BROKEN HEADS

Алекс вовремя приезжает в условное место, только здесь никого нет. Она какое-то время перепроверяет координаты. Всё сходится. Она поднимает визор и уже готова написать ответное смс, но видит вдалеке свет фар. Некто стремительно приближается к ней. Сделав вокруг нее круг, человек машет рукой, чтобы она следовала за ним. Они едут минут десять. Алекс слышит музыку раньше, чем видит что-либо. Внутри начинает приятно вибрировать, и это ощущение усиливается, когда на горизонте появляются огни прожекторов, фар и разноцветных фонарей, которые служат просто свето-украшением. Они проезжают мимо большого скопления людей, стоящих рядом со своими байками. Проезжают мимо финиша и едут вдоль трибун, которые пока не заполнены. Раньше здесь трибун не было. Зрители просто стояли, вытянувшись цепочкой вдоль дороги, где старт, а потом перемещались к финишу. Сейчас же здесь не только и не просто трибуны — Алекс видит огромный экран, на котором пока что заставка с названием гонки. Между первой трибуной и второй — очень широкая лестница. И на самом верху, где она заканчивается, Алекс замечает площадку, где кто-то стоит. Над этой площадкой — табло. Но она не успевает уделить достаточно внимания, чтобы все хорошенько рассмотреть. Байкер останавливается, оглядывается на Алекс, и она тормозит позади него. Потом он разворачивается и, проезжая мимо нее, слегка толкает её в плечо, взмахивая рукой. Алекс переводит взгляд на… старт, который метрах в двадцати от нее. Между ней и стартом — мотоциклы и, как она понимает, участники гонки. Кто-то ковыряется в мотоцикле, кто-то просто болтает. Никто не обращает внимания на пополнение, и никому нет до этого дела вообще. Алекс выбирает себе место более-менее свободное и едет вперед. Она останавливается, снимает шлем и осматривается. Она насчитывает двенадцать человек. Алекс снимает балаклаву и кладет её в шлем. Поправляет волосы, приглаживая их к голове. Она смотрит на парней, которые стоят к ней ближе всех. — О-о, гляди! — парень толкает другого в плечо. Алекс следит за его взглядом. — И что? — усмехается тот, — это еще ничего не значит. Подъезжает девушка в куртке, на плече которой нашивка Хедсов. Алекс снова смотрит на парней, которые явно её обсуждают. — Значит. Хоть раз в новичках кто-то из них проигрывал? Другой в ответ только фыркает. Они продолжают это обсуждать, но уже не так громко, потому что та уже сняла шлем и осматривает всех присутствующих, задерживая взгляд на Алекс. Это та девчонка, что была с Харви. Тереза. Ей четырнадцать, и, судя по всему, она в этом заезде самая молодая. Алекс теперь слышит, как парни обсуждают её возраст и исключения, которые делают Хедсы для своих. — Привет, пилот! Алекс оборачивается. К ней со спины подходит девушка. Она широко улыбается, и Алекс здоровается с ней кивком. — Я закреплю на тебе это, — девушка приподнимает руки, — это камера. Закреплю на шлем. И светодиодные ленты. Их закреплю на твоей спине и плечах. Мы ведем съемку с квадрокоптеров. Некоторые участки дороги не подсвечиваются, а нам не хотелось бы терять никого из вида. Поможешь? — Конечно, — Алекс забирает из её рук то, что та просит пока подержать. Пока девушка возится со шлемом и камерой, Алекс осматривает ребят. К некоторым из них тоже подошли, у остальных уже все закреплено. — Готово. Давай, — девушка забирает из рук Алекс ленты и разворачивает её спиной к себе. Алекс оказывается лицом к трибунам, которые уже почти заполнены. Она изучает площадку и пытается рассмотреть ребят, которые там стоят, но слишком далеко, чтобы разглядеть лица. Загорается табло. Алекс быстро находит свое имя. «Алекса Тейт — 7». Прекрасно, блин. Нет, номер её устраивает, но ей очень захотелось сейчас кое-кого задушить. Она ненавидела свое полное имя. Она была вынуждена представляться им до сих пор. Люди часто представляются полными именами. Люди представляют даже своими полными двойными именами и фамилиями, но чёрт возьми — это не значит, что им нравится, когда к ним так обращаются в