Как же хрупка и тонка нить твоей судьбы

Спеша на крики о помощи, Усаги испытывала давно позабытое покалывание в пальцах и будоражащих мурашек по спине. Как же давно она не испытывала азарта битвы, словно все это было с ней так давно и лишь единожды, а не буквально в каждом из перерождений. Тело и разум отчетливо помнили ту незримую поддержку от подруг и Мамору, которые всегда были готовы биться рядом с ней до последнего, наплевав на собственные жизни. «Так не должно быть» - в который раз повторяла про себя Усаги, смахивая одинокую слезинку на бегу, - «Это неправильно! Они ведь тоже заслуживают счастья…» - Усаги, стой! Успев вовремя остановить девушку, Алмаз и Месяц затащили ее в безопасное место, с которого можно было с легкостью осмотреть ситуацию и придумать хоть какой-то план. Выглянув из-за дерева, Усаги едва не вскрикнула – существо, которое безжалостно нападало на людей, было далеко не обычной юмой. Это было гуманоидное создание без глаз и рта, с перевернутым черным знаком на лбу, и напоминающее собой статуэтку из песка. Дроиды. - Клан Черной Луны… - прошептала Усаги, вспомнив, где именно видела этих монстров, и кто ими не брезговал пользоваться. - Черная Луна? – услышал ее Алмаз, недоумевающе нахмурившись, - Ты про королевство Обратной Луны? - Нет, - мотнула головой девушка, - Помнишь я говорила тебе о прошлой жизни, где ты… - Помню, нет нужды говорить об этом еще раз, - поджал губы мужчина.  - Так вот, клан Черной Луны пришел вместе с тобой, - продолжала объяснять Усаги, - Ты возглавлял его вместе с твоим… младшим братом? - Сапфир? – светлые глаза Алмаза удивленно расширились, - Но это невозможно. Сапфир погиб еще в детстве, когда пала королева Нехеления. Я… был в этом уверен. - Слушайте, сейчас нет времени выяснять родственные связи, - влез в разговор Месяц, напоминая, что там как бы людям помощь нужна, - Усаги, брошь. Поймав брошенную в руки вещь, Усаги растерянно уставилась на нее. И что теперь? После стольких уговаривания самой себе что это больше ей не пригодится, что это только портит всем жизнь и лишает их счастья, она снова стоит с брошью в руках и готовиться трансформироваться в прекрасную воительницу Луны. Опустив взгляд вниз на Серебряный Кристалл, который по-прежнему безжизненно болтался у нее на груди, Усаги вдруг испытала страх. А что, если уже слишком поздно? Отбросив прочь плохие мысли, девушка до боли в руке сжала брошь и тихо, практически одними губами, прошептала: - Сила Луны, помоги мне… Вопреки ее худшим ожиданиям превращение сработало, вот только кристалл, который всегда, зримо или нет, помогал ей, в этот раз никак не откликнулся на ее зов, что и повлияло на привычный вид сейлор фуку. Вместо синих цветов на юбке и воротнике были более теплые, желтые оттенки, а красные банты спереди и с сзади стали бледно-розовыми. То же самое коснулось и обуви – высокие сапоги сменились лодочками. Исчезли и некогда любимые заколки, но это и не было странно, ведь оданго Усаги давно не носила, поэтому и нужды в них не было. И все же это неприятно отозвалось в груди, ведь в иной час заколки могли и предупредить о враге. Не сразу заметила Усаги на лице и знакомые уже очки, которые скрывали ее лицо. Раньше она всегда беззаботно избавлялась от них, но теперь это могло быть очень опрометчивым поступком, и она это понимала. - Без помощи Серебряного Кристалла придется туго, - подвел итог Месяц, раздраженно размахивая длинным хвостом, - Силы брошки должно хватить на обычных демонов, но вот попадись тебе враг посерьезней… - Что-нибудь придумаю, - махнула рукой Усаги, собираясь выйти из своего укрытия. - Я помогу, - бросил ей вдогонку Алмаз, разминая руки, - Пусть Немезида и высосала