BROKEN HEADS

— Выглядит стремно, — ворчит Харви, глядя на свою зашитую ногу. — Я куплю клей, и попробуем стянуть им, — говорит Алекс, протирая почти засохшую кровь. Алекс вздрагивает от звука сирены, который раздается откуда-то… со стороны стола. Харви так быстро спрыгивает с кровати, что Алекс не успевает среагировать. Харви отвечает на звонок. — Да. Да. Где? С кем? Да. Объявляй. Я… Я буду там через двадцать пять минут, — Харви сбрасывает звонок и убирает телефон в карман. Она быстро идет к выходу, срывая с себя налокотники. — Харви? Какого чёрта. Ты куда? — Звонил Немец, — поясняет Майкл, пока Харви быстро надевает на себя куртку. — Сирена — рингтон, оповещающий о ЧП. — Харви, ты не можешь сейчас никуда поехать, — Алекс берет её за руку и разворачивает. — Алекс, это мои люди. Я еду, — она вырывает руку и выходит из ангара. Алекс выходит следом. Майкл за ними. — С кем? С нашими? — уточняет Майкл, выходя на улицу. — Нет. С какими-то левыми, из группировки. Насколько я поняла, — Харви скользит на байк. — Алекс, езжай домой. — Ты издеваешься? С… С кем?! — она хватает руку Харви, убирая от руля. — Харви, кто там, и что случилось? — Наших ребят пиздят какие-то мудаки. Мне надо быть там… Алекс, езжай домой. Я вернусь скоро. — Я еду, — говорит Майкл. — Харви, — Алекс крепко держит её за руку. — Если это… — Мне плевать, кто это, Алекс. И мне надо ехать. Ты понимаешь? — она нетерпеливо дергает ногой, готовая откинуть подножку. — Я еду с тобой. — Нет, не едешь. — Я еду с тобой, — давит Алекс. — С тобой мне ехать на минут пятнадцать дольше. — Ты издеваешься? — скалится Алекс, Харви перехватывает её руку и сжимает. — Алекс, я еду быстрее, чем ты. Мне надо быть там как можно раньше. — Я поеду с тобой, — повторяет Алекс. — Хорошо, если ты уверена. — Я уверена. Алекс идет к своему байку, берет новый шлем, лежащий на баке, а свой откидывает пока на землю. У нее очень. Очень хуевое предчувствие. Алекс едет быстро. Быстрее, чем могла бы себе позволить. И при этом все равно понимает, что для Харви этого недостаточно: она старается, чтобы Алекс не слишком отставала, поэтому Майкл то и дело оказывается впереди, а потом скидывает скорость. Он так делает несколько раз, явно пытаясь понять. А когда понимает, едет на той же скорости, что и Харви. Для дороги в пустыне двести — это много для Алекс. Это не гонка, где на ней надет костюм. В конце концов, на ней только шлем. Даже куртка без защитных подкладок. Хотя и они бы не помогли. Въезжая в город, Алекс сбрасывает скорость до девяноста. Харви на какое-то время пропадает из вида, но, проехав вперёд, Алекс замечает Харви и Майкла — те замедлились, чтобы она могла их догнать. Алекс набирает скорость, но машин на дороге слишком много. Она не может себе позволить устраивать на бешеной скорости такие же шашечки, что и Харви с Майклом. Но им нормально. Она знает, что для них подобное — в порядке вещей, только в городе скорость ощущается иначе, чем за городом. Здесь не пустое пространство, где ничего не мелькает то и дело по бокам от тебя. Здесь, в конце концов, машины и повороты. Здесь светофоры. Алекс обуза для них. Алекс злится на себя. Но она не может. Она не ездила в городе быстрее. И она не может начать сейчас. Сто десять для города — это слишком много. Сто тридцать — это неадекватно. Но Алекс не оставляет себе выбора. Сердце Алекс бьется во всем её теле. Она объезжает машины, уже даже не понимая, что именно она делает и как. Она нихрена не соображает, а байк будто на автомате склоняется то вправо, то влево. Когда они проезжают на красный прям через поток, сердце Алекс, кажется, вообще проламывает грудную клетку, вываливается и остается там на перекрестке. Дальше она едет уже на автопилоте, не моргая, следуя за Харви. Она не знает, как долго они еще петляют по улицам города, но в конечном итоге оказываются на окраине. Алекс понимает, что они заезжают в неблагоприятный район. Они пересекли весь город. Не то, чтобы он был большой. И уж точно — прошло не двадцать минут. Даже не тридцать. Чтобы доехать сюда на приемлемо высокой скорости и при других обстоятельствах, Алекс потребовалось бы, может, чуть больше часа. Сейчас же… скорее всего, это