Ненавижу тебя меньше всех

***

Следующие несколько дней пролетели будто в сладком бреду. Тэхён летал на крыльях. Буквально. Нет, правда. Он чувствовал, будто в него кто-то вдохнул жизнь. Днем они с Чонгуком занимались. Довольно успешно. Как и обещал, Ким отобрал у него костыль. Теперь Чону приходилось, кусая губы и потея, передвигаться, используя и больную ногу в том числе. Он бесился. Но с этим Тэхён легко справлялся. Подъебы еще никто не отменял. Конечно, это не совсем вязалось с образом профессионала. Но, как говорится, и отношения у них явно вышли за эти рамки. Потому что ночи… Ночи были потрясающими. Тэхён окончательно обосновался в комнате Чонгука. Обжился в ней. И каждую ночь получал порцию отменного, умопомрачительного секса. Он чувствовал себя как никогда удовлетворенным. И, можно сказать, уверенным в себе. Грустные мысли никуда не делись. Но их удавалось все чаще запихивать куда-нибудь на край сознания. На самую грань. Игнорировать. Чонгук тоже выглядел куда лучше, чем в первые дни. Он улыбался. Искренне. А не как для рекламы зубной пасты. Сейчас они делали очередной комплекс упражнений. Тэхён видел, что Чон устал. Но он мог еще. Его тело могло больше. — Бля, — произнес Чонгук на выдохе, садясь на скамье, — давай перерыв, док? Я немного освежусь. Он действительно вспотел. Но Тэхён лично не видел в этом ничего плохого. Потный Чонгук в одних коротких оранжевых шортах вызывал желание лишь продолжать. Продолжать работать, конечно. — Ты такой лентяй, — Ким закатил глаза. — Ладно, у тебя десять минут. И захвати мне воды из холодильника. — Может, пива? — Чонгук поиграл бровями. — Мистер Чон, не шутите со мной, — Тэхён недобро сощурился. Но они оба знали, что угрозы Кима давно уже не работали. Чонгук, прихрамывая, ушел в дом, а Тэхён присел на плетеное кресло. Он достал телефон, чтобы ответить на пару сообщений. Ему написал его руководитель по поводу статьи. Ох. Со всеми своими страстями Тэ совершенно забыл о работе. Ему даже стало стыдно. Совсем немного. Быстро напечатав, что текст практически окончен, он вздохнул и отложил телефон. Чонгука все не было. Немного раздраженный его разгильдяйством, Тэхён решил пойти на поиски своего пропащего пациента. В доме царили послеполуденная ленивая дремота и полумрак. Здесь было прохладней, чем снаружи. Негромко гудела сплит-система. Чон явно был их фанатом. С кухни послышался звук захлопнувшейся дверцы холодильника. Тэхён направился в ту сторону. Чонгук стоял спиной к нему, Тэ невольно завис на ней. Такой красивой и рельефной та была. Видимо, он подошел совсем бесшумно. Потому что Чонгук явно не заметил его прихода. — Вот черт, последняя, — выругался Чон. Судя по его движениям, он что-то вытряхивал себе на руку. Тэхён вдруг вспомнил. И похолодел. — Чонгук, — позвал он, чувствуя, как пересохло в горле. Мужчина мгновенно обернулся. Он выглядел немного испуганно. Словно, преступник, пойманный на краже. Взгляд Тэхёна скользнул к его рукам. Ну, конечно, чертов «викодин». Поиграв желваками, Ким посмотрел на Чонгука тяжелым взглядом. — Серьезно? — Блядь, — Чонгук отшвырнул пустую баночку в сторону. Та укатилась под стол. — Да! Серьезно! Тебе какая, к чертям, разница? Это не твоя забота. Мне больно. Ты забрал у меня чертов костыль. Думаешь, легко терпеть твои долбанные нагрузки без обезбола? — Чонгук, — Тэхён сжал руки в кулаки. Те буквально чесались, чтобы начистить Чону его глупое лицо. — Если ты не справляешься с нагрузками, ты должен мне об этом сказать. Понимаешь? Сказать! А не глотать это дерьмо. Я уже видел их раньше. Но надеялся, что ты пил их только после травмы. — Так и было, — Чонгук подошел к раковине и смыл капсулу водой. Потом обернулся и прислонился поясницей к столешнице. — Я не наркоман. У меня не было привязанности к этому дерьму. Просто… — Просто ты не умеешь признавать собственную слабость, — раздраженно бросил Тэхён. — Хоть в чем-то. Он не мог понять своих эмоций. Он злился. Но еще он чувствовал себя немного преданным. Наивно полагавший, что Чонгук начал ему доверять, Ким Тэхён сел в лужу. — Тэ, — в голосе Чона слышалось что-то вроде раскаяния. — Тренировка на сегодня окончена, — ответил Тэхён. — Мы перейдем на другую программу. Попроще. Чтобы тебе, — он неопределенно махнул рукой, — не пришлось больше пиздеть мне. — Тэхён! — а вот теперь Чонгук разволновался. Неужели дошло, что он облажался? Но Тэхён сейчас не хотел его слушать. Ему нужно было немного остыть. — Я пройдусь, — коротко произнес он и вышел из кухни.

