Обряд

Джекейрис

      Драконий Камень всегда нравился Джейсу больше, чем Королевская Гавань. Тут он чувствовал себя свободным. Не было осуждающих взглядов, шепота. Он грустил лишь первые пару недель, когда они впервые, три года назад, прибыли сюда всей семьей после смерти его отца.       Рейнис грустила больше, ведь её подруги остались далеко. У него были Люк и Джоффри. А потом появился и Деймон. Они все звали его просто по имени, как он сам попросил. Но не сестра, что звала его принцем. Или дедом, но это было в узком кругу детей и, конечно, за глаза. В открытую грубить ему боялась и она.       В Королевской Гавани последний раз они были на свадьбе Эйгона и Хелейны. И после, когда они вернулись на Драконий Камень, Джейс был безмерно счастлив. Тут слуги кивали ему учтиво, у него были свои покои, а в семье царил мир и покой. И, конечно, тут был Вермакс. Он и раньше мог носить Джейса на спине, однако тут, на свободе, он вырос еще больше. Окрас его стал более ярким, и, среди черных гор, он то и дело сверкал зеленым и красным, распугивая птиц. Все это грело душу принца и радовало изо дня в день.       Хоть сегодня и было пасмурно, но день обещал быть хорошим. Джейс знал – непогода в их родовом замке дело частое и обращать внимание на небо не стоит. В стенах Камня все равно было тепло, ведь внизу, глубоко под землей таился вулкан, что грел их, будто огромный сказочный дракон. Ему об этом рассказала Рейнис, а той матушка. Люк от этой истории пришел в восторг, как и сам Джейс. Лишнее подтверждение их единения с драконами всегда его радовали.       — Ты еще спишь? — Люк врывается в его комнату, красный и запыхавшийся. Кудрявые волосы растрепались, а рубаха была застегнута не до конца. Дублет он держал в руке.       Старший из принцев степенно поднялся с кровати. Он давно проснулся, просто не спешил. Аккуратно оделся, расправил складки на одежде и пригладил непослушные волосы, что с каждым днем вились все сильнее. У Люка и Джоффри были такие же непослушные вихры, у Рейнис - тяжелые гладкие локоны, черные как ночь, а у матери легкие, словно облако, серебряные пряди. Все они были разными, и объединяла их лишь кровь дракона внутри.       — Идем, идем, Деймон обещал потренировать нас сегодня! — младший брат тащил его за руку по безлюдным коридором замка. — Надеюсь он в добром расположении духа и не откажет нам! — Люк, обычно куда более тихий, сегодня горел от нетерпения. В последнее время Деймон уделял им мало времени, и это расстраивало их.       Они спешат в Великий Чертог. Они редко собирались в огромном зале, но чем холоднее становилось на острове, тем чаще они завтракали именно там. Рядом располагалась кухня, добавляя тепла и уюта.       Джейс на секунду останавливается, как делал это всякий раз, когда входил в чертог. Проем в зал представлял собой огромную раскрытую пасть дракона, выполненную из черного камня настолько искусно, что можно было представить, что это и вправду настоящий скалящийся дракон. Войди внутрь и погибни в огне. По коже бегут мурашки, и принц с трепетом проходит внутрь.       Матушка ласково улыбается ему. Рядом с ней Джоффри и Рейнис. На руках у последней маленький Эйгон, заливисто смеется, хватает сестру за длинные волосы. Завидев Джейса и Люка, прислуга забирает малыша и расставляет все на столе, подготавливая завтрак. Джейс с Люком по очереди целуют Эйгона, прежде чем его унесут кормилице.       Все в сборе. Все, кроме Деймона. Это никого не волнует – все рассаживаются на привычные места. Рейнира целует сыновей, а затем неосознанно оглаживает свой живот. Он еще плоский, но Джейс знает – матушка вновь ждет ребенка. И он всем сердцем рад. Они любят Эйгона. Любят пухлого беловолосого малыша всем сердцем, периодически ругаясь между друг другом, кто же сегодня будет читать ему.       На Драконьем Камне уже не одиноко. Детей тут больше, чем в Королевской Гавани, и мало кто из них хотел задеть или обидеть других, как это делали Эйгон и Эймонд. Прошло много времени, однако Джейс все еще помнил их игры вместе. И если раньше они казались ему веселыми и беззаботными, то сейчас, когда ему уже исполнилось двенадцать, и он считал себя довольно взрослым, до принца дошло, насколько грубо и обидно его дразнили дяди и тетка. Тем лучше, что они тут, вдали с семьей.       — Джейс! Садись со мной! — его зовет к себе Бейла, как делала это всегда со дня их знакомства. Едва ли он понимал её заинтересованность в нем, все-таки она была девчонкой, но внимание и доброта ему льстили, так что он без вопросов садится со сводной сестрой.       Рейна тоже кивает ему и улыбается. Но не Рейнис. Старшая сестра лишь на секунду смотрит на него черными глазами, а затем фыркает и отводит взгляд. В сердце тут же вспыхивает огонь тревожности. Они поссорились вчера, как часто бывало между ними и в сердцах наговорили друг другу много гадких вещей. Джейс искренне сожалел, однако попросить прощения не осмеливался. Рейнис выросла и уже стала женщиной, как говорил ей Деймон. И в свои четырнадцать была на голову выше самого Джейса и могла хорошенько оттаскать его за кудрявые волосы. В глазах матери она все так же оставалась милой и доброй девочкой, но только её братья знали, что с каждым годом сестра становится все более строгой и нетерпимой к их шалостям.       