BROKEN HEADS

Алекс стоит рядом с Харви — напротив Майкла, который прижимается спиной к фургону, сложив руки на груди. Вывалив на него сразу две новости (о том, что Алекс все рассказала Харви про Рафа и о переезде), они ждут, пока он переварит их. Молча. Алекс не может понять по его лицу, злится он или нет. Он просто смотрит на нее. Пока они говорили, его брови периодически двигались, демонстрируя хоть какие-то эмоции, но сейчас даже они статичны. — Ты скажешь что-то? — пробует Алекс. — Ему всегда нужно позависать у себя в голове, чтобы начать реагировать. Иногда надо позлить, чтобы он заговорил. Мне надо тебя позлить? — Харви тянется лицом к нему, заглядывая в глаза. — Ты поставила Харви выше, чем нас, — наконец, начинает он. — Меня это оскорбляет, как одного из тех, кого ты предала, но меня это приятно удивляет, как… друга человека, которого ты поставила на первое место, — монотонно говорит он. — Я не злюсь, потому что в итоге не добился ничего разговорами с Лонгом. Он жадный и тупой баран. — Майкл поднимает голову и смотрит выше их голов — куда-то в небо. — Я не хотел бы, чтобы ты, Харви, принимала участие в гонке, потому что он попытается тебя убить. У него есть какой-то план. Я не хочу, чтобы ты победила, потому что тогда он потеряет деньги, которые всегда благодаря мне получает. Я не хочу, чтобы ты проигрывала, потому что, как я тебе уже раньше говорил, я хочу, чтобы ты поставила его на место. Именно ты. Потому что, проиграй я кому-то другому и лиши его этих денег, вышло бы не то дерьмо, которое я хочу. Да и вообще, — он опускает взгляд и смотрит на Харви, — все вышло не так, как-то, о чем мы говорили. Все идет по пизде. — Точно, — кивает Харви. — Я не собираюсь проигрывать. И умирать там не собираюсь. Хах, какой же он идиот, — Харви толкает Алекс в плечо локтем, пока они с Майклом переглядываются. — Ты поддашься ей? — спрашивает Алекс. — Он? — Харви делает к нему небольшой шаг. — Он никогда мне не поддавался, — она треплет его челку. — Он пилот в большей степени, чем любой, кого я знаю. В моей голове есть хоть что-то еще, а в его, — она тянет его за волосы на себя, пока Майкл закатывает глаза, поддаваясь, — только это. — Бороться с ней на дороге — себе дороже. Улетишь с дороги, — ухмыляется он. — Ну, ты знаешь. Алекс косится на Харви, которая отпускает волосы Майкла. — То есть, она просто тебя столкнет? — Она меня уже сталкивала. И не раз. Помнишь мою разбитую рожу? Кажется, в двадцать, да? Это была последняя гонка Королей, где Харви победила. — Да. Твой визор тогда в щепки разлетелся. Я думала, что тебе пиздец. Сначала он башкой прилетел в стену, а потом его байк — колесом в его шлем. Сердце Алекс начинает биться быстрее. — Я думал, что у меня лопнула башка, серьезно. Прикинь, Алекс, ты влетаешь в бетон, а байк в тебя. Это стремный прикол, конечно. Алекс, не дыша, тупо таращится на них. — Она знает, Майкл. — Да. Я знаю, что она знает, — он кусает нижнюю губу, уже понимая, что сказал что-то не то. — Я… — Алекс переводит дыхание, — я просто… — она не знает, что сказать. Её действительно задело это. — Я знаю, что это нормально для уличных гонок, Харви. — Я знаю. Дело было во мне. — Да. В тебе. А так я понимаю, что это опасно. — Да, я знаю, что ты понимаешь. — Мне просто… — Тебе просто не нравится возвращаться к тем эмоциям, — Майк накрывает её плечо рукой и сжимает. — Почему Джек решил ничего не делать? — он все еще держит руку на плече Алекс, глядя на Харви. — Он не объяснил. Просто сказал, что мы ничего не будем делать. — А как же ты? То есть, Лонг обратится к этому гандону, когда не получит то, что хочет. А Джек… Он просто решил, что… Я не понимаю. Харви только пожимает плечами. — Он сказал, что с Харви ничего не случится, — отвечает за нее Алекс, поскольку они уже говорили об этом. — Пиздец. А ты? Ты считаешь, что с тобой ничего не случится? — он, кажется, даже не ждет ответа, потому что Харви, как правило, именно так и считает. — Я не верю, что Джек просто будет ждать, когда на тебя устроят охоту. Я просто не могу в это поверить. Они молчат какое-то время. — Может, он решил сам с Лонгом поговорить? — задает вопрос Алекс. — Может, он как-то иначе собирается повлиять на события? Они смотрят на Харви, а та снова пожимает плечами. — Тебе плевать? — спрашивает её Майкл. Харви закидывает руки за голову и потягивается. — Тебе плевать. Следующие пару часов они собирают вещи Алекс и грузят по машинам. А именно — в фургон, который пригнал Майкл. В него же и загоняют байк Харви, который отдал Лонг. В фургоне Алекс они закрепляют её старый байк. В конечном итоге, остается только собака. Они с Майклом смотрят на Рексу минут десять, размышляя о том, как им её увозить отсюда. Харви же тем временем просто вышла из дома с замороженным куском мяса, просто подошла к собаке, присела, погладила её по голове, дала понюхать мясо, выпрямившись, похлопала по спине, показала снова кусок, а потом позвала за собой. Алекс стоит признать — её девушке абсолютно похуй на любую опасность. Казалось бы… собака, но ведь разница между собакой, которая может на нее наброситься, и человеком — в том, что собаке Харви бы ничего не сделала. Алекс это знает, и Алекс думает, что самый опасный враг — это тот, противопоставить которому ты ничего не можешь. Собака тем временем просто залезает в фургон следом за Харви. — Погнали, — говорит Харви, захлопывая двери фургона. Она скрывается за ним, чтобы сесть за руль. — Ты так ничего и не сказал о том, что думаешь насчет второй новости. — Мое мнение никого не интересует. — Мне интересно твое мнение. — Ваш союз меня настораживает. Мысли о том, что ты крыса, проходят, а это чувство — нет. Тревога. Что-то вроде неё. — Не из-за меня надо тревожиться, Майкл. — Да, тут ты права.

