А ведь мы просто, хотели их помирить...

Вечером, того же дня. Герман сидел в своей комнате и занимался работой, печатая что-то в ноутбуке. — Это я сделал. Осталось только переслать Сигманду. — бубнил он сам себе. — Точно! — вскрикнул немец. — Я же забыл обработать раны Саши. — Гера отложил ноутбук и встал с кровати. Немного приведя себя в надлежащий вид, он взял все необходимое и двинулся к России. Стук в дверь. Россия повернул голову в сторону звука. — Входи. В комнату вошёл Германия. Одет был не просто, но со вкусом. На нем была футболка чёрного цвета, довольно широкая, или как сейчас говорят оверсайз, по верх футболки кофта. Внизу одеты серые штаны и тапочки. — Извини что я так не ожиданно. — подходя к кровати подал голос немец, тем самым привлёк внимание Александра, который все это время смотрел на то как был одет гость. — Да ничего. Садись. Так. зачем пришёл? — Хотел спросить как рука, и раны обработь. — Да все нормально. Рука меньше болит. — произнес Саша и поднял её говоря " Вот, все с ней в порядке, сам посмотри. " — Допустим. Тогда давай я перебинтую и обработаю другие раны. — Хорошо. *** — Вроде все. — убирая обратно принадлежности, сказал Герман. — Я тогда пойду, отдыхай. Если что ты знаешь где меня искать. — Хорошо. Гера поднялся с кровати и пошёл в сторону двери. Но остановился так как что то его держало. Он осторожно повернул голову. — Саш? Ты чего? — Герман смотрел на него удивленными глазами. — Извини. Но не мог бы ты остаться со мной? — Эм. ну хорошо? — после этих слов Саша отпустил немца и они вернулись обратно на кровать. — Тогда я посижу с тобой, а ты отдохни. — Только если ты ляжешь со мной. — произнёс ухмыльнувшись. — Эй! Наглеешь…! — возмутился было младший нацист, но не успел договорить, как упал в объятия демократа. — Много возмущаешься. — улыбнулся. — Ну и ладно. — надулся Гера. — Не дуйся, дудка. — Сам ты дудка! Все спи уже. — Хорошо, хорошо. Прошло около 30 минут. Александр мирно посапывал, прижавшись лицом к груди немца. Немец же в свою очередь уснуть не мог, просто лежал и смотрел куда-то в одну точку. Но вскоре тоже уснул. Утро следующего дня. 8.35. Германия приоткрыл глаза и сщурился от яркого света из окна. Пробормотал что-то вроде того, что нужно было вчера закрыть окна шторой. Смотря в потолок, немец слушал щебетание птиц на улице. Пролежал так пару минут, Герман заметил что на него смотрят. Повернув голову увидел Александра, мирно смотрящего на него. — Доброе утро. — подал первым голос русский, прервав тишину и щебетание птиц. — Доброе. — махнул головой Гера, и потянулся. — Ты хорошо спал? — Да, вполне. А ты? — Наудивление хорошо. Меня часто бессонница мучит, но пока спал с тобой её не было. — Это хорошо. Хоть нормально поспать смог. — Угу. — Герман потянулся руками к русскому, и повалил его обратно на постель. — Ты чего, Гер? — Давай еще полежим. — промычал немец стараясь открыть глаза, но они его не слушались и все равно закрывались. — Хах. Хорошо, будь по твоему. — улыбнулся Росс и улегся поудобнее, обнимая «своего» немца. Только эта парочка стала засыпать, как в комнату постучали. Стуки были настойчивыми. Человек явно не собирался просто так сдаваться. — Кто там? — наконец проснувшись окончательно спросил Александр и аккуратно угадал Германа. — Это я сын. — послышалось с той стороны двери. — поговорить хотел. Захожу. — Стой! — крикнул Саша первое что пришло на ум. — М? Почему? Что ты там делаешь? — Я. я, давай попозже поговорим. Я сейчас немного занят. — Нет, нужно сейчас. И чем же ты там таким занят, раз не можешь поговорить со своим отцом. — Я переодеваюсь пап. — И что? — Ну. пап. Говори тогда там. — Хааа. Ладно. 