Look At Us Now / Посмотри на нас сейчас

Куда бы ты ни пошёл, я пойду за тобой. Если спросить Ким Тэхёна, что он делал сегодня на работе, то он просто выйдет за дверь. Из окна лучше. Весь рабочий день молодой человек задавался вопросом, где он, что он. Для чего вообще? Как назло, вызвали в офис, пришлось утихомирить беспорядочные мысли в своей не самой светлой голове и внимать, что ему говорят. Следствие бессонной ночи, полной саморефлексии, споров с самим собой, беспочвенные и не совсем обвинения в свою сторону. Что он забыл в этой квартире, рядом со своим бывшим? Зачем пошёл на свидание с этим человеком? Удалось уснуть лишь под рассвет, заранее понимая, к чему это приведёт. Он был прав: весь день на взводе, разум затуманен, всё из рук валится в сопровождении тошноты с головокружением. Очнулся, лишь встав перед дверью в квартиру Чона: сколько раз ему метаться, думая, открывать или всё же сбежать. Забыть последние дни его размеренной жизни, лишённой ярких красок. Тэхён заходит в квартиру, благодаря небеса, что это последняя ночь в этой квартире. Нервы на пределе, парень раздражён до такой точки, что одно неверное слово, движение — он взорвётся. Не будет пути обратного. Не сможет контролировать, не будет отвечать за себя. Чон Чонгук не выходит из головы, сердца, души. Ниоткуда. Поселился так, что чужих людей его именем кличет. Болезнь по имени Чонгук. Услышав звуки копошения, парень заходит сразу на кухню с дежурной приветливой улыбкой для миссис Чон, но, не застав её, скидывает с себя маску. На лицо оседает грусть и усталость за секунду после осознания, что они вдвоём. — Намджун звонил, они хотят собраться сегодня, пятница всё же, — Чонгук наливает себе и «соседу на время» кофе и передаёт чашку. — Пойдём? Днём, получив приглашение от Чимина, Тэхён отказался, сославшись на усталость и желание просто полежать на диване. Придётся придумать причину, что поменяла его решение. И это должен быть не Чонгук, который ушёл в свои мысли так глубоко, что взгляд застыл на противоположной стене, а глаза даже не моргают. — Думаешь, хорошая идея? — Тэхён отпивает горький кофе. Проносится мысль о том, что как раз Чонгук научил его пить такой кофе, без всяких сиропов. — Зато там можно не притворяться перед мамой, — вернув взгляд к Тэхёну, приводит самый весомый аргумент, остальное уже неважно, если честно. Главное — быть не здесь, не пытаться делать вид, что всё хорошо. Фарс немного наскучил обоим. — Поехали тогда. Квартира погружается в тишину. Парни, словно не замечая друг друга, переодеваются. Оба упрямо игнорируют навязчивую мысль, что когда-то раньше они так же собирались на вечеринки, сталкиваясь в дверях ванной, у зеркала, ссорясь из-за любимых вещей. Тэхёну нравилось (до сих пор нравится) носить оверсайз Чонгука, а тот злился в шутку, что одежда парня ему слишком мала. Несправедливый торг. И сегодня, не найдя что надеть, по-хозяйски начал копошиться в чужом шкафу, но ему же дали разрешение в начале его переезда. Надел одно из любимых худи, в котором стал меньше тонуть благодаря спортзалу. Слова находятся уже в машине, отъехав от дома: — Я думаю, парням не стоит знать, что мы сейчас живём вместе, — начинает Чонгук, виновник семейного представления. — Они не так всё поймут, — подытоживает Тэхён. Всегда понимали друг друга с полуслова, по взгляду, по жестам и языку тела общались без недопониманий. Что же с ними стало? Почему в один момент это всё разрушилось и даже слова не смогли им помочь? Очередное длительное молчание прерывает Чонгук: — Послушай, — получается немного резче, чем хотел. Еле найдя смелость. Ждёт, пока на него обратят внимание: — Я себя немного по-детски повёл сегодня утром, жизнь не стоит на месте же. Тэхён ждёт продолжения, но слова закончились. У слов повышенный тариф. Кивает в ответ, приняв завуалированное «извини», наклонил голову к прохладному окну, наблюдая за вечерним городом. Почему-то дороги освещают, чтобы путники не терялись. У них есть карты, навигатор. Сбиться с пути будет сложно. А что делать разбитым сердцам? Кто поможет построить правильный маршрут, кто скажет, где свернуть и на какой развилке съехать? Вот и Тэхён не знает, как ему быть без помощи навигатора. Его вырывает из мыслей резкое торможение машины. Руки Чонгука уже на груди — хотел уберечь Тэхёна от удара о приборную панель машины. — Гук? Что случилось? — испугавшись, хватается за пальцы, что всё ещё придерживают. — Какой-то идиот резко перестроился, — нервно проверяет заднее и боковое зеркала, так и не прерывая прикосновения. Тэхёну приходится самому отвести от себя руку, невесомо придерживая чужие пальцы. Чонгуку стоило таких сил, чтобы не перехватить удобнее руку и перекрестить пальцы. Как раньше. Примитивное: «Ты в порядке?» — крутится на языке, но не озвучивает. — Я тебя чуть раньше высажу, и, домой когда поедем, я тебя заберу с остановки. Хорошо? — в ответ ему угукает. Вечер проходит в тумане для обоих. К Тэхёну парни и девушки подходят знакомиться, но тот вежливо отмахивается, взором ищет самого интересного персонажа в этой квартире. А тот затерялся где-то среди своих знакомых и общих друзей. Тэхён их тактично обходит, всё ещё обижаясь за ту сцену в больнице. Чимин ловит его неожиданно, увидев кудрявую макушку: — Ты меня избегаешь? — ему не нужен ответ друга, тот даже смотреть не собирается в его сторону, подтверждая, что его игнорируют. — Давай мы поговорим позже, Чимин? — пытается обиженный взгляд маскировать под уставший, немного наклонив голову, рассматривая друга. — Давай сейчас, для меня это важно, — Чимин хватает за запястье друга, чтобы удержать на случай, если тот захочет уйти. За коротким разговором на кухне Тэхён рассказывает про свои планы. Завтра поедет в Тэгу — здесь на него всё давит. Хочется больше воздуха. Не искать того везде и каждую секунду. — Я думаю, тебе это пойдёт на пользу, — заключает Чимин, получив ответы и прощение близкого друга. Тэхён умолчал о многом, сам не понимает почему. Чтобы легче было всё забыть, нужно как можно меньше мыслями и разговорами туда возвращаться. Но как ему хочется выговориться. Обсудить каждый их диалог, каждое прикосновение и взгляд. У него внутри пожар от происходящего. Руки сжимаются в кулаки, замечая Чонгука в окружении других. Он ревнует и злится, но поделать ничего не может. Хочется хотя бы с кем-то так же приветливо пообщаться, дать себе шанс идти дальше, но кошки на душе скребут от одной картины. Он всё ещё не отошёл от того вечера с Минхо. Надо дать себе прожить расставание, затем только впускать кого-то в жизнь. Чтобы быть честным с собой и с человеком напротив. Мыслями улетел куда-то далеко, не заметив, что пялится на Чонгука в компании с парнем. А тот взглядом интересуется, что не так. Не получив реакции, сам подходит к старшему. — Мамы сегодня не будет дома, — Чонгук сообщает неплохие новости. — Она вернётся утром за вещами и уедет к себе. Тэхён не сдерживает вздоха облегчения. Жмурит глаза на пару секунд, пропуская слова через себя. Наконец-то… Идея рождается сама собой: — Я тогда не поеду с тобой, вернусь позже домой, — теребит шнурок чужого худи. Нужно будет вернуть все вещи Чонгуку. — А куда? А, ой, — понимая, что лишнее спросил. — Можешь не говорить. Обводит всех присутствующих взглядом, пытаясь вычислить компаньона Тэхёна, но безуспешно. — Я тоже не поеду домой, — Чонгук поддаётся импульсу. Возможно, эти несколько дней показали, что им не по пути. Они не могут рядом. Как бы сложно ни было врозь, вместе в разы сложнее. И надо сыграть до конца, показать, что жизнь идёт дальше. Тэхён улыбается наигранно, кидая через плечо «увидимся», и уходит. Быстро прощается с друзьями, покидая квартиру Намджуна. Будет просто гулять по городу. Никто его нигде не ждёт. Не хочет быть там, где Чонгук. И не потому, что тяжело находиться рядом (что абсолютно верно). Но также чем дольше они рядом, тем быстрее из памяти смываются все тяжёлые дни их жизни. Он нечаянно задаётся вопросом: может быть, не всё так плохо было, может, они переоценили масштаб катастрофы? Возможно, это был кризис отношений, который они не смогли пережить, потому что поторопились. Ему эти мысли не нