BROKEN HEADS

Алекс еще может понять, почему не проснулась от звука мотора, когда Харви уезжала, но как она могла проспать… это?! Она стоит в дверях и пялится на прибитую доску в том месте, где была дыра. Прибито не очень аккуратно и не по размеру, но теперь вероятность сломать себе ногу понизилась примерно процентов до двадцати. Алекс неуверенно наступает. Потом давит сильнее. А следом прыгает на этой доске. Ну, или до десяти. Алекс подходит к месту, где стоял мотоцикл Харви и смотрит на следы от шин, которые ведут куда-то в сторону. Не к дороге. Может, Харви позже повернула? Алекс идет по следу, и минуты через три он вообще уходит в противоположную от дороги сторону. Любопытно. До вечера у Алекс дел никаких нет. Нет ничего такого в том, что она проследит за Харви. Если это можно так назвать. Скорее всего, это просто случайность, которая никуда её не приведет. Алекс на всякий случай берет с собой бинокль и воду. Она уже полчаса едет по следу, и, если впереди нет какой-то другой дороги, то она теперь даже понятия не имеет, что там. Какой-нибудь заброшенный дом? Алекс останавливается и смотрит вниз: она теперь стоит на склоне, а внизу, вдалеке виднеется будто бы какое-то здание. Пока это просто маленькая точка. Алекс достает бинокль. Это не просто здание — это ангар. Маленький, заброшенный. Она видит выглядывающую по другую сторону взлетную полосу. Алекс едет дальше, но не вперед, а в сторону, чтобы можно было посмотреть на то, что перед ангаром. То, что там Харви была и находится, это и так очевидно, поскольку она шла по следу. В любом случае, ехать туда, не разведав обстановку, она не может. Алекс останавливается и достает бинокль. Перед ангаром — асфальтированный участок, и на этом участке она видит Харви. На Харви нет никакой экипировки, только шлем. Харви едет вперед, разгоняется и делает стоппи, и от следующего действия Алекс чуть не роняет бинокль. Она быстро возвращает его к лицу, но все уже закончилось, и мотоцикл стоит на двух колесах. Харви едет обратно на исходную точку. Она снова разгоняется, снова встает на переднее колесо, потом мотоцикл будто в прыжке разворачивается задним колесом вперед, тут же встает на него, а переднее уже в воздухе. Как? Если бы Алекс смотрела соревнования по стантрайдингу, она бы понимала, как что и куда… Но сейчас она не понимает. Она не пробовала делать стоппи сама. Знает, что это сложнее, чем встать на заднее колесо. И она сейчас даже примерно не может понять, как можно, стоя на переднем колесе, сделать разворот, откинув заднее колесо вперед, а потом еще и встать на него. И да: теперь становится понятно, откуда у Харви такие мышцы. Тем временем Харви снова на начальной точке и снова разгоняется. Она проделывает все то же самое, только на этот раз, встав на заднее колесо, Харви закидывает ноги на руль и едет так, после чего делает разворот на триста шестьдесят градусов. При втором развороте Харви падает на спину, а мотоцикл падает рядом с ней. Харви лежит недолго. Алекс еще минут двадцать, или около того, наблюдает, как та делает трюки, которые уже больше напоминают акробатические. И ей надо принимать решение. Либо выдать себя и подъехать, либо свалить отсюда. Харви очередной раз падает, только на этот раз — на скорости, и Алекс смотрит, ожидая, пока та поднимется, но этого не происходит. Алекс убирает бинокль и едет к ангару. Она останавливается у ворот, слезает с мотоцикла и идет к Харви пешком. Когда она подходит к ней, то Харви поднимает руку к шлему и дёргает визор. Алекс, стоя прямо над ней, смотрит в её светлые глаза и молчит. Неловко, потому что Харви не умирает. И Алекс готовится сказать о том, что нечего было так очевидно ехать не в сторону дороги. Но Харви не спрашивает и никак это не комментирует. Просто смотрит. Смотрит, пока Алекс не протягивает ей руку. И Харви хватается за нее, позволяя той помочь ей встать. Пока Харви снимает шлем, Алекс проверяет её тело на наличие травм. Алекс рассматривает её татуировки на блестящих от жары и тренировок руках. Она видит татуировки на её плечах. На крепких, но все же женственных плечах. Чёрт. Её руки очень красивы. Алекс доходит до ключиц и только тогда вспоминает, зачем вообще начала этот осмотр. Она быстро поднимает взгляд к лицу Харви, а та смотрит на нее, вскинув брови. И чёрт возьми, Харви остается только сказать: «Ты пялишься», но вместо этого она просто поджимает губы, пока те растягиваются в улыбке. Алекс ощущает жар, приливающий к щекам и быстро обходит Харви, оказываясь за её