73916 7392 46 2927 5739. — 291 4628 4773 488282 4782. — Ответил отцу Россия. — Тогда я пойду. Сходу за Германией как оденешься и завтракать. — Хорошо. — выдохнул демократ, так словно бежал 10 километров, без остановок. Союз ушёл. — О чём вы говорили? Что это за цифры. — А? А. Это что-то типо нашего собственного языка, который понимаем только: я, отец, Мария, Ольга и Жайным. — Ого. Вы часто общаетесь на нём? — Не особо. В редких случаях. Как сейчас например. Что бы вы не поняли о чем мы говорим, это наше, семейное. — Хорошо, я понял. Не буду лезть с расспросами. — Спасибо. — Угу. — Идем завтракать? — спросил Саша, идя в ванную. — Да, конечно. Саша скрылся за дверью ванной. Встав с кровати Гера потянулся, немного размял затекшие конечности и принялся за уборку кровати. Заправив её, немец оглядел комнату в которой жил Россия. Комната сделана скромно, но при этом, очень уютно. Через пару минут вышел русский из ванной. Уже умываться пошёл Герман. Через 30 минут, оба были собраны. — Готов? — поинтересовался Сашенька у своего любимого. — Да. Идём. Они вышли из комнаты и пошли в столовую. Только появившись в проходе, взгляды Вильгельма и Владимира устремились на них. — Доброе утро, выспались? — добродушно улыбнулся Рейх и ухмыльнулся. — Да, а вы? — проходя за стол спросил Россия. — Вполне. Садитесь. — Вильгельм поставил тарелки с едой, перед Александром и Германом. — Приятного аппетита. — Спасибо. — вместе сказали русский и немец, и улыбнулись друг другу. Владимир посмотрел сначала на Вильгельма, потом на детей и нахмурил брови. — Хватит брови хмурить. Пей кофе. — закатил глаза Рейх и сел напротив. — Ага. — ответил сухо Союз. — Это правда Александр, что между тобой и этим нацистом, что твоё есть? — С чего ты взял отец? — вопросительно посмотрел на отца Саша. Гера же подавился чаем от такого заявления. — Не важно. Так это правда? — сурово спросил коммунист и нахмурил брови. — Нет. — сказал как отрезал демократ. — По крайней мере пока. — Что значит «пока»?! — прошипел сквозь зубы Союз. — То и значит. Да, признаюсь. — Александр повернул голову к Германии, в шоке смотрящего на русского. — Гера мне нравится. Точнее, я его люблю. И тебе отец, я не позволю помешать мне, добиться моей любви. — Я. твоя любовь? — пробормотал на одном дыхании младший немец. — Да. Могу я рассчитывать на то что и ты ко мне хоть что-то испытываешь? — улыбнулся доброй, заботливой и милой улыбкой Саша. — Да. да, можешь. — отвел смущеный взгляд от Федерации, Германия. — Нифига себе. — произнес Вильгельм. — Ну вы конечно удивили ребятки. Ну чтож поздравляю тогда. — Не бывать этому! — крикнул Совет и встал из-за стола. — Не позволю, чтобы какая то нацистская псина, была с моим сыном! — Отец! Это моя жизнь, и мне решать с кем я буду, и никак не тебе! — повысил в ответ голос демократ. — Да как ты смеешь. — Смею! — Надо было тебя к деду отправить! Пожил бы у него и невёл себя так, как сейчас! — Да лучше бы я и правда у деда жил, чем с тобой. Тебе то не нравится, это не нравится. Да вообще существует ли то, что может тебе нравится?! — начал уже кричать Россия. — Какая разница! Мы говорим не обо мне, а о тебе! — Да что ты! — Александр сжал зубы, аж до скрипа. — Спасибо за завтрак, я пойду. — Более спокойно сказал русский и ушёл. — Тц. Не благодарный. — Я тоже пойду пап, большое спасибо. — обратился Гера к Рейху. — Да, иди конечно. Германия покинул столовую. Перед тем как вернуться в комнату он пошёл к Александру, мало ли что. Поддержать его, что бы не терзал себя ничем. Подойдя к комнате постучал. — Саш. это я Германия. Можно войти? — в ответ тишина. Гера не стал дожидаться ответа и вошёл. Нашёл он русского на кровати, смотрящего куда-то в стену. — Саш. — тихо проговорил немец и сел рядом. — Давай обниму тебя? Полегче станет. -… — в ответ тишина. — Сашенька. Ну ты чего, он просто был в шоке от услышаного. Все будет хорошо, не грусти ты так. Я с тобой, и папа поддержал нас. — Может ты и прав. — прошептал Росс. — Я обниму тебя? — Конечно. Я не против. — Спасибо, что ты со мной. — Не нужно меня благодарить. Я же люблю тебя. — поцеловал в лоб. — Поспи немного. — Угу. Можешь мне спеть какую нибудь колыбельную на немецком? Слышал они красивые. — Хорошо. — Спасибо. — Саша улегся по удобнее и стал слушать. — Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein, Du gähnst schon, komm' kuschel' dich ein. Ich sing' dir noch ein Lied, Ich freu' mich so, dass es dich gibt. Ich wünsch' dir eine gute Nacht Wir seh'n uns wenn wieder die Sonne lacht. Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein, Wir lieben dich schlaf jetzt ein. Wir lieben dich schlaf jetzt ein.