Лебединая верность

      Руки неприятно ноют от тяжелых пакетов. Намджун хоть и видит своего коллегу ежедневно, все равно успокоиться не может. Мужчина с момента смерти Чонгука сильно изменился, именно потому Ким и собрался сходить в гости к Чимину, чтобы удостоверится, что хотя бы раз тот поел нормальной еды. Обхватывая лямки одной рукой, Ким в домофон звонит и вскоре уже стоит на пороге знакомой квартиры.              — Привет, проходи, — на лице Чимина светится улыбка, что совсем несвойственно состоянию мужчины. Намджун подозрительно щурится и переступает через небольшой порожек, закрывая входную дверь.              — Привет, я посмотрю у тебя хорошее настроение, что-то произошло? — стянув с себя кроссовки и повесив куртку на вешалки, Намджун подхватывает покупки с пола, следуя на кухню, где недавно скрылся хозяин квартиры.              — Твою мать!              Глаза обретают круглую форму и вот-вот выпадут, а пакеты все же с глухим стуком падают на пол. Перед ним стоит словно Чонгук, как кажется самому Киму, который даже не сразу замечает хитрую улыбку коллеги. На языке крутится множество слов, но Намджун даже не знает, что сказать и с чего начать, а потому просто тянет руку к Чону, чтобы удостоверится в своей правоте. Мужчина очень желает, наконец, услышать историю, как этот мужчина восстал из мертвых.              — Намджун, это Джей Кей, как тебе?              Намджун словно из ступора выходит, смотря сначала на довольного Чимина, а после на Чонгука робота. В слова Пака поверить не просто сложно, а практически невозможно. Быстро преодолев короткое расстояние, мужчина опускает руку на щеку и заглядывает в безжизненные глаза.              Сердце пропускает удар.       Это действительно не Чонгук.              Нежный бархатный силикон на ощупь, хоть и сильно похож на настоящую кожу, все равно ощущается иначе, да и волосы у «Джей Кея» словно солома, только Намджун понял все лишь по глазам, в которых была кромешная пустота и ничего кроме нее. Даже у разбитого человека глаза совсем иные. Чимин стоит поодаль от них и продолжает довольно улыбаться. От тяжелой работы меж бровей у Пака пролегли морщины, которые уже последние несколько недель совсем не разглаживались.              Подходя ближе, Чимин рукой ведёт по лицу робота, случайно сталкиваясь пальцами с рукой Намджуна. В груди у Пака приятное тепло разливается, когда он знакомые черты лица видит, которых ему так долго не хватало. У него действительно получилось воссоздать образ реального человека, который теперь останется таким до конца дней.              Останется вечно молодым и таким, каким его запомнил Чимин.       Чонгука больше не забудут.       — Чимин…— Намджун в шоке пребывает до сих пор, и собраться с мыслями не может. Он изумленно смотрит на творение Чимина и судорожно сглатывает, переводя руку со щеки на шею, — Когда Ун говорил мне, что ты бездарность, я ему не поверил. Ты ни разу не дал мне повода усомниться в своей вере, ты… Ты просто волшебник. Как можно было так точно и идеально передать Чонгука на груде металла… Я, когда увидел это, подумал, что Чонгук выжил, а это оказывается просто Адам. Признавайся, ты стянул кожу с Чонгука?              — Это больше не Адам, Намджун. Это Джей Кей, — тихо шепчет мужчина, а после зарывается рукой в каштановые волосы, пока в уголках глаз вновь собираются слезы.              — Да-да, извини, я вечно забываю, — горько хмыкнув, мужчина немного назад отходит, опираясь бедрами о край стола, — Чимин, может, включим его?              Поджав губы, тот лишь тяжело вздыхает и кивает головой, немного отстраняясь от своего проекта. Чимин усаживается на стул и ждет, когда Намджун разберется. Мужчина покорно ждет, а после вздрагивает, слушая мужской голос, который сильно разнился с голосом Чонгука и неприятно резал по ушам.              — Здравствуйте, — глаза напротив пустые, стеклянные и ничего не выражающие, но Чимин понимает, что так и должно быть, — Я Джей Кей, — губы создания криво растягиваются в жалком подобии улыбки, а Чимина коробит от этого, ведь именно он где-то оплошал, из-за чего робот так натянуто все делает. Но Пак все исправит.              — Здравствуй, Джей Кей, я Пак Чимин, — мужчина со своего места встает и подходит к Джею, заглядываю тому в глаза. Чимину, кажется, что в какой-то момент в чужих глазах начинают крутиться шестеренки, — Расскажи мне, о чем ты сейчас думаешь?              — Вы выглядите слишком грустным, — механический голос перенимает уже другой голос, который приятно ласкает слух, но все равно не то…. Чимин лишь глаза прикрывает, ощущая странное присутствие человека, которого рядом нет уже давно, и не будет больше никогда, — Почему вам грустно, Пак Чимин?              Робот склоняет голову в бок, а Чимин взгляд отводит и губу взволнованно кусает. Со смерти Чонгука прошло уже несколько месяцев. За это время Пак довольно сильно запустил свой внешний вид и прекрасно понимал это, но сил ухаживать за собой у него не оставалось совсем. Всегда веселый и яркий Чимин сейчас был похож больше на свою невзрачную тень. Легкий потемневший пушок на лице, усталый и потухший взгляд был устремлен на Намджуна, сидевшего на стуле с ноутбуком на коленях. Пак поддался унынию и не мог скрыть этого ни от кого, даже бездушная машина, смогла распознать чувства потерянного человека.              — Я потерял близкого мне человека, — в уголках глаз собрались слезы, но мужчина уже научился держать свои эмоции под контролем. Опустив голову вниз, Чимин ладони друг к другу прижимает, начиная растирать кожу до красных пятен.              — Как звали вашего близкого человека? — Чимин продолжает сидеть с закрытыми глазами, ориентируясь лишь на чужой голос. Ему мимолетно тенор знакомым показался, только вот…. Мужчина ошибся и голос совсем не похож на Чонгуков.              Взгляд Намджуна все еще прикован к лицу Джея, а вскоре и Чимин решается на отчаянный шаг, начиная смотреть на свое творение. Теперь, Чимину казалось, что он зря затеял это все, ведь его сердце кровью обливается, когда он смотрит на Кея, и если честно, насмотреться на него все равно не может.              Выуживая из кармана телефон, Чимину стоит лишь разблокировать телефон, где на фоне стоит совместная с Чоном фотография, после чего показывает экран Джею. Голова робота все еще наклонена, а взгляд становится изучающим, правда, Пак не дает тому слишком много времени на это и гасит дисплей, не думая о том, что Кей успеет свое отражение рассмотреть.              — Я его проекция? — робот переводит взгляд на побледневшего Чимина и тянет механическую ладонь к лицу своего создателя, касаясь немного колючей щеки.              — Нет, ты не…. — Пак глаза прикрывает и вздрагивает от касания, после чего недолго думая льнет к холодному подобию кожи. Большой палец легонько поглаживает щеку Чимина, словно, Джей всю боль у него забрать пытается и это действительно помогает, пока….              Чужие поглаживания заканчиваются, а Чимин открывает покрасневшие глаза, после чего с непониманием смотрит на остановившегося в пустоте робота и не сразу понимает, что это Намджунова проделка. Ким специально робота отключил, ведь ему было неприятно наблюдать за разбитым состоянием своего коллеги.              — Почему ты его выключил? — он следит взглядом за Намджуном, который отключи Джея и сейчас направлялся в дверной проход. Ким решил пакеты с продуктами забрать и разобрать, ведь изначально совсем забыл про них, увидев прототип Чонгука, который сделал Чимин.       — Чимин, — Намджун тяжело вздыхает и ставит все на стол, — Я думаю, ты понимаешь, что Джей Кеем не сможешь заменить Чонгука. Это робот, он не живой.              Старший выглядит слишком холодно сейчас, пытаясь своего коллегу вразумить, только вот…. Чимин на слова Намджуна внимания не обращает совсем, опуская свою руку на механическую ладонь, продолжая ту к лицу прижимать, прикрывая глаза. Парень молчит довольно долго, совсем не обращая внимания на то, как Ким своевольничает на его кухне. Чимин был весь поглощен Джеем.              — Ты прав, это не Чонгук, — спокойно говорит Чимин и все же отстраняется, прижимая чужую руку к каркасу, — А также, это больше не Адам, теперь это Джей Кей. Я имею полное право прикипеть чувствами к нему, так как он мое лучшее творение.              — Только не прикипай к нему сильно, — тяжело вздохнув, он отрицательно машет головой, а улыбка с Чиминова лица совсем не сходит, и пугает Намджуна до жути. Пак уже несколько дней больше на неживого похож, а с этой улыбкой ему обеспечена прямая дорога в психиатрию.              Вечер проходит совсем в другой обстановке. Намджун готовит ужин и рассказывает истории из своей жизни, ведь собирается поднять Чимину настроение и у него это даже получается. После полуночи, Ким покидает квартиру Пака, ведь был полностью уверен в том, что тому стало немного лучше.              