заняло минут сорок. И сорок минут для Харви — это много. Алекс видит впереди большое количество людей. Харви резко тормозит, и Алекс тоже приходится прибегнуть к аварийному торможению. Харви спрыгивает в байка, стягивает шлем. Алекс снимает свой и смотрит перед собой на открывшийся перед ней замес: там дерутся человек десять, не меньше, если не больше. — Будь тут, Алекс, — быстро распоряжается Харви. — Майкл, пусть она будет тут. — Да, — отвечает ей Майкл, пока Алекс слезает с байка на дрожащих ногах. Он подтягивает рукав куртки и смотрит на наручные часы. — Неплохо. Тридцать восемь минут. Думал, что будет хуже. Алекс, стой! Алекс почти падает от того, как Майкл дергает её на себя. Её ноги все еще слабые. Она слишком сильно сжимала бачок ногами: наверное, будут синяки. Она смотрит вперед, пока Майкл держит её двумя руками. Харви влетает в самый эпицентр и тут же начинает кого-то от кого-то оттаскивать. Кого-то бьет с ноги. Алекс быстро оценивает обстановку вокруг Харви. Она узнает в одном из дерущихся Немца. Еще она видит, кажется, Пулю. Не сказать, что дела у Пули хорошо идут — его кто-то бьет, прижимая к стене. Это люди из группировки. Алекс видела некоторых из них. Но они без оружия. Алекс, наконец, находит то, что ищет. По ту сторону от замеса машины — их машины. Там же припаркован байк, на котором сидит мужчина и курит. Это Раф. — Тут нет наших людей, Алекс, — говорит Майкл, прижимая её к себе. — Мы не можем вмешаться. Мы можем только смотреть. — Я… — Алекс смотрит на Харви, к которой подскакивают со спины, хватают и кидают в стену, словно она весит килограмм десять. Алекс вздрагивает. Тот, кто её кинул, тут же сближается с ней, но Харви уклоняется, и удар уходит в стену — тот человек тут же загибается от боли в кулаке и получает с ноги в лицо от Харви. Алекс была неправа — тут не десять человек. Тут, на пятачке перед ними и дальше, человек двадцать, не меньше. И Хедсы значительно уступают им в численности: Алекс насчитала их всего восемь, включая Пулю, Харви и Немца. Харви снова хватает кто-то со спины, она тут же разворачивается и получает в лицо, в результате чего отлетает на полметра, потом делает еще один намеренный шаг назад, и тут же рядом с ней оказывается Немец. Дергая мужика на себя, он сразу же бьет его, а потом толкает к Харви, и та бьет его с головы в лицо. Лицо Немца все в крови. На него тут же накидывается кто-то еще, сбивает на землю тут же седлает сверху и начинает бить. Харви уже борется с другим человеком. Они в меньшинстве. Пуля все еще у стены, но уже стоит, закрывая себя руками от ударов, которые сыпятся на него от двух мужиков. Алекс подпрыгивает от сигналов позади себя, она быстро оборачивается: на них несутся несколько байков, Майкл толкает её в сторону. Это Лима и Рыжая, и еще пара человек — все они быстро снимают шлемы. Рыжая достает биту, закрепленную у кофра. — Рыж, — кричит ей Лима и кидает что-то. Рыжая ловит и тут же заталкивает себе в рот, Лима делает то же самое. Это капа. Они, и с ними ещё двое, бегут в сторону замеса. Рыжая сближается с теми, кто бьет Пулю, и одному из них попадает битой по ногам: тот падает на колено, и Рыжая наносит ему удар по спине. На неё бросается второй, но Лима с ноги выбивает его на метр, и тот падает, словно мешок. Они все друг другу что-то кричат. У Алекс все мелькает перед глазами. Она все еще чувствует, как крепко держит её Майкл. Харви отклоняется назад, уходя от удара, но сбоку её толкает другой мужик, толкает к третьему, и Алекс снова рвется вперед. — Стой, — шипит Майкл. Харви уворачивается от удара одного человека, но тут же получает от второго. Тот, что сзади, хватает её руки и рывком отводит их назад, открывая её спереди, и этим, конечно, пользуются. Харви, опираясь на того, кто держит её сзади, поднимает обе ноги и толкает ими того, что подходит спереди. Ноги возвращаются на землю, и она грубо откидывает голову назад, ударяя того, кто держит, затылком в лицо. Он не отпускает её. Он слишком крупный. Он снова пытается заломить ей руки за спину, и Алекс, что есть силы, отталкивает от себя Майкла: кажется, она ему что-то говорит, только при этом не улавливает даже, что. Она бегом приближается к