Аукцион любви

                                                            С любимым хорошо везде,                                                             И у костра, и у пруда.                                                             Не бросит он тебя в беде,                                                             Он скажет «это ерунда»!       Двери автобуса отворились. Первым на горное шоссе вышел красивый стройный парень в походной одежде и высоких ботинках на шнурке. Черные очки не позволяли проследить за его взглядом, но по движениям головы было видно, что он осматривается. Чья-то рука с автобуса подала ему сначала большой рюкзак потом чехол с палаткой и еще какие-то свертки. Парень взял всё это и нагрузился как грузчик в порту. Вслед за вещами на шоссе вышла красивая девушка одетая тоже по-походному и в точно таких же очках. У неё был только один рюкзак, как видно мужчина предпочитал беречь её силы. Наконец с автобуса рука об руку вышла еще одна пара, девушка была ниже первой, но тоже красивая впрочем, как и её парень. Одежда парочек была очень похожа, видимо подчиняясь какому-то одним им известному дрескоду. Правда у этого парня было меньше вещей, но это только потому, что Жо Бай еще не совсем восстановился, и Чан Аню пришлось частично потеть за двоих, но он целиком и полностью вознаграждался сияющей благодарностью улыбкой и влюбленным взглядом Синь Сивы.        Итак, мы видим, что наши герои всё-таки выбрались в горы. Чан Ань смирился с нежелательным соседством, но все, же держался с Жо Баем холодно.       Они стояли на дороге, по обеим сторонам которой стояли зеленые стены, маня неизведанным. Шоссе уходило куда-то в сторону поэтому, углубившись в лес, они пошли бы в дикие горы. Чан Ань, тренер по профессии и по характеру, взял на себя труд руководить экспедицией. По его команде путники углубились в лес, который мигом их проглотил зловеще зашумев. Шли, весело переговариваясь, но даже в этих разговорах были нюансы, Жо Бай и Чан Ань не обменялись и словом, вернее второй оставлял без внимания реплики первого. После двух часов ходьбы Байцао сказала:       -Тренер, давайте отдохнем, Жо Бай устал. Посмотрите, весь вспотел – и она начала бережно отирать ему пот платком. Чан Ань сел прислонившись спиной к стволу дерева, Синь Сива протянула ему бутылку с водой.       -Устала? – спросил он и жестом показал сесть рядом. Синь Сива отрицательно покачала головой, но, тем не менее, устало откинулась на ствол.       -Я же вижу, устала! Зачем обманываешь? – с укоризной сказал он – отдыхаем пятнадцать минут!        Весь день путники шли всё дальше и дальше. В шесть часов они оказались на живописной лужайке у озера. Озеро было небольших размеров и окружено лесом, но все, же прекрасно прогревалось жарким солнцем.       -Давайте здесь! – в один голос вскрикнули Синь Сива и Байцао. Заранее было договорено, что место для лагеря выберет прекрасная половина маленькой компании. Мужчинам пришлось сооружать палатки, а девушкам готовить ужин.       Жо Бай и Байцао сидели у костра. Чан Ань и Синь Сива куда-то, как говориться сдымили и влюбленным никто не мешал.       -Жо Бай, почему вы с Чан Анем не разговариваете? – спросила Байцао.       -Он обижен на меня, и ты знаешь почему, но я думаю, это пройдет. В сущности, он хороший человек он мне нравиться.       -Я, правда, хочу, чтобы ваши отношения наладились.       -Так и будет – сказал Жо Бай, успокаивающим тоном взяв одной рукой руку Байцао, а другой, поглаживая её по голове.       -Знаешь, когда я смотрю на звездное небо, я вспоминаю, как Тинхао утешал меня, и я говорила со звездами как с тобой. Сейчас это кажется таким нереальным как кошмар приснившийся ночью – и она, вздрогнув, прижалась к нему еще сильнее, словно боясь потерять.       -Твои глаза ярче звезд – сказал Жо Бай и улыбнулся.        Поверхность воды была темной и загадочной, и только лунная дорожка разрезала озеро напополам как сплошная полоса шоссе. Чан Ань и Синь Сива сидели на берегу и смотрели на неё.       -Почему мы ушли от костра? – спросила девушка.       -Боюсь сгореть.       -Без шуток! Ну, всё-таки почему?       -Ты же знаешь мне неприятно общество Жо Бая – сказал он, ковыряя землю прутиком.       -Ну почему ты его так невзлюбил?       -Не знаю. Былую любовь я преодолел, преодолею и эту антипатию.       -Знаешь – мечтательно начал он, обнимая её – ты будешь усердно заниматься и выиграешь на международном чемпионате…       -Это что наперекор мечтам Жо Бая о том, что победителем будет Байцао?       -Нет, а разве ты не мечтаешь о победах?       -Не-а!       -Почему?       -Потому что я мечтаю кое о чем другом.       -Понимаешь юаньудао это моё увлечение, а не стремление к славе. Я искренне благодарна ему, потому что если бы не оно мы бы никогда не встретились. Я очень люблю юаньудао, но тебя я люблю больше чем что-либо иное! Поэтому я хочу посвятить всё своё свободное время тебе. Я из тех, кто предпочитает семью карьере. Ты должен сражаться это твоя профессия, а я всегда буду болеть за тебя. Но я хочу быть твоим домом, а не работой. Понимаешь?       -Пусть будет, как ты хочешь, а чемпионами станут наши дети!       -Какие дети? – переспросила Синь Сива.       -Наши дети, твои и мои – и он ткнул пальцем сначала в неё потом в себя.       -Слушай, ты говоришь о таком, а мы еще даже не женаты!       -Подумаешь, это дело поправимо. Не женаты так поженимся. Я уже решил у нас будет трое детей!       -Ну, уж это наглость! – фальшиво рассердилась Синь Сива.        Синь Сива и Байцао долго не могли заснуть этой ночью в своей палатке и очень долго шептались. В другой палатке ситуация кардинально отличалась от первой, парни молча подготовились ко сну и буркнув что-то вроде «спокойной ночи» уснули, повернувшись спиной друг к другу.        Утро принесло неожиданности. Байцао позвонили с университета и срочно вызвали по какому-то делу. Она ушла, пообещав очень скоро вернуться. Её требованием было, чтобы Жо Бай не проводил её, а отдыхал, так как ей его здоровье дороже. Оставшись втроем, отдыхающие совсем растерялись. Парни видимо не горели желанием общаться друг с другом. Жо Бай вообще был бессилен что-либо сделать, поскольку Чан Ань без зазрения совести игнорил любую реплику будь то даже камень в его огород. Он, по-видимому, решил тренироваться работать невозмутимым памятником, сделанным с дуба-дерева. Синь Сива не знала что делать, глядя на этих дорогих её сердцу парней. Наконец в двенадцать часов она решилась:       -Такс, мальчики, мы идем гулять!       -Как?       -Куда идем? – не поняли парни.       -Ножками, гулять по лесу! – снисходительно объяснила она.        Делать было нечего, пришлось идти. Они отошли довольно далеко от лагеря. Прогулка налегке должна была доставлять удовольствие, но они не смеялись и не разговаривали, только хруст сухих ветвей под ногами зловеще раздавался вокруг. Синь Сива подумала, что если она отойдет, то может быть, они помирятся. Девушка оглянулась по сторонам, недалеко росли красивые цветы.       -Я нарву цветов – крикнула она и побежала к ним. Вдруг Чан Ань отчаянно крикнул:       -Синь Сива, стой! – и побежал за ней, но было уже поздно. Бедная девушка проваливалась в яму. Он наблюдал за этим падением глазами полными ужаса. Чан Ань успел схватить любимую за руку, но поблизости не было за что ухватиться, и он полетел следом. Но он не был концом живой веревки, так как Жо Бай ухватил его за ногу и тоже последовал за ними. От удара все потеряли сознание.        Первым пришел в себя Чан Ань. Они оказались в большой яме слишком глубокой и отвесной, так что мысли о том, чтобы выбраться отпали. Путешественники упали на кучу прелой и грязной листвы в углу ямы, хоть от неё и шел неприятный запах, но она спасла если не их жизни, то ребра шею и конечности уж точно! Яма была сырой и холодной.       Первым делом Чан Ань бросился к Синь Сиве, взял её на руки и перенес с гниющей листвы. Потом привел в чувства Жо Бая и снова вернулся к любимой. Она открыла глаза и слабым голосом произнесла:       -Где мы? Ох, почему так болит спина!       -Как ты? Кроме спины нигде не болит? – с беспокойством спросил Чан Ань, бегло осматривая ее, нет ли переломов.       -Однако, нам нужно отсюда выбираться – заметил Жо Бай.        Синь Сива подняла глаза к небу и застонала. Чан Аня терзало его бессилие, он ничем не мог помочь любимой и повернулся к Жо Баю:       -Что ты смотришь? Зачем ты хватал меня за ногу, а?! Если бы ты сейчас был наверху, то мог бы нам помочь!       -Но ты, же бросился помогать Синь Сиве, почему я не мог помочь тебе? – невозмутимо спросил Жо Бай.       -Ах, ты не понимаешь! Так я объясню тебе! – его глаза вспыхнули гневом – я должен был это сделать, потому что я люблю её! А у тебя не было никаких причин спасать меня!       -Есть, та простая причина, что мы товарищи – он сделал акцент на последнем слове – а товарищей в беде не бросают!       Чан Ань оторопело впился в него глазами. Разве не этого парня он игнорировал, разве не его всегда был готов обидеть и унизить? Почему же он зовет его товарищем? Он не так уж плох, как казалось. И Чан Ань неожиданно для себя сказал:       -Прости. Ты прав я просто сержусь потому, что не могу видеть, как она страдает – и он указал на Синь Сиву – во всяком случае, давайте отдохнем, а потом подумаем как выбраться.       Жо Бай прислонился спиной к стене, то же самое сделал и Чан Ань, предварительно расстелив свою куртку на земле, чтобы усталая Синь Сива могла лечь на неё и, положив голову ему на колени немного отдохнуть.        Так прошел час. Все напряженно думали, наконец, Чан Ань решил:       -Если мы встанем друг другу на плечи, то Синь Сива сможет выбраться наверх и пойти за помощью.       -Но не проще было бы выбраться кому-нибудь из нас и вытащить остальных, ведь она не вытащит нас – сказал Жо Бай.       -Слушай, как ты себе представляешь становиться на плечи такой хрупкой девушке?! – с ноткой угрозы в голосе возразил тренер.       -Я об этом не подумал – сказал Жо Бай.       Так и сделали. Жо Бай влез на плечи Чан Аню, так как тот настоял на этом, напомнив о слабом здоровье недавно воскресшего. Также сказав, что за такое ему оторвет голову сначала Синь Сива, а потом Байцао, а двух головушек у него нет. Синь Сива выбралась наружу и, склонив голову к яме, сказала:       -Я постараюсь привести помощь как можно скорее. Пожалуйста, потерпите немножко, и… - она замялась, взглянув на Жо Бая, но потом всё-таки сказала, повернувшись к Чан Аню – я очень люблю тебя, не смей, слышишь, не смей что-нибудь вытворить с собой в моё отсутствие – и она исчезла, будто растаяла в голубом клочке неба. У Чан Аня сжалось сердце.