Убрав следы небольшой пьянки и помыв посуду, Чимин вытирает влагу с рук, смотря на Джея, который располагался в непримечательном углу комнаты. Сил терпеть до завтра — нет. Пак подвигает стул к своему проекту и устраивает ноутбук на коленях. Подключив провода, Чимин вводит знакомые символы и ждет загрузки системы, в упор на робота смотря, который вскоре натужно веки поднимает.              — Привет, Джей Кей, — шепчет Чимин, несмело вынимая провода не только из своего ноутбука, но и из самого Чонгука, скрывая оголенный участок одеждой, которую натянул на робота еще вчера вечером перед запуском.              — Здравствуйте, — губы того вновь растягиваются в побитой улыбке, а Чимин себе сразу на подкорку записывает все недочеты, дабы довести проект «Jk» до идеала и выиграть фестиваль. Чимин очень хочет, чтобы о его трудах заговорил весь мир.              — Джей, я хочу, чтобы ты осмотрелся и привык к обстановке, потому что это теперь и твой дом тоже, — робот голову в бок склоняет и медленно поднимается на ноги, возвышаясь на полторы головы над Чимином, — Будь осторожнее, я пока схожу в душ.              — Хорошо, — голос робота вновь сменился на более высокий. С мужчиной, словно ребенок начал разговаривать, правда, Чимин на это особого внимания уже не обратил.              — Осмотрись пока, я ненадолго отойду.              Удостоверившись в том, что с Джеем ничего страшного не случится, Чимин в душ отправляется. Кей медленно кухню обходит, обводя глазами каждый миллиметр комнаты, оглядывая и сканируя каждый прибор. Заметив на столе чужой ноутбук, машина медленно к нему подходит и наглым образом анализирует практически всю информацию, хранящуюся в памяти устройства.              Возвращаясь на кухню спустя двадцать минут, Чимин боязливо смотрит на Джея, ожидая увидеть все, что угодно, только вот погрома не случилось, а подобие человека сидело смирно на стуле. Растянув губы в усталой улыбке, Чимин подходит ближе, собираясь заговорить, только не успевает ничего сказать первым.              — Чимин, что вас так расстроило? — Пак испуганно озаряется на Джея. Ему на миг даже, кажется, что это действительно Чонгук из-за непросто похожего голоса, а именно из-за того, что с ним говорил Чонгук. Чимин явно еще не раз пожалеет о том, что сотворил, но сейчас….              — Что? — мужчина усаживается на колени перед роботом и немного подползает к тому, осторожно укладывая свою руку на металлический корпус, смотря в глаза. Он словно с ума сходит, ведь чувствует человеческое тепло от неживого.              — Хен, что тебя расстроило?              Чимин с Чонгуком и Намджуном действительно создали совершенство. Джей не только был внешне похож на Чонгука, но и полностью скопировал манеру речи Чонгука, поведение и даже некоторые повадки, которые смог найти среди фотографий и видео, сохраненных на ноутбуке. Пака это даже немного пугало, но сейчас…. Сейчас Чимин был полностью увлечен Чонгуком Кеем.       *****       Только потеряв что-то ценное, люди осознают свою утрату. Она неприятной горечью на языке оседает, и сердце, словно в тисках держит. Жизнь имеет начало и конец. Жизнь Чимина началась, когда в нее пришел один мужчина по имени Чон Чонгук, и закончилась, когда этот же мужчина безвозвратно покинул ее. Любовь вдохнула в Чимина что-то новое, она помогла ангельским крыльям распуститься и нимбу яркое свечение обрести.              Без любви жизни нет.              Чимин в этом на собственном опыте убедился. Потеряв Чонгука, Пак перестал жить, а начал просто существовать в этом мире. Сердце Чимина чувствами было переполнено, а сейчас оно колотилось лишь от боли. С приходом Чонгука, жизнь Чимина разделилась на «до» и «после». Мужчина, словно и не жил до Чона, зато теперь…              Завалившись на бок, Пак смотрит на Джея, что находится рядом с ним на постели. Робот на спине лежит, а руки его в замок сомкнуты и на груди покоятся. Прикусив губу, Чимин невесомо своей рукой касается искусственной кожи, ощущая во рту металлический привкус от крови.              Все что остается Паку, так это каждую ночь перед сном представлять, что с ним в постели на самом деле находится Чонгук, ведь правду признать слишком сложно. Закрывая глаза, ему кажется, будто все хорошо, а чужие прикосновения, легкие поцелуи и объятия принадлежат Чону, а не бездушной машине. Паку только и остается утешать свое горе в чужих объятьях, засыпая в крепких холодных руках. Мужчина смог смириться почти со всем, кроме отсутствия тихого признания в любви на ушко после тяжелого рабочего дня.              — Вам опять грустно, хен, — Джей голову в бок поворачивает и криво улыбается.              Прошло уже несколько месяцев с момента окончательного включения Кея. Чимин совсем своего робота не выключал, проверяя, как тот ведет себя в обычной повседневной жизни, да и нужно же было протестировать свое создание, прежде чем показывать и выводить его в массы. Юный инженер уже успел немного отредактировать свой проект, благодаря чему чужая мимика была более приятна и даже радовала глаз.              — С чего ты это взял, Джей?              — Ваша мимика выдает вас: после последнего моего отключения, вы не предпринимаете активных действий, ваши движения медленные, а еще ваше лицо бледнеет, а сердце в груди, — Джей опускает свою руку на чужую грудь, продолжая улыбаться краешками губ, — Оно слишком часто бьется, когда я делаю вот так.              Прикрыв глаза, Пак пытается спрятать за веками выступившие слезы. Он опускает руку поверх механического запястья и отстраняет от своего сердца, ощущая, будто, задыхается в своих чувствах. Кей послушно отстраняет руки от груди создателя и перекладывает на щеку Паку, стирая несколько слезинок, которые все-таки сорвались со слипшихся ресниц.              — Даже если вы не подпускаете меня к своему сердцу, я все равно вижу вашу грусть, хен, — большим пальцем младший чужую щеку поглаживать продолжает, — О вашей печали говорит ваше лицо. Оно не меняется с самой первой встречи, как бы вы не пытались скрыть свою грусть. Человек, находящийся в печали всегда смотрит вниз. А еще, внутренние уголки ваших бровей немного приподнимаются, из-за чего у вас образовалась некрасивая морщинка, — Джей медленно большой палец со щеки переводит на местечко меж бровей, разглаживая образовавшуюся складку, — А уголки рта с нижней губой слишком часто дрожат, словно вы вот-вот заплачете.              — Ты не должен был сканировать мои эмоции, — Чимин отстраняет от себя руку Кея и медленно усаживается на постели, разворачиваясь к любимому лицу спиной.              Единственное, что у Чимина осталось от Чонгука, так это лицо, которое он приживил Джей Кею. И голос. Как бы робот не старался перенять на себя манеры Чона, у него это с трудом получалось. И мужчина каждый вечер себя собирал по частям, находясь в объятиях Джея.              — Я не могу смотреть на ваши чувства. Хен, вы так стремитесь справиться с утратой и пережить смерть близкого вам человека, что мне становится за вас действительно страшно. На вашем месте, многие другие перестают себя так вести.              — Джей, не тебе меня судить, — тихо отвечает Чимин, поднимается на ноги и собирается уходить из комнаты.              — Вы должны отпустить его.              — Я не могу его отпустить. Это больно, — останавливаясь в дверях, Пак до боли губы прикусывает и смотрит прямо перед собой. Все тело мужчины легкая дрожь пробивает, но он быстро старается контролировать свое тело.              — У боли есть много понятий, но я не могу понять, почему вы до сих пор ее испытываете. Боль это слишком сложное понятие, но по сути это всего лишь реакция, вызванная эмоциональным напряжением, изменениями функций внутренних органов, двигательными безусловными рефлексами и волевыми усилиями. Боль реализуется специальной системой болевой чувствительности и эмоциональными структурами мозга. Она сигнализирует о воздействиях вызывающих повреждение, или об уже существующих повреждениях возникших. Это всего лишь раздражения в системе рецепторов.              Джей абсолютно прав. Только вот говорит он про физическую боль, которая со временем пройдет. Раны затянутся и на болящем участке останется лишь легкий шрам. А вот та рана, которая у Чимина в груди расцвела, уже никогда не затянется и будет кровоточить постоянно.              — Хен, — массивная рука опускается на плечо Пака и тот даже мимолетно вздрагивает, — Вы должны отпустить свое прошлое и тогда вам правда станет легче…              — Не станет, Джей. Ты не понимаешь того, о чем говоришь, — разворачиваясь к чужому лицу, Чимин губы в усталой улыбке растягивает, — Мне на протяжении уже долгого времени говорят одно и то же, но сейчас это совсем не сработает. В детстве, мне постоянно твердили, что море около другой страны красного цвета, и я поверил в это, ведь ни разу не видел этого. В такие вещи поверить гораздо проще и свыкнуться, нежели ты сталкиваешься с этим нос к носу. Тебе твердят, что все будет хорошо, но ты чувствуешь эту нестерпимую боль около сердца, и понимаешь, что с тобой уже никогда и ничего не будет хорошо. Я могу врать сколько угодно и кому, но чувствовать себя нормально уже никогда не буду.              