***

Дела закончены, и вот они здесь. Они уже минут двадцать сидят с Майклом на земле, вытянув ноги вперед, прислонившись к воротам ангара. Они смотрят, как Харви делает трюки. — Мы словно родаки. Привезли ребенка на игровую площадку. — Фу-у-у, — Алекс толкается в его плечо. — Отвратительно, Майкл. — Ну, ты посмотри на нее, — он кивает в сторону Харви, которая с широкой улыбкой, выглядывающей из-под кроссового шлема, кружит на одном колесе где-то в десяти метрах от них. — Смотри, — говорит он Алекс, а потом поднимает руку и начинает махать Харви, — аккуратней, доченька, не ушибись. Харви, стоя на одном колесе, поднимает руку и машет в ответ, а потом её ладонь разворачивается тыльной стороной к Майклу, и она показывает ему фак. Алекс начинает в голос смеяться. — Ты умеешь делать что-то? — Что-то, — отвечает ему Алекс. — Вилли. Убила движок. Вроде это все. — Масло? — Угу. Научилась делать нормально, и меня понесло. А масло такое: «Алекс, ты, конечно, извини, но я утекло. И, кажется, твоему двигателю пизда». А ты? — Же-естко. Тоже, но про масло я знал. Все знают, это же элементарная физика. Еще могу делать Бернаут. — Пфф, жечь резину. Тоже мне, — Алекс договаривает и смотрит на Харви. Та едет на заднем колесе, стоя двумя ногами на пассажирском сидении. Одну ногу она опускает над асфальтом и толкается. Когда Харви подпрыгивает, Алекс вздрагивает, переставая дышать. Харви принимает вертикальное положение ногами вверх. Майкл, судя по звуку, открывает бутылку воды. Харви тупо зависает в воздухе, вытягиваясь вертикально вместе с байком. А потом, как ни в чем не бывало, возвращает ноги обратно на сидение. — Супермэн, — комментирует Майкл. — Пиздец, — это все, что говорит Алекс. Она молча смотрит, как Харви едет на мотоцикле, стоя на бачке и раскинув руки в стороны. — Иисус, — комментирует Майкл. — Она, кстати, его делает на высокой скорости. Лучше не быть этому свидетелем. Не для слабонервных. — Как называется, когда из Стоппи переходишь к Вилли? Я видела в прошлый раз. Это кажется чем-то невозможным. — Ты о Стоппи-кенгуру? Встаешь на переднее колесо, разворачиваешь байк в прыжке на сто восемьдесят градусов и делаешь Вилли. Все просто. — Все просто? — Для нее просто. Она дофига лет убивает на это. Но никто, кроме нас, не увидит этого. — Не понимаю, как это может навредить чему-то. С точки зрения её отца. — Навредить — нет. Наоборот. Умея все это делать, она — опасный враг на дороге, потому что она с байком практически одно целое, больше, чем мы все. Ну, знаешь, даже на обычном своем, который не предназначен для всех этих трюков, она может больше. Как минимум, она лучше умеет падать. Как максимум, она может ехать рядом с тобой и с ноги вышибить тебя с дороги, стоя при этом на своем байке вниз головой, — он смеется. — Она — опасный враг. Так что в этом есть смысл. Алекс понимает, что он утрирует, но он прав. Харви может больше. Только она говорила не об этом. Может, Майкл намеренно проигнорировал то, что она сказала. Ведь с годами Джек мог бы начать относиться к этому с пониманием. Он мог бы рассматривать это так же, как и Майкл. Как плюс. Харви, может быть, тогда не решилась бы раскачивать эти качели и рисковать в такой степени тем, что она любит. Харви тем временем кружит на большой скорости на заднем колесе, стоя коленями на сидении. Ноги возвращаются в обычное положение, как и байк, и она едет в противоположную от ангара сторону. Там разворачивается. Она мчится в их сторону, набирая скорость. Встает на заднее колесо. Скорость увеличивается. Харви запрыгивает ногами на сидение, а потом мотоцикл меняет угол наклона, заваливаясь назад — Харви его отпускает, падая на землю спиной, уворачивается в сторону, и