Дом, в котором не пролилась кровь.

Эта история началась около полугода назад, когда я, молодой журналист из столицы, приехал сюда, в особо непримечательный городок близ Лондона, расследовать одно запутанное дело. Вот уже продолжительное время, и если быть точным, с конца девятнадцатого века, здесь пропадали люди, что заселялись в один особняк, находящийся, как и полагается странным готическим домам, вдали ото всех, у лесного массива. Жители города поговаривали, что все заселившиеся в него больше никогда не возвращаются, а их обглоданные дикими животными трупы случайно находят где-то в глубине леса. Конечно, никто не был уверен, что причиной смерти становились именно события в особняке, но его всё равно остерегались и всегда обходили стороной. В редакции давно уже интересовались этим делом. Из этого могла получиться изумительно сенсационная статья. Интригующие исчезновения будоражили умы всех. Особенно поражал тот факт, что всё происходило неподалёку, и в самом Лондоне уже шептались, не грозит ли какая опасность обычным жителям. Именно поэтому, мне дали важное задание выяснить, что происходит в этом странном особняке. Почему выбрали мою кандидатуру, я сказать вряд ли смогу: скорее всего, в тот момент я был единственным, кто не особо верил в паранормальность истории. Уж больно подозрительно, что трупы находили именно в лесу. Особняк мог быть тут не причем. Я принялся за работу. Странности начались ещё при подъезде к дому - моя машина заглохла. Просто взяла и заглохла при полном баке бензина на гладкой чистой дороге. Единственное, на что можно было грешить - ужасная погода. Пробирающий до костей, холодный весенний дождь лил, как из ведра и не собирался заканчиваться. Ветер изгибал деревья. Для полного "счастья" не хватало молний, и тогда точно это были бы кадры из старого фильма ужасов. Выходить из машины совсем не хотелось, но пришлось. Моя шляпа предательски слетела, гонимая сильным потоком ветра, и мне пришлось прикрыть голову чемоданом, дабы волосы не промокли. Это не помогло. Тихо проклиная всех, кто послал меня сюда в такую ужасную погоду, я добрался до ворот, что раскрылись, стоило мне лишь приблизиться к ним. Вряд ли меня тут ждали, но всё равно приятно. Стучаться мне не пришлось, ведь дверь в сам дом легко открылась, и я вошёл в небольшую прихожую. - Прошу прощения за беспокойство, - громко сказал я, не проходя дальше и оставаясь у двери, - Моя машина заглохла, а на улице ужасная гроза. Могу ли я переждать у вас непогоду? - Для этого и построен мой дом, - сказал приятный голос из темноты, - Разувайтесь и проходите внутрь, конечно же. - Огромное спасибо, - сказал я, проходя в гостиную. Промокший до нитки, я выглядел до ужаса комично с растрёпанными волосами, с которых на роскошный ковер капала вода. Мне было очень неловко ставить свой грязный чемодан на пол, так что я продолжал держать его в немного дрожащих от холода руках. - Не стесняйтесь, - голос звучал достаточно близко, но откуда, определить было сложно, - Чувствуете себя, как дома. Позади меня послышался шорох, и я инстинктивно повернулся. Никого не было. - Извините, с моей стороны так не гостеприимно, не появиться перед гостем, - голос прозвучал из кресла, что стоял у внезапно вспыхнувшего камина. От удивления я вздрогнул и чуть не споткнулся об аккуратно поставленные тапочки. Стоило мне отвлечься на обувь, как передо мной уже стоял хозяин особняка. Высокий мужчина, облачённый в бархатный тёмно-синий костюм, с небольшой улыбкой смотрел на меня с высоты своего роста. Ох, до чего же он был красив! Стройный и широкоплечий, он походил на голливудского актёра, ведь с такой внешностью только и играть героев-обольстителей. А приятная улыбка лишь дополняла эту красоту. Хоть на вид ему и было уже лет пятьдесят, года были ему лишь к