Тяжелый вздох срывается с пухлых губ, а Кей наклоняется и касается неестественными губами губ создателя. Пак словно столбенеет, ощущая холодный силикон, и жмурится, руками хватаясь за свою домашнюю футболку. От одежды Джея веет запахом Чонгука, а перед закрытыми глазами любимый образ вырисовывается и ярко улыбается.              Подхватывая своими губами чужие, Чимин целует безответно и понимает, что уже точно ничего не будет хорошо. Ему кажется, будто он с ума сходит, оттого, что он пытается сейчас поцеловать робота, представляя на этом месте Чонгука. Только вот, мужчина не понаслышке знает, каково целоваться с любимым человеком. Каждый такой поцелуй ощущался как первый. Он был страстным и желанным, и Чимин только сейчас понял, насколько сильно любил пухлые губы Чона, а самое главное — они были теплыми.       ****       По профессиональному актеру никогда не скажешь, когда он именно начал сходить с ума. Каждый человек хоть немного, да и играет роль, подобному артисту, выступающему на сцене для нескольких сотен или даже тысяч человек. Чимин стал актером одной роли для пока что небольшой аудитории.              Фестиваль хоть и не закончился, но имена Чимина с Намджуном уже успели вынести в массы. Хоть большинство статей было исключительно про проект, то немалая часть все равно занимала жизнь создателей. Журналистам потребовались всего лишь сутки, чтобы разузнать об инженерах больше, чем даже сами они о себе знают. И если Чимину было все равно, то Намджун каждый час обновлял новостную ленту, чтобы прочитать очередную статью.              Для Пака совсем было неинтересно, какое впечатление он произвел на жюри, хотя нужно отдать должное корреспондентам, которые за такой короткий срок успели произвести анализ слов Чимина и расписать его странное поведение на сцене с немного грубыми ответам в сторону одной из женщин, сидящую в коллегии фестиваля. Правда, никто не учел, что в условиях стресса любой человек имеет право вести себя «неправильно».              Находясь посередине, Пак еще не переступил черту безумия, но был уже в минутах от падения и потери здравого рассудка. В некоторые моменты поведение Чимина действительно выходило за рамки, отчего многие шарахались его, предпочитая обсудить вопросы с Намджуном. Этот мужчина умел внушать доверие.              Потеряв Чонгука, Чимин уже даже и не знал, с какого именно момента потерял свою способность адекватно оценивать окружающий мир и вести себя в рамках приличия. За то, он помнит дату, когда потерял интерес к жизни, продолжая лишь жалкое существование.              В последние недели, Пак слишком часто пил. Чаще всего ему не был даже повод особо нужен, главное, чтобы были силы дойти до ближайшего магазина. Попойки Чимина никогда ничем хорошим не заканчивались, чаще всего он просыпался с синяками на теле, а пару раз даже с ожогами. Он не помнил, что делал и как их получил, а Джей лишь жал плечами, говоря, что не знает, где Пак был.              На губах Пака расцветает легкая улыбка при виде Намджуна, заходящего в номер. Из черного пакета раздается, ласкающий уши звук звенящих бутылок. Ким и сам своей улыбки скрыть не пытается. Закрыв за собой дверь в номер, он на столике выставляет бутылку с шампанским и несколько бутылок пива. От такого количество, конечно, в беспамятстве не забудешься, но в силу их возраста, голова наутро будет явно неприятно звенеть.              В бокалах разлит шипящий напиток малинового оттенка, а Намджун тост говорит и не скрывает своего счастья, ведь они точно на правильном пути.              Вечер плавно перетекает в ночь, а алкоголь, который принес Намджун, уже почти весь допит. В номере, в котором поселился Пак слишком жарко и щеки обоих мужчин немного красноватые. От очередной шутки Кима, младший истерично смеется, заваливаясь на спинку дешевого дивана, проливая на себя остатки пива.              — Ох, я помогу тебе, — Ким хватает с журнального столика салфетки и пытается стереть пиво с чужой футболки.              