Новые поколения

Оказавшись у дверей в кабинет капитана тринадцатого отряда, Хицугая нутром чуял, что сейчас он увидит там не только рыжеволосого Куросаки, который прислал ему домой адскую бабочку, но и капитанов второго и пятого отрядов. Вздохнув и прикрыв на мгновение глаза, Тоширо собирался с мыслями и, не постучав, толкнул тяжелые двери, которые, легко поддавшись, впустили капитана внутрь. Интуиция его не подвела, в кабинете действительно оказались Сой Фон и Хирако, от которых так и веяло недавним скандалом. На уставшем лице Ичиго, который измученно положил голову на сложенные на столе руки, так и читалось, что эта парочка явно вынесла ему мозг, впрочем, прилив сил у рыжеволосого все-таки случился, когда в проходе он заметил белую макушку. — Тоширо! — воскликнул Ичиго, мгновенно подняв голову и выпрямившись на стуле. — Ну, наконец-то! — И тебе привет, Куросаки, — устало протянул Хицугая, проходя в кабинет. — Ты сегодня долго... Небось занят был? — Даже не представляешь насколько, — буркнул Тоширо. В голове сразу пронеслась мысль о черноволосой женщине, что совсем недавно нежно касалась его кожи, обнимая мужчину, прижималась к нему всем телом и томно вздыхала от его поцелуев и рук, что, не стесняясь, скользили по телу... — Погоди, а разве ты не ушел сегодня домой пораньше, как и планировал? — вступил в разговор Шинджи, с интересом покосившись на капитана десятого отряда. Его глаза как-то странно прищурились, словно он что-то заподозрил, а на лице появилась улыбка, пропитанная ехидством. — Какая уже теперь разница, — вздохнул Хицугая. — У вас что-то случилось? — Я бы так не сказала, — вступила Сой Фон, — просто появилась некоторая информация, которой нужно поделиться. — Например? — заинтересовался Тоширо. Он присел на один из небольших диванчиков, который стоял прямо напротив другого, точно такого же, где вальяжно развалился Хирако, удачно сместив Сой Фон на широкий и высокий подлокотник. Впрочем, женщине было вполне удобно на своем казалось бы небольшом и непригодном для сидения месте. — Например, в крайних восточных районах Руконгая пропало с десяток душ, — протянул Хирако. — И что? — Тоширо хмыкнул. — Духи всегда имели тенденцию то пропадать, то появляться... За всеми не уследишь. — Не совсем так, от этих ребят осталась лишь одежда, — хмыкнула женщина, сложив руки на груди. — Жители напуганы. Информация об исчезновение людей разнеслась достаточно быстро... — Хорошо, а как это касается нас? На нас и так весит дело о побеге этого Повелителя, с которого уже прах должен сыпаться! — Проблема в том, что примерно в это же время, когда пропали души, там, в Руконе, была замечена женщина, схожая по внешности с той, что проникла на территорию Готея и помогла сбежать заключенному... Если все пойдет так и дальше, то на нас свесят и это дело, а еще прикрепят к работе лейтенантов. От подобной информации Хицугая нахмурился и мысленно выругался. Только этого им не хватало! Работы сейчас хватает по горло, в их задании и так много загадок, а теперь еще и это! Не радовала новость и о лейтенантах. Если Кёраку прикрепит их к заданию, то к работе подключаться Омаэда, Хинамори, Мацумото и Рукия. Рисковать подчиненными хотелось меньше всего, и хотя Омаэда и Мацумото хотелось сразу списать, ведь те обладали удивительным уровнем разгильдяйства, Хицугая мысленно понимал, что в случае опасности они все равно примут свое участие в происходящем. Не нравилась эта новость, похоже, и все остальным капитанам, что читалась по их лицам. И хотя они старались скрыть свое недовольство, глаза с жестким взглядом выдавали их с потрохами... — Ладно, — Тоширо вздохнул, взъерошив свои волосы, — отпустим это пока на самотек... Есть что-то еще? — Да, - кивнула Сой Фон, — ребята из двенадцатого отряда провели несколько исследований с тем, как вы его назвали, посланием с небес, что упало тебе в руки несколько сотен лет назад... — И что? Хирако и Ичиго озадаченно переглянулись, заставив Хицугаю нахмуриться. И что это компания от него скрывает? — На нем кровь... - протянул Шинджи, замолчав. Сой Фон закатила глаза. — Я в курсе, ведь оно написано кровью, — хмыкнул Тоширо. — Дело в том, что на нем твоя кровь, — осторожно закончил мысли капитана пятого отряда Ичиго, голос которого, кажется, стал немного ниже. Он покосился на беловолосого