BROKEN HEADS

Харви с лампой в руках медленно идет между участниками. Алекс прикрывает глаза, чувствуя, как предвкушение напряжением начинает расползаться во всему её телу. В отличие от многих, она не считает это приятным. Любое эмоциональное колебание для нее дискомфортно. Будь то волнение, злость или чрезмерная радость. Она бы предпочла быть более эмоционально холодной. Эмоции — это враг, но с этим врагом Алекс сейчас ничего не может сделать. Эта миссия вообще пустила насмарку всю её работу над собой. Хотя, может, и наоборот: ведь может случиться и так, что со временем она поймет, что это пошло на пользу. Она старается ровно дышать и смотреть только на лампу, которую Харви поднимает над головой. Моторы начинают реветь. Алекс чувствует запах жженой резины и морщится. Загорается голубой свет, и все трогаются с места. Алекс рада, что байкер перед ней так стремительно набирает скорость, потому что было бы крайне неудобно сейчас идти на обгон. Она надеется, что к моменту, когда надо будет обгонять, параллельно с ней не будет ехать еще несколько человек. Она переключает передачу. 100, 110… Её обгоняет всего один байк. Зеленый байк, зеленые горящие ленты на спине. Это Тереза. Скоро появляется первый поворот. Алекс чуть притормаживает и ровно, вместе с остальными, входит в него. 90, 100, 110, 120. 130, 140, 150. Она обходит одного, второго. Впереди теперь трое, включая Терезу. Освещаемая зона заканчивается. Алекс ловит себя на желании сбросить скорость, но её рука все еще держит газ, набирая её. Перед ней только пятачки света от фар и горящие ленты на спинах тех, кто едет перед ней. 170. Впереди идущий байк определенно придерживается этой скорости, потому что, набрав 180, Алекс уже начинает с ним сближаться. 190 — и она кренится влево, идя на обгон. Она очень надеется, что выучить маршрут было достаточно, и впереди не подстерегают сюрпризы в виде неровностей на дороге. Потому что её обзор теперь ограничен лишь светом собственных фар. Тереза мчится по левой стороне дороги, чуть впереди Алекс, а перед ней — еще один участник. 190. Впереди фонари, скоро будет крутой поворот налево. И Алекс сбрасывает скорость перед тем, как войти в него. Так. Впереди теперь прямая дорога, следом — ставосьмидесятиградусный поворот. Полный газ. 210, 220, 230… Алекс равняется с Терезой, которая тут же поворачивает голову в её сторону. 240, 250… Это рекомендуемая предельная скорость на трассе новичков. И Алекс придерживается её, как и Тереза. Как и тот, кто едет впереди них. Алекс может ехать быстрее. Она может. Тем более, что время есть, и она может сбросить скорость перед поворотом. Надо просто решить. Она не может проиграть эту гонку. Она не имеет права. 260, 270… Тереза остается позади. Алекс равняется с лидером. 280, 270, 260, 270… Она обходит его. Алекс замечает, что Тереза догоняет её. Тереза идёт на обгон и вдруг резко склоняется в сторону Алекс, подрезая. Алекс тут же сбрасывает скорость, избегая столкновения. Тереза за считанные секунды уходит вперед. 240… Эта долбаная сука её подрезала! Эта долбаная… Сука… Алекс выжимает газ на полную. 250, 260, 270… Алекс сжимает мотоцикл ногами что есть силы, и теперь её внимание сосредоточено не только на дороге, но и на мелкой сучке, с которой они снова равняются. Зеленый байк снова склоняется вправо и почти прижимается к Алекс, которая тут же реагирует и вынужденно жмется к краю дороги. Сука. Сука. Сука. Тереза повторяет тот же маневр. И Алекс снова, реагируя, жмется к краю. Еще немного — и она просто вылетит нахрен с трассы. Чувство самосохранения диктует Алекс решения, с которыми она даже не может спорить. Она не может даже об этом думать. Она просто не может не сдавать позицию и рисковать столкновением. Снова. Ноги так сильно сжимают мотоцикл, что она перестает их чувствовать. 280, 290… 290 — и Алекс надеется, что она уйдет вперед и сможет занять позицию по центру дороги. Но нет: Тереза ничуть не отстаёт, более того — её байк все ещё в опасной близости и все сильнее жмет её, угрожая столкновением. 300. Увеличение скорости никак не помогает. Скоро опасный поворот. Алекс чувствует, как комбинезон начинает душить её. Тереза набирает скорость, обгоняя, и снова подрезает, и на этот раз Алекс не успевает адекватно среагировать, осознавая лишь мгновение, в которое они чуть не столкнулись. Сердце Алекс начинает долбиться где-то во рту. Она перемещается к центру дороги. Тереза тут же оказывается перед ней. Алекс перемещается еще левее и допускает большую ошибку, оказываясь по левому краю перед самым поворотом налево. Ей никак не хватит этого угла, чтобы войти в поворот. Она чуть сбрасывает скорость и начинает поворачивать направо, возвращаясь к центру полосы. Но Тереза тоже сбрасывает скорость и теперь едет параллельно Алекс. Алекс выжимает газ. Тереза тоже. Ебаная сука. Алекс снова сбрасывает скорость. 