из меня добрую часть сил, прикрыть тебя я точно смогу. Знакомое тепло разлилось в груди Усаги и в воспоминаниях тут же мелькнули знакомые улыбки девочек перед каждой их битвой. Из-за их поддержки она всегда знала, что не одна и что они смогут справиться с любой бедой вместе… …Но теперь их рядом нет, и она должна сама обеспечить им счастливую жизнь без ада сражений и бесконечного цикла смертей. Их смертей и смертей тех, кого они любили. Не церемонясь с вступительными речами и расшаркиваниями, Усаги вихрем влетела на поле боя и, замахнувшись, одним движением ноги отправила опешившего дроида в полет к ближайшему дереву. Такого удара ни демон, ни сама девушка не ожидали, поэтому пока враг пытался собрать звездочки над головой, Усаги прыгала на одной ноге, пытаясь уменьшить боль в другой. Да, это было эпично, ничего не скажешь, но через чур больно для воина, который в этой жизни еще не имел опыта в драках. Пришедший в себя дроид времени тоже зря не тратил – разделившись в мгновении ока на несколько своих копий, демон окружил замешкавшуюся Усаги и издал какие-то звуки, которые отдаленно напоминали собой насмешку. Рефлекторно потянувшись к жезлу, девушка чертыхнулась, вспомнив, что его и близко нет сейчас в наличии, а кристалл все еще обычной стекляшкой болтался у нее за воротником. Решив действовать по старинке, Усаги коснулась диадемы и, сняв ее, атаковала бумерангом несколько копий дроида. Механический смех не прекращался, как и количество клонов, но были и хорошие моменты – диадема возвращалась обратно к воительнице и с каждым ударом нагревалась все сильнее, отчего ее атаки причиняли все больше вреда дроидам. Усаги довольно скоро почувствовала усталость – кроме того, что ей приходилось тратить силы на атаку бумерангом, ей еще нужно было уклоняться от ответных ударов демонов. Пропустив сильный удар в живот, девушка отшатнулась назад и осознала, что ее загнали в тупик. Окружившие со всех сторон дроиды начали смеяться громче, из-за чего голова Усаги была готова вот-вот взорваться. - Хватит! – не выдержала она, закричав со всей силы, силясь перекрыть надоедливый хохот в ушах. - Крик… - чей-то хорошо различимый шепот внезапно заглушил смех дроидов, заставив сердце Усаги на миг остановиться, - …Мертвых! Большая фиолетовая волна взрывом отбросила клонов, заставив их исчезнуть, а самого дроида оглушила и свалила на землю. Не теряя ни минуты Усаги запустила в него раскаленной донельзя диадемой и тот наконец-то рассыпался песком, среди которого поблескивал темный кристалл, но и он вскоре исчез. Уставившись на то, что осталось от дроида, Усаги почему-то испытывала огромный страх перед тем, что или точнее кто ждал ее за спиной. Она узнала атаку дорогой подруги, но стыд и радость, что смешались в ее груди, мешали посмотреть ей в глаза. Неожиданный мужской кашель позади заставил Усаги резко обернуться. Держась одной рукой за столб дерева, Алмаз все пытался отдышаться, но жуткий кашель, что давил его горло, мешал это сделать. Еще больше заставило опешить бедную девушку то, что на его лбу едва заметно поблескивал знак Плутона, но и тот вскоре исчез. - Ладно, возможно я немного солгал, - попытался утешающе улыбнуться девушке Алмаз, вытирая кровь из уголка рта, - Немезида забрала не все мои силы. - Это… - огромный клубок разочарования застрял внутри Усаги, мешая говорить, - Это ты сделал? - Ты видишь здесь кого-то еще, принцесса? – недоумевающе переспросил парень, выравниваясь. - Но как? – голос блондинки дрогнул. Отвыкшее от битв и сражений тело девушки было слабо, и она едва держалась на ногах, - Как? Эта атака принадлежит Сейлор Плутон! Ты не можешь… Силы окончательно покинули Усаги, и ее граничащая с