капитана, пытаясь предугадать его реакцию на услышанное, но тот сохранил спокойствие. — И не только, — подхватила Сой Фон, — там также присутствует кровь твоей дочери... — Что? — удивление вперемешку со страхом неожиданно появились на лице капитана десятого отряда, который на этот раз не смог сохранить спокойствие. Хладнокровие отступило, лицо едва заметно побледнело. Хицугая чувствовал, что сердце ускорило свой ритм, что удары стали более резвыми и ожесточенными, такими, что в даже ушах немного закладывало. — Но как же так? Я не понимаю... — Ребятам пришлось повозиться, чтобы это выяснить. Кровь была смешана между собой, а еще смешана с грязью и прочей дрянью. Удалось определить лишь крошечные участки, на которых не было лишних примесей. Признаюсь, вначале я подумала, что это дурацкая шутка, и даже хотела устроить тебе взбучку, но, когда ребята из исследовательского подтвердили, что этим посланиям более двух сотен лет... Тогда Касуми и в планах не было, а на бумаге ее кровь. Письма подлинные, они из будущего. Тот, кто их отправил, очень рисковал, но, похоже, причины на это были... — Понимаю, что ты сейчас чувствуешь, — Ичиго с сочувствием взглянул на Хицугаю. — Мы удивлены не меньше твоего. — Не удалось выяснить того, кто мог отправить письмо? — собрался с силами и мыслями Тоширо. — Есть хотя бы подозреваемые? В конце ведь была подпись, пусть и зачеркнутая. — К сожалению, нет, — развела руками женщина, — я склоняюсь к тому, что этот человек и вовсе не из Готей 13. О таких силах мы бы знали... Я уже говорила, что способности всех шинигами отслеживаются и прописываются, на каждого есть досье. Но если хочешь, я могу заставить Омаэду пойти в архив и перерыть всех, у кого имя или фамилия начинается на «Ла»... — Не стоит, — перебил Тоширо. — Мысленно я понимаю, что этого человека поставили бы на слежку или вовсе бы отстранили от службы за такие способности, так что не нужно... Просто я не понимаю... Это трудно... — Есть еще кое-что... — Надеюсь это не связано с моей семьей? — Нет. Это связано с группами офицеров, что были отправлены в разведку. Дело в том, что три группы шинигами вернулись с пустыми руками, четвертая группа не вернулась вообще. От них не было даже весточки... Если завтра они не объявятся, то мы отправимся на восток, куда они и ушли. — Снова восток, — хмыкнул Хирако. — И души там пропадали, а теперь еще и твои ребята. — Похоже, ты переживаешь за этих ребят, — Ичиго с долей подозрения покосился на Сой Фон. Женщина нервничала, хотя старалась не показывать этого. Это было уж сильно не свойственно капитану второго отряда... Всегда строгая к своим подчиненным, она напоминала скорее скалу, которую в первую очередь беспокоили защита Готея и выполнения заданий, а уже после здоровья своих рядовых. — Конечно, — ехидно протяну Шинджи, — ведь в той группе была Урахара Никки. — Дочь сумасшедшего ученого и пошловатой богини скорости? — Тоширо хмыкнул. — Думаю, ты зря волнуешь... — Дело не только в ней, — возмутилась Сой Фон, приняв деловитый вид. — Ну-ну... — Хирако хмыкнул, за что получил от женщины разгневанный взгляд. — В любом случае, если они не вернуться, то мы отправимся в путь, это приказ сотайчо! — Пусть будет так, — смирившись, согласился Хицугая, которому вовсе не хотело слушать препирания и споры между капитанами второго и пятого отряда, — есть еще какая-нибудь информация? Как насчет того монстра, что напал на Карин? Она вроде передавала Кёраку-сану рисунки... — Пока рано что-то говорить... Безусловно, сходство между существами, что нарисовала твоя жена, есть, но подтвердить, что они связаны, просто невозможно, — Хирако пожал плечами. — Нужно больше данных. Исследовательский отдел хочет получить хотя бы один из образцов, но боюсь чревато все это... — К черту исследовательский отдел, — фыркнула Сой Фон. — В последнее время от них слишком много проблем! — Это верно... — согласился Ичиго. — Маюри в ярости от произошедшего. Сейчас он придумывает что-то в отместку всем, чтобы доказать мощь двенадцатого отряда, но как бы это что-то не отразилось на наших жизнях... — Пусть придумывает, что хочет, у нас сейчас хватает проблем. Пока мы со всем не разберемся, покоя не будет. — Это точно... Просидев с товарищами несколько часов в душном кабинете, Хицугая, прихватив с собой папку