Подслушивать нехорошо!

      «Почему я, а не кто-то другой?!»       Джаред сидел и обдумывал слова, сказанные Дженсеном. В его голосе пронзительно звучала искренность, а глаза выражали сочувствие и просили о прощении. Он не знал, как реагировать, он стоял перед выбором, перед важным выбором. Он сам должен определить свою дальнейшую судьбу и жизненный путь, но это так сложно. Кажется, бунт под названием «Верните нам Дженсена!!!» начинает прогрессировать все больше и больше. Где-то на подсознательном уровне Джей простил его, но никак не мог забыть тот вечер, когда Дженсен просто пошел на поводу своих животных инстинктов.       Прошла неделя, наполненная скудным количеством событий и хмурым настроением. Почему? Джей снова начал проявлять апатию ко всему. Огонек, который зажегся, когда он встретил Тома, начал затухать и затух, как и их отношения. Джаред не сильно переживал по этому поводу, а скорее даже и вовсе не переживал. По вечерам приходил Эклз, и они делали доклад по географии. Тот не лез к Джею с приставаниями типа «Ты согласен?» или «Давай встречаться?» Он дал ему время, чтобы Падалеки смог прийти в себя и определиться, чего он хочет. И это понимание само начало постепенно приходить в его сознание. Он хотел Дженсена. Хотел проводить с ним время, просто болтать и радоваться каждому новому дню, как последнему. Джаред решил, что нужно рассказать об этом, но с чего начать? После того признания прошло больше недели, и Дженс больше не делал никаких попыток завоевать Падалеки, он, для начала, старался стать его другом, а потом, если Джей все же примет его, то и парнем. Он питал надежду и верил, что когда-нибудь они будут вместе.       Джаред, потеребив в руках мобильный телефон, набрал знакомый номер и дожидался ответа.       – Алло, – послышался голос в трубке.       – Алло, Дженс. Это Джаред, привет, – неуверенно начал Джей.       – О, привет! Только тебя вспоминал, – радостно ответил Дженсен.       – А что ты делаешь? – также неуверенно спросил Падалеки.       – Душ принимал.       – А, все ясно, – чуть улыбнулся Джа. – Послушай, не хочешь сейчас приехать ко мне? Есть один важный разговор.       – Да, хорошо. Скоро буду.       Джаред от этого почувствовал себя еще более неуверенно относительно правильности своего решения. Все внутри колотилось, а сердце готово было выскочить и помахать платочком на прощание. Он был весь на нервах, огромными шагами мерил комнату, в которой скоро будут они вдвоем, и Дженс обо всем узнает, но оставался один нерешенный вопросик, эдакая незначительная мелочь: «Как об этом сказать?»       Звонок в дверь раздался как-то неожиданно и выразительно. Шерон дома не было, они с Мэган уехали на неделю во Флориду. Она и Джея звала с собой, но он отказался и пожелал им хорошенько отдохнуть. Джаред натянул темные джинсы и бежевую рубашку в красную клетку. Пока он спускался вниз, его продолжал оглушать непрекращающийся звонок в дверь. Открыв ее, он увидел Дженса, который улыбался во все тридцать два зуба.       – Привет, – радостно сказал Дженсен.       Джей, впустив парня в дом, закрыл за ним дверь, после чего резким движением развернул его к себе и увлек в поцелуй. Дженс сначала был в шоке, но когда осознал, что происходит, принялся активно отвечать на поцелуй. Руки Джареда были заняты облапыванием Эклза, который, кстати говоря, сам проявлял немалую инициативу, так же бесстыдно шаря руками по телу Падалеки. Дженсен, наступая на пятки, снял кроссовки и нетерпеливо отшвырнул их в угол. Не разрывая поцелуя, они стали пятиться по направлению к спальне Джареда, то и дело останавливаясь и рвано выдыхая, если получалось найти для этого время. Дженсен, как безумный, как дорвавшийся, рывком прижал Джареда к стене и точным, легким движением закинул его бедра на свои.       Джей на долю секунды просто обалдел. Не то чтоб от неожиданности, ведь чего-то подобного он и добивался, а скорее от напора и страстности парня. Он широко распахнул глаза, все так же не отрываясь от сладких губ Дженса. Зеленые глаза оказались близко, слишком близко, и Джея поглотила волна того, что они выражали.       