Под розовым мхом

Как обнимающий тень или гонящийся за ветром, так верящий сновидениям.

1 марта 2017 года

«Чувствую себя невероятным дураком, что так сильно боялся своего первого дня. Академия, мне кажется, полностью располагает к тому, чтобы влиться в её течение. Начиная заинтересованностью предметом студентов и заканчивая преподавателями, которые готовы подсказать в любой момент. В частности директор Ким. Никогда не видел человека, который так сильно горел бы своим делом. Неудивительно, что «Канвандо» занимает первые места в списках и является лучшим учебным заведением в стране. Но наибольший восторг во мне вызвала природа. Жалко, что я совершенно не умею рисовать: эти горы определённо точно заслуживают того, чтоб сохраниться в памяти других через картины. Нужно бы узнать, можно ли в свободные дни выходить за пределы территории. Думаю, пикник в лесу чуть позже станет отличным поводом расслабиться и отдохнуть». В наушниках вовсю играет какая-то рок-группа, которую посоветовал Тэхён, и Сокджин в который раз усмехнулся себе под нос: вкус младшего определённо точно был специфический. Вряд ли сам Джин когда-нибудь наткнулся на этот музыкальный изыск сам. Он тихо хмыкает, захлопывая блокнот и давя слабый зевок. В коридоре слышатся приглушенные голоса. Сокджин откладывает ручку, тихо шаркая тапочками к двери и прислушиваясь. Природное любопытство подталкивает приоткрыть дверь и выглянуть из своей комнаты, сталкиваясь сразу с двумя преподавательницами. — О, Сокджин-ши, — одна помладше, преподавательница французского, широко улыбается, дружелюбно помахав рукой. — Мы как раз обсуждали, что студенты в восторге от вашего занятия. Я вела занятие сразу после Вас, а они только литературу и обсуждали. — Думаю, их больше взбудоражила мысль того, сколько им придётся читать в этом учебном году, — скромно отзывается Джин, давя короткую улыбку в ответ. Он обхватывает себя руками, чуть ёжась от коридорной прохлады. — Не скромничайте, — вторая женщина заводит выбившуюся прядь волос за ухо, возразив. — Вы и на нашей небольшой вечеринке всех покорили своими познаниями в литературе. Я вон даже в библиотеку пошла искать по Вашей наводке книги, — Сокджин вновь чувствует, что слабо краснеет. — Вы, кстати, уже готовитесь ко сну? Они одновременно посмотрели на него, снова чуть давя улыбки. Только сейчас Сокджин понял, что он всё ещё стоял в комнатных тапочках и какой-то уже домашней одежде. Он неловко одёрнул длинные края рукавов свитера, мотнув головой: — О, нет, я… — он неловко улыбается, вскидывая руки вверх. — Ещё слишком рано. Не люблю сидеть просто в рабочей одежде. Слишком быстро мнётся, — он почесал краешек носа, любопытствуя: — Вообще-то я думал прогуляться. Но тут столько всего, даже не знаю, куда мне пойти. Может, вы мне подскажите? Думаю, на вас можно положиться. Он вновь улыбнулся краешком губ, чуть склоняя голову в сторону. Джин мог поклясться, что одна из преподавательниц едва ли сама не смутилась: он вовсе не хотел флиртовать, но это получалось как-то рефлекторно. Тэхён над ним всегда шутил, что у Джина какой-то ген притягивать людей не прикладывая никаких усилий. — Можете попробовать сходить к теплицам, — с улыбкой отзывается одна из преподавательниц. — К теплицам? — брови Сокджина ползут вверх. Он не успел толком осмотреться, но учитывая, что внутри был такой красивый сад, то теплицы его не должны были удивить вовсе. — Да, там ещё один сад есть, очень красивый, — поддакивает новая знакомая, на что Сокджин только благодарно улыбается. — Правда он может быть закрыт, так что не расстраивайтесь, если