250 — и она смещается вправо, Тереза тормозит, и Алекс чуть не врезается в нее, в последний момент уходя еще правее и снова оказываясь у края. Только теперь у правого. Все тело Алекс внутри комбинезона пылает. И она очень пытается понять, как скоро поворот. Она не успевает даже задуматься об этом — Тереза повторяет свой опасный маневр, вызывая все те же рефлексы, и Алекс снова вжата в самый край. Алекс видит только, что впереди — темнота, а значит: фонари кончаются, и там поворот. Она сбрасывает скорость — и Тереза тоже, продолжая её зажимать. Что-то лопается внутри Алекс от острого предчувствия, что она сейчас улетит вперед или в Терезу вместо того, чтобы нормально повернуть. Она сбрасывает скорость еще: 230, но это не помогает. 220, 190… И Тереза все еще едет параллельно ей. Тереза дергается к ней, и Алекс сбрасывает скорость до 170. Оказывается позади. Полный газ. Они быстро равняются: Алекс не позволяет Терезе сместиться влево, зажимая её по правому краю. Тереза притормаживает — и Алекс тоже, Тереза пытается уйти вперед, но Алекс делает резкий маневр в её сторону и, отпуская мотоцикл, толкает её байк ногой и, тут же возвращая ногу обратно, сжимает байк, удерживая его и спасаясь от падения. Она в последний момент склоняет байк влево и входит в поворот, касаясь коленом дороги. Она слышит скрежет позади себя. Тереза, явно не справившись с поворотом, скользит вместе с мотоциклом по асфальту. И Алекс аварийно тормозит. Она сама не верит тому, что она это сделала. Все её тело трясет. Она поднимает визор и оглядывается. Замечает мотоцикл на дороге: это значит, что Тереза не улетела никуда, и, если её никто не раздавит, с ней все будет нормально. И Алекс все еще стоит и смотрит. Она видит Терезу, сбегающую с дороги и уже оттуда подтягивающую к себе мотоцикл. Алекс опускает визор. Она стартует так резко, что байк встает на заднее колесо. 90, 100, 120, 140… Алекс переключает передачи и выжимает газ на полную, зная, что впереди только ровная дорога. В зеркале заднего вида она видит фары пары мотоциклов. 160, 180, 200… Они стремительно приближаются к ней. 240, 260… расстояние между ней и байками перестает сокращаться. Алекс все еще выжимает газ. Она перестает стрелять взглядом в цифры. Она сосредотачивается на дороге. Она пытается сосредоточиться на дороге, потому что, признаться, это сложно, когда все тело буквально трясет, а ноги почти не чувствуются. Она видит финиш и только тогда смотрит на цифры: 290. Она проезжает финиш и тормозит. Алекс так и застывает с закрытыми глазами, пытаясь понять, какую из своих частей тела она вообще чувствует. Через какое-то время её глаза открываются. Она не чувствует тела, но понимает, что её трогают. Кажется, за плечи. Нет, её не просто трогают: её держат и толкают, и она видит чужие ладони, накрывающие её руки на руле, зажимающие поверх её пальцев сцепление. Все начинает выравниваться, и Алекс понимает, что она заваливалась с байком на землю. А как же нога, которую она поставила на землю? А может, и не поставила… — Ты в порядке? Чей-то палец нажимает на кнопку, заглушая мотоцикл. — Алекса, ты в норме? Алекс наконец начинает чувствовать свое тело, которое горит внутри комбинезона. Её голова будто разбухает в шлеме — он, словно тиски, сдавливает её. Надо его снять. Надо снять. И она пытается, но ничего не выходит. И чужие руки ей помогают, наконец освобождая её голову. Алекс слезает с мотоцикла и тут же падает на колено. Она чувствует, как у нее свело икроножную мышцу. Еще чувствует дым. Дым и запах паленой резины, от которого она начинает задыхаться. Всё вокруг расплывается. Опять чужие руки с ней что-то делают — на этот раз снимают с нее балаклаву. — Алекса. Давай, вставай. Алекс поднимает взгляд на Харви, которая тянет её за руку вверх. Рядом с Харви еще люди. Людей много, и все они улыбаются. Никто не выглядит взволнованным. — У тебя ногу свело? Что? Ногу или что? Алекс наконец встает. Харви кладет руку на её талию, начиная куда-то подталкивать, но Алекс вдруг разворачивается и что есть силы толкает её. Харви, не успевая сделать шаг назад, спотыкается и падает на асфальт. — Отъебись от меня! — не своим голосом кричит Алекс. — Вы все ебанутые! Ты и… все вы, блять, ебанутые на голову! Сраные… Долбаные… О чем ты мне, блять, втирала перед гонкой?! — Алекс мгновенно выпускает все, что рвется из нее наружу, но она не чётко слышит даже собственные слова, будто сама находится под водой, — о чем, блять?! Вы даже своей девке не смогли нормально объяснить, как вести себя на дороге! И ты говоришь про правила? Про смерти? Ебаная ты лицемерка! Алекс тяжело дышит. Нет, она задыхается. Задыхается от дыма и напряжения, которое её все еще никак не отпускает. Задыхается от собственных слов. Она задыхается от эмоций и от злости. Она задыхается от вида Харви, что лежит на асфальте и смотрит на нее, приоткрыв рот. И либо у нее окончательно заложило уши, либо вокруг наступила гробовая тишина. Алекс наконец отводит взгляд от Харви и видит, как к ней идут Лима и Гора, в то время как Рыжая подает руку Харви, которую та отталкивает, продолжая лежать на асфальте. — Ты… — Алекс хочет еще что-то сказать. Она хочет много чего ещё сказать, но воздух, кажется, закончился. Харви роняет голову на асфальт и, тяжело вздыхая, смотрит вверх.