Новые поколения

— Касуми! — истошный крик молодого парня, в котором были лишь боль и страдание, оглушил округу, отчего даже птицы вспорхнули в небо. Все как в замедленной съемке: она медленно падает на землю, на глаза наворачиваются слезы, а ее одежда постепенно окрашивается в алые тона. Мужчина, стоявший недалеко, до крови закусил нижнюю губу, а в бирюзовых глазах появилась боль. Он, сжав руки в кулаки, упал на колени, понимая, что у него забрали все, что было ему так дорого. И что дальше? Его жена, укутанная в белый капитанский хаори, пропитанный кровью, лежит на земле и уже не дышит... Даже под всем этим слоем крови она красива, вот только прекрасные черные глаза пусты. На ее лице гримаса боли, ведь последнее, что она видела, так это роковой удар, поразивший ее родное дитя. Мужчина потерял ее, любимую жену, а сейчас близиться кончина и его дочери… Молодой парнишка, отойдя от шока, тут же рванул в лежащей на земле девушке. Только сейчас он понимает насколько она дорога ему! Парень падает перед ней, а после берет ее на руки, сжимая хрупкое тело в своих объятьях. Странно, почему именно сейчас она улыбается? Ее приоткрытые глаза медленно опустели. Только она могла погибнуть с улыбкой на личике. Немой крик, и слёзы подкатывают к глазам. Это больно… — Дура! Зачем? Зачем ты влезла? Ведь этот удар предназначался мне! Это я должен был погибнуть! — его голос истошно срывался на крик, обнажая боль в сердце. По щекам невольно покатились слезы, которые, падая вниз, разбивались об девичью охлаждающуюся кожу. Как под гипнозом, он начал раскачиваться, сидя на месте, вперед – назад, прижимая к себе тело девушки. Казалось, что он впал в транс, но как еще выразить свою боль, когда ты ни на что большее не способен? — А говорят, что мужчины не плачут! — этот голос. Враг. Убийца этих женщин. Этот голос был полон насмешки. В парнишке и мужчине невольно начала закипать ярость, а в их глазах застыла ненависть. Враг облизал губы, на которых была кровь черноволосой женщины, и закатил глаза от наслаждения. — Надо же… Даже кровь сладкая... — Не плачут лишь те, у кого души нет! — упавший на колени мужчина неожиданно медленно поднялся на ноги. Его голос был хриплым, немного дрожащим, но при этом стальным и грозным. Кто бы знал, как ему сейчас тяжело держать свои эмоции под контролем. Он - шинигами, капитан, он не должен показывать своих чувств, но это уже предел. В холодных бирюзовых глазах мужчины появились слезы, которые застыли в них, словно боясь пробежать по мужской коже или же и вовсе упасть и разбиться о холодную землю. Невольно мужское реацу начало выходить из-под контроля. На улице похолодало, земля начала покрываться изморозью, а с неба, казалось, вот-вот полетит белый снег. — Простите, капитан Хицугая, это я должен быть на ее месте, — тихо пробормотал парень, чем приковал внимание капитана десятого отряда к себе. Беловолосый мужчина также стоял на месте, не сдвинувшись и на сантиметр. — Это был ее выбор… — отстраненно ответил он. Странно, но сейчас его голос не дрогнул. Он был ровным, пусть и немного грубым. А ведь пожертвовать собой действительно было решение его дочери, и оспаривать его он просто не имеет права, хотя с этим очень тяжело смириться. — Госпожа Карин… — парнишка неожиданно осекся. Он бросил взгляд на неподалеку лежащую женщину, лицо которой было измазано кровью. Ее голова была повернута в их сторону, но вот только взгляда черных глаз парень на себе не ощущал. — Я не чувствую ее реацу... — Она мертва, — перебил парня Хицугая. Его голос ничуть не дрогнул. Мужчина был предельно сдержан, из-за чего казался грубым и холодным. — Мертва? — в глотке парнишки вдруг образовался комок, говорить стало еще сложнее. Он знал госпожу Хицугаю очень давно. Всегда милая, веселая, добрая и при этом очень смелая. Она была бойкой женщиной, и парню всегда казалось, что с таким