лицу, придавали неописуемого обаяния. От одного его статного вида я оробел и даже на какое-то время потерял дар речи. Как-то не так я представлял хозяина злополучного дома. - Вы, наверное, замёрзли? - сказал он, и, показалось, у него во рту сверкнули клыки, - Погрейтесь у камина. - О, эм, спасибо, - я поставил чемодан рядом с креслом и протянул руки к огню. Он сел обратно в кресло и, закинув ногу на ногу, стал наблюдать за мной. Я стоял и отогревался в обволакивающем тепле каминного огня. Хоть, моя одежда и не торопилась высохнуть, мне было заметно лучше. Я поправил волосы и, не рискуя снять с себя мокрую одежду, продолжил стоять. Главное не вызывать никаких подозрений: здесь я ничто иное, как простая случайность. Он вопросительно поднял бровь, словно чуя мою неловкость. Положив руки на подлокотники, он с интересом наблюдал за моими движениями. Наконец, кажется, поняв, что я не дерзну попросить сушилку или что-то в этом роде, сказал: - Я, так понимаю, единственное, что у вас промокло - это руки? - Нет, они как раз сделали это в последнюю очередь, - ответил я, немного смутившись. - Тогда, почему же вам не посушить одежду? Ваше пальто, в особенности, - он указал своим пальцем на мои влажные от ливня вещи. Потом, взглянув на одиноко стоявший чемоданчик, странно ухмыльнулся, - Ах, вам не в чего переодеться! - Вы весьма наблюдательны, просто обязан это признать, - я убрал ладони от огня. В чемодане, действительно, не лежало ни одной моей нормальной вещи. Как на зло, на улице я спутал его с другим и забрал саквояж с парой книг и старыми черновиками своих статей. - Так как уже вас зовут, молодой человек? - спросил он, - Можете даже сказать свое полное имя. - Боюсь, мое полное имя сложнее, чем просто Хью Конрад. Это мой псевдоним. - Понимаю, - усмехнулся мужчина, - Тогда, можете звать меня Хендерсон. Люблю эту фамилию. - Хорошо, мистер Хендерсон. Он медленно поднялся с кресла и прогулочным шагом направился наверх, махнув мне рукой. Я побрёл за ним, стараясь не отставать. Мы шли по длинному коридору на втором этаже. Я сразу приметил, что интерьер дома вообще не вязался с образом из городского мифа: ни крови, ни ржавых ножей, ничего опасного. Только прекрасные картины на стенах, столы обставлены изумительной красоты статуэтками и растениями. Всё в приятных тонах. Под стать хозяину. Мистер Хендерсон подвёл меня к одной из многочисленных дверей, и пропустил внутрь. Комната, представшая передо мной, поразила меня убранством: огромная кровать с атласным бельем, журнальный столик с обрамлённым резной рамкой зеркалом, небольшая, но милая люстра и, что удивило и смутило меня больше всего, портрет прекрасного молодого человека с красивыми, словно девичьими, глазами. В полутьме юноша на картине выглядел точно моё отражение. На постели лежал небольшой аккуратный свёрток, на который Хендерсон указал: - Переоденьтесь пока в это, а свои вещи можете отнести в гостиную, - он лёгкой походкой вышел, оставив меня наедине с собой. Я ещё раз осмотрелся. Ничего ужасного вокруг я не видел. Может мои догадки верны? Что ж, это только предстояло узнать. Одежда, предоставленная мне, как ни странно, приходилась впору, как на меня пошитая. Это несильно напрягало, ведь у меня был весьма средний размер. Но всё же, угадать мой размер, пока я находился в ставшем мне большим пальто, было не так уж и просто. Я быстро переоделся и чуть не пропустил из виду записку, что выпала из кармана нового пиджака. Сначала, я не хотел читать ее, ведь она скорее всего принадлежала не мне, но вдруг меня обуздало необычайное любопытство, кажется, свойственное любому журналисту. Я развернул листок и, пробежав глазами, от удивления бросил его на кровать. Записка гласила: "В столь прекрасном наряде ты ещё прелестнее, чем раньше. Я приму за величайшую