документов, которых любезно приготовил для каждого из них Кёраку, отправился в свой кабинет. За это время погода уже успела испортиться, и посему на небе собрались густые тучи, которые вдалеке казались совсем черными. А еще на улице накрапывал мелкий дождь, что несколько радовало рядовых шинигами, чьи тренировки проходили на открытых полигонах. Войдя в свой кабинет, капитан десятого отряда едва ли не выронил папку из рук, ведь прямо по горизонту нарисовалась высокая рыжеволосая женщина, застывшая с бутылкой саке. Левый глаз Хицугаи нервно задергался, а сам он низким голосом прорычал: — Мацумото... Рангику выдавила из себя невинную улыбку и, спрятав бутылку под стол капитана, чтобы та не раздражала мужчину, невинно похлопала глазками. — Капитан, вот так сюрприз! — воскликнула женщина. — Не ожидала увидеть вас здесь, я думала вы уже ушли домой... — Уйдешь тут с вами! Лучше скажи, почему я тебя весь день не видел? Где ты была, Мацумото? — Я была здесь, по крайней мере, до полудня, потом мы с ребятами пообедали, и я пошла по другим отрядам собирать документы. После я просидела у Кёраку-тайчо, помогая ему приготовить для вас и других капитанов папки с документами, одна из которых сейчас у вас в руках. А когда я вернулась в кабинет, вас не было! Кстати, а где пропадали вы? Я в первый раз пришла вовремя, а вы этого не застали... Тайчо, это нечестно! — Все это время, пока ты бегала, я сидел в кабинете, — бросил мужчина. Хицугая подошел к своему столу и кинул на него папку, замечая, что Мацумото, то ли в целях личной безопасности, то ли просто для того, чтобы не мешать и не раздражать капитана, делает несколько шагов от его рабочего места. — Но утром вас не было, — обидчиво протянула Рангику, вытянув губки. — Утром у меня были дела вне кабинета, поэтому я до обеда сюда не заходил, так что мы просто разминулись, — протянул Тоширо, замечая, что склянка саке, которую Мацумото поставила в его стол, почти полная. Видимо, выпить женщина так и не успела... — Вы что-то не договариваете... — Что ты хочешь услышать? — вздохнул Хицугая, на что лейтенант, вытянув губы и принимая самый невинный вид, пожала плечами, мол «и сама не знаю». Капитан сдался. — Хорошо... Я опоздал, довольна? Ирбис приболел, поэтому я задержался, а когда уже был на территории десятого отряда, меня нагнала адская бабочка, сообщив о собрание капитанов, куда я и отправился. — То есть вы действительно опоздали? — удивилась признанию женщина. — Да, Мацумото, только в отличие от тебя я не делаю этого каждый день... — И опоздали вы из-за того, что ваш сын приболел, а не из-за того, что вы вчера поздно ночью гуляли по берегу с Карин-тян? — Я же сказал, что... — Хицугая запнулся и с удивлением посмотрел на своего лейтенанта. — Стоп, что ты сказала? Мацумото, поняв, что сболтнула лишнее, похлопала глазками, и обворожительно улыбнулась своему капитану, делая несколько шагов в сторону дверей. Хицугая поднялся с места, сжимая в руках склянку с саке. А в кабинете, кажется, похолодало... — Мацумото, так это тебе ночью приспичило последить за нами из тех чертовых кустов? — оперившись одной рукой о крышку стола, а другой крепко сжимая бутылку, Тоширо грозно посмотрел из-подо лба на женщину, что едва заметно сглотнула. — Вовсе нет, — возмутилась Рангику, делая небольшие шажки назад, — увидев вас там, мы тут же поспешили уйти, чтобы не мешать вам заниматься лю... — Мацумото! Мужской громкий рык сотряс округу. Склянка с саке полетела в сторону рыжеволосой женщины, которая поспешила покинуть кабинет, решив, что на сегодня ее рабочий день точно окончен. Уже на выходе Рангику застал звонкий звук удара, заставивший ее взвизгнуть и побыстрее убраться из кабинета, обдумывая, стоит ли ей завтра появляться на глаза своему капитану или стоит подождать пару дней и пережить бурю... Бутылка врезалась в дверной косяк и разлетелась на кусочки, а жидкость, которая была в ней, расплескалась в разные стороны, оставив небольшой след на стене и лужу на полу. Запах спиртного напитка тут же заполнил кабинет, впрочем, капитана это мало волновало. — С вами то займешься... Когда-нибудь я точно не выдержу и, пощадив косяки и дверь, кину что-нибудь в нее, — Хицугая рухнул на стул и вздохнул. — И с кем это она там гуляла ночью? Ну, Мацумото... Неделю будешь в бумажках ковыряться!