Салфетки размокают, а футболка прилипает к чужому торсу. Чимин сначала улыбается краешками губ, а после в истеричном смехе заходится, откидывая голову назад. Намджун судорожно выдыхает и долго смотрит на смеющегося мужчину, после чего не в силах совладать с собой, губами ведет по шее коллеги, собирая еле заметные капельки, срывая с губ Пака судорожный вдох. Поднимаясь выше, он своими губами с пухлыми сталкивается, не распыляясь изначально на нежности. Правда, с каждой секундой он начинает губами двигать мягче, сплетая языки воедино.              — Стой, — Чимин выдыхает в губы Намджуна и резко поворачивается, будто кипятком ошпаренный, — Ты просто пьян….              — Чимин, я не могу представить, что ты ощущаешь, но я вижу, насколько больно тебе пережить потерю, — голос Намджуна спокойный и даже не сбитый, в отличие от тяжело дышащего Чимина, — Позволь помочь тебе разделить твою боль и справится с ней. Если мы объединимся, то представь, какой будет мощный союз…              Он ответа никакого не ждет, Намджун и так слишком долго находился рядом. Вновь впиваясь в чужие губы, Ким затыкает Пака и пробирается языком в чужой рот, совсем не чувствуя сопротивления, а вскоре и вовсе чувствует отдачу. Младший отвечает ему, мужчина это приятное чувство разливающегося внутри тепла никогда не забудет.              Слушать любимого человека нужно внимательно и Намджун это делал всегда. Он никогда чужие слова: не оценивал и не удивлялся, принимая любую безумную идею, срывавшуюся с уст Пака; не осуждал и не был так строг к разбитому вдребезги человеку. Киму было важно понимать, что происходит с его коллегой и деловым партнером, потому он тянул до последнего, стараясь не навредить своей спешностью. Намджун считал, что если будет находиться рядом и поддерживать, то смягчит течение принятия смерти родственной души.              Только вот, самое жесткое по отношению к любому живому существу — держать его при себе в качестве замены. Чимин бы действительно мог использовать чувства Намджуна, чтобы свои пробелы в сердце закрасить и использовать как пробку, которой можно заткнуть любую рану. Но Пак не может опуститься и воспользоваться Кимом, потому и отталкивает от себя, разрывая поцелуй.              — Уходи.              ****       Опрокидывая в себя стакан с шампанским, Чимин сдержать своей улыбки не может. Их проект занял первое место и почти сразу же привлек немалое количество инвесторов и предложений. Ни Намджун, ни сам Чимин не могли во все это поверить, и весь фестиваль были напряжены, а Пак особенно. В компании с Намджуном стало не уютно, и каждый из этих двоих прекрасно понимал с чем это связано.              — Я же говорил, — рядом с Паком из ниоткуда Намджун возникает и протягивает своему напарнику очередной бокал с шампанским, — Чимин, мы сделали это… Я даже поверить не могу.              — Подожди радоваться, Намджун, — улыбнувшись и кивнув головой, он берет из чужих рук бокал и делает пару глотков, — Мы всего лишь победили, но мы еще не можем быть уверенными, что это…              — Тихо, — Намджун указательный палец к чужим губам прикладывает, чтобы мужчина прекратил говорить, — Послушай меня, Чимин, мы самые лучшие, понял меня? Мы станем непросто популярными, но еще и дико богатыми. Это успех, Чимин!!!              После прошедшей ночи, Чимину не особо приятно находится в компании Намджуна, но сам Чимин списывает все это на алкоголь и лишь натянуто улыбается. Тихий смех Намджуна Чимину кажется сейчас таким громким, что во всем немалом помещение слышится, но так кажется лишь одному Паку. Мужчина не может сейчас поверить во все то, что происходит сейчас и даже не может себе представить, насколько же Ким окажется правым.              Буквально к концу следующего года, роботы были практически везде, и самая главная проблема была в том, что отличить их от настоящего человека было практически невозможно благодаря идеально разработанным чертежам. Чимин уже подписал большое количество контрактов на продажу не только схем своего проекта, но и алгоритмов, прописанных Чонгуком с Намджуном.              Накинув черный капюшон на голову, Чимин медленно выходит из своей квартиры. Весна была любимым временем года и для Чимина, и для Чонгука. Правда, после смерти своего возлюбленного, Пак потерял все краски жизни. Сейчас у мужчины было все, о чем мечтали они вместе и от этого сердце неприятно кровью обливается.              Юный инженер — Пак Чимин. Его имя было самым востребованным и у всех было на слуху. У всех моделей роботов, которые были выпущены на фабриках по контракту, прописывали название модели и имя создателя. Мало кто знал лицо инженера, но вот его имя.