честь, если ты, о огонь чресл моих, составишь мне компанию за ужином." На часах уже было полдевятого вечера, и в приличных домах к этому времени минимум заканчивали ужинать, а максимум – уже ложились спать. Значит, это точно обращено не ко мне. Я спокойно выдохнул. Лист с красивым размашистым подчерком так и остался лежать на постели, когда я, забрав мокрые вещи, направился обратно в гостиную. Свои скромные пожитки аккуратно повесил на сушилку у камина, что обеспечило им быстрое высыхание. Мистер Хендерсон из кресла наблюдал за моими дальнейшими телодвижениями. Я выбрал тактику скромности, из-за чего не решался присесть на второе кресло. К тому же, я почти не смотрел ему в глаза и молчал, лишь несколько раз поблагодарив за столь радушный приём. Создавалось стойкое ощущение, что он этого не то чтобы ждал, но, во всяком случае, предполагал подобный ход моих действий. - Вы не устали? - он наклонил голову, и в свете огня его уши словно заострились. - Немного, - ответил я, продолжая смотреть на его уши. Вроде бы, они обычные человеческие. Почудилось, значит. - Так присядьте, составите мне компанию, пожалуй, - улыбнулся он, и уже во второй раз мелькнули удлиненные клыки. - Спасибо за предложение, - улыбнулся в ответ я, присаживаясь на край соседнего кресла. - Вы читали ли когда-нибудь Уайльда? - спросил он, будто бы сверля взглядом. - Да, конечно же, проходил в школе "Портрет Дориана Грея", а в свободное время читал сборники его рассказов и пьес, - ответил я, нисколь не кривя душой. - И какое его произведение понравилось вам больше? - хозяин усадьбы с интересом посмотрел на меня. - Должен признать, что считаю все его произведения прекрасными, не выделяя явных фаворитов. - Но должно же быть, наверное, то, что понравилось вам больше всех остальных? Скажем так, запало вам в самое сердце, - при последнем слове у него словно загорелись глаза. - Хорошо, если уж вы так настаиваете, - я сдержал неловкий смешок, - Я просто без ума от рассказа "Кентерберийское привидение". - Интересный выбор, - мистер Хендерсон поднял одну бровь и откинулся на спинку кресла, - И прочему же именно он вам по душе? - За разрыв шаблона "дом с привидением". Обычно, ожидаешь, что семья, живущая в доме с призраком, будет ужасно страдать от него. Но в рассказе Уайльда всё наоборот: призрак напуган проделками семьи. Его никто не боится, как бы он не старался. А некоторые, в лице близнецов, даже открыто над ним издеваются, подстраивая разные ловушки. Ну и конечно же, я не могу обойти стороной прелестную концовку, оставившую нам интригу, что же сказал призрак помогавшей ему девочке? - с упоением рассказывал я, не обращая внимания на окружающий мир. Закончив, я и сам оказался откинувшимся на спинку кресла. Наверное, это получилось машинально, просто немного расслабился. - Должен признать, что это достаточно нетипичный выбор, - сказал мой собеседник, улыбаясь, - Обычно все говорят лишь о "Портрете...". - Может от неосведомлённости, - предположил я. - Может, - он наблюдал за моими движениями, - Хотя, я больше склоняюсь к тому, что это произведение поистине великолепное, наполненное глубоким смыслом и достойное восхищения. - Да, конечно же, - смутился я. Как я вообще мог сгородить чушь про неосведомлённость? Он сидел неподвижно и не сводил с меня взгляд. В какой-то момент я подумал, что сказанул лишнее, и он, как ценитель искусства, сейчас сожрёт меня. Но через минуту он вновь ожил. Сложив пальцы в замок, он положил на них подбородок. Огонь в камине продолжал ярко гореть. - Что ж, спасибо вам за то, что скрасили моё одиночество этим вечером, - ещё шире улыбнулся он, - Вы, наверное, ужасно устали с дороги и хотите спать? Не буду вас задерживать. Приятных снов. - Благодарю, - я поднялся с кресла, что было для меня огромным (из-за чего я чуть