Он оставляет мысли о ней, когда в зал входит Деймон. Разговоры за столом прекращаются. Рейнис перестает болтать с Рейной, и улыбка сходит с её губ. Хоть что-то не изменилось за все эти годы. Сестра даже не смотрит на него, лишь трясет головой так, что черные волосы закрывают часть лица, отгораживая её от нежеланного общения. Остальные рады появлению принца. Рейна тянется к отцу, коротко целует его в щеку. Сердце у Джейса замирает. Деймон был хорошим учителем, сильным воином и без сомнений любил его мать, но вот отцом он ему не был. Его родной отец сгорел, а названный убил себя. Никогда больше он не познает той любви, что питали Рейна и Бейла к Деймону.       Глаза защипало. Джейс одергивает себя, быстро моргает. Он ведь обещал, что день будет хорошим. Так оно и будет.       — Ты потренируешь нас сегодня? — выпалил Люк вместо приветствия. Его младший брат непоседливо заерзал на стуле, ожидая ответа.       Джейс недовольно фыркнул и принялся за еду. Он ведь просил не быть таким напористым! К Деймону нужен подход – он знал, что нетерпение Люка лишь позабавит его. Так оно и произошло:       — Не сегодня, Люцерис, — ухмылка служит им ответом. У Джейса внутри зреет разочарование, однако недовольства он не выказывает, лишь опускает голову, скрывая обиду и горящие щеки за кудрями, как это сделала его сестра.       — Но ты ведь обещал! — Люка такой ответ не устраивает. Он был тихим мальчиком, немного стеснительным, но своего добиваться умел.       — Я обещал сделать это сегодня? Нет. Когда у меня будет время, я займусь вами, — тон тихий, не терпящий возражений.       Люк с надеждой смотрит на мать.       — Я попрошу, чтобы вас потренировал сир Линдерли, он отличный мечник и сможет вас многому научить, — Рейнира хочет сгладить конфликт, но они лишь сильнее опускают головы. Змеиный рыцарь, так они прозвали сира Линдерли. Он был старым, угрюмым воином, с лысеющей головой и тяжелым взглядом. Рыцарь был вассалом их бабки Эйммы, однако любви к её внукам не питал. Тренировки с ним юным принцам совсем не нравились.       — Я могу помочь вам, — подает голос Рейнис. Они не разговаривали со вчерашнего дня, и Джейс рад, что сестра вновь смотрит на него и говорит.       — Ты? — вместо них отвечает Деймон.       Принц откидывается на спинку стула, смотрит вопросительно, подняв белые брови. Рейнис такое внимание неприятно. Джейс знает – ни один их разговор не заканчивался ничем хорошим. Знали и остальные. Бейла невозмутимо продолжила есть, не желая вмешиваться. Матушка лишь глубоко вздохнула, но тоже промолчала. Рейна и Люк, обладали мягким и чутким нравом, а от того, вся эта ругня претила им. Оба отставили еду в сторону.       — Я могла бы помочь им в стрельбе, — Рейнис продолжила есть, говорила медленно, сначала разжевывая кусок, а затем отвечая. Джейс знал – это тоже для того, чтобы позлить их приемного отца, — на Дрифтмарке дедушка, а позже и сир Веймонд, обучали меня стрельбе из лука. На кораблях мечами не помашешь.       Рейнис и вправду бывала у родни с Дрифтмарка часто. Про её увлечение стрельбой Джейс узнал случайно, найдя у неё в покоях новенький лук. Небольшой, легкий, почти ненастоящий, но стрелы рядом были настоящими с острыми блестящими наконечниками. Принц рассказал матери, а та Деймону. В тот вечер они с Рейнис вновь поругались. Он не знал, что её увлечение было тайным. Сестра никогда не питала тяги к войнам и сражениям в отличие от Бейлы, что уже в десять умела обращаться с маленьким мечом и коротким кинжалом.       — Леди не пристало заниматься подобным, разве нет? Возможно, стоит поговорить с твоим дедом о твоем воспитании? — Деймон лично обучал Бейлу. Он предлагал свою помощь и Рейнис, но та отказалась. Джейс знал слово «лицемерие», и знал, что именно его выказывает Деймон по отношению к старшей дочери. Для него Деймон был образцом для подражания, как и Харвин Стронг. Но не сейчас, когда он вновь затеял недобрую игру с его сестрой. В такие моменты Джейс мысленно умолял Рейнис молчать. Промолчи она и завтрак закончился бы на спокойной ноте. Но сестра продолжала отвечать, сверкая глазами и хмуря густые брови.       — Разве Вы не предлагали мне свою помощь в обучении фехтованию? — губы её расползаются в улыбке. — Даже если это и не женское дело, то чем же мне тогда заниматься?       — Ты уже взрослая, тебя учат всему, что положено знать будущей леди Дрифтмарка, но править ведь ты будешь не одна? Как только ты станешь старше, мы найдем тебе подходящего жениха, который укрепит твои и наши силы, — Деймон поднимается с места, обходит стол, подходит прямо к стулу Рейнис и опирается на него рукой. Сестра отставляет еду. Сидит неестественно ровно, словно рядом огромная и опасная зверюга, — ты сама видела – зеленые просчитались и упустили две выгодные партии, что могли усилить их, поженив недоумка Эйгона и его недалекую сестру. Мы подобного не допустим.       — Едва ли они что-то упустили, мой принц. Женитьба Эйгона и Хелейны – дань уважения роду Валирии. Это только лишь укрепит их. Я слышала у них уже родились двойняшки. Сын и дочь. Вы правда считаете, что это не усилило Хайтауэров и их детей? — слова её полны яда. Она не поднимет головы, но интонация говорит за себя. — Вы ведь лучше меня знаете о положении матушки при дворе. Наследник мужского пола, истинный Таргариен, а следом и его сын. Пока все лорды верны моей матери, но, если я, ребенок, смогла дойти до этого, то что говорить о других. Не всем по нраву женщина на престоле, так еще и с… — она не договорила, вовремя остановив себя. Руки её сцепились в плотный замок.       Джейсу страшно и неловко. Он видит, как рука Деймона на спинке стула Рейнис сжалась. Похоже он представлял, что душит его сестру. Он не хочет продолжения. Не хочет, чтобы Люк и девочки расстраивались. День ведь должен быть хорошим.       Слова Рейнис отвратительны ему. Она говорила о матери, не о посторонней женщине – о своей будущей королеве, но ни уважения, ни трепета Джейс не слышал. Быть может, она считала себя лучше других детей, лучше него, лучше Люка и Джоффри? В её крови никто не сомневался. Однако наследницей её не выбрали. Таила ли она злобу? Джейс задумался об этом впервые.       — Хватит! — дальнейший спор прерывает матушка. Она поднимается, следом за ней встает Рейнис. Только сейчас он замечает, что мать и сестра почти сравнялись в росте. — Вы, оставайтесь тут. После того, как поедите, идите к сиру Линдерли. Рейнис, идем, — мать шуршит черными юбками и покидает зал. Рейнис уныло идет следом, кидая неприязненный взгляд в сторону Деймона. Тот все еще взбешен – Джейс видит это и не решается с ним заговорить. Даже родные дочери лишь продолжают безмолвно есть. Настроение пропало у всех, и он винит в этом сестру. Не Деймона. Всего-то стоило промолчать.       — Уйдем? — тихо шепчет ему Люк. Лицо его бледное, напуганное.       Они покидают зал вместе с близняшками, что так же не хотели оставаться с отцом наедине. Бейла и Рейна хотят пойти с ними на пляж, где их ждал учитель. Оба мальчика не против, так им будет не так грустно.       В стенах Драконьего Камня их не контролируют так, как в Красном замке. Они частенько могли гулять одни, иногда даже вне стен замка. Мать знала о благоразумии Джейса, да и Люк был послушным сыном, поэтому путь до пляжа они преодолевают вчетвером, без взрослых.       — Почему они вечно ругаются? — Люк задает ему вопрос, на который Джейс не может ответить. Помимо Рейнис он самый старший в их маленькой компании, а значит должен знать больше. Он лишь пожимает плечами и смотрит на близняшек с надеждой. Пусть они ответят за него.       — Понимаешь, Рейнис взрослеет, совсем скоро она выйдет замуж, покинет дом навсегда. Её гложет это. Гложет и отлет на Дрифтмарк, — Рейна мягко касается плеча Люка. Она говорит неправду. Рейнис обожает деда и бабку, обожает море и обожала Лейнора. Еще давно, когда они ругались реже, Рейнис в слезах, ночью, в его объятиях говорит ему страшные слова. Его сестра винила Деймона в смерти отца. За это и ненавидела. После, они ни разу не говорили об этом, но Джейс запомнил.       — Но ведь одна из вас тоже отправится с Рейнис! Почему же вы так себя не ведете? — они почти подошли к пляжу. Холодный ветер растрепал их волосы, заставляя ежиться. Стоило им одеться потеплее.       Вопрос, кто же из близняшек отправится на Дрифтмарк вместе с Рейнис, до сих пор стоял открытым. Бейла могла отправиться на Лунной Плясунье, однако Джейс знал – она любит компанию Деймона. У Рейны же дракона не было, что слегка осложняло дело. Да и нрава она была другого. Куда мягче обеих сестер. Стрельбе и боях на мечах, девочка предпочитала менять платья и петь о любви принцев и принцесс. По мнению Джейса, именно такой и должна быть идеальная леди.       Он был еще мал, хоть и не хотел этого признавать, в тех вопросах, которые касались женщин и женитьбы. Лишь мысли о поцелуях, о девчонках и о том, что у них под пышными юбками, заставляли его лицо бледнеть. Он любил мать, братьев и своего дракона. Иногда сестру. Но другая, чужая женщина! Деймон на его слова лишь рассмеялся.       — Это пока ты мал! Позже ты поймешь, — он доверительно наклоняется к нему и шепчет, — мы не чтим богов, Джейс. Но все мужчины знают – истинный бог тот, что у бабы между ног, — он хлопает его по плечу и смеется снова. Джейс краснеет. Непонятно от чего, но ему жарко и неловко.       Принц украдкой косится на Бейлу и Рейну. Маленькие и худенькие. Волосы Бейлы короче, спускаются до плеч, она сама обкорнала их. Рейна выглядит утонченнее сестры, но едва ли может похвастаться красотой. Они еще малы. Даже Рейнис не имеет с ними крепкой дружбы, хоть и девчонка.       — Ты чего? — голос Бейлы выводит его из глупых размышлений. Она всегда такая. Прямая и острая на язык. Хорошо, что это он старший.       — Ничего, — бурчит он в ответ. Принц впервые рад появлению сира Линдерли, что избавил его от допросов Бейлы.       Они с Люком уходят с рыцарем, а девочки остаются рядом с отвесной скалой, прячась там от ветра. Они не позвали с собой слуг, не взяли накидки или хотя бы подстилку из меховой шкуры. Так что близняшки лишь жались друг к другу, глядя на их тренировку.       Впрочем, совсем скоро Джейсу становится жарко. Старый рыцарь гоняет их до последнего, пока они мокрые с ног до головы не валятся на рыхлый песок, тяжело дыша. Деймон учил их быть хитрыми, изворотливыми, оба принца любили его уроки. Он не обращался с ними как с мальчишками, говорил с ними на равных и получали они от него тоже, на равных. Без синяков и шишек не обходилась ни одна тренировка. Сейчас же они больше устали, чем выучили. Может сир Линдерли и был хорошим рыцарем, но учителем был плохим.       — Вам нужно в замок, переодеться в сухое и выпить чего-нибудь горячего, — Рейна заботливо убирает у них со лба мокрые волосы, приглаживает их одежду.       Нет. Джейс не хочет обратно. Ему нравится быть на пляже, слышать море, а не нравоучения сестры. Должно быть Рейнис после разговора с матерью в скверном настроении. Он, к своему стыду, даже рад, что сестра на время оставит их. Тогда на Драконьем Камне станет спокойно. Как он и хотел.       Люк разделяет его нежелание возвращаться и согласно кивает, смущенно убирая руки Рейны. Бейла тоже не против. Они втроем точно знают, куда именно хотят отправиться.       — Мы можем навестить драконов, разве нет? Дожди шли всю неделю, и мы давно не летали… — он бы не осмелился предложить это сам. Ведь Рейна не имела дракона. Вместо него говорит непосредственный Люк.       Как он и думал, Рейна падает духом. Её дракон умер совсем крошечным, и девочка не познала радости обладать столь прекрасным созданием. Джейсу искренне жаль её. Он бы хотел рассказать ей о полетах, о том, что слаще чувства он представить не может. Но никогда не говорит. Это ранит её больше ножа.       — Идите, я скажу отцу и Рейнире, где вы… — плечи её опускаются, а губа дрожит. Она расстроена, вот-вот расплачется.       Ветер вновь дует с невиданной силой, гонит море, песок, обдувает их тела. Вместе с холодом до них доносится еще кое-что. Крик. Страшный и пронзительный. Дракон. Не их. И не родителей. С той стороны острова драконы их семьи не селились. То был дикий дракон.       Джейс вспоминает день, когда Рейнис оседлала Морского Дыма, а затем и день, когда десятилетний Эймонд заявил права на Вхагар. У них получилось, хоть драконы и были старыми и грозными.       — Тебе не обязательно уходить, Рейна… Дракона ведь можно получить не только из яйца, — он заговорщицки подмигивает ей и кивает в сторону черных гор.       — Брат! Это ведь опасно! — Люк хватает его за ладонь. — Матушка говорит…       — Взрослые вечно что-то говорят! Они скучные, Люк! Слушай Рейнис или Эймонд взрослых до сих пор бы были без драконов.       Девочки смотрят на него во все глаза. Он даже приосанился, расправив плечи. Видно то, о чем он говорил, произвело на них впечатление.       — И когда… Когда мы это сделаем? — Рейна говорит несмело, будто не веря, что они действительно решатся.       — Для начала вернемся в замок, нам нужно тщательно все продумать, — ветер разносит его слова, делая их еще зловещее. Они кивают друг другу, соглашаясь. Лишь Люк показывает страх.       Джейс тоже боится, но ни за что этого не покажет. Он старший.

Рейнис

      Рейнис в спешке собирала свои вещи на Дрифтмарк. Благо, теперь половина из них и так была там, и не было нужды каждый раз нагружать седельные сумки Морского Дыма. Не то чтобы она не была уверена в силе своего дракона, в конце концов, во время войны на Ступенях он носил её отца в доспехах, но все равно не хотела его утруждать. Как глупо это, наверное, звучало.       «Ты его недооцениваешь. Как и себя, моя дорогая», — сказала ей мать давно. Она не так много знала о драконах, а теперь будучи всадницей, ей приходилось наверстывать упущенное. Эймонд был прав. Даже без драконов она не должна была пренебрегать информацией о них. По крайней мере было не поздно, и Рейнира с удовольствием и улыбкой отвечала на все вопросы, ответы на которые не могли дать её братья – более опытные в этом деле. И каждый раз все равно её щеки пылали. Вопросы казались наивными и глупыми. Однако она была благодарна матери, что та отвечала на всё, а не отсылала, как Джейса и Люка с короткой фразой: «Спроси у Деймона. Он лучше знает». Нет. Ни за что.       Она дочь пламени и моря. От неё многого ожидают, как от наследницы Плавникового трона. И Рейнис Веларион не подведёт ни матушку, ни имя покойного отца, ни бабушку с дедушкой и сиром Веймондом, что так усердно вбивали ей в голову точные науки. Мейстеры в Королевской Гавани и Драконьем Камне так не старались.       Рейнис вздохнула. Руки всё ещё слабо дрожали. Вновь матушка не поддержала её за столом. Конечно, на первом месте был Деймон, что злило и огорчало так же, как и пару лет назад.       «Если ты не способна повлиять на ситуацию, то попробуй изменить свое отношение к ней», — сказал ей дедушка на её жалобы о сложившейся ситуации на драконьем острове перед отплытием в Эссос. А затем спросил, что ей привезти оттуда. Она ответила, чтобы он сам вернулся побыстрее, живым и здоровым, и поцеловала в щеку. Корлис широко улыбнулся, потрепав её по тёмным волосам.       Хотя бы завтра ей не будут трепать нервы. С восходом солнца она сразу сядет в седло, не завтракая. Пусть только кто-то попробует возразить!       Рейнис не сделала ничего дурного! Она сказала правду сегодня! Как матушка и Деймон этого не понимают? Свадьбой Эйгона и Хелейны Хайтауэры лишь укрепили свои притязания на Железный трон. Неужели её мать думает, что, пока они все тут, то при дворе все гладко, и все по-прежнему её поддерживают? Да одна улыбочка Отто Хайтауэра раскрывала все его мысли!       Может, тогда Джекейрис и вправду лучший вариант, как наследник? Не она? Истиннорожденная от семени Лейнора Велириона? Пусть и женщина?       