***

— Холодно... Никки прижалась к путнику, что нес ее на своей спине, продолжая свой путь в сторону Готей 13. Ледяной дождь, что насквозь промочил их одежду, продолжал хлестать об землю, обращая дорогу в грязевое месиво. — Потерпи... Нужно только найти укрытие... Парень встряхнул головой, откидывая в сторону пряди длинных волос, коотрые лезли в глаза. Ему и самому было далеко не жарко. Он замерз, вымотался и едва держался на ногах, что скользили по размытой поверхности земли. А еще очень хотелось есть... За весь прошедший день они не сделали ни одного привала, стараясь опередить надвигающуюся буру, но напрасно... Непогода нагнала их и застала врасплох. — Какое укрытие можно найти в лесу? Это же лес... Тут одни деревья и трава. Мы просто ходим вокруг, да уже в течение получаса. — Кто ищет, тот всегда найдет, просто дай мне время... Я знаю, что ищу. Никки тяжело вдохнула и, сильнее обвив шею парня руками, положила голову ему на плечо, уткнувшись носом в шею. Холодно, очень холодно... Кожа покрылась мурашками, а тело мелко потряхивало. Никки не чувствовала ни своих ран, ни ломоту в костях. Все что она чувствовала, лишь холод... За всю свою жизнь девушка ни разу не замерзала до такой степени, как сегодня, даже зимой. — Вот он... Наконец то! — Кто? — приподняв голову, поинтересовалась Никки, почувствовав, как путник ускорил свой шаг, отправившись к намеченной цели. — Шалаш, — невозмутимо бросил парень. Никки вгляделась во мрак леса. Здесь было слишком темно, источники света сейчас отсутствовали, но, несмотря на это, она смогла разглядеть в темноте очертания чего-то небольшого и угловатого. Не желая особо вдаваться в подробности, Урахара свесила голову, прикрыв глаза. Меньше всего ей хотелось думать сейчас о том, что за сооружение впереди нее. Когда путник остановился, он слегка встряхнул девушку, заставляя ее очнуться, и аккуратно поставил ту на ноги. Она еле держалась на своих двоих, они то и дело подкашивались. Обняв себя за плечи, Никки удивленно посмотрела на сооружение... Действительно шалаш! — Откуда он взялся здесь посреди леса? И как ты о нем узнал? — Я построил его еще в детстве со своим отцом... — обходя шалаш, чтобы проверить, насколько он сохранился, путник без особого интереса выдавливал из себя ответы для девушки. — Мы часто гуляли здесь, раньше это было безопасно... — У тебя есть родители? — удивилась Никки. Подобные мысли ей и в голову не приходили. То, что ее путник имел здесь, в обществе душ, настоящих кровных родителей немного удивляло. Не так много людей было рождено здесь, обычно они попадали сюда после смерти. Хотя, в последний момент Никки посетила мысль, что, возможно, его родители и не кровные вовсе, а приемные, как у большей части детей из Руконгая. — У каждого человека есть родители, — немного возмущенно и, кажется, оскорбленно, посмотрел на девушку парень. — Если он, конечно, родился в обществе душ, а не попал сюда после смерти в другом мире, — осторожно высказала свое предположение Урахара, наблюдая за реакцией путника. — Твоя правда, об этом я не подумал... Но раз уж на то пошло, то родился я здесь, и мои родители, так же, как и твои, настоящие, а не приемные, — парень, подойдя вплотную к Никки, посмотрел на нее немного уставшим взглядом. Похоже, тема про родителей была не самой приятно для него. И хотя говорил он о своих близких достаточно спокойно, Никки чувствовала, что он что-то скрывал от нее, боясь сболтнуть лишнее. — Залезай! — парень кивнул на шалаш, заставляя Урахару отвлечься от своих размышлений. Очнувшись, она тут же отвела взгляд в сторону, поймав себя на мысли, что у путника красивые и глубокие глаза... Такие она еще ни разу не встречала. Никки залезла внутрь их временного убежища, где парнишка услужливо расстелил свой плащ на земле. Места здесь было немного, но это лучше чем кочевать на улице, где льет дождь! Не смотря на то, что шалаш был уже достаточно ветхим, его крыша, сооруженная из досок и веток, не пропускала капли дождя внутрь, и потому тут было сухо. — Переоденься пока, я скоро вернусь, — извне услышала она