не утонул в обивке), - Вам тоже приятных сновидений. Поднявшись на второй этаж, я вдруг обнаружил, что расположение вещей немного поменялось. Это меня дезориентировало. Хоть я и помнил, где приблизительно находиться моя комната, путь до нее было легче найти по расположению картин и статуй. Теперь же всё немного передвинулась. Поблуждав немного по коридорам, что в первый раз показались мне значительно меньше и короче, я с горем пополам набрёл на предоставленную мне комнату. На кровати уже не было той записки. Зато лежала мягкая пижама. В соседней стене появилась открытая дверь в небольшую ванную комнату, хотя я был готов поклясться, что раньше ее не было и в помине. С осторожностью забрав пижаму с постели, зашёл в ванную. На полке стояло множество разноцветных баночек, в которых можно было узнать привычные шампуни и гели для душа. Не рискнув взять что-то с полки, я просто сполоснулся и переоделся. Костюм бережно повесил в шкаф. Написав небольшой отчёт за день и кратко описав события, я прилег на кровать. Она оказалась на удивление мягкой и приятной. В ней я начинал быстро засыпать. Но в воздухе будто бы витал какой-то подвох. Слишком хорошо все проходило, слишком гладко. Очень подозрительно. Я старался побороть сон, что получалось у меня из рук вон плохо. Откинув мягкое одеяло, я присел на край постели. Потом, и вовсе, вскочил и начал быстро, но бесшумно расхаживать по комнате, в попытке искоренить сон. Я всё глядел на портрет юноши, который с каждой секундой всё больше напоминал меня. Хотя, у него было и достаточно отличий: наглый взгляд, пропитанный чувством превосходства; безупречная улыбка, которой я мог только позавидовать; острые скулы и худощавое лицо, которым я не был наделен в меру своего далеко не худого телосложения. Облаченный в дорогой костюм, с аристократичной осанкой, невообразимо прекрасный, он походил на принца сказочного государства. Я был очень далек от этого прекрасного образа. Время близилось к полуночи, и моя бдительность постепенно ослабевала. Мне ужасно хотелось спать. Я совсем ослабел и уже хотел поддаться искушению, но продолжал стойко бороться со сном. Чувствовал, что от меня только этого и ожидают - словно демон сонного паралича хочет напасть в самый уязвимый момент. Я наматывал круги по комнате уже по инерции, стараясь не смыкать глаза надолго. Часы пробили полночь. Из коридора послышались странные шорохи, и я затих, застыв у двери, как статуя, то и дело прислушиваясь к звукам за стеной. Шаги приближались. Сон как рукой сняло. Я быстро юркнул в постель, делая вид, что давно пребываю в объятиях Морфея. Четко слышал, как дверь открылась. Затаил дыхание. Послышался тихий скрип половиц, и в комнату кто-то вошел. Логика подсказывала, кто бы это мог быть. Он подошёл к кровати, и я прекрасно чувствовал, как он склонился надо мной. Его дыхание обожгло мою шею. Наконец, я не вытерпел: - Вы что-то хотели? - спросил я, как бы полусонно открыв один глаз и затем старательно зевнув. - Просто хотел удостовериться, что с вами все в порядке, - удивлённо и немного испуганно ответил он, резко выпрямившись. Он отошёл на пару метров от меня, - Как вам спиться? - Если меня не будить, то очень хорошо, - потянулся в постели и широко улыбнулся я. - Это прекрасно, - он сделал шаг в сторону двери, - Прошу прощения за беспокойство. Ещё раз, доброй ночи. - Доброй ночи, - помахал ему рукой я и перевернулся на левый бок. Спать больше не хотелось. Достав из чемоданчика старую книгу, принялся читать. Это был дешёвый романчик, что обычно продают на вокзалах, но дабы скоротать время подойдет и такое. За сюжетом было сложно следить, так как его в целом там и не было. Просто очередной роман про девушку-простушку, что волей случая заполучила прекрасного принца. Банально. Книга закончилась слишком