А ведь мы просто, хотели их помирить...

— Саша, ты как? — спросил Герман, подбегая к русскому. — Да нормально вроде. Только рука побаливает. — Потряс немного рукой, потирая ушибленные бока. — Дай посмотрю. Спустя пару минут. — Ну что? — раздалось за спиной немца. — Если не ошибаюсь то сильный ушиб, перелома как такового нет. — произнес, повернув голову в сторону Владимира. — Это хорошо. Нужно вернуться. Мало ли что. Да и помощь оказать. — Хорошо. — согласился Гера. - Рейх? — Союз кинул взгляд на нациста. — Согласен. — пожал плечами. — Сейчам в палатку за вещами и выдвигаемся. — скомандовал Совет, осторожно беря сына на руки. Собрав все вещи и сложив палатку, компания двинулась к дому, путь до которого не очень то и долгий. Идти 30 минут, не долго, но с раненым будет чуть дольше. Через 50 минут, наши герои дошли до места назначения. Зайдя в дом Владимир прямиком двинулся в комнату Александра. — Пап. Я сам могу идти, у меня рука болит, а не нога. — Нет, донесу. Мы не знаем точно, что у тебя болит. — Пап. — Я сказал нет, и не спорь. — произнес коммунист, входя в комнату. Подойдя к кровати, Союз осторожно положил сына. — Господин Владимир, позвольте я досконально осмотрю Сашу? — Ты? — чуть презрительным тоном, произнес Владимир и посмотрел в глаза немцу. — С чего бы? Я тебе не доверяю. — сощурил глаза. — Я только осмотрю, у меня есть медицинское образование, так что он не пострадает, обещаю. -… — Пап, ему незачем мне вредить. Мы друзья. Союз закрыл глаза и сложил руки, в ожидающем жесте. — Хорошо. Но если с ним что-то случится, придушу тебя и твоего папашу. Усёк? — Да. — после этих слов, русский развернулся и направился к выходу. Выйдя, закрыл за собой дверь. — Боже, он и правда угрожающе выглядит. — идя к Александру, произнес Гера. — Тебе не стоит бояться, я не позволю ему тебя обидеть. — улыбнулся. — Хорошо. — улыбнулся в ответ. — Что-то болит помимо руки? И дай сниму футболку, нужно осмотреть. — Угу. — Саша выпрямился. Давая Герману снять с себя ткань одежды. — Помимо руки, больше вроде ничего не болит. Хотя, голова немного. И все. Немец снял осторожно футболку и отложил её. — Я тебя понял. Надеюсь сотрясения нет. Без обследования не могу сказать точно, поэтому пока дам таблетку. Хотя она вряд-ли даст большого эффекта. Так… тут больно? — немного надавил на ребра. — Нет. После осмотра. — Ну что скажешь? — поинтересовался демократ, одевая широкую футболку. — Ну что скажу. Как я и говорил, у руки сильный ушиб, быстро непройдет. Есть вероятность сотрясения. Тут нужно обследование, для точного результата. Так, вроде больше нет ничего серьёзного. Повезло что отделался так легко. Я наложил повязку, сейчас принесу обезболивающее, тебе нужно лежать и стараться не шевелить сильно рукой. Боюсь что будет гематома. — Да все нормально будет, не переживай. — Совсем себя не бережешь. — покачал головой. — Какой уж есть. — посмеялся. — Я пойду скажу, господину Владимиру что с тобой, а ты отдыхай. — Хорошо, так и быть. — Я ушёл. — дверь захлопнулась за немцем. Союз сидел в гостиной, с чашкой кофе напротив Вильгельма и наблюдал за ним, как питон выслеживающий свою добычу. Но отвлёкся от своего занятия, когда услышал шаги на лестнице. Повернул голову к источнику звука. — Как он? Есть что то серьёзное? — приподнял бровь Союз, отпивая кофе. — Сильный ушиб руки, возможна гематома. Так же есть вероятность, сотрясения мозга, но это вряд-ли. Синяки и несколько царапин. — Понятно. — посмотрел в окно. — когда он придёт в норму? — Лечение займёт около трёх месяцев, до полного выздоровления. Рукой сможет более менее пользоваться, уже через месяц, может чуть больше. — Гера посмотрел мельком на Рейха и вернул взгляд обратно на Советский Союз. — Сейчас он отдыхает в комнате? — Это так. — Хорошо. Пусть отдыхает. Завтра я его навещу. Ты тоже иди. — Хорошо, доброго вечера, господин Владимир, папа. — Герман отправился к себе в комнату. — И тебе. — произнес нацист, наблюдая за уходящим сыном. - Я тоже пойду. Отдыхай. - встал с места Союз и посмотрел на Вильгельма. - Хорошо. Ты тоже. - посмотрел в ответ. Но уже через пару секунд вернул глаза к тексту книги, которая всё это время, лежала на коленях. Ничего не ответив, Совет ушёл. Было слышно, как за ним захлопнулась дверь. В доме наступила гробовая тишина. Всю эту идиллию, прерывало лишь тиканье настенных часов и дождь за окном. - М-да, что-то разошёлся ливень, видимо это надолго. - произнес Рейх, повернув голову в сторону окна. Дождь стучал по окнам, словна намереваясь разбить его на мелкий стёклышки. Тучи за окном сгустились ещё сильнее, и почернели пуще прежнего, усилился ветер, что до этого только лишь, немного поддувал. - Пойду-ка и я отдыхать в комнату. - встал с кресла Вильгельм, на котором сидел всё это время. Утро следующего дня. Владимир стоял за плитой на кухне и готовил завтрак, напевая какую-то советскую песню. На завтрак он готовил овсяную кашу с сухофруктами. - Так, все готово. Надо Сашу разбудить. - Союз снял фартук, убрал его в шкаф и направился к выходу из кухни. - Саша, я войду? - ответом Владимиру была тишина. Постояв с минуту, он зашёл. В комнате никого не было. - Где он? - коммуниста это взволновало. Осмотря комнату он обнаружил, что все вещи на месте, но самого России не было. Но тут Союз услышал голоса из коридора. Направился туда. - Саша? Где ты был? И почему ты.. с ним? - спросил выйдя из комнаты сына Владимир. Он посмотрел с недоверием на немца, потом на сына. - Отец? - удивился Александр. - Что тут делаешь? - У меня к тебе, тот же вопрос. - проворчал Совет, сощурив глаз. - Я.. я был у Германа.. - И что ты забыл у этого нациста? - Болела рука, поэтому я плохо спал. Решил с Герой поспать, всяко лучше чем одному. - пробормотал Сашенька. - Почему с ним? - А с кем ещё!? - прикрикнул демократ. - С тобой? - Почему бы и нет? - Издеваешься? - Все, хватит! Я пришёл позвать тебя завтракать. Жду на кухне. - уходя Вова недоверчиво и с небольшим презрением посмотрел на немца. Развернулся и ушёл. - Фух. Я думал уже все. - все ещё держа за руку Росса, произнес Гера. - Все хорошо. Идём? - улыбнулся Россия. - Да, идём.