истерикой речь едва не окончилась падением, но Алмаз успел вовремя ее подхватить. Светловолосый ужаснулся тому, насколько бледной и измотанной была девушка, но вопреки этому Усаги все еще продолжала оставаться в сознании, ожидая его ответа. Столько непонятных вещей творилось вокруг, привычный мир рушился и Усаги никак не могла это все исправить. - Как правитель Плутона в прошлом я все еще могу использовать силы планеты для битв, - ответил Алмаз, но это едва ли могло дать хотя бы половину объяснений происходящему. Наоборот, вопросов стало только больше. Пробуждение Усаги было не самим лучшим. Едва она пришла в себя, как нерешенные вопросы и смертельная усталость навалились на нее тяжелым, неподъёмным грузом. От тугого комка в груди девушка задыхалась и никак не могла сдержать горьких слез. Если бы она только знала к чему может привести ее необдуманное решение отказаться от Серебряного Кристалла. Девочек нет рядом, а Мамору находится далеко и вынужден рано принять на себя ответственность за планету, защищая ее в одиночку любой ценой. Усаги страшно даже думать, что могло в этой жизни случиться с его генералами и как принц это пережил. Что если здесь они даже не родились? И каким же образом Курай смогла возродиться? Ни в одной из предыдущих жизней ее сестра так и не появлялась, и не связано ли это как-то с Кристаллом и его обидой? Возможно ли, что он сам воскресил ее специально, дабы в этот раз именно Курай стала его обладательницей? Усаги вздрогнула. В голове, словно выжигая слова и оставляя их в памяти, прозвучал голос королевы Селены: «- На Кристальной Церемонии именно ты, Серенити, удостоилась чести быть избранной Серебряным Кристаллом, - в тот день женщина была очень горда. Торжество так и читалось среди ее строк, — Это знак того, что впредь нас будет сопровождать только удача и победа. Не потеряй эту благосклонность судьбы, дитя мое, иначе хаос неминуем…» Неосознанно сжав в ладони кристалл, Усаги все пыталась успокоиться и побороть внезапно возникшую тревогу. Неужели она подвела свою мать и теперь всему наступит конец? Шансов вымолить прощение больше… нет? Мутный камешек выпал с ее ослабших рук и с громким звуком покатился по полу. В его засверкавшем отражении, словно за калейдоскопом, Усаги наблюдала сменяющие друг друга картинки, в которых с каждой секундой все больше и больше узнавала силуэты дорогих подруг и друзей. Пусть выглядели они несколько иначе, но не узнать их девушка попросту не могла. Сердце сжалось до размера пылинки, когда по ту сторону кристалла мелькнуло изображение рыжеволосой Рей, в которую со стремительной скоростью летела пуля. Обычная пуля, способная так просто покончить с великой воительницей Марса. Но в последний миг девушку оттолкнул высокий блондин и пуля насквозь пронзила его тело. Усаги не успела даже закричать от ужаса, как картинка сменилась и теперь в отражении она видит, как длинные волосы Ами развевает ветер, а под окнами ее дома, даже не поднимая взор мутных, но все еще прекрасных зеленых глаз, стоит юноша. Свет гаснет в доме, и парень уходит навсегда. Последнее, что Ами могла услышать, это визг тормозящей машины где-то вдалеке, где скрылся он. Звук был настолько оглушающий, что Усаги попыталась закрыть уши и сжаться в маленький клубок. Это издевательство, жестокое издевательство со стороны Кристалла, показывать ей, чем обернулось ее простое желание дать девочкам счастье и покой. Камешек продолжал мерцать, но вскоре снова вернулся к своему безжизненному состоянию, оставив напоследок всего лишь короткий миг изображения белокурой Макото, глаза которой и близко не были похожи на те, что всегда поражали своей уверенностью и решительностью. Теперь они были