быстро. Напечатанная большими буквами и достаточно тонкая, она прочиталась мною за пару часов. Жаль. Начало светать. Часы тихо пробили пять часов утра. Лежать уже было бессмысленно, и я спустился вниз. В доме царила тишина. Было настолько тихо, что я слышал стук своего сердца. Ужасно хотелось есть, и я, постоянно оборачиваясь, побрел в поисках кухни. Конечно, я понимал, что, вряд ли, мне тут наготовлен целый стол еды на завтрак, но на кувшин воды я все-таки надеялся. На первом этаже коридоры были не менее запутанными, чем на втором. Повсюду весели картины, на которых люди куда-то показывали пальцами. Любопытство взяло верх, и я решил пойти по столь необычным указателям. Долго блуждать мне не пришлось. Через пару минут картины привели меня в зал с длинным столом посередине. Он пустовал. На одном из его концов одиноко стояли кувшин с прозрачной жидкостью и фарфоровая чашка с цветочным узором. Я не стал пренебрегать правилами безопасности и не притронулся к кувшину. Хоть это была, скорее всего, обычная вода, я не был уверен, что она не отравлена, так что решил дальше искать кухню. Там можно набрать воды из-под крана, в которой у меня будет больше уверенности. За спиной слышались тихие шаги. Я повернулся. Он стоял передо мной. - Вам не спиться? - спросил мистер Хендерсон. - Да, сложновато спать на голодный желудок, - я пытался держаться как можно непринуждённее, дабы не вызывать подозрений. - Знакомая ситуация, - он прищурился. - Буду очень признателен, если вы подскажете, где здесь кухня? - тихо сказал я, пока мой желудок пел арию голодающего кита, - Хочу немного выпить воды, а то есть ночью плохо для фигуры, - попытался пошутить, дабы не признаваться честно, что побаиваюсь здесь хоть что-то принимать в пищу. - Вы уж сильно строги к себе, - усмехнулся он, подойдя к столу, - Вашей фигуре ничего не повредит,- тут он сделал паузу и вкрадчиво рассмеялся, - Кроме, быть может, страшной аварии или дикого животного, что проголодается и решит вас съесть. Но в данный момент я не вижу в столовой ни машин, ни грозных волков. Так что спокойно можете есть, - мистер Хендерсон протянул мне чашку воды, - Но, если уж вы просто хотите пить, то, думаю, вы пришли в нужное место. Пейте, а про поиск кухни можете забыть. - Ох, спасибо, - я взял стакан и, переборов недоверие, немного отпил. С облегчением выдохнул: это просто вода. Он стоял, облокотившись на стол. В утреннем свете он был ещё краше. Синий костюм сменился темно-болотным пиджаком в паре с черными брюками. Волосы теперь немного торчали в разные стороны, но это ему шло: его внешность позволяла лёгкую небрежность. Расслабленно разминая шею, он поглядывал на меня. А я же просто стоял, не зная, что делать дальше. Спать точно уже не хотелось, читать больше нечего, для прогулки в город было слишком рано, а просто лежать очень скучно. Конечно, был вариант, сходить к машине и забрать вещи. Да, и на улице погода наконец успокоилась. Машина просто обязана завестись. Но, тогда у меня пропало бы алиби, и я не смог бы остаться. А значит, плакало мое расследование. Мистер Хендерсон, словно телепат, прочитал мои мысленные терзания. Он вопросительно поднял бровь и слегка потёр подбородок. - Не желаете ли прогуляться со мной по лесу? - в его вопросе, если судить по голосу и интонации, не было никакого подвоха, - Подозреваю, вы, так же как и я, уже не хотите спать. - Заманчивое предложение, боюсь, я не смогу вам отказать, - на слове "боюсь" невольно сделал акцент. Меня переполняло любопытство: неужели имеется в виду тот самый лес, в котором находили трупы? - В таком случае, ожидаю вас через десять минут в прихожей. Советую, одеться теплее, там должно быть прохладно, - его спокойных голос внушал доверие. Он быстрым шагом удалился, оставив меня одного. За минуту добравшись до