***

Вот странно. Это ведь была не первая их перепалка. Но отчего-то именно сейчас Тэхён чувствовал себя так паршиво, как никогда раньше. Ничего смертельного не произошло. Просто это было дерьмово. И все. Тэ сделал глубокий вдох и сжал переносицу. Реветь из-за подобной хуеты он точно не станет. Тряхнув головой, он пошел прямо по дорожке, в сторону беседки. Надеялся, что отсидится там и успокоится. То, что Чонгуку было поебать на то, что подумает Тэхён, очевидно. Да что там, он это сказал прямо и четко. Тэхён с самой первой ночи знал, что для Чона их отношения — всего лишь секс. Способ снять напряжение. Хотя какие уж там отношения. Это Тэхён увидел больше, чем было нужно. То, что хотел. Чонгук ничего ему не обещал. Абсолютного доверия — так уж точно. Глупо все это. Взрослый, двадцатитрехлетний парень сидит и хнычет из-за разбитого сердца. Тэхён криво усмехнулся сам над собой и смахнул со щек злые слезы. Надо взять себя в руки и просто прекратить это. Он сможет. А Чонгук… Что ж, Тэхёну было откровенно плевать, что там решит Чонгук.

***

Когда Тэхён вернулся в дом, Чона нигде не было видно. Видимо, ждал его в спальне. В надежде, как обычно, решить все сексом. Хер там плавал. Тэхён прямым ходом направился в гостевую спальню. Он знал, что София там убрала. И собирался хорошо выспаться этой ночью. Если удастся, конечно. Раздевшись, он просто упал на кровать, не потрудившись даже расстелить постель. Ему ничего не хотелось. «Это не твоя забота» — сказал ему Чонгук. Слова, будто каленым железом, хлестали Тэхёна. Они были болючими, злыми. Сказанными сгоряча. Но все равно обидными. Так, жалея себя и свое глупое сердце, Тэ забылся чутким, нервным сном. Его разбудил громкий стук распахнувшейся двери о стену. Проморгавшись, Тэхён сел в кровати и увидел Чонгука. Злого, очень злого Чонгука. — Я, блядь, думал, с тобой что-то случилось! — рявкнул Чон, сжимая кулаки. Тэхён не мог понять, который час. Но за окном стояла кромешная тьма. — Я весь сад обошел, — продолжал беситься Чонгук. — Пока не додумался, куда ты мог подеваться. — Ну, — Тэ закатил глаза, — убедился, что я жив. Теперь дашь поспать? — Тэхён, — Чон немного сбавил тон. — Понимаю, я облажался. Но мы можем просто поговорить? — Хорошо, — Тэхён безразлично пожал плечами. — Поговорим утром на тренировке. — Вот так, значит? — Чонгук вцепился рукой в дверной косяк. Было видно, что он устал. Видимо, прогулка по саду далась ему тяжелее, чем можно было бы подумать. У Тэхёна сжалось сердце. Но это не его забота. Его забота — поставить Чона на ноги. И ничего больше. — Вот так, значит, — бесцветным голосом повторил Тэхён. Ему хотелось обнять Чонгука, поцеловать его. Сказать кучу ненужного сопливого дерьма. Но он нашел в себе силы сдержаться и не опозориться совсем уж в край. — Хорошо, — произнес наконец Чонгук. Он смерил Тэхёна долгим тоскливым взглядом и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Вдруг Тэхён ошибся? Может быть, Чонгук тоже что-то чувствовал к нему?