Он прочел в глазах человека, который его впечатывал в стену губами, руками, телом – всем! – рвущийся наружу вопль счастья, радости и ликования, а еще... нежности, притаившуюся в самой глубине черных зрачков.       Падалеки прикрыл глаза, снова открыл. Глаза никуда не делись, только стали еще более завораживающими. Это как глядеть в котел ведьмы с кипящим ядовитым варевом – опасно, черт возьми, но манит, завлекает...       Ему вдруг захотелось окунуться в этот котел, провалиться, раствориться.. и Дженс это понял. Мгновение он смотрел на полуоткрытый рот, а затем накрыл рот Джея своим – властно, требовательно, терзая чувственные, мягко очерченные губы, а Джаред принялся отвечать ему – так же сумбурно, так же яростно и нежно одновременно.       Наверное, грохочущий фейерверк взорвался где-то за окном, ведь не могло же этого происходить одновременно в их головах.       Эклз перехватил бедра Джареда покрепче, зарываясь носом в шелковые пряди, ниспадающие на лоб, и упираясь коленом в стену между ног Джея. И у Дженсена просто сорвало башню, когда он почувствовал упирающуюся в колено, возбужденно пульсирующую плоть. Рыча, он спустился ниже по шее, прихватывая зубами бьющуюся жилку, ключицы, начал рвать рубашку Джареда и спустил руку к ремню на его джинсах, хватаясь за все сразу.       – Дженс, – задыхался Падалеки, мечась головой по стене, – не здесь же.       Неохотно оторвавшись, Дженс подхватил его, как пушинку, и, толкнув дверь ногой, вновь прижал его – к двери с обратной стороны – и снова набросился со своими ласками. Джея же такое положение дел перестало устраивать: сколько можно, есть же кровать. Он нашарил рукой щеколду, задвинул ее, а затем слегка оттолкнул Эклза, но немного не рассчитал, да так, что тот чуть не упал, но вовремя был подхвачен сильными и нежными руками, и получил извиняющийся поцелуй. Не успел Дженсен подивиться на то, сколько силы скрывается под этой внешней субтильностью, как Джаред рывком поставил его на ноги и принялся раздевать, осыпая поцелуями лицо, шею, грудь, оглаживая руками плечи, талию, бедра. Эклз ничуть не отставал.       Оказавшись совсем голыми, они рухнули на кровать, продолжая ласкать друг друга. Дженсен решил пойти дальше и начал медленно, но уверенно спускаться ниже, выцеловывая каждый миллиметр тела Джареда. Джей положил ладонь Эклзу на затылок и судорожно подавался бедрами навстречу Дженсу. Он прикрыл глаза и откинулся на подушку, позволяя Эклзу делать все, что захочется. Дженс же, дойдя до члена Джея, поднял глаза и встретился взглядом с Падалеки. Не разрывая зрительного контакта, Эклз неспешно насадился ртом на член и начал медленно посасывать, постепенно ускоряя темп. Джаред тихонечко заскулил и сжал в руках простынь, стараясь не взвыть от наслаждения. Но у Эклза родился не менее злодейский план, он решил поиграть с Джеем и подразнить его. Замечая момент, когда Джаред приближался к разрядке, он опускал руку к основанию, а сам выцеловывал запутанные дорожки на бедрах и животе Падалеки. Это продолжалось несколько раз и Джаред все-таки взвыл:       – Да дай ты мне уже кончить, засранец!       И Дженс, не медля ни секунды, продолжил яростно сосать член Джея. Через пару секунд он кончил, изливаясь в жаркий и влажный рот Эклза. Затем он приблизился к губам Джареда и поцеловал их, нежно и легко, едва касаясь. Огромной рукой Джа накрыл член Дженса и начал водить по нему, приводя и Дженса к желанной разрядке. Дженсен излился на гладкий, накачанный торс Падалеки и обессиленно рухнул рядом с ним.       – Я люблю тебя, Джей, – прошептал Дженсен, теснее прижимаясь к Джареду.       – Я тоже... люблю тебя, Дженсен, – Падалеки взъерошил его волосы и прижал парня к себе, приобняв за плечи.       – Значит, теперь мы вместе? – совсем по-детски спросил Дженсен.       – Значит, вместе, – с чуть лукавой улыбкой на лице, ответил Джей.       Счастливые, они оба заснули.