гостиной, я забрал свои высохшие вещи и поднялся в свою комнату, которую в этот раз нашел очень быстро. Первое, что я заметил- лежавший на кровати комплект одежды: плотные брюки, красивая рубашка и утеплённый пиджак. Приятная на ощупь, качественная ткань рубашки пришлась мне по вкусу. На этот раз в пиджаке никаких записок не было. Я заглянул в шкаф, но моего вчерашнего костюма уже не было. Странно. Быстро переодевшись, я направился к прохожей. - Вы весьма пунктуальны, - увидев мой силуэт, похвалил меня он, - Прошло ровно десять минут и вот вы. - Не люблю опаздывать. - Очень хорошее качество, - он открыл дверь и размеренным шагом вышел. Я последовал за ним. Солнце постепенно поднималось над горизонтом, знаменуя начало нового дня. После дождя вокруг пахло небывалой свежестью. Под ногами копошились насекомые, выбравшиеся из своих укрытий. Девственная тишина прерывалась только щебетанием птиц вдали. Идиллия. Обойдя дом, мы подошли к огромной железной калитке, увитой виноградной лозой. С тихим скрипом отворившись после щелчка своего хозяина, она выпустила нас. Я ожидал, что лес окажется дальше от усадьбы, но после открытия двери мы тут же оказались среди высоченных деревьев, что не были видны из окон дома. Больше всего поражало то, что из моих окон лес виднелся лишь немного и очень далеко, а ведь комната, как раз, была с видом на эту калитку. Я обескураженно оглядывался среди древесных великанов. Мой рост и без того составлял не более ста семидесяти сантиметров, что является почти нижней границей среднего роста, из-за чего я часто чувствовал себя неловко, а тут, посреди огромных деревьев, я ещё сильнее ощущал себя лилипутом. Я, заглядевшись на красоты природы, не замечал, как седовласый мужчина целенаправленно вёл меня в глубь леса. Понял я это лишь в тот неловкий момент, когда мои непредназначенные для лесных прогулок броги начали хлюпать по грязи, и мне приходилось постоянно их отряхивать. Тогда, сначала немного запаниковав, стал озираться и искать глазами всё, по чему в дальнейшем можно вернуться обратно: необычные кустики, определённые деревья, странные камни, другими словами, любые ориентиры. Было уже достаточно светло, а вдали очень хорошо виднелась дорога, с которой мы быстро сошли в угоду приключениям, видимо (в моём случае, точно). - Позвольте поинтересоваться, - продолжал цепляться взглядом за ориентиры я, - Вы идёте в определённое место? Или просто, куда глаза глядят? - А вам принципиально? – риторически ответил вопросом на вопрос мой экскурсовод. - Нет, но всё же хотелось бы это знать, - у меня кончались варианты, по чему можно ориентироваться. - Хорошо, придём, узнаете, - усмехнулся он, его глаза блеснули, - Всё узнаете. Моё сердце бешено колотилось от страха неизвестности. Ноги вот-вот были готовы наотрез отказаться идти дальше. Хотелось сломя голову побежать обратно. Мозг сигналил об опасности. Но… кое-как совладав с ужасным волнением, я продолжал следовать за ним. Интерес побеждал страх. И я, мысленно уже прощаясь с близкими и родными, всё же не переставал шагать за ним. Вдруг, словно по взмаху волшебной палочки, перед нами предстала небольшая поляна, сплошь обрамлённая прелестными нарциссами. Жёлтые цветы расступились, пропуская нас внутрь. Я заворожённо осматривал местность, пока мистер Хендерсон, хищно улыбаясь, осматривал мою шею (я заметил это периферийным зрением, хотя про шею не совсем уверен). - Прекрасное место, не так ли? - мистер Хендерсон продолжал хищно улыбаться. - Не могу не согласиться, тут очень красиво, - ответил я, находясь на приличном расстоянии от него (на всякий случай), - Вы сами высаживали здесь нарциссы? - Прекрасное, чтобы уме...