голос парня, который закинул свой рюкзак внутрь. — Куда ты? — удивилась девушка. — Нужно кое-что проверить, я ненадолго... Никки тяжело вздохнула, проводив незнакомца, фигура которого быстро исчезала во мраке леса, обеспокоенным взглядом. Она не представляла, куда можно пойти в лес посреди ночи, но вдаваться в подробности и расспрашивать путника не стала. Что-то ей подсказывало, что он все равно ничего ей не расскажет... Наспех скинув промокшую насквозь одежду, что неприятно прилипла к телу, Урахара надела на себя уже знакомую для нее просторную рубаху, которую надевала в прошлый раз, когда находилась в пещере. Определенно эта рубашка уже начинала ей нравиться, несмотря на свою неказистость и большой размер. От нее вкусно пахло, а еще она не раздражала женскую кожу, приятно обволакивая ее своей легкой тканью. Встряхнув головой, Никки выжала воду из своих волос, что тоже вымокли под дождем, и завязала их в тугую шишку, чтобы белокурые локоны не мешали. — Как же холодно, — прошептала девушка, размяв свои плечи. Кожа Никки вновь покрылась мелкими мурашками, все тело пробивала дрожь. Она чувствовала, что ее зубы уже стучат от озноба, и ее пробивает на зевоту, которая вдруг напала на нее. Плечи показались девушке тяжелыми, потому она ссутулилась, сидя на плаще, который от земли становился холодным. Все мышцы тела девушки сводило, заставляя ту морщиться, а еще заныли, казалось бы, уже забытые раны, доставляя не просто дискомфорт, но и боль. Дрожащими руками Никки вытащила из рюкзака плед путника, который, в силу своей изношенности, напоминал скорее подстилку, но девушке было неважно. Она уже укрывалась им, может укрыться и еще раз. Урахара укуталась пледом чуть ли не с головой, скрываясь в плюшевом коконе, и улеглась на помятый и холодный плащ. Она прикрыла глаза, чувствуя, что холод ни капли не отступает, но ей нужно было уснуть. Мысль о том, что завтра утром, возможно, будет тепло, ее очень обнадеживала, а еще ее радовало, что завтра, если верить путнику, они будут на территории Готей 13. Дождь, что тарабанил по деревьям, земле и всему, что было вокруг, создавал монотонный шум, который успокаивал и убаюкивал, заставляя Урахару впасть в дрему. Сквозь сон до нее доносились странные звуки, похожие на шелест, но заострить внимание она на этом не смогла. — Холодно, — вновь прошептала Никки, только уже сквозь сон, неосознанно утыкаясь носом в край пледа. — Протяни до утра, — услышала девушка. Урахара приоткрыла глаза, увидев перед собой путника, который надевал на себя сухую одежду. Он взъерошил свои светлые пряди, с которых падали крупные капли воды, и тяжело вздохнул, кинув замученный взгляд на девушку. — Утром будет полегче... — Надеюсь... Откинув рюкзак в сторону, парень улегся на плащ, оказавшись тем самым ближе к Никки. Только сейчас девушка заметила, что кожа парня, так же, как и у нее, была покрыта мурашками. Похоже, путник тоже замерз, хотя и не показывает этого. Почувствовав свою вину, Никки нехотя раскуталась из своего кокона и подвинувшись ближе, накинула часть пледа на парня, который как-то странно, с подозрением, покосился в ее сторону. Она улеглась у него под боком, стараясь сделать так, чтобы края пледа полностью укрывали их и защищали от холода. — Откуда такое милосердие, шинигами? — удивился парень. — Не обессудь, но я просто не хочу, чтобы мы замерзли ночью и не смогли завтра встать... — Тогда и ты не обессудь, но я тоже не хочу, чтобы мы замерзли... Нахмурившись, Никки почувствовала, как мужские руки легки на ее талию и притянули ее тело ближе к парню. Вначале девушка хотела возмутиться, но ощутив невероятное тепло от своего спутника, она быстро притихла и подавила в себе это желание. Урахара лишь склонила голову, уткнувшись носом в мужскую грудь, и, почувствовала, что парень и сам склонил свою голову, уткнувшись носом в ее копну влажных от дождя волос. Чувствуя, что ее накатывает волна тепла, Никки прикрыла глаза и сама не заметила, как провалилась в очень крепкий сон, словно она ночевала не на холодной земле в лесу, а дома на своей мягкой перине.