Рейнис не знала ответ. Она знала лишь, что такой расклад злил её и заставлял глаза слезиться от негодования и обиды. В Дрифтмарке ей было лучше. Ей намного больше нравилась семейная атмосфера, царящая в замке, шум волн, под который она засыпала, и чистый песок под ногами. Со столицей это все не сравнить. Однако несправедливость раздражала её. И обуздать эмоции становилось все тяжелее.       Случись все это сейчас, она бы возразила Рейнире Таргариен! Она первая дочь признанной наследницы королем Визерисом I Таргариеном! Она в таком же положении, что и её мать! Которая предпочла ей первого сына!       Смахнув слезы, она взяла пару книг, которые хотела прочесть на досуге в Высоком Приливе. Всё же библиотека замка драконов была более обширна. Главное, не забыть все вернуть. И отнести сейчас их на спину Морскому Дыму. Солнце скоро зайдёт, ее дракон уже должен быть на земле.       Спутистившись поближе к пляжу с бумажным грузом в руках, Рейнис мысленно призвала дракона, сразу ощутив ответную дрожь по телу, зная, что Морской Дым услышал её и направляется к ней. Даже спустя столько времени было непривычно делить с кем-то сознание и понимать, что все твои мысли и переживания кто-то легко читает, словно эти книги по истории Старой Валирии и рассказами о рыцарях минувших дней.       Через пару минут в небе показался знакомый родной силуэт. Морской Дым приземлился, поднимая чёрный песок, тем самым заставляя свою всадницу прикрыться рукавом. Увидев её недовольное лицо, дракон огласил своим ревом окрестности, расправляя большие крылья.       — Сама виновата, знаю, — нежно произнесла она, стряхивая песок с волос. Рейнис вела рукой по чешуйчатой шее, пока пальцы не коснулись ремня. Принцесса быстро положила все в седельную сумку и, проверив надёжно ли закрепила, обошла своего крылатого товарища.       Морской Дым резко уткнулся носом, повалив её на землю, и заурчал. Рейнис не могла сдержать смех. Она только отряхнула песок! Вот ведь мерзавец! Как он посмел! Она ему доверяла!       Дракон на её возмущения лишь выдохнул из ноздрей небольшую струйку дыма, заставляя свою всадницу ещё больше кашлять. Рейнис вынырнула из-под чешуйчатой наглой морды и сразу предусмотрительно отошла на пару шагов назад.       — Невыносимая ящерица! — прошипела она, не скрывая улыбку. Всё дневное напряжение как рукой сняло. А завтра утром она вновь спокойно вдохнет морской воздух родного Дрифтмарка. За время её отсутствия тут, матушка и Джейс перестанут столь сильно злиться и обижаться. У них всегда так. Только в стенах Высокого Прилива Рейнис находила понимание. И в этом огнедышащем существе, которое устраивалось спать под открытым небом.       — Рейнис! — она повернулась на голос своего младшего брата, что стремительно бежал по пляжу. — Помоги, пожалуйста! Я пытался их отговорить, но мне сказали, что я слишком мал и отправили назад!       Принцесса лишь непонимающе захлопала глазами, ничего не понимая из детского лепета. Она присела на корточки, ловя Люцериса в свои объятия. Младший брат тут же прильнул к ней, тяжело дыша. Стук его сердца и красные щеки говорили ей о том, что бежал он видимо долго.       — Что случилось? — ответом ей было встревоженное лицо и дрожащий голос. — Люцерис! Говори сейчас же! — она мягко встряхнула брата за плечи.       — На тренировке мы услышали незнакомого дракона. Они решили, что Рейна должна его оседлать, как ты и Эймонд. Джейс сказал, что это знак богов.       Рейнис услышала собственную кровь, что набатом била в ушах, заглушая остальные звуки вокруг. Ей хватило пары секунд, чтобы выйти из оцепенения. Нужно взять себя в руки.       Она тяжело сглотнула и медленно поднялась, осмысляя слова Люка.       Они совсем обезумели? Хотят превратиться в горстку пепла? Их не раз предупреждали, насколько опасны дикие драконы! Почему вообще объявился один из них? Они же предпочитают гнездиться подальше от прирученных… Почему?       Нужна помощь. Срочно. Все, что крутилось у нее в голове. Нельзя, чтобы знала матушка! В её положении! Сколько она наслушалась ужасных историй о своей покойной бабушке, королеве Эймме. Сколько дам не доходили свой срок из-за ребёнка, что не смог покинуть их утробу. Нет! Она не могла допустить подобный исход для своей матери!       — Седьмое пекло! — выругалась она, беря брата за руку и взбегая по длинной каменной лестнице обратно в замок. — Сейчас же беги к себе!       Люк не стал спорить, быстро сворачивая в свое крыло. Рейнис же пустилась бегом искать единственного человека, что мог спасти её глупого самоуверенного братца. И своих таких же дочерей.       От досады она взвыла, понимая, что не знает где сейчас искать Деймона. Бежать в покои матушки? Она сразу поймёт по её виду, что что-то не так, а лгать она не умеет. Библиотека? Нет. Обеденная зала? Палата расписного стола? Где его обычно носит?       — Ты решила позагорать, но забыла, что для этого нужно снять одежду, как забыла, что о некоторых вещах лучше молчать, когда речь идёт о рождении твоих братьев? С тебя песок сыпется, как с твоего деда, глупая девочка, — раздался голос, полный яда.       Рейнис в первый раз была так счастлива его слышать. И скорее всего в последний. Но сейчас не до его сарказма.       — Мне нужна твоя помощь! Это срочно! — она побежала к нему, хватая за предплечье и ведя к выходу.       Деймон же, опешив от такого обращения со своей особой, резко выдернул руку, отчего принцесса потеряла равновесие и упала. Он нагнулся, стараясь все ещё возвышаться, показывая свое пренебрежение и превосходство.       — Тебя манерам на Дрифтмарке не обучили? Или это все неожиданно вылетело из твоей пустой головы?       Она никогда не оставалась с ним наедине. Ей было страшно. Однако страх за брата и сводных сестер пересилил страх перед Порочным принцем.       — Деймон! — она впервые назвала его по имени. Его брови поднялись в удивлении. Он отошёл и выпрямился во весь рост, сложив руки на эфесе меча, демонстрируя, что весь во внимании.       Рейнис было не до разборок с ним. Сейчас перед глазами стояли картины обгоревшей плоти Джекейриса, мёртвые маленькие тела и дракон, что поедает их плоть.       — Джейс, Бейла и Рейна отправились за драконом! Поблизости объявился кто-то из диких! Они решили попробовать заявить на него права! — в другой ситуации было бы наслаждением видеть, как его лицо вытягивается от ужаса, сбрасывая маску самодовольного превосходства.       Он тут же схватил её плечо, резко поднимая на ноги. Она вцепилась ему в руку, восстанавливая равновесие.       — Куда они направились? — в голосе были слышны нотки ярости.       — Люк прибежал со стороны западного пляжа, где они сегодня тренировались.       Деймон сразу направился к выходу, коротко бросив:       — Оставайся здесь до моего возвращения! — хоть по тону было ясно, что слова не подлежат ослушанию, Рейнис было плевать! Это её брат! И подруги!       Она выскочила за ним, догоняя на ступенях и стремительно несясь вперёд. Сверху послышался свистящий рык Караксеса, что начал снижаться прямо к Деймону на каменные ступени. Несмотря на свои размеры приземлился он довольно ловко и плавно, сразу подставляя своему всаднику спину. Длинная шея выгнулась, а оранжевые глаза с недоверием уставились прямо на нее, пока Деймон ловким движением взобрался в седло.       — Я сказал, оставайся здесь! — раздался голос всадника красного дракона, после чего Караксес лёгким прыжком поднял свое тело в воздух, извиваясь подобно змее.       Ну уж нет! Ее Морской Дым второй из драконов её семьи, что уже бывали в сражениях! Этому упрямцу может понадобиться её помощь!       Рейнис хватило меньше пары минут, чтобы преодолеть расстояние до пляжа, где она оставила Морского Дыма. Серебряный дракон с тревогой наблюдал за тем, как бежит к нему всадница, нервно дергая кончиком хвоста. Почувствовав под бёдрами мускулистое тело, принцесса немного успокоилась. Она трясущимися руками застегнула ремни, фиксируя положение ног.       — Sōves, — робко прошептала она, но дракон и так услышал, отрываясь от земли. Заметить красную стремительно отдаляющуюся точку в небе не составило труда. Посему Рейнис тут же направила Морского Дыма следом.       Дракон вел себя тихо, чувствуя волнение всадницы, которая позволила себе отдышаться только в небе. Принцесса решила нырнуть выше и скрыться в облаках, благо оттенок чешуи Морского Дыма позволял это сделать. Будет действовать, когда оценит ситуацию. Может её помощь и не нужна будет? В этот момент она уповала, чтобы это было так. Однако интуиция утверждала обратное, а воображение рисовало одну картину страшнее другой.       За облаками была плохая видимость, но хотя бы она скроет её ненадолго от Деймона и Караксеса, которых стремительно настигал Морской Дым. Рейнис напрягла все свое зрение, чтобы не упустить момент, когда Кровавый Змей начнёт снижаться.       Рев незнакомого ей ранее дракона она услышала даже с небес. Насколько же большая эта тварь! Звук, казалось, исходил вокруг, и Рейнис не могла понять куда направить дракона, что парил на месте. Заметив в какую сторону был повернут кончик его носа, она полетела туда.       И не ошиблась. Вынырнув из облаков, Рейнис сразу увидела незнакомого ей дракона, что топтался на чёрной каменной гряде, вцепившись лапами в особо длинные валуны. Бронзовая чешуя вздымалась, золотые гребни были раскрыты, а огромные бурые крылья подняты вверх, делая его еще больше. Он ревел с земли, глядя на Караксеса, который определенно уступал ему размерами.       Огромный! И явно разгневанный! И к нему решили подобраться эти безумцы?       Рейнис могла только хлопать глазами с открытым от ужаса ртом, глядя на то, как красный дракон Деймона проворно уворачивается, используя ловкость и извиваясь подобно змее, от вспышек пламени. Против такой громадины её Морской Дым, парящий на месте с тихим шипением, точно бы не выстоял.       Караксес же, казалось, не имел страха и чувства самосохранения, как и его всадник, все ближе подбираясь к бронзовому дракону, ловко маневрируя в воздухе и складывая крылья при каждом прыжке вниз. Деймон полностью припал к его шее, крепко держась за луку седла и наклоняясь ближе, когда его Кровавый Змей отскакивал от очередного потока огня.       Через мгновение, когда красного и бронзового дракона разделяло всего несколько футов, Караксес резко спикировал влево и, вцепившись лапами в коричневые рога, уклоняясь от огромной челюсти, толкнул морду незваного гостя, ударяя того об камень.       Бронзовый дракон сотряс само небо, взвыв от боли, и предпринял попытку стряхнуть белые когти с морды, пытаясь взлететь. Караксес как будто этого и ждал. Как только его противник сделал первый взмах крыльями, красный дракон тут же повторил атаку, скользя лапами к основанию рогов, вновь резко придавливая голову врага, но на этот раз к земле с острыми мелкими камнями. Не имея опоры в воздухе, бронзовый дракон ударился ещё сильнее, шипя и пытаясь крылом сбить нахала.       