Обнять-Убить-Поцеловать

      Шелест ветров, тихая поступь листьев и неспешный шаг по палубе. Слышать бесконечный поток мыслей и уметь его отпускать, дышать полной грудью становилось важным делом и шагом на пути к спокойствию и теплу.       Позади огромное число потерь и поражений. Позади главная победа, доставшаяся жизнями многих людей. Впереди неизвестность. А сейчас… сейчас белый хвост колышется от ветерка, кожа покрывается тонким слоем соли, а одежда пахнет йодом так сильно, что в ближайшее время на языке не будет никакого иного вкуса. В руке появляется кружка, от которой тянуло чем-то пряным, приятным, инадзумским, на плечо падает тяжелая рука Бэйдоу, и раздается уставший, но такой веселый голос, совсем не сочетающийся с наставлениями:       — Сумеру встретит нас специями и разными животными, будь осторожен, — женщина смотрит внимательно на виднеющуюся землю и треплет парня по голове. Ощущать ладонь привычно, но имеет особый смысл для юноши, душа которого дергается от таких легких моментов привязанности.       — Я помню, — и голос даже не дрожит, не ломается под натиском искр внутри, пока капитан отходит к остальной части команды.       На языке вкус соли, йода и первых подпортившихся фиалковых дынь. Кадзуха прищуривается, ловя заходящее солнце и Ли Юэ. В этот раз они не остановятся в городе, сразу пойдут в Сумеру. Кажется, с этим было связано множество причин, но юноша не вдавался в личные мысли капитана. Бэйдоу ходила все эти дни с мечтательной улыбкой, ветер шептал о романтике и напряжении, потому быть непрошенным гостем не хотелось.       Ночь укутывает мир медленно, но темнеет так внезапно и быстро, что не успеваешь поймать миг перемены. Будто бы и не было сейчас алых разводов на воде. Будто бы и не было яркого диска, теряющегося за владениями Гео-архонта. Кадзуха вздыхает, ловит похолодевший ветер между пальцев и напевает старую мелодию. У штурвала внимательно следит за водой капитан, и парень не решается как-то отвлекать ее. Он забирается на марс, подбрасываемый ветряными потоками, и усмехается едва-едва, слыша свист Бэйдоу, разбавляющий стук волн о борта.       Впереди Сумеру, специи, влажность джунглей и сухость пустыни. У него будет неделя, может быть месяц — все решится уже на земле — но он возьмет от этого путешествия все.       Они прибывают в порт Ормос уже спустя четыре дня и располагаются ненадолго. Всего неделя. Кадзуха принимает это спокойно, ловит сильно отличающийся от других регионов ветер и гуляет между горами, вдыхает запахи самые разные: от резких специй, до нежнейших ароматов цветов и листьев. Кадзуха наслаждается местностью, слушает истории других, видит их так, как не могли бы увидеть обычные люди: ему шепчет ветер о достоверности, о яркости и эмоциях.       Бэйдоу наблюдает иногда за состоянием парня, ловит его интерес зрителя, слушателя и грустно усмехается, когда в открытые окна таверны залетает шепот, когда Каэдэхара остается встречать рассветы в одиночестве и утром такой печально-тяжелый. Женщина в эти моменты хочет сгрести его в объятия, но на этой неделе он упорно уходит в сторону, будто бы теряется в собственных ощущениях.       И между тем внутри юноши как-то тоскливо, как бывает в последние дни. Нет причин даже вроде бы, но тянет к людям, хочется ощутимого тепла. Кадзуха напевает мелодии ветру, наблюдая, как внизу бегают от пирса к пирсу люди, как разгружают товар матросы, как торговцы принимают заказы. Медленно начинается рассвет, а тело начинает мерзнуть. Внутри плещется тепло от вина, но то почти выветрилось, заставляя помышлять о других мелких делах. Например, о сне. И он остается между крепких ветвей удобного древа, нагоняет вокруг себя кокон из ветра и закрывает глаза.       День отъезда наступает быстро, стирая все тянущие душу моменты. В пути не так одиноко: рядом всегда есть команда и пассажиры. И все же чувства тепла его настегает. Бэйдоу наблюдала самое разное состояние юноши и ждала подобного после отплытия обратно в Ли Юэ. Раз он скрывается от нее, то давить не станет. До ночи. А потом точно все скажет на своем языке. У парня есть возможность отправиться в путешествие самостоятельно, но он цепляется, остается в команде Алькора и плывет, впитывая морской воздух и атмосферы самых разных территорий. Бэйдоу ловит его взглядом на марсе, зовет рукой и обнимает крепко, прикладывая все силы.       — Не знаю, чего ты тянешь каждый раз, но не стесняйся, - этот ребёнок еще долго может глушить в себе простые человеческие потребности...       Ощущать объятия от Бэйдоу приятно. Они больше товарищеские, материнские, но тонуть в крепкой хватке капитана хорошо. Кадзуха неопределенно ведет головой, сжимает капитана в ответ и благодарно мычит что-то неопределенное. Внутри наконец все отмирает, мысли распутываются. Всего лишь объятия, а так действуют… И юноша позволяет себе расслабиться, отбросить попытку побыть старше. Все же ему не хватает дружеских отношений, тепла, объятий…