ничего не получится. — Ничего страшного. Тогда воспользуюсь вашей подсказкой, — он кивает, делая шаг назад обратно в свою комнату. — Спасибо большое. И хорошего вечера. Вооружившись указаниями, куда конкретно ему идти, он быстро переодевается и чуть ли не сразу выскальзывает из своей комнаты, чтоб отправиться на поиски чего-то интересного. Теплицы нашлись не так далеко от спортивного корпуса, и Сокджин отметил про себя, что даже они сделаны достаточно большими, отчего и правда создавалось ощущение ещё одного сада. Чего Джин не ожидает — это того, что он мог бы кого-то там встретить в это время суток. Он замедляет шаг, стараясь вести себя тише, а затем заглядывает с нескрываемым интересом, чтоб рассмотреть присутствующего. Возможно, это было не очень вежливо так отвлекать своим появлением, но попроси Джина уйти, он бы даже не возмутился. Впрочем, последний, кого он думал тут увидеть, был директор Ким. И именно Ким Намджун сейчас сидел на корточках, аккуратно приминая руками землю. Он выглядел очень сосредоточенным и внимательным, а его движения были аккуратными и одновременно с этим уверенными. Свидетельствующие о том, что подобным он занимается не первый раз. Джин уже хотел было развернуться и так же тихонько уйти, чтоб не мешать, но раздавшийся голос Намджуна вынудил его остановиться: — Что, я Вас так удивил, Сокджин-ши? — он улыбнулся, даже не поворачивая голову и продолжая заниматься своим делом. Сокджин так и замер, невольно засмотревшись на чужие руки, а затем тихо прыснул, кивнув. Он хотел верить, что в тусклом освещении его покрасневшие щёки не так заметны, но что-то ему подсказывало, что Намджун понял и без того. — Да, есть такое, директор Ким, — он всё же делает аккуратный шаг вперед, сцепляя руки за спиной. — Не знал, что Вы занимаетесь этим садом сами лично. Это… и правда неожиданно. Он неловко одёрнул рукой, подходя ближе и всё же присаживаясь на корточки рядом, разглядывая растение, которое, по всей видимости, пересаживал Намджун. Джин не был хорош в ботанике, но выглядело это и правда любопытно. — Да, вряд ли это то самое увлечение, которое вяжется со мной, я понимаю, — смех Намджуна добродушный и легкий вызвал у Сокджина ответную улыбку. — Бабушка привила во мне любовь к растениям. Так что, как видите, я не только учился всю свою жизнь. Хотя… — он вдруг любовно потер меж пальцев листья растения, — это ведь тоже считается в своём роде учёбой. Сокджин только осторожно кивает, замечая этот незамысловатый жест. А затем кивает в сторону растения, интересуясь: — Я совсем не разбираюсь в цветах, если честно. Не хочу показаться сейчас совсем глупым, но, наверное, вариантов у меня не так много, — он потирает шею, закусывая губу. — Что это? — Бегония, — Намджун не выглядит удивлённым. — Её нужно пересадить. Она слишком большая для своего горшка. Сокджин лишь понимающе мычит. Он опирается локтями на коленки, упираясь подбородком на ладони. Возможно, ему стоило бы уйти, но Намджун не прогонял и не требовал оставить его одного. — Хотите, можете попробовать сами? — вдруг предлагает Ким, чуть пододвигаясь и жестом показывая на бегонию. От этого глаза Сокджина только округлились от неожиданности. — Я? — он получает кивок, а затем тихо прокашливается, только медленно кивая головой в знак утверждения. — Но я и правда в этом совершенно ничего не понимаю. Мои слова не были попыткой себя нарочно принизить. Он неуверенно пожимает плечами, смотря немного виновато, на что вызывает новую улыбку. — Ничего страшного, я уже подготовил почву, так что вам нужно просто её аккуратно вытащить… давайте, идите