Караксес, выпустив рога из крепкого захвата, увернулся от удара передних когтей на кончике бурого крыла. Он сразу переместился на шею, придавливая к земле и громко рыча. Однако подобных звуков Рейнис ещё не слышала от него за все годы. Это больше напоминало утробный писк, что разнесся по всему подножию горы. От его верещания Морской Дым резко взмыл выше, уходя обратно в облака.       — Daor! Dohaeragon! — Рейнис дёрнула повод на себя, пытаясь развернуть дракона обратно. Морской Дым внял её приказу только через несколько мощных ударов крыльев.       Снижаясь, принцесса увидела, что Караксес уже был на земле, с гневным прищуром наблюдая за бронзовым драконом, что дальше удалялся вглубь острова. Деймон же, спешившись в нескольких десятках шагов помогал Джейсу дойти до седла, держа его за бок и перекинув руку через плечо.       Джейс! Живой! А где Бейла и Рейна?       Морской Дым камнем спикировал вниз, предусмотрительно опускаясь подальше от Караксеса, что все ещё тяжело дышал после битвы с более крупной особью и был явно готов к продолжению.       Рейнис тут же отстегнула ремни и спрыгнула вниз, подбегая к брату. Его правая рука была полностью покрыта пузырями, из которых уже выделялась прозрачная жидкость, а часть пузырей возле плеча и вовсе лопнула. Лоскутки одежды не прикрывали розовую обгоревшую кожу. Сам Джейс стиснул челюсть, тихо мыча от боли.       — Возьми к себе Бейлу и Рейну! — голос Деймона был спокоен. Конечно, он давно её заметил и не был удивлён её появлению. Он бросил взгляд куда-то за плечо, не смотря на неё и дальше повёл её брата к Караксесу.       Бейла сидела на карточках под каменным выступом недалеко, прижимая к себе навзрыд рыдающую и жмущуюся к ней Рейну.       Они были в безопасности. И целы. Рейнис не смогла сдержать облегчённого вздоха. Пусть Джекейрис и поплатился за свое безумие, но он был жив. Как и ее сестры. Главное теперь доставить глупого брата к мейстеру и объясниться перед матушкой.       И поблагодарить Деймона Таргариена.       Слезы текли по её щекам, когда они летели домой. Она не знала, обжигали ли они так же сильно, как драконье пламя.

***

      Рейнира Таргариен не плакала, глядя на то, как мейстер аккуратно накладывал повязку на плоть её первого сына. И этим её мать пугала её ещё больше. Рейнис видела, как её ноздри расширяются, а брови хмурились все больше от каждого проклятия Джейса.       Принцесса и сама сейчас уже порядком успокоилась, в отличие от близняшек, что были сразу по прилёту заперты у себя в комнате. Разбираться все они будут позже, когда закончат с ожогами её брата.       Глупец! Безнадёжно самоуверенный и безрассудный глупец! Решил сгореть, как его отец? Откуда вообще в его голову пришла мысль попытаться оседлать дракона без сопровождения матушки, драконоблюстителей или Деймона?       Да, Рейнис сама поступила так же. Но Морской Дым знал её с самого рождения и какое-то древнее чутье, что передалось с кровью Старой Валирии, подсказало ей, что дракон прилетел к ней и примет её, как свою всадницу. Это не было одним и тем же!       — Теперь ты мне все объяснишь! — голос матери звучал, как голос королевы – властный, жёсткий, не принимающий отговорок тон. — Джекейрис Веларион, почему ты решил, что смеешь подвергать свою жизнь и жизни твоих сводных сестер опасности?       Деймон с привычной ухмылкой сидел в кресле у камина залы, наблюдая за женой. На секунду Рейнис поймала его взгляд, но что он выражал она не смогла понять. Выдержав его, она, вздернув подбородок, вернула свое внимание брату. Выглядел тот, как щенки с королевской псарни: затравленный и виноватый взгляд, волосы растрепаны, а вся поза была напряжена от того, что он не знал какой дать ответ.       — Матушка, позволь ему немного отдохнуть. Мы все сегодня провинились. Но также неимоверно устали от пережитого, — взор матери обратился к ней. Фиалковые глаза не были больше полны гнева, однако Рейнис не спешила радоваться, — пожалуйста, — чуть тише добавила она.       Рейнира тяжело вздохнула и положила руки на живот, успокаиваясь. Такая привычка выработалась еще когда она носила под сердцем Эйгона. Она медленно подошла к Рейнис и молча заключила её в объятия.       — Завтра на Дрифтмарк с тобой отправится Рейна. Я так понимаю, от драконов вас надо держать подальше, раз вы не понимаете слов? — Деймон обращался и к ней, и к Джейсу. Она молча кивнула ему.       Матушка отстранилась от неё, проведя руками по широким плечам принцессы. Однако сейчас той было не до обдумывания собственных комплексов. Самобичеванием по поводу внешности она успеет позаниматься на досуге у моря.       — Деймон, спасибо, — робко и тихо произнесла она, зная, что тот услышит со своего кресла. Его взгляда она вновь не поняла. Но её это не волновало. Она сказала то, что хотела. Пусть эти слова и непривычно вырвались, они не будут застревать по ночам в её горле, когда события сегодняшнего дня будут видны под закрытыми веками.       — И тебе, Рейнис.       Что? Он её поблагодарил? За что? Она нарушила его приказ и подвергла себя опасности. И он сказал ей спасибо? Без издевок и завуалированных оскорблений?       