что? - вопросительно поднял бровь он: своим вопросом я его перебил. - Поляна окружена нарциссами. Вы их сами сажали? - мне было, действительно, это интересно. Он молча кивнул, - Это прекрасно, - улыбнулся я, - Как вам удалось сделать настолько ровные края? Цветы не выходят за границы определенного круга. - Ну, оно как-то само так получилось. Я особого труда не прикладывал, - немного смутился он. - Как вам удалось их так рано вырастить, да ещё и в тени? - удивление обуздало меня, - Они же любят свет, а тут сплошь деревья, что его перекрывают. К тому же, для них сейчас не пора, только-только конец апреля. Чем вы их удобряете, что они у вас настолько яркие и большие? - Честно говоря, я за ними особо не слежу, - отвёл глаза мужчина, - Просто посадил для красоты. - Да тут же просто изумительная почва! - восхищался я, - Если вы за ними почти не следите, но цветы у вас всё равно настолько изумительные, значит, вы просто прекрасный садовод. Не побоюсь этого слова, талант! - Вы мне льстите, - засмущался он, - А вы, я так понимаю, в цветах хорошо разбираетесь? - Не очень, но у меня у самого в саду растут нарциссы. Признаюсь, всегда подолгу с ними вожусь в конце весны, - я рукой провел по ярко- жёлтому раскрывшемуся бутону. -Правда? - спросил он, и я кивнул в ответ. Мистер Хендерсон стоял с немного растерянным видом, словно хотел что-то сделать, но забыл, что именно. Сейчас, он до одури был забавен с этим странным лицом, выражающим небольшую степень смущения. Неужели мои слова так на него повлияли? Но уже через минуту он сделался вновь серьезным и собранным. Посмотрев на меня свысока, он хитренько ухмыльнулся и, повернувшись, бодро прошагал вперёд. Опустившись на одно колено, мужчина наклонился к одному из цветков, затем поднялся и протянул мне аккуратный горшочек с самым красивым нарциссом, что я только видел. - Поставьте его пока в своей комнате, потом пересадите себе в сад, - сказал Хендерсон. - Ох, спасибо, это очень мило с вашей стороны, - улыбнулся я, забирая горшок. Руки у него, почему-то, были чистыми. Странно, - Даже не знаю, чем вас отблагодарить? - Думаю компания за завтраком мне не повредит. Сейчас же еда вашей фигуре не навредит, не так ли?- прозвучала колкая, но не обидная усмешка. - Нет, конечно, - рассмеялся я. Мне чертовски хотелось есть, и прогулка не особо от этого отвлекала. - Замечательно, - он направился обратно. Дорога обратно показалась мне куда короче. Не знаю, с чем это было связано, но факт оставался фактом: на обратный путь мы затратили меньше времени, и дорога явно была не такой длинной, хотя я точно помню, что к поляне мы шли этой же дорогой. С каждой секундной становилось все страннее и страннее. Столовая встретила нас уже приготовленной к нашему приходу едой. На столе стояли несколько тарелок с разными вариантами завтрака: яичница с помидорами и сыром, несколько разновидностей бутербродов, творожная масса с шоколадом, пара видов каш и миска с огромным количеством различных фруктов и ягод. У меня глаза разбежались от такого обилия еды. Хозяин особняка, как джентльмен, усадил меня за стол рядом с собой и налил мне в бокал шампанского, уверив в том, что оно способствует хорошему пищеварению с утра. Я, сердечно поблагодарив, принялся за трапезу. Я не стал накидываться на еду, как голодное животное, а положил себе на тарелку немного творожной массы и бутерброд с творожным сыром и лососем, насыпал из миски горсть ягод и взял спелую грушу. Этого количества пищи на завтрак мне должно быть более чем достаточно. - Кстати, как вам спалось? - сказал мистер Хендерсон, прожевав кусок яичницы, - Надеюсь, вас кроме меня никто не тревожил. - Нет, никто, даже вы, - отпил глоток шампанского я. Груша меж тем оказалась очень вкусной. - Даже я? - удивлённо поднял одну бровь мистер Хендерсон, - Я смел предполагать, что в полночь вас сильно потревожил. - О, нет-нет, я быстро заснул, - я слегка нервно ответил, откусывая