настроем и рвением человек никогда не пропадет. — Но ведь она сильная, она не могла! — Сильная не значит бессмертная, — Хицугая фыркнул, что почему-то и разозлило парнишку. Капитан десятого отряда сейчас был слишком сдержанный, что очень раздражало. Его голос не дрожал, да и взгляд уже ничего не выражал, даже былой горечи. — Почему сейчас вы такой? — не выдержал парень. — Вы так спокойно говорите об этом! Разве так можно? Ваша жена погибла, а вы даже не подходите к ней! Вы же любите ее, я ни за что не поверю, что все это было лишь игрой или обманом... — Замолчи! — мужчина рявкнул и вновь поджал нижнюю губу. Только сейчас парень понял, что Хицугая просто старается сдержаться. Ему больно, но сейчас, когда рядом враг, он не может позволить себе проявить чувства, ведь те могут одурманить его. — Я не смог защитить ее, не смог сберечь. И я не смогу взглянуть на это измученное умиротворённое лицо, у меня нет на это сил... Мужчина осекся. К глазам вновь подступали слезы. Он нервно вздохнул и покосился в ту сторону, где лежала его жена. Сердце больно сжалось, когда он посмотрел на нее. Черные волосы, некоторые пряди которых слиплись от крови, разметались по земле. И странно было видеть то, что именно сейчас короткие пряди этих же волос, которые он обычно откидывал назад или прятал женщине за уши, не падали на ее лицо, а ведь лучше бы упали, чтобы он не видел этих глаз… Черные, они почему-то уже и не были черными. Ее глаза почему-то посерели, а привычная бездна, в которой он тонул, исчезла. Они потухли, а самое страшное было то, что от их уголков застыли дорожки соленых слез… На ее припухших губах была кровь, которая еще совсем недавно струйкой стекала вниз по подбородку к шее, но и та уже успела подсохнуть. Белый капитанский хаори больше не скрывал уже приличную лужу крови под ее телом. Его края окрасились в темно-алые цвета. И кто бы знал, как Хицугая ненавидит красный цвет... Тоширо зажмурился и, встряхнув головой, нервно вздохнул. Сейчас не время отчаиваться. Он еще успеет побыть наедине с собой, если, конечно, выживет сегодня… А если он все-таки выживет, то тогда уж сможет дать волю своим эмоциям. — Всегда хотел спросить, — неожиданно начал парнишка, который, похоже, уже успел о чем-то поразмышлять, — вы когда-нибудь нарушали правила? — К чему это ты? — не понял мужчина. — Поворот времени вспять – это опасное дело, а вмешиваться в ход времени и вовсе считается преступлением. Можно не только нарушить ход истории, но и погибнуть! Но вот только что делать, если тебе уже плевать на будущее, ведь в нем нет важных для тебя людей? — Ты знаешь способ обрата времени? — заинтересованно спросил Хицугая. — Да, но встревать в него мы не будем. Это может очень плохо кончиться. Мы можем послать письмо вам в прошлое. Послание, которое изменит будущее... — Ты издеваешься? — Хицугая сжал зубы. — Если это шутка, то очень плохая! — Нет. Я бы не посмел. Я говорю на полном серьёзе. Такая возможность есть, — парень осторожно положил тело девушки, которое до сих пор лелеял в свои руках, на холодную землю и погладил холодную кожу лица ладонью. Напоследок. — У меня есть пару листков бумаги… Кто бы мог подумать, что мне пригодятся листы, вырванные из той книги? Мы можем написать послание. Только вот в какой именно момент послать его решать уже вам... — Хм… — Хицугая задумался. Идея казалась ему абсурдной, но другого выбора он не видел. Ради семьи он готов пойти даже на преступление, лишь бы его дочка и жена были живы. — Мир людей, город Каракура. Отправь его перед моей первой встречей с Фудо Катоне… Тонкие мужские пальцы быстро выводили буквы кровью, которые преобразовывались в текст. Сначала на одном листке, после на втором. Чтобы два послания не потерялись, они были скреплены на одном из углов темными сгустками крови, которая насквозь пропитала бумагу в красный цвет. — Играй со временем...