***

Утром Чон выглядел хмурым и сосредоточенным. Он просто поздоровался с Тэхёном и сразу приступил к тренировке. Тэ, который терзал себя идиотскими мыслями всю ночь, растерялся. Он уже был готов простить Чонгука и пойти на попятную. Но Чон, похоже, решил, что разговоры ни к чему. Проглотив ком в горле, Тэхён подкрутил пружины тренажера. Это нужно было делать ежедневно. Постепенно увеличивая нагрузку. Но памятуя о болях Чонгука, он решил сократить количество подходов. Ему было важно, чтобы Чон полноценно вернулся к спорту. А не сорвал себе мышцы. Чон не отпускал пошлых шуточек. Да и в принципе был довольно молчалив. Тэхён монотонно отсчитывал движения, подходы. И с каждым произнесенным словом, говорить ему становилось все труднее. Неужели он своим психом все испортил? Понятно, что о какой-то любви между ними и речи не шло. Но со стороны Чонгука была хотя бы симпатия. Сейчас же казалось, что Чон испытывал если не неприязнь, то весьма прохладные чувства к Тэхёну. День пролетел как во сне. Они толком не общались. Лишь по делу. И как только тренировка была окончена, Чон ушел в душ. Тэхён решил, что сейчас самое время собрать свои вещи. Хотя бы часть. Переносить все было бы слишком долго. У него подрагивали пальцы, когда он стряхивал с вешалок свои рубашки и майки. Собрав лишь самое необходимое, он огляделся и закусил губу. Тут в ванной стихла вода, и Тэхён, как самый последний трус, просто убежал из комнаты. С лихорадочно колотящимся сердцем он буквально влетел в свою спальню и закрыл дверь. Господи. Какой же он придурок. Прикрыв глаза, Тэ устало вздохнул. Ладно, он справится с этим. Чонгук и сам решил все прервать. Значит, оно и к лучшему. Все к лучшему.

***

Два дня спустя, когда измученный очередной бессонной ночью Тэхён варил себе кофе, на кухню зашел и Чонгук. До этой минуты им как-то вполне успешно удавалось избегать друг друга хоть где-то, помимо террасы, на которой проходили занятия. — Доброе утро, — довольно бодро поздоровался Чон. Тэхён сгорбился. Нет, он был рад, что Чонгук чувствовал себя отлично. Но вот сам он был похож скорее на раздавленную автомобильным колесом кожуру от банана. — Доброе, — пробормотал он и выключил конфорку под туркой. Налив напиток в чашку, он наконец обернулся. И успел увидеть внимательный и грустный взгляд Чонгука. Впрочем, тот быстро отвел глаза, Тэхёну могло показаться. — Кхм, — Чон облизнул губы. — У нас все немного не заладилось. Я понимаю, ты на меня злишься. — Тэхёну хотелось сказать, что нет, но Чонгук уже снова продолжил: — Но у меня к тебе опять просьба. Вечером приезжает моя мать. Видит бог, я пытался отвадить ее, как мог. Но ты не знаешь эту женщину! Тэ вспомнил тот разговор с Туан и невольно усмехнулся. Это была его первая улыбка за последние дни. Он понимал, к чему клонил Чонгук. — В общем, пожалуйста, помоги мне, — выдохнул Чон. — Сыграй опять моего жениха! — Тэхён улыбнулся уголком рта, немного оттаивая. Таким отчаянным выглядел сейчас Чонгук. Он реально боялся свою маму. — Я даже готов доплатить тебе! Что? Улыбка сползла с лица Тэхёна. — За кого ты меня принимаешь? — мертвым голосом произнес он. Чашка скрипнула в его руке. Так сильно он ее сжал. — Извини, — Чонгук взъерошил себе волосы. — Блядь, Тэ, прости! — он кинулся к Тэхёну, обнимая его за плечи. — Просто она со свету меня сживет, после всего, что ей понарассказывала Туан. — А я тебя предупреждал, — слова давались Тэхёну с большим трудом. Но он старался не показать, как его задело предложение Чона. — Хорошо, я помогу тебе. Но никаких денег мне от тебя не нужно. — Спасибо, — Чонгук широко улыбнулся. — Ты чудо. Ты просто чудо. И он попытался поцеловать Тэхёна. Как будто, блядь, ничего не произошло. Как будто он не игнорировал Тэ последние два дня. Тэхён вывернулся и отошел на шаг. — Я помогу тебе, Чон, — холодно добавил он. — Но ты ко мне и пальцем не притронешься.