой, но с другой стороны дорогой, открытки. Касался кончиками пальцев обложки, улыбался, ощущая искреннее, неподдельное счастье. —И долго ты так стоять будешь? — спросил Освальд, подходя ближе, — Ого, ты что, собираешь все, что он тебе дает? И вправду, в выдвижном ящике лежало множество приятных и не очень посланий Мартина. Все, что Эд мог ухватить и прикарманить он незаметно забирал. Глупость, да только Эду казалось, что таким образом он коллекционирует бесценные воспоминания. Порой у людей остаются только они. —Да. Думаю, нужно будет выделить альбом под это дело...