безжизненными и сломленными, устремленные на экран телевизора с бегущей строкой о крушении самолета, летевшего в Японию с Америки…  Усаги продолжала неотрывно смотреть на кристалл, боясь даже сделать вдох. Она отказывалась верить в то, что все это было теперь их настоящим. Нет, Серебряный Кристалл попросту издевается над ней, показывая неправду. Этого не может быть, не могли генералы так просто погибнуть… из-за нее. Ненависть к себе ворвалась внезапно и накатила волной душераздирающих слез. Что же она натворила? Что теперь будет с девочками? Спаслась ли Рэй? Все ли в порядке с Ами? Что случилось с Макото? А Минако?.. Минако? Кристалл показал всех, но не показал судьбу ни Минако, ни Кунсайта. Бросившись к камешку на полу, Усаги дрожащими руками вертела его во всех стороны, умоляя показать дорогую подругу, трясла его, стоя на коленях, но Кристалл оставался глух к ее мольбам. Неужели с Минако все сложилось намного хуже, чем у остальных, и поэтому он отказывается ее показывать? Или… …или Минако и Кунсайта уже давно нет в живых. Крик боли и отчаяния отразился от светлых стен. Усаги припала лбом к полу и плакала, стараясь сжаться как можно больше и попросту исчезнуть из этого мира, который она сама же и сотворила. И как теперь вернуть все назад она не имела ни малейшего понятия. Утомленная плачем и горем, девушка так и уснула, обессиленная, на полу. Лишь бы это все обернулось всего лишь дурным сном, а не кошмарной реальностью. Солнце всегда было далеким для Плутона, но в последние недели Пеллар ощущала его тепло необъяснимо сильно и где-то в области груди, где неспокойно билось ее сердце. Это был не стук тревоги, нет. Оно стучало по-другому, так, как никогда еще не билось, и почему-то особенно громко тогда, когда лиловые глаза одного беловолосого юноши смотрели на нее. Еще и щеки сами по себе окрашивались румянцем, разбавляя смуглую кожу женщины. Сей факт никак не мог укрыться от дочери самой Афродиты, а потому Пеллар краснела еще больше, пока юная Минория, заглянувшая в гости, звонко хохотала и жмурила голубые глазки. - Значит я была права, - подытожила принцесса Венеры, успокоив немного свой смех, - Это действительно был брак по любви. Пусть и возникла ваша любовь чуточку позже. - Мина, мне все же кажется, что ты спешишь с выводами, - неловко отвела взгляд Пеллар, теребя в руках кружечку чая, - Даже если оно и так, мне нельзя… - Я знаю, что нельзя, - ласково улыбнувшись, Минория взяла тонкие ладони старшей подруги в свои, - Но ведь иногда правила можно и нарушить. Разве лучше жить все время в ожидании неизбежного, когда можно в последние дни ощутить то, ради чего и умирать не страшно? Пеллар обеспокоенно посмотрела в по-настоящему счастливые глаза подруги и ужаснулась той боли, что сковала ее. Минория не могла знать о том, что совсем скоро, когда юной Серенити исполниться шестнадцать, наступит конец всему, не знала, когда именно Пеллар должна будет уйти и оставить их, но она чувствовала это, ведь она тоже была воином. Проводив подругу, Пеллар задумчиво вернулась в свою комнату. Призвав к себе Священный Гранат, женщина снова проверила их таймер приближающейся катастрофы и с пугающим смирением приняла то, что ничего не изменилось. Будущее не изменилось и уже через несколько дней, когда на Луне будут радостно звучать поздравления в честь прекрасной принцессы, все и оборвется. Секунда счастья и радости встретится с минутой смерти и разрушения, которая будет длиться очень и очень долго. Так может Минория права? Есть ли сейчас смысл терять последнюю возможность ощутить, что это такое, когда тебя по-настоящему любят? Сердце забилось неспокойно, стоило только Пеллар оказаться перед дверьми, ведущими