байк накрывает её. Скрежет, с которым байк падает на асфальт, кажется Алекс таким громким, что стоит в ушах, пока она замерев и не дыша смотрит перед собой. Она смотрит на Харви, которая чуть правее от байка. Но она не вся правее от байка. Её ноги под ним. Алекс подскакивает, вставая, но Майкл хватает её за руку, останавливая: — Не стоит этого делать. — Пусти, — рычит Алекс, вырываясь. Алекс бежит в её сторону, наблюдая, как Харви снимает шлем с головы, а после откидывает его. Алекс подбегает и тут же хватает байк за руль. Она тянет его, но он пиздец тяжелый. — Все нормально, — на вдохе говорит Харви. — Майкл, помоги мне! — кричит на него Алекс, потому что он уже здесь. — Тяни, — они поднимают байк, и тот падает на другую сторону. — Все нормально, — повторяет Харви, отмахиваясь от Майкла, который попытался её приподнять. Алекс садится на корточки и смотрит на голень. Там сильное рассечение, и, может быть, даже перелом. Алекс касается её второй ноги, и Харви дергается: — Все нормально! Харви начинает вставать, Алекс тут же подскакивает к ней и обхватывает талию, Харви касается её рук, чтобы оттолкнуть. — Убери руки, — шипит Алекс, и Харви убирает. — Обними меня. Харви послушно обхватывает её шею, и Алекс поднимается, помогая ей встать. — Что с ногой? — тихо спрашивает Алекс, прижимая к себе Харви двумя руками. Харви молчит. — Алекс, — пробует Майкл. — Иди ко мне, — говорит Алекс, обхватывая Харви за талию и готовясь приподнять. Но Харви неодобрительно смотрит на нее. — Ты сейчас же запрыгнешь на меня, потому что на одной ебучей ноге ты не дойдешь до ангара. Я не позволю тебе встать на раненую. Тебе все понятно? — Алекс даже не пробует быть мягче. Харви кивает ей, обнимая за шею двумя руками. Алекс подхватывает её под ягодицы и поднимает: Харви обвивает её талию здоровой ногой, а лицом утыкается ей в шею. Алекс неспеша двигается в сторону ангара. Сейчас Харви кажется ей тяжелее, чем обычно. До ангара они идут молча. Так же молча Алекс укладывает Харви на кровать. Алекс начинает копаться на полке, среди всех лекарств и прочих средств для оказания медицинской помощи. Она берет все, что нужно, и возвращается к Харви. — Перелома нет, — сообщает Харви, внимательно наблюдая за Алекс, которая протирает кровь на ноге раствором. Они вместе смотрят на рану. На перелом правда не похоже. Если бы байк не потянул кожу, разрывая её, а упал чуть правее, то проломил бы кость. — Зато рассечение размером с расщелину в Юте. Харви, не шевелись, — Алекс стреляет в нее взглядом. — Майкл, дай мне пластыри. — Они слишком маленькие. — Я сказала, дай мне пластыри, — Алекс скалится, стягивая кожу. Кровь не останавливается. Как бы она ни стягивала — та все равно просачивается. Ей снова приходится убирать одну руку от раны, чтобы протирать. Она делает это снова и снова, пока Майкл вскрывает упаковку и вынимает один пластырь. Алекс не сводит взгляда с раны, которую стягивает уже всеми пальцами, кроме мизинцев. — Давай, я помогу, — Майкл склоняется к ране. Алекс поднимает взгляд к Харви — та смотрит на нее, дыша через рот. — Отойди, — говорит ему Алекс, убирая пальцы одной руки от рассечения и забирая у него пластырь. — Сядь за стол. — Алекс вытирает кровь о шорты. Её руки все в крови. Крови слишком много. Она забирает пластырь и целится им в начало рассечения, но там снова кровь. — Сука. Харви, есть иголка? — Э… Да. В другом ящике. В самом нижнем. Я… Алекс… — Майкл, дай мне иголку и нитки, — Алекс смотрит на Харви, — скажи мне, — просит она. — Все хорошо. — И? — И я тебя люблю. И все хорошо. — Хорошо. Харви, не шевелись, иначе из тебя через эту дырку вытечет вся кровь. Ладно? — Ладно, — Харви откидывается головой на подушку.