***

Тоширо вернулся домой уставшим, голодным, а еще мокрым! Дождь все-таки застал мужчину врасплох, не смотря на то, что проливной ливень он переждал у себя в кабинете. Оказавшись в прихожей, Хицугая и не сомневался, что все родные уже давно спят, да и сам он был уже не прочь опуститься на мягкую постель и отдать себя сну, да только пустой желудок продолжал напоминать о себе. Не смотря на мокрое шихакушо, которое неприятно прилипло к телу, Тоширо первым делом прошел на кухню, где закинул в себя несколько пельмешек, а еще парочку приторных конфет, вкус которых неприятно сохранился во рту. Когда чувство голода более-менее удалось подавить, Хицугая отправился в душ, чтобы привести себя в порядок и смыть всю усталость, что накопилась за весь день... Накинув махровый банный халат, Хицугая пошел в спальню, с полной уверенностью, что сейчас ляжет на футон, прижмет к себе Карин, зарывшись носом в ее волосы, и, наконец, сможет отдохнуть, но каково же было его удивление, когда, зайдя в комнату, он обнаружил пустую постель. Тоширо нахмурился, смотря на пустующее место, где должна была быть его супруга, и задумался. Уйти из дома, тем более, когда Ирбис болеет, Карин не могла, но ни в одной из комнат ее не было. Во всем доме было тихо, а свет везде погашен... И тут Хицугаю осенило – сегодня была гроза! Тоширо осторожно открыл дверь в детскую комнату, тихо ступая по прохладному паркету. Присматриваться в темноте, благо, не пришлось, так как глаза мужчины уже успели привыкнуть к минимальному количеству света в помещении. Хицугая легко различил во мраке комнаты взъерошенного мальчишку на краю кровати, закутанного в одеяло чуть ли не с головой, а еще хрупкую женщину, что сидела на полу. Она навалилась телом на детскую кровать, сложив руки на ее мягкую поверхность, а поверх них положила голову, оказавшись едва ли ни нос к носу с мальчишкой, который тихо сопел. Подобная картина заставила Тоширо улыбнуться и покачать головой... Он тихо прошел к женщине и, присев, погладил ее по голове, от чего она вздрогнула и открыла глаза. Черноволосая медленно приподняла отчего-то тяжелую голову, озарившись по сторонам, словно стараясь понять, где сейчас находиться. Глаза ее слипались, и потому она часто моргала, стараясь прогнать сон. Осознавая ситуацию и то, почему она оказалась на полу в детской, Карин внимательно посмотрела на спящего сына, который тихонечко сопел на постели, а после на Тоширо, что уже поднялся на ноги и внимательно наблюдал за ней. Понимая, что хочет лечь в свою постель, женщина медленно поднялась на ноги, чувствуя, как сильно затекли мышцы ее тела, из-за того, что уснула она не в самом удобно положении. Ей едва удалось сделать шаг, как она, оступившись, буквально упала в объятья мужа, который вовремя подхватил ее. — Неужто все так плохо? — прошептал Тоширо, поймав недоуменный взгляд темных глаз. Женщина нахмурилась и, собираясь что-то спросить, уже открыла рот, как Хицугая неожиданно поднял ее на руки, заставив ее тихо пискнуть. Не став возражать, Карин, вздохнув, осторожно положила голову на плечо капитана и прикрыла глаза, моментально проваливаясь в легкую дрему... Зайдя в спальню, Тоширо осторожно уложил Карин на прохладную постель, от чего женщина мгновенно открыла глаза, едва нахмурившись. — Устала? — ласково поинтересовался мужчина, склонившись над супругой, которая легонько кивнула в ответ. — Тоширо, подай, пожалуйста, майку, — попросила черноволосая, — не хочу спать в халате... Хицугая кивнул и прошел к шкафу, откуда вытянул свою белую