Видя, как она хлопает глазами и удивлённо раскрывает рот, Порочный принц усмехнулся. Седьмое пекло! Нужно лучше скрывать свои эмоции! Она как раскрытая книга.       — Почему ты вообще взял её с собой? Она дитя! Ты должен был понимать… — Рейнира развернулась к мужу, готовая выплеснуть остатки эмоций на него, но замолчала на полуслове от поднятой руки принца.       Деймон встал и медленно направился в сторону жены. Вся его походка источала уверенность и расслабленность. Однако по плечам было видно, что напряжение не ушло до конца.       — Я велел ей оставаться в замке. Она не послушалась, — спокойно пояснил он. Вот же гадство! Рейнис понимала свою вину, но все разрешилось благополучно. Она не хотела, чтобы матушка злилась на неё, — однако, — продолжил её отчим, — без её помощи мне было бы тяжелее доставить детей сюда. Караксес большой, но седло не предназначено для двух всадников, один из которых не может держаться.       Рейнис не дышала. Она стояла, а глаза медленно наполнялись непрошенными слезами.       — Также она не вмешивалась, пока я разбирался с Вермитором, — что? Это был Вермитор? Дракон Джейхейриса Миротворца? Тот самый?       Судя по лицу Джейса не только она была удивлена. Чем бы могла закончиться их встреча с диким драконом, который ранее не имел дел с людьми? Если бы это был Серый Призрак? Или вообще Каннибал?       — Что вообще здесь делал дракон моего прадеда? — спросила Рейнира дрожащим голосом. — Они же все гнездятся подальше от нас.       — Не знаю, но в ближайшее время он точно не объявится. Мы с Караксесом об этом позаботились, — Деймон притянул жену к себе за талию, — твоя дочь сегодня проявила больше мудрости, чем Джекейрис.       На последних словах её брат больше сник. Ещё бы! Если бы не его увечье, она бы собственными руками придушила его, а тело сбросила в море! Как можно настолько рисковать собой и другими?       — Чья это была идея? — её матушка уже знала правду. Но хотела услышать её от Джейса.       — Моя, — он не мог выдержать три пары глаз, что не сводили с него взгляда, — простите меня. Я повёл себя недостойно принца. И брата. И… наследника Железного трона.       На последних словах глаза её матери распахнулись ещё больше. Однако она не спешила его перебивать.       — Ты осознаешь, что вы чудом вернулись живыми? И что ты отделался лёгким увечьем?       Деймон сменил насмешливый тон на более строгий.       — Он оттолкнул меня от пламени дракона, отец! — на пороге залы стояла все ещё заплаканная Рейна. Её сестра, подобно привычке отца, опиралась плечом на дверь, сложив руки на груди. Спасибо, что без его ухмылки.       — Это не отменяет того, что вы трое решили нарушить приказ и пойти на корм дракону. Был бы это дикий дракон, а не ранее прирученный, вы бы уже тут не стояли, — Деймон впервые ругал своих дочерей на её памяти. Но при этом он не злился и не повышал голос, как ни странно, — ты завтра отправишься к своей бабке в Дрифтмарк. Подальше от драконов. Остальные остаются без полётов в течение следующих трех лун. Тебя это не касается, — его взор обратился к ней. Рейнис и так это поняла! Мог не утруждать себя!       Ни один в комнате не спорил с его наказанием, хотя в глазах Бейлы явно читалась обида, однако оспаривать решение отца она не смела. Джейс же, казалось, ушёл в себя, смотря на стол перед собой.       — Джекейрис, — матушка вновь обратилась к нему, но тот не смел поднять глаза. Рейнира села напротив, беря в свои руки его ладонь, чью кожу не покрывали ожоги, — ты поступил опрометчиво сегодня. Глупо и безрассудно. Но ты признаешь свою вину. И для меня это самое главное, — он неуверенно решился посмотреть на неё, — и ты все ещё наследуешь Железный трон после меня. Это решение неизменно. Ты научишься быть более дальновидным и не станешь больше так поступать. Я в этом уверена.       Рейнис старалась сдерживать слезы, но глаза неотвратимо щипало, а мокрая пелена уже застилала взор. От несправедливости хотелось кричать во все горло.       — Почему у него получилось? — Рейна уже тихо всхлипывала, сидя у камина, смотря на пламя. Не только она чувствовала горечь обиды. — Чем я хуже? Почему он забрал её у меня?       Все понимали о ком идёт речь. Старая рана Рейны Таргариен вновь открылась и кровоточила. Но все же не столь старая, как драконица, на которой сейчас летал одноглазый принц Хайтауэров.       Рейнис молчала. Она попыталась однажды объяснить, что драконы сами выбирают себе всадника, и Эймонд никого не крал у нее, но получила лишь яростные взгляды фиалковых и карих глаз. И доказывать что-то сейчас она не собиралась, тем самым вновь становится козлом отпущения. Тем более с Рейной ей ближайшее время делить трапезу и общество бабушки в стенах Высокого Прилива.       Деймон смотрел на свою дочь странным взглядом. На долю секунды ей показалось, что он сделал свои выводы. Однако озвучивать их, конечно, не будет сейчас. На сегодня им всем было достаточно.       — Ступайте к себе, — велела матушка, и все четверо стали медленно покидать залу.       Рейнис повернула голову, уже стоя в дверях. Она не знала почему и что заставило её это сделать. Деймон слегка кивнул ей, продолжая все также нечитаемо смотреть на неё. Она сделала в ответ тоже самое.       Ночь вновь обещала сделать её подушку мокрой. Успокаивала лишь мысль о том, что они живы. И что завтра её встретят родные волны Дрифтмарка и приветственный рев Красной Королевы.