Харви, которую бьют два человека, пока третий держит. Алекс на мгновение встречается взглядом с Харви, а потом что есть силы толкает первого мужика — тот врезается во второго. Алекс видит Лиму, которая хватает первого и разворачивает лицом к Алекс — та тут же бьет его с ноги в голову. — Забрала, — кричит ей Лима и бьет второго кулаком в лицо. Алекс наклоняется, уходя от кулака первого, и бьет его в живот, потом, резко выпрямляясь — в лицо. Он отшатывается назад, и она снова бьет его с ноги — тот падает на землю. Алекс быстро разворачивается к Харви, которая скачет, отталкиваясь ногами и пытаясь вырваться из хватки. — Вниз, — кричит ей Алекс, и Харви рывком склоняется, заставляя нагнуться мужика позади себя и открывая его для Алекс, которая подпрыгивает и с разворота бьет его в голову. Он отпускает одну из рук Харви, и та, тут же поворачиваясь к нему лицом, бьет его с головы. Хватает за куртку, дергает на себя и снова бьет головой в лицо. Они встают вплотную друг к другу и осматриваются. Алекс вздрагивает — прямо на них несется мужик с битой, но он не добегает — рядом оказывается Рыжая, подсекает его битой по ногам и наносит удар в спину. — Семь часов, — кричит Лима. Алекс разворачивается — Немца бьют ногами. Все, что дальше происходит, Алекс даже не сможет вспомнить. Она будто оказывается в скоростном поезде с высунутой наружу головой. При всем этом она ни секунды не стоит на месте. Она не знает и не поймет, каким образом она так слилась с действиями Хедсов. Может, все дело в том, что их короткие команды друг другу ясны ей, поэтому все было понятно — что делать, куда смотреть, но кроме этого они дрались словно один слаженный механизм, и Алекс была винтиком этого механизма. Алекс наклоняется, Лима бьет мужика, который замахивался. Алекс выпрямляется, хватает его и толкает в сторону Харви, которая тут же встречает — ловит его руку, подсекает и кидает на асфальт. Алекс замирает, глядя на свою девушку, лицо которой разбито и все в крови. Глаза Харви блестят словно две яркие звезды в пустом ночном небе. На красном лице поблескивают также белые зубы. Она улыбается. Она широко улыбается — едва не смеясь. Алекс приходит в себя от удара в лицо, который сшибает улыбку с него. Ей надо было получить удар в лицо, чтобы понять, что она улыбалась тоже. Алекс дергает головой, но тут же получает еще один удар: они сыпятся на нее, и теперь она вынуждена прикрываться, а не отвечать. Град ударов довольно быстро прекращается, Алекс поднимает голову, выглядывая из блока. Перед ней стоят Лима и Харви. Харви её дёргает в сторону и тут же бьет кого-то, кто подошел к Алекс сзади. В следующие минут пять Алекс получает ударов больше, чем до этого. Словно все мужики, что нападали на Хедсов, теперь сосредоточились на них. Алекс уже не чувствует своих кулаков, которые разбиты. Она, кажется, не чувствует одну сторону лица. Она обнаруживает себя рядом с Харви: они стоят, прижимаясь друг к другу плечами, и тяжело дышат. Мужики перед ними медленно поднимаются на ноги. — Что болит? — спрашивает Алекс. — Ничего, — тяжело дыша, отвечает Харви. — У меня болит душа, — ноет Пуля где-то позади них. — У меня, кажется, сломан палец, — сообщает Рыжая откуда-то сбоку. — Я еще капу потеряла. Лима выплевывает свою капу: — Хватит ныть, — говорит она, прижимаясь к Алекс с другой стороны. — У меня болит все, но я готова к продолжению. Перед ними стоят больше десяти человек. Они все побитые, но не до такой степени, чтобы быть не в силах продолжить. Под их ногами валяются ребята из Хедсов. Но вся основа стоит рядом с Алекс. Алекс не может оглянуться, чтобы посмотреть, кто из них стоит на ногах — она смотрит перед собой, готовясь вот-вот продолжить. Она сосредоточена еще и на Харви, которую чувствует своим телом. — Извините, ребят, — со стоном сзади говорит Пуля. — Я чет не ожидал, что они налетят как мухи. Дал пизды одному, и понеслось. Алекс наблюдает, как взгляды мужиков, стоящих перед ними, начинают скользить куда-то дальше, поверх голов кучки Хедсов. Они больше не бросаются вперед — очевидно, выжидая. А потом сердце Алекс прыгает в горло. Она видит Рафа, который вразвалочку, покуривая, идет к ним. В его руке пистолет.