майку, в которой чаще всего спала Карин. Взгляд бирюзовых глаз невольно упал на аккуратную стопку вещей, состоящую преимущественно из светлых тонов, от вида которой Хицугая лишь цокнул и покачал головой. — И зачем тебе пижамы и все эти ночные сорочки, если ты все равно спишь в моей одежде? Немного лениво присев на постели, Карин недовольно посмотрела на Тоширо и фыркнула. — Я же не спрашиваю, зачем тебе все эти джинсы и брюки, если ты ходишь в своей форме... Поймав майку, которую ей кинул мужчина, Карин скинула с себя уже надоевший за этот день халат и немного лениво натянула на себя майку, совершенно не обращая внимания, как за ее спиной укладывался на постели супруг. Она сладко потянулась, прикрыв немного покрасневшие глаза, и едва слышно простонала. По телу прошлась волна истомы, затекшие мышцы ее тела вытянулись и размялись, а спина приятно щелкнула в районе позвоночника. Блаженно вздохнув, Карин откинула волосы за спину и прилегла на постель, удобно устроившись под боком своего мужчины, о кожу которого она потерлась носом. — Быстро догадался, что я в детской? — поинтересовалась Карин. — Сразу, как только вспомнил о сегодняшней грозе... — Гроза... — черноволосая тяжело вздохнула. — Тоширо, с этим надо что-то делать. Боязнь Ирбиса грозы лишь прогрессирует! Сегодня он забился в угол, накрывшись одеялом чуть ли не с головой, и дрожал, едва сдерживая слезы. В его глазах уже не просто страх, а самый настоящий ужас. — И что ты предлагаешь? — Не знаю, но оставлять это так тоже нельзя... — Боюсь, мы бессильны. Мы даже не знаем причин, почему Ирбис так реагирует на грозу... Ему придется самому бороться с этой проблемой, нам лишь остается поддерживать его. — Легко тебе говорить, — Карин приподнялась на футоне и внимательно посмотрела на Хицугаю. — Ты взрослый сильный мужчина, который знает о чувстве страха лишь по чужим рассказам, а он ребенок... — С чего ты взяла, что я знаю о страхе лишь на словах? — Тоширо нахмурился. — У каждого человека есть страхи. — Хочешь сказать, что есть вещи, которых ты боишься? — Карин приподняла левую бровь и прищурила глаза. Ее любопытство росло, и капитан чувствовал это. — Да, — признался мужчина, — они есть... — Расскажи... — Ты хотела спать, — вздыхая, протянул Тоширо. — Но мне интересно! — возмутилась Карин, на что Хицугая лишь закатил глаза. — Доброй ночи... Мужчина перевернулся на бок, показывая, что разговор окончен. Тоширо натянул на себя край своего тонкого одеяла и блаженно прикрыл глаза, не обращая внимания на тяжелый взгляд темных глаз, который он чувствовал своей спиной. — Но... — Спать, — протянул капитан, заставив замолчать женщину. Поджав нижнюю губу, Карин, вздохнув, опустилась на постель. Теперь ее не оставляло чувство любопытства, от чего весь сон пропал. То, что Тоширо мог чего-то бояться, ей и в голову не приходило! Женщине всегда казалось, что такие люди, как он, смиренные, сильные, хладнокровные и расчетливее, просто не подвержены страху. А сейчас, когда выяснилось, что существуют на свете вещи, которых капитан боится... Разве можно после этого вот так просто взять и уснуть? Хотя Карин осознавала, что заставить Хицугаю признаться о наличии страхов – было уже победой. Внимательно посмотрев на рельефную спину супруга, дыхание которого было ровным и размеренным, Карин, решив, что он уснул, подвинулась к нему ближе. Припав лбом к его теплой спине, она сладко вздохнула и, улыбнувшись, обняла мужчину за торс. — Я все равно о них узнаю, Хицугая... — прошептала Карин, прикрыв глаза. — Удачи...