= = =

      Утро было солнечным и приятным. Дженс сладко зевнул и потянулся, приводя в порядок мышцы. Джея в кровати не оказалось.       «Наверное, душ пошел принимать», – подумал он и поднялся с кровати.       Спустившись и зайдя на кухню, он увидел стоявшего к нему спиной Джареда, который нацепил на себя только джинсы. Он медленно подошел сзади и легонько коснулся его талии и поцеловал в лопатку.       – Доброе утро, солнышко! – мягко произнес Дженс, разворачивая Джареда к себе лицом.       – Доброе, маленькая принцесса! – с улыбкой произнес Джей.       – Эй, это ты у нас принцесса! – по-детски возмутился Дженс.       Джаред поцеловал его и прижал, что есть силы. Дженсен не сопротивлялся, но в поцелуе взял инициативу на себя. Они снова начали ласкать друг друга, приходя к очередному возбуждению, но Джей отстранился и сказал:       – Сначала завтрак, потом все остальное, – Дженс чуть скрючился и надул нижнюю губу, показывая, что он обиделся.       Падалеки же похлопал его по плечу и поставил на стол две тарелки, в которые наложил яичницу с беконом. Рядом с тарелками уже стояли две чашки с кофе и тосты с вишневым джемом.       – Какие планы на день? – поинтересовался Джей.       – Особо никаких, – ответил Дженс, запивая тост кофе. – Есть идеи?       – Да, есть, – сказал Джаред и потянулся к Эклзу, чтобы поцеловать его, но тот увернулся и передразнил его:       – Сначала завтрак, потом все остальное.       – Засранец, – улыбнулся Падалеки.       – Помнится, я это уже слышал. Ах да, вчера вечером, – «вспомнил» Дженсен, ухмылясь.       После завтрака, Дженсен сообщил, что отправляется в душ, и пошел в ванну. Джаред же уселся перед телевизором и бездумно переключал каналы, ожидая Дженса. Он не услышал, как Эклз вышел из ванной и уже стоял позади него в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер. Он мягко поцеловал Падалеки в макушку и запустил руки под майку, которая, через несколько секунд, оказалась на полу.       – Кому-то не терпится оказаться снизу? – с намеком, поинтересовался Джей.       – Кому-то не терпится наверстать упущенное, – Дженсен запрокинул голову Джареда вверх и поцеловал его.       Выглядело это довольно-таки странно, но что поделать, если любовь так и прет со всех щелей, в прямом смысле. После нескольких минут таких ласк они все же решили переместиться в спальню. Стараясь не разрывать поцелуя на долгий промежуток времени, парни добрались до кровати и рухнулись на нее, и Джаред прижал Дженса к ней. Он начал спускаться все ниже, нежно касаясь воспаленными губами обнаженного торса, и возвращался назад, чтобы получить очередной поцелуй, а потом снова опускался. Затем раздвинул бедра Эклза и приник к разгоряченному члену, дразняще обводя языком головку и насаживаясь ртом все сильнее, одновременно сжимая и гладя ягодицы Эклза.       Когда Дженс уже был на пределе и готов был кончить в любую секунду, Джей отстранился от него, потянулся за поцелуем и достал из шефлядки смазку, которой смазал два пальца и начал медленно растягивать Эклза. После того, как Дженсен был уже достаточно растянут, Джей смазал свой член и вошел в него, резко и по самые яйца. Эклз даже вскрикнул то ли от боли, то ли от удовольствия, он даже сам определить не мог, но в том, что было очень хорошо, можно быть уверенным. Падалеки сразу взял быстрый темп и вбивался в Дженсена, что есть силы, то выходя до головки, то снова входя по самые яйца.       Он так давно его хотел и так давно желал отыметь это податливое и очешуенное тело, что у него сейчас просто сорвало крышу и руководствовался он только инстинктами. Под ним стонет самый сексуальный и обворожительный парень, который так и просил всем своим видом «Трахните меня!». А что ему еще сейчас надо? С каждым новым толчком – новый стон, с каждым новым касанием – обжиг кожи. И это все привело к заветной кульминации, которая накрыла их двоих с головой. Джей без сил рухнул на обкончанный живот Эклза и уложил голову тому на грудь. Дженс же с неохотой столкнул Падалеки с себя, приговаривая:       – Ну ты и лось.       – Неженка, – усмехнулся Джаред.       – Кого ты тут неженкой назвал? – с легкой усмешкой спросил Дженсен.       Ответом ему был мягкий и страстный поцелуй, но из-за нехватки воздуха его пришлось разорвать. Они так и провалялись в кровати, до самого вечера.