повседневной жизни. Алекс даже не задумывалась об этом. Это было всегда так естественно. Да об этом вообще никто серьезно не думает. Но нет же, Харви умудрилась сделать так, что Алекс бесит само то, что она думает об этом. Ненавидит она и то, что когда-то давно ей нравилось, как Харви её называла полным именем. Боже, да она была тогда такая тупая, что ей понравилось бы любое слово, каким бы её Харви ни назвала. Тогда Алекс думала, что в этом есть что-то особенное. Нет, в этом не было ни черта особенного. Она не была особенной ни тогда, ни сейчас. Просто Харви делает то, что хочет. Говорит то, что хочет. И все. Какая-то часть Алекс ненавидит Харви за то, какой она сама становилась рядом с ней. Противно и отвратно до сжатия кулаков. Она была тряпкой. Размазней. Была щенком, смотрящим на человека в ожидании куска чего-то вкусного. И виляла хвостиком, получая это. Только «это» — то, что она получала — на самом деле ничто. Она сама себе придумывала это. И, может, если быть объективной, Харви не виновата в том, как Алекс себя вела. Но она была свидетелем этого. И Алекс хотела бы выбить, стереть, вычеркнуть из памяти Харви ту себя. Потому что… потому что эта первая после стольких лет встреча… То, как Харви на нее смотрела, как с ней заговорила, дало ей понять, что Харви помнит. Помнит ту размазню и тряпку. И, продолжая называть Алекс так, как ей самой вздумается, она лишний раз напоминает как раз о том, что в её глазах Алекс все та же девчонка, ничего из себя не представляющая. Девчонка, которую можно даже убить, потому что она на самом деле не имеет никакой ценности. — С тобой все хорошо? Алекс вздрагивает, опуская взгляд на свои руки, из которых девушка пыталась взять вторую ленту. — Да. — Ты не волнуйся, — девушка кладет руку на её запястье и сжимает. — Выглядишь ты подготовленной, явно знаешь, что делаешь. — Наверное, — Алекс пытается ей улыбнуться. — Да. — Ну вот и хорошо. Алекс возвращает взгляд к трибунам и тут же вытягивается — метрах в десяти от нее стоит Иззи с кем-то, кого Алекс не может идентифицировать. Наверное, кто-то из банды. Но он стоит спиной, в отличие от девушки. Алекс быстро смотрит на всех, кто стоит неподалеку от них. Да, эта кучка — это Роялы. Они о чем-то переговариваются минуты три, а потом идут в сторону трибун. — Я закончила. Удачи в гонке. — Спасибо. «Коптеры на своих местах. Освещение включили. Мы готовы начать». Алекс опускает взгляд на рацию, из которой звучит голос: девушка достает её: — Участники готовы. «Хорошо, — звучит голос, похожий на голос Харви. — Включайте». Девушка говорит что-то в рацию, но Алекс уже не слышит, поскольку та быстро уходит. Алекс смотрит на большой экран, на котором теперь изображение какого-то участка дороги. Картинка меняется — и теперь там уже другой участок дороги. Картинки начинают мелькать одна за другой, будто коптеры устраивают перекличку между собой. Алекс смотрит на парней: один из них достает что-то из кармана и протягивает второму. Тот отворачивается в сторону, где никого нет, и склоняет голову. Алекс думает, что он только что нюхнул кокса. Он поворачивается обратно, проводит пальцами под носом, и теперь у Алекс нет сомнений. Тем временем он передает что-то своему другу, и тот убирает это обратно в карман. Прекрасная перспектива гонять с теми, кто под кайфом. Алекс смотрит на экран, на котором уже картинка зоны старта. Она поднимает голову и видит один из коптеров, нависающий прям над ними. Опуская взгляд, Алекс замечает Харви, которая направляется к ним в компании Горы и Рыжей. Ребята вокруг начинают суетиться: кто-то из них возвращается к своим байкам, кто-то начинает поправлять на себе экипировку. — Внимание на экран! — кричит Рыжая. Все, включая Алекс, конечно же смотрят на экран. Там появляется изображение старта, а именно — сетка стартовых позиций. Номер семь она находит во втором ряду с самого края, по правую сторону. В течение следующих пяти минут каждый занимает свою позицию на старте. По пять человек в двух первых рядах и четверо в третьем. Алекс чувствует на себе пристальный взгляд Терезы, которая стоит по диагонали в двух метрах от нее, в третьем ряду. Алекс достает балаклаву из шлема и надевает её. После чего надевает шлем. Она готова уже сесть на мотоцикл, но видит, как Харви со своими ребятами подходят к участнику, стоящему рядом с Терезой. Харви хватает его за шлем, который на нем уже надет, поднимает вторую руку, в которой тут же загорается фонарик. Харви просвечивает им глаза участника, и… Алекс, признаться, несколько в шоке. Она тут же смотрит на ребят, которые, судя по всему, оба под кайфом. У одного из них это еще, возможно, не отражается на зрачках. Харви отходит от него, а Рыжая бегло осматривает его мотоцикл и экипировку. Харви подходит к участнику во втором ряду, в противоположной от Алекс стороне. И проделывает то же самое. Наконец она доходит до одного из дружков в первом ряду и светит ему в глаза. Одно быстрое движение, и Харви дергает подножку мотоцикла, на котором сидит парень. — Что такое? — Слезай, — говорит она, поднимая руку и щелкая пальцами. К ней быстро направляется Гора. — Да что такое-то? Отпусти, — парень пытается убрать руку Харви от руля, за который та держится, будто он может сорваться с места и начать заезд прям сейчас. — Что такое?! Что… Он не договаривает — Гора хватает его за шкирку и, приподнимая, стягивает с мотоцикла, который держит Харви, чтобы тот не завалился. — Пусти меня! Пусти… — он верещит громко, пока Гора тащит его мимо других участников. Гора он явно не просто так… Он не просто высокий, но еще и достаточно крупный. И у парня нет ни единого шанса вырваться самостоятельно. Алекс замечает, как его друг, которому повезло оказаться тоже в первом ряду, быстро убирает подножку. Алекс не знает, чем грозит решение гонять под наркотой, но второй друг явно представил себе самое худшее, поэтому он готовится отсюда уехать. Харви сбрасывает его руку со сцепления как раз в момент, когда тот трогается, и мотоцикл тут же, дергаясь, глохнет. Он снова хватается за руль поверх её руки. — Не, дружок. Не сегодня, — говорит Харви, рывком тянет руль на себя и, вероятно, зажимает сцепление, поскольку мотоцикл начинает реветь, не трогаясь при этом с места. — Я сказала, что с тебя хватит! Он откидывает визор и, вероятно, готов что-то ей ответить, но его тут же хватает Рыжая за шкирку и тянет назад, пока Харви держит мотоцикл. Парень падает на асфальт. — Убери его, — говорит Харви Горе, который уже вернулся к ним. Алекс смотрит на мужика, который бежит в их сторону. За ним спешат еще двое. Им всем лет по сорок или около того. — Ты не можешь снять его с гонки! Харви говорит что-то Рыжей, не обращая внимания на голос подбегающего. Алекс опускает подножку, потому что, вероятно, старта прям сейчас не ожидается. — Харви! Какого хрена! — мужик уже подходит достаточно близко. Гора, что держит парня, смотрит на Харви, и та кивает ему, отпуская. Он начинает удаляться и тащит громко возмущающегося парня за собой. — Блять! Какого хера ты сняла моего участника?! — Твой сын под кайфом, Гордон. — И что?! Тут что, под кайфом никто не гонял?! Ты не имеешь права! Он подходит по всем параметрам! — Гордон, — Харви делает к нему шаг. Что ты здесь видишь, — она поднимает руку: на рукаве её черно-красной кожаной куртки нашивка. — Читай! — Брокен Хедс, — сквозь зубы читает он. — А теперь оглянись, — она кивает в сторону трибун. Гордон оглядывается. — Что ты видишь на таблице? Что написано в шапке? Читай. — Ты издеваешься, да?! — он наклоняется к ней. — Я умею читать, Харви. Ты не имеешь права. Ты… — Я, — она тянется к нему, вставая почти на носочки, — имею право на все. Проваливай отсюда. Она разворачивается и идет к другому участнику, но Гордон явно не согласен, он ловит её за руку и дергает на себя. Харви разворачивается, тут же хватает его за горло, бьет ногой в голень, подсекая и роняя на землю. Она оказывается тоже на земле, поскольку так и не отпустила его шею. Нависая над его лицом, она сжимает руку сильнее: — Ты