… Иногда даже эта слава Чимина пугала. Пак хоть и жаждал всемирного известия, но сейчас ему это уже было не нужно.              Весна — любимое время года для мужчины, но не сейчас. Приятный запах цветущих растений в нос забивается, отчего дышать тяжело, а около любимого магазинчика распустилась сакура, цветки которой очаровывали и притягивали внимание к себе. Усталая улыбка на губах расцветает, а рука тянется к великолепному соцветию. Сакура бесспорно красивая, но ни один цветок в этом мире не сможет распуститься красивее, чем добрая кроличья и нежная улыбка. Чимин уже и не знает, как прожил бы эту жизнь, если бы не увидел, как Чонгук улыбается, смеется и как красиво он все-таки умеет любить. При воспоминании о Чоне у Пака самого внутри все самое хорошее распускается.              Чимин создал проект «JK», желая лишь о том, чтобы этот мир и эти люди узнали про самого великолепного человека. Пак даже представить не мог, насколько больно себе сделает таким поступком. Отрываясь от цветущей сакуры, мужчина все же проходит в магазин и поправляет свою черную кепку с капюшоном. Ему еще никогда не удавалось угадать момент и место, где его никто не узнает, именно потому приходилось скрывать большую часть лица при каждом выходе на улицу для своих нужд.              Взяв из холодильника баночку пива и по дороге до кассы, захватывает с собой упаковку соленой соломки. Подойдя к кассе, Чимин роется в карманах, ожидая, когда продавец пробьет его товар. Не найдя наличных денег, мужчина достает из кармана свой телефон и выуживает из-под чехла карточку.              — Четыре тысячи семьсот пятьдесят вон, — в уголках глаз слезы собираются, а Чимин голову поднимает, встречаясь со знакомыми и любимыми чертами лица.              — Хорошо.              Коротко кивнув головой, он оплачивает свою покупку и покидает магазин. Чимину стоило послушать Намджуна тогда и создать договор по поводу не распространение изначальной версии проекта. Пак хотел, чтобы Чонгук тоже обрел славу, но не такую. Проект «JK» был практически на каждом шагу: за прилавками в магазине, в торговых центрах, в салонах красоты и прочих людных местах.              Из-за популярности своей разработки, Чимин никак не мог смириться с утратой в виде любимого человека. Время, израненное сердце, не лечило совсем, а лишь все больше и больше калечило, ведь он ежедневно глазами сталкивался с тем, что на сердце кровавые раны оставило. По возвращению домой, он скидывает кроссовки в сторону и снимает кепку, вешая поверх ветровок. Юноша открывает банку пива и сразу же делает пару глотков, после чего вглубь квартиры проходит.              На кухне, в углу стоял заснувший робот, на которого Чимин накинул простыню, чтобы глазами не сталкиваться каждый раз с Джеем. Мужчина эту муку пережить не в силах. Скинув ткань с Кея, Пак напротив усаживается, и смотрит в упор на свое изобретение, допивая пиво. Скомкав в руке жестяную банку, они выбрасывает ее в мусорное ведро и совсем тихо просит Джея открыть глаза.              — Здравствуй, хен, — у Чимина в уголках глаз слезы собираются, которые вынуждают робота подойти и стереть их большим пальцем, оставляя большую ладонь на щеке мужчины.              — Прости меня, Джей Кей, — шепчет Чимин и опускает свою дрожащую руку поверх чужой, мелко подрагивая всем телом.              — За что ты просишь прощения, Чимин? — робот беззлобно улыбается, продолжая осматривать состояние своего хозяина.              — За то, что я сейчас сделаю, — отвечает Пак и медленно на ноги поднимается, опуская свои руки на мягкие щеки. Чимин заглядывает в карие глаза и в очередной раз тихо всхлипывает, поглаживая большими пальцами искусственную кожу.              — Я прощаю тебя за все, — отвечает Джей и улыбается, смотря ответно в глаза мужчины.              Несмотря на то, сколько бы они не приносили друг другу разочарований, сколько бы людей ни уходило от них, улыбка Чонгука навсегда останется с Чимином вместе с разбитыми надеждами. Пак никогда не забудет все светлое в возлюбленном, которое ни на миг не угасало. Чонгук был ярким лучиком в серой жизни мужчины, только вот это давно закончилось и больше продолжаться не могло.              — Как бы я не хотел остаться с тобой, заботиться о тебе и всегда быть рука об руку, Джей Кей, ты не он и обманывать ни себя, ни тебя я больше не хочу, — шепчет Чимин и опускает голову вниз, — Протокол тринадцать.              