спиной. Локти разодраны. Харви кидает шлем на асфальт, и Алекс вздрагивает от этого звука. Следующее, что делает Харви — это снимает майку, и Алекс буквально цепенеет. Она тупо стоит и смотрит не дыша на влажную, покрасневшую от удара спину. На крепкую спину. И, блять, у Алекс никогда не было фетишей на чьи-либо мышцы. А накачанные девушки — это вообще не всегда сексуально. Блять, не в этом случае. Она может ненавидеть Харви, не переносить, раздражаться, злиться, не доверять и… боже, что угодно, но она уже никак не опровергнет тот факт, что крепкое тело Харви — это самое сексуальное, что она когда-либо видела. Это так тупо. Это ведь просто тело. Тело, и все. И Алекс смотрит на татуировку позвоночника, на зеленые стебли, окутывающие его, а у шеи на стеблях — маленькие красные бутоны и один цветок. Но даже цветок не делает эту татуировку менее жуткой. Харви идет куда-то, и Алекс наконец выходит из транса. Она смотрит ей вслед и видит рюкзак, к которому та наклоняется. Она достает оттуда бутылку воды и… да, она обливает себя водой. А Алекс обязательно должна сейчас стукнуть себя об асфальт, чтобы вспомнить, что она не похотливый мужик и что надо в конце концов перестать пялиться. Харви не помешало бы надеть майку, прежде чем возвращаться к Алекс. Но нет. Конечно же нет. Она подходит к ней в топе, а Алекс все еще чувствует себя словно собака, которая увидела течную суку. И это ненормально. Так не было никогда. Никогда. Ни одна симпатия, ни одна влюбленность — ни что, ни что на свете не заставляло её чувствовать нечто подобное. Потому что то, что она чувствует, это даже близко не романтика. И не то, чтобы Алекс была романтиком, совсем нет. Но и на сексе во всех его проявлениях она никогда не была помешана. Она та, кто не реагирует на девушек, танцующих стриптиз, та, кто не реагирует на стриптиз своей собственной девушки. Боже, да её даже вид голой груди никогда не заставлял ничего чувствовать. И вот её взгляд опускается к животу Харви. И Алекс быстро делает шаг, потом еще один и, будто что-то вспоминая, начинает ретироваться к своему мотоциклу. И да, Харви на нее смотрит. И улыбается. Алекс достает телефон, делает вид, что что-то там читает. Потом убирает обратно в кофр. Так. Надо собраться. Она возвращается к Харви, которая все еще лыбится. — Ты делаешь все это в тайне? — Угу. — Потому что все еще боишься реакции своего папочки? Это прозвучало зло. Не только слова, но и тон. Алекс уже хамила Харви и даже била её. Но отчего-то сейчас мигом становится не по себе от самой себя. И улыбка на лице Харви замирает. Харви опускает взгляд на губы Алекс, потом куда-то ниже, поднимает снова к глазам и облизывает губы, прежде чем ответить: — Если он узнает, то будет в гневе. Или, может, хуже. Алекс могла бы сказать что-то ядовитое в ответ, но вместо этого она изучает раскрасневшееся лицо Харви. И Харви не выглядит ни злой, ни задетой. — Я могу вообще тебя чем-то разозлить? Харви делает к ней шаг: — Ты хочешь меня разозлить? — её бровь выгибается. Вот чёрт. И сейчас есть секунда, чтобы выбрать один из двух вариантов развития этого диалога. И Алекс, возможно, полная дура, но: — Может быть. Улыбка Харви тут же превращается в ухмылку. — Бойся своих желаний, Алекс, — Харви вскидывает брови, а после, улыбаясь еще шире, отходит и идет к своему мотоциклу. Харви поднимает его, ставит на подножку. Берет рюкзак, убирает туда майку и закидывает его себе на спину. Она катит байк в сторону ангара, ставит. Открывает ворота, катит его внутрь. Оттуда выходит с другим мотоциклом. И это уже байк, который Алекс вроде бы раньше не видела. Это Ninja H2R. Такой же, как у нее, только модель помощнее. И на эту адскую машину Алекс села бы просто прокатиться неспеша вперед. Но никак не более того. Она смотрит на Харви, потом на мотоцикл и снова на Харви. — Что? — Ты разве на нем была прошлый раз? — У меня много байков, Алекс. Но этот и тот — это любовь. И нет, я была не на нем, потому что он был в ремонте. — А тот ты оставляешь здесь? Всегда? — Да, — Харви надевает свой рогатый шлем. — Дорогу назад найдешь? Алекс ничего не отвечает, она тупо смотрит на Харви, которая подмигивает ей, опускает визор и трогается с места. Трогается так резко, что встает и едет на заднем колесе. И Алекс просто смотрит ей вслед. Смотрит, пока та не исчезает из вида. И она могла бы закатить глаза на этот пафосный уход, только сейчас ей совсем не до этого. Она просто накрывает голову рукой, совершенно, абсолютно не понимая, что на самом деле происходит.