совсем страх потерял, Гордон? Алекс смотрит на мужиков, которые пришли с этим Гордоном: они сделали шаг, но так и не осмелились ни на что большее. — Ха… — он не может договорить — Харви сильнее давит на его гортань. — Убери от меня руки! Он тут же отпускает её предплечья, в которые вцепился. Харви отпускает его горло и тут же кивает ребятам, которые уже стоят рядом с ней: — Чтобы никого из его семейки здесь не было. Алекс уже смотрит на Лиму, которая быстрым шагом идет к ним в компании еще четверых мужчин. Они все проходят мимо участников гонки, которые, как и Алекс, просто, замерев, наблюдают за происходящим. — Харви, я не… я не должен был, — он пытается отдышаться, — но… Харви… Ему не дают возможности договорить. Пока мужиков уводят, Харви уже спокойно просвечивает глаза другого участника. — Они начинают борзеть, — говорит Рыжая Харви так, будто никого больше здесь нет. — Ну, они пытались, — отвечает Харви, переходя от одного участника к другому. — Вышло так себе. — У тебя не хватает тормозного диска, — говорит Рыжая одному из участников. — Да, простите. Я… Все будет нормально. Я отвечаю. Харви смотрит на Рыжую: судя по всему, у них есть свой язык взглядов, поскольку та тут же отходит от участника с хреновыми тормозами. Харви кивает ей в сторону других ребят, и Рыжая подходит к одному из них, доставая уже свой фонарик. Тем временем… — Привет, Алекса. Алекс не отвечает. Харви молча смотрит на нее, не поднимая фонарика. — Перекрасила мотоцикл в белый. Тебе идет. Алекс молчит. — В том году погибло два человека по вине наркомана, — сообщает Харви так, будто Алекс спрашивала. Алекс и на это не отвечает, лишь сжимает крепче рукоятки руля. — Ты под кайфом? Алекс выгибает бровь. Харви поднимает фонарик и светит ей в глаза. — Расширены, — Харви улыбается. — Ты перенапряжена? Алекс молча смотрит на нее. Если она откроет рот, то, вероятно, все пойдет по одному месту. Лучше она помолчит. — Хм, — Харви облизывает губы, опуская взгляд вниз. — Хорошая тактика. У меня для тебя кое-что есть. Алекс опускает взгляд туда, куда смотрит Харви. Та достает из кармана джинсов… — Это брелок. Висел у меня на ключах, на другом мотоцикле. Ну, знаешь, которому уже десяток лет, ты на нем не катаешься, но он почему-то все равно дороже любого нового. Думаю, ты знаешь. Алекс смотрит по сторонам. Харви говорит не тише обычного, но вокруг так шумно, что даже при желании их подслушать ни у кого бы не вышло. Но люди не слепые. Алекс не протягивает руку, чтобы забрать то, что протягивает ей Харви. Боже, это ведь было бы совсем абсурдно. И вообще: ей очень хочется сказать что-то, что выразило бы её злость и недоумение. — Мне нахрен не нужен этот брелок, Харви, — наконец отвечает Алекс. — Ты совсем что ли? Вместо ответа Харви отцепляет её руку от руля, вкладывает туда брелок и сжимает её ладонь в кулак. — На удачу. Хочешь — выкинь, — она улыбается, склоняя голову. — Когда я уйду. Харви не дожидается ответа, она отходит к другому человеку. Алекс смотрит ей вслед. Она хочет швырнуть вещь прям ей в голову, но вместо этого стискивает зубы, сжимая брелок в руке. Она опускает взгляд, раскрывает ладонь: черный черепок с красными рогами. Он на короткой цепочке и прикреплен к карабину. Она снова смотрит на Харви, которая уже отходит к другому участнику. И Алекс хочет выкинуть его, но вдруг чувствует на себе чей-то взгляд. Тереза. Та смотрит на нее так, словно хочет её убить. Не просто убить. Нет, она точно хочет её запинать. И Алекс вдруг понимает, что, скорее всего, из всех здесь присутствующих именно она уделила все свое внимание тому, что только что было. О нет, сейчас она его не выкинет. Алекс улыбается ей уголком рта, а потом растягивает верх комбинезона и убирает брелок во внутренний карман. Застегивает. Теперь взгляд Терезы просто уничтожающий. Это несколько забавно. Алекс даже перестает злиться. Она лишь смотрит на Харви, что глядит на нее с ухмылкой. Блять. И Харви быстро возвращает внимание к последнему человеку, которого проверяла.