Руками мужчина все еще держится за искусственные щеки робота, в котором вмиг потухла жизнь. Джей сначала заваливается на колени, а после с глухим ударом валится на землю, пока зрачки теряют свой цвет. Нижняя губа мужчины дрожит, да и сам Пак тоже, но он продолжает… Взяв со стола нож, Чимин осторожно прорезает чужой загривок, добираясь до нужной микросхемы.              Накинув на робота ту же простыню, Чимин отстраняется и вытирает соленые капли со щек. Он до боли сжимает руку до хруста микросхемы и вскоре на пол валится несколько бесполезных черных прямоугольников. Теперь от нее совсем нет толка.              Мужчина рукой стул нащупывает и медленно усаживается на него. Грудь словно тисками сжимает, пока в голове каша из мыслей. Внутри него бушует алкоголь, хотя и малая доза, но даже ее хватило на отчаянные поступки. Перебравшись в комнату, Чимин из комода выуживает папку с документами. Найти нужный ему договор не составило особого труда, Пак подготовил его уже давно, правда, никому не говорил.              Договор, передающий всю часть акций компании, принадлежащий Чимину в руки Намджуна, делая его тем самым главным. Когда Пак готовил этот контракт, тоже был в не особо трезвом состоянии, но видимо не зря натворил это. Тогда в нем было на порядок больше спиртного и градусом повыше. Уже в более благоразумном состоянии, мужчина все равно заверил документ у нотариуса, чтобы договор имел юридическую силу. Пак не редко думал об этом, ему просто напросто не хотелось спустить все труды в канаву, потому….              Он ставит свою подпись и рядом ее расшифровку, делая Намджуна полноправным владельцем всего того, что имеет самостоятельно. Устало улыбнувшись, он оставляет договор в прихожей в самом видном месте и пишет Намджуну, чтобы тот завтра вечером приехал к нему и кое-что забрал.              Коллега ничего не знал о деяниях своего партнера, а потому просто ответил на сообщение «хорошо», вызывая на лице Чимина усталую улыбку. Достав из шкафчика вино, которое подарили ему на одном из мероприятий, он ищет любимый бокал в шкафчиках. Наполнив кружку почти до краев, Чимин делает пару глотков и укладывается на диван в комнате. Разблокировав телефон, мужчина пальцем ведет по дисплею, рассматривая их совместную фотографию с Чонгуком, которую не менял уже пятый год.              «Спасибо тебе, что ты был со мной все это время, Чонгук-и. Смотря на тебя сейчас, я осознаю, насколько же сильно я тебя люблю. С момента, когда ты ушел, прошло уже три с половиной года, а я все еще не смог забыть тебя и оставить мысли. Ты был таким идеальным. Чонгук, ты просто был воплощением моей мечты. Спасибо, что наполнил мою жизнь смыслом.       Я обещал, что буду всегда любящим партнером. Обещался слушать, говорить, доверять и ценить тебя, а также уберечь от всего, но с этим я не справился.       Мы всегда поддерживали и старались делать друг друга сильнее на протяжении всей нашей небольшой истории.       И мне, и тебе твердили, что не нужны такие отношения. Мне говорили, что есть те, кто умнее тебя. Тебе говорили, что есть те, кто красивее меня. Тебе всегда твердили родители, что есть совершенные женщины с глазами, превосходящими неповторимость каждого рассвета, словно сошедшие с небес, а весь мир, задыхался от восторга и падал к их ногам. Но ты их не слушал. Мне говорили, что лучше моей невесты не было никого, только ты, Чонгук… Возвышеннее тебя никого не было. Ты прятал душу такой глубины, что ангелы не могли найти дна.       Нам говорили, только мы никого не слушали.       Ты оказался выше всех сравнений. Пусть этот короткий миг расставания не помешает быть связанными нашей любовью до конца. Я отдаю свою жизнь в твои руки. Моя душа, сердце и тело принадлежат лишь тебе».

В Чимине горит всепоглощающий огонь, сжигая все на своём пути, оставляя за собой лишь пепел.

В Чимине чувства все притуплены из-за немалого количества алкоголя.

Чимин отчетливо ощущает, как теряет себя, и до конца это осознание приходит только сейчас.

       Чимин действительно идет на этот шаг.

Закидывая в рот горстку таблеток и запивая их вином, он не думал ни о родителях, ни о Намджуне, ни о славе и успехе. Все мысли были связаны лишь с Чонгуком. Чимин надеялся, что покинув этот мир, он вновь сможет быть с человеком, который нагло украл его сердце.       

      

Наутро, Чимин уже не откроет глаза и не услышит криков Намджуна.

      

За то, теперь он навсегда связан с Чонгуком.