маленький кусочек бутерброда. - Всё равно, приношу свои искренние извинения, - он посмотрел мне в глаза, из-за чего мне стало немного не по себе. Его взгляд не был злым, скорее просто подозрительным. - Спасибо, - поблагодарил я, закончив трапезничать, - Наверное, мне стоит сходить к машине и посмотреть, что с ней случилось. - Вы не против, если я пройду с вами? - поинтересовался мужчина. - Нет, не против, - улыбнулся я. Оказалось, что моя машина припаркована относительно недалеко от дома. Вечером, во время ливня я даже и не заметил, насколько близко от усадьбы она сломалась. На удивление, с ней всё было в порядке. Ничего не сломано, бензина почти полный бак, колеса не проколоты. Странно. Тогда почему она не может сдвинуться с места? Ее будто бы огромным гвоздём прибило к земле. Может что-то с днищем? Я уже хотел спуститься вниз и посмотреть, когда мой временный спутник сел на руль и с первой же попытки завел её. Прошептав что-то (кажется, это было имя. То ли Тесса, то ли Джесси, а может вообще Бесси), он нежно погладил руль и сделал небольшой кружок вокруг меня. - Видимо, я ей нравлюсь больше, чем вы, - рассмеялся мистер Хендерсон, вернув машину на прежнее место. - Никогда бы о таком не подумал, - обескураженно сказал я, наблюдая за этим чудом. Вдруг, я заметил, что мистер Хендерсон не отражается в зеркале заднего вида. Обычно, как бы человек не сидел, хотя бы краешек лица будет отражаться. Тут же, на сидении автомобиля была пустота. Только, как мне показалось, виднелись воротник пиджака и оборки рубашки. Я протёр глаза- ничего не изменилось. В памяти всплывало лишь одно слово: "вампир". Я почувствовал холодок, пробежавший по коже. Картина начинала постепенно складываться. Клыки. Уши. Полуночный визит. Всё сложилось, как два плюс два. Я опешил. Но по прошествии минуты, ступор прошел, и я взял себя в руки. В этот момент, паника была не лучшим вариантом. Даже не худшим. Это просто не вариант, в целом, самая действенная тактика- действовать рационально и держать голову в здравии. Сделав вид, что ничего не заметил, я на свой страх и риск подошёл ближе к машине. Если что, рядом небольшой городок, есть возможность сбежать. Мистер Хендерсон вышел из машины и во весь рост выпрямился, наслаждаясь солнечным светом. Я с опаской посмотрел на него, а затем обескураженно вытаращил глаза. Стоп! Солнечный свет! Вампиры ведь должны бояться его. А он стоял, как ни в чем не бывало, и, чтоб его, буквально шурился словно довольный кот, под лучами весеннего солнца. И почему я этого не заметил ещё на поляне? Тогда он не вампир, получается? Но клыки и уши? Но кровь на полянке, о которой я вспомнил только в этот момент? Что делать со всем этим? У меня разболелась голова от всех этих вопросов, и настолько сильно, что я чуть не потерял равновесие. Лишь капот, вовремя оказавшийся под моей рукой, помог мне сохранить вертикальное положение, правда, очень неустойчивое. Мой спутник заметил это и, нисколько не смутившись, одной рукой стал придерживать меня за плечо. - С вами все в порядке? - обеспокоенно спросил он, и во рту блеснули длинные клыки. - Да-да, в полном, - испуганно отпрянул я. - Не похоже, - он нахмурил брови, - Вам не хорошо, и это видно. - Нет-нет, уверяю вас, всё отлично, - пошел на попятную я, хотя сам понимал, что это совсем не так. Но в данный момент, мне было необходимо находиться в сознании. Голова гудела от напряжения, а ноги подкашивались. Это было очень подозрительно, ведь раньше, сколько бы вопросов не реяло в моей голове, я находился в полном порядке, ничего не болело. А сейчас... Я почувствовал, что теряю сознание. Сердце в грудной клетке словно устало биться, постепенно замедляя ритм, и разум постепенно покидал меня. Последнее, что я помню: испуганный, но будто бы довольный взгляд мужчины.