в покои Алмаза. Прошло уже больше месяца со дня их свадьбы, но они так и продолжали держаться на почтительном расстоянии друг от друга, встречаясь только днем. Лишь иногда, на вечерних балах и ужинах, украдкой, словно это было что-то запрещенное, супруги могли держаться за руки, скрывая эту нежность от всех. В такие моменты Пеллар действительно забывала кто она и какая ее ждет судьба. Так разве стоит на этом останавливаться, если она хочет большего? Рука женщины дрогнула, но все же стук прозвучал оглушительно громко для нее, и воцарилась тишина. Как-то Пеллар не подумала, что время было уже поздним, и ее супруг должно быть отдыхал… - Входите. Вдохнув ставший особо необходимым воздух, Пеллар вошла в чужую, наполненную мраком спальню, которую осветлял один лишь подсвечник, зажжённый на столе рядом с книгой. Очевидно, читавший в этот момент Алмаз никак не ожидал внезапного визита супруги, но все же радость в его глазах было не трудно заметить. - Моя королева, что привело вас ко мне в такой час? – поднявшись из-за стола и подойдя ближе, юноша даже сейчас, наедине, оставался на расстоянии. И это расстраивало Пеллар. - Я просто хотела увидеть вас, - невидимая стена, что разделяла их, пала в эту ночь и первой ее преодолела сама Пеллар, став непозволительно ближе к лиловым глазам Алмаза, в которых отблескивал неумолимый огонь чувств и страсти. Она была прекрасна всегда, но сегодня, в эту ночь, что-то изменилось в ней, и он наконец-то нашел то, что всегда искал в ее необычайно красивых гранатовых глазах. Прикосновение ее тонких пальцев к его челу, где золотой полумесяц сменился на знак Плутона по велению королевы, ощущалось как ласковое дуновение весеннего ветерка, но вскоре он превратился в бурю эмоций, стоило только пальцы заменить на нежные губы. Руки Пеллар опустились на крепкие юношеские плечи, и больше ничто не ограждало Алмаза от тепла ее тела и пленяющего аромата духов. Обняв тонкую талию супруги, скрытую темной тканью ее любимого платья, Алмаз притянул ее к себе и все происходящее окончательно вскружило ему голову. Сладкий туман окутал их сознание, стоило только губам встретиться и раствориться в нежном, чувственном поцелуе. Для Алмаза все это было в первый раз, но его неопытность терялась на фоне его нетерпеливости и настойчивости, что подкупали Пеллар. И когда под ее спиной прогнулись пуховые перины она ощутила в первый раз в своей жизни себя настоящей женщиной в руках любимого мужчины… Утро постучалось в окно и встретило уже проснувшеюся Пеллар растрепанной, но счастливой и в объятиях спящего супруга. Это мгновение было волшебным, и все, о чем жалела женщина, так это о том, что не рискнула раньше решиться на этот подвиг. Тогда бы у них было больше встреченных вместе новых дней и проведенных вместе ночей. Но что сделано, то сделано… Великой правительнице Плутона Королеве Пеллар настала пора уходить из этого мира и встретить его конец около Врат Времени. И она уйдет, оставив после себя лишь нежный, горький поцелуй расставания на губах юноши, который сумел стать ее королем. - Ты готова, милая? - Да, Ваше Величество. Только позвольте один вопрос. - Спрашивай, дитя. - Ради чего было это все? Зачем вы настояли на этом браке? Дело ведь не только в политике, верно? - Я лишь хотела, чтобы ты смогла узнать, что такое счастье. - Но ведь моя судьба – вечное одиночество стороннего наблюдателя, тогда зачем?.. - Может, все совсем не так, дитя мое? Взгляни на свое запястье, и ты поймешь. - Там ничего нет, но даже если и было… Даже если бы нас связывала красная нить… Он все равно не сможет дождаться меня – смерть придет ко всем. - …Тебе пора, Пеллар. - Да, Ваше Величество. И спасибо вам за все.