сюда, — он двигается уступая Сокджину место и стоит тому подсесть, коротко даёт указания: — Вот так, осторожно берите. Только не заденьте корни, это самое главное. Сказать, что Джин разволновался — это ничего не сказать. Казалось бы, что тут такого. Но в первый же день угробить растение директора — такая себе перспектива. Он послушно приподнимает растение, нежно держа его рукой, чтоб не сломать случайно, а затем аккуратно перемещает в указанное Намджуном место. — Вот, а боялись, — тот же вновь улыбается, указывая взглядом. — Теперь уплотняйте пальцами. Так, чтоб слой почвы сравнялся с основанием стеблей. Сокджин всё равно ощущает чужие руки на своих, когда Намджун позади осторожно накрывает его пальцы своими, мягко направляя и показывая, как нужно сминать землю. Глаза наполняются детским восторгом, а на губах играет искренняя улыбка, когда Джин трамбует землю. — Говорите, бабушка Вас научила? — любопытствует Джин, убирая руки, когда с землей окончено. — Да, верно, — Намджун встаёт и тянется за лейкой, передавая её мужчине. — Она вообще обожала этим всем заниматься. И в итоге дед, когда открыл Академию, этот сад, собственно, и подарил ей. Ну а потом он достался мне, когда она умерла. На мгновение его взгляд становится печальным, но всё равно сменяется привычной усмешкой. — Теперь Ваша очередь делиться какой-то семейной историей. — У меня её нет, — Сокджин немного добавляет воды под одобрительные кивки, а затем ставит лейку на место, вытирая руки салфетками. — Не семьи — истории. Он смеётся негромко, мотнув головой и довольно цокает языком, разглядывая бегонию. Джин не был садоводом, но из литературы он знал, что у многих растений есть своё значение. Интересно, что значит бегония? Он ловит взгляд Намджуна, отвечая просто: — Из интересного разве что мой младший брат занимается музыкой. Вот, ходит на прослушивания и устраивает рок-концерты в гараже. Так что, может быть, через пару лет будете уже слышать о нём из каждого утюга. Джин думает, что так поступают хорошие братья: поддерживают друг друга вне зависимости от обстоятельств. И хотя родители были против того, чтоб младший занимался чем-либо таким, однако сам Джин всегда был на его стороне, подстёгивая пытаться и искать своё место. — Надеюсь, что Вы достанете по дружбе билет на концерт, — шутит Намджун, вдруг осекаясь. — Кажется, Вы хотели тут прогуляться. Отличный повод показать Вам своё скромное детище. — Да, — Джин давит подкатывающую к губам улыбку, следуя за директором вглубь этого сада. — Преподавательницы, что подсказали мне это место, сказали, что здесь часто закрыто. Но я решил испытать удачу и, как видите, мне повезло сегодня. — Мгх, — Намджун лишь кивает, тихо фыркнув. — Да, что есть, то есть. Я нечасто открываю это место. Хотелось немного чего-то личного. Иронично, учитывая, что вся академия принадлежит мне. — Даже в своём личном доме бывает тесно, — замечает Сокджин. — А у Вас здесь людей невпроворот. Так что это даже неудивительно. На самом деле, если бы я знал, то, наверное, не пошёл. Простите, если потревожил. Неосознанно он касается кончиками пальцев чужого локтя, заглядывая в глаза, отчего Намджун, кажется, впервые за всё время едва заметно, но смущается. Его рука чуть напрягается, но виду он старается не подавать, тогда как Джин только одергивает свою руку, ощущая, что перешагнул. В конце концов, кто он такой, чтоб так лезть. — Всё в порядке, — хрипло отзывается Намджун, прочищая горло. — Вы меня не потревожили. Знаете, я не против, чтоб Вы приходили. Всё-таки было бы эгоистично держать этот сад только для себя. Рядом с теплицей под вторым справа камнем я обычно кладу ключ. Так что, если захотите побыть наедине, а здесь будет закрыто, то Вы знаете, где искать. Он только подмигивает, вынуждая Сокджина и самого едва покраснеть. Впрочем он только кивает, опустив глаза и улыбнувшись. Они делают как раз небольшой круг по саду, подходя к выходу, когда Джин говорит всё-таки: — Хорошо, буду знать, директор Ким.  — Намджун, — тихо вдруг поправляет мужчина. — Всё-таки Вы не мой студент, да и мы уже с Вами пересадили цветок, чтоб избавиться от таких формальностей. Брови Джина лишь ползут чуть вверх. Да, этот вечер одной неожиданностью явно обходиться не собирался. Он едва приоткрывает рот, когда вдруг слышит… хруст. Тихий, но вынудивший его растерянно повернуться в сторону выхода. — Вероятно, забрело какое-то животное, — замечает позади Намджун. — Ёжик, может быть. Джин нехотя повернул голову обратно, лишь сжато улыбнувшись: — Да, скорее всего. Сейчас как раз самое время, — он заводит прядь волос за ухо, тихо шмыгнув носом. — Думаю, мне уже пора возвращаться. Не буду Вас больше тут задерживать своей компанией. — Я так вовсе не считаю, — по-доброму замечает Намджун. — Помните, что я Вам сказал про ключ. И… спокойной ночи, Сокджин. — Да, — Джин чуть кивает, делая шаг в сторону выхода. — И Вам доброй ночи… Намджун. Имя приятно ложится на язык, срываясь с губ поразительно правильно. Гораздо лучшее, чем сухое и официальное «директор Ким». С именем Намджун… обрёл в себе новые краски. Как серый картонный персонаж, который наконец-то стал живым. Сердце неожиданно быстро бьётся, когда он покидает теплицу, а не улыбаться не получается. Джин сам не знает, в чём причина. Он суёт руки в карманы, медленно идя по дорожке к главному зданию, когда на секунду ему кажется, что он боковым зрением видит чью-то тень. Ким лишь замирает, чуть хмурясь и вглядываясь в темноту. В этом участке, как назло, фонарь не освещал достаточно, чтоб что-то увидеть. Сокджин не был глупым, чтоб идти проверять и спрашивать «Кто здесь?». Он смотрит короткое мгновение в темноту, а затем быстро идёт вперёд. Теперь сердце колотилось учащенно не из-за чувства странной эйфории. Сокджин не мог назвать себя слишком пугливым. И хотя фантазия у него работала отлично, однако его никогда не страшили темные переулки или подозрительные звуки. Джин просто никогда не обращал на них внимание. До этого момента. Он мотает головой, учащая ходьбу. И, если честно, факту того, что он оказался в своей комнате, Джин обрадовался. Он только массирует шею, садясь обратно за стол и подтягивая к себе свой блокнот. Сокджин зависает с ручкой над бумагой, словно раздумывая стоит или нет, а затем всё же дописывает. «Возможно, стоит подумать, прежде чем устраивать пикник в лесу. Никогда бы не подумал, что я испугаюсь каких-то шорохов, но… складывается ощущение, что за мной кто-то здесь наблюдает. Намджун (боже, он и правда разрешил себя так называть) сказал, что, вероятно, это животные. Не знаю почему я думаю иначе. Но с другой стороны, кому бы я был вообще интересен, помимо того, что просто новенький. Может быть, это всё из-за усталости. Завтра это забудется». Он закрывает блокнот, приоткрывая окно и вылезая в него, чтоб вдохнуть ночной воздух. В виднеющихся отсюда теплицах свет тоже был тусклый, что свидетельствовало о том, что Намджун уже ушёл из них тоже. Кроме одного фонаря вдалеке, чей механизм улавливал движения и автоматически загорался. Только он один — находящийся ближе всего к саду — почему-то продолжал гореть, тогда как остальные давно погасли. Треск сломанной ветки всё ещё стоял в ушах.