Обнять-Убить-Поцеловать

      Кэйа галантен с дамами, заходящими в город Свободы, в город Ветров. Одни рдеют от вида капитана, другие недовольно отводят нос, но никто не уводит свою ладонь, когда обольстительный мужчина предлагает приветствие на старый манер их общества. Поцелуи рук привычны для Кэйи и не стоят ровным счетом ничего, если это не ладонь Лизы, которая своей улыбкой сама предлагает ему проявить жест внимания и доброй воли. В таком случае их встреча может вылиться в игру манер и флирта.       Кэйа может поцеловать забредшую в таверну душу, когда вино ударяет человеку в голову так, что капитану остается лишь усмехаться и хлопать легонько по спине, чтобы гостю стало легче. Мужчина — мастер выпытывания информации. Он не гнушается способами, что не одобрил бы ни Ордо Фавониус, ни Дилюк. Но какая разница, если на столе лежит отчет, а тела противников и особо наглых осведомителей погребены? Поцелуи с ними отдаются чем-то противным и непонятным, горьким.       Потому, кто бы что ни говорил, душа хотела большего. Чего-то теплого, родного. Смотря на детей и их родителей, смотря на парочки, гуляющие теплыми вечерами и днями, Кэйа понимал, что что-то тоскливо и болезненно сжималось внутри. Даже в отношениях Джинн и Барбары, когда он случайно видел лишнее, заходя внутрь невовремя, проскальзывала та нежность, которой ему не хватало.       Возможно именно из-за этого он пытается заменить тепло изнанкой холодных поцелуев, отзывающихся внутри пустотой.       И все же один лучик у него был. Еще наивный, еще маленький и искренний в своих побуждениях и эмоциях. И это радостное солнышко Кэйа был готов одаривать теплом, как когда-то давно его одаривала им Аделинда. Он остается с малышкой в дни свободные, когда алхимик занят своими делами, читает сказки и выполняет роль старшего так, чтобы в мыслях ребенка даже не возникла идея, что ее — такую прекрасную и шебутную — братец не любит.       Он позволяет ей шалости, ходит с ней на задания, помогая выплеснуть всю ту мощь пиро глаза бога, что обычно выливалась в катастрофы и наказания от Джинн. Потому, наверное, Кэйю и целует в щеку малышка Кли, когда он играет с ней вместо Альбедо. Потому тянется ручками к братцу и смеется заливисто, открыто, как может смеяться довольный жизнью ребенок.       Кли вновь взрывает что-то, но Кэйе абсолютно на это все равно: он любит девочку искренне и находит ее шалости самими милыми вещами из всех, что когда-либо он видел. Этот характер, эта непринужденность. Им влетит обоим за события, но кто мешает насладиться моментом?       — Братец Кэйа! — Кли несет мужчине собранные возле пруда лилии калла и улыбается ярко.       — Благодарю за дар, милая леди, — Кэйа кланяется девочке, берет в руки подарок и вдыхает знакомый, родной запах. Он действительно рад быть старшим братом.       Кэйа заводит один из цветков за ухо, позволяя откинуть переживания и дела. Он ложится на траву под тень дерева и подзывает Кли к себе. Девочка прыгает прямо в руки, приземляясь как та самая бомбочка Додоко Кэйе на грудь, и вздыхает, слыша под собой охи и проклятия, прорывающиеся через стиснутые зубы.       — Все в порядке, — Кэйа улыбается, разглаживая пальцем тревогу Кли, и начинает рассказывать сказку, какую сам помнил из далекого детства. В такие моменты в облике мужчины что-то неуловимо менялось, заставляло поверить в расслабленность и легкость мыслей.       Девочка счастливо улыбается, смотря на лицо Кэйи, что не было грустным, поддернутым переживаниями и серьезными делами взрослых, а было умиротворенным, мягким.       Кэйа отдыхает от дел, от будущего, играя с Кли, наслаждается каждой проведенной с ней минутой. Есть в этом безмятежном времени что-то удивительно спокойное, несмотря на все эти взрывы, на виноватые взгляды хитро прищуренных рыжих глаз, которые знают, что ее накажут за очередную случайную шалость.       Уже в Ордо Фавониус действующий магистр Джинн отчитывает Альбериха за устроенный за городом беспредел, говорит быть серьезнее, но не видит ни капли раскаяния в мужчине и лишь махает рукой на пропускающего все Кэйю. В конце концов никто не пострадал. А крио меж тем замело следы. Капитан отлично сработался с рыцарем.       И на лице расползается хитрая улыбка, когда он подхватывает на руки Кли и уходит в сторону кабинета Альбедо, когда до девочки доходит осознание, что в этот раз она не будет сидеть в «специальной комнате размышлений», когда Кли обнимает его крепко-крепко и, смеясь, целует в подставленную щеку, передавая благодарность. Все же эти поцелуи в душе Кэйи отдаются самыми яркими цветами, и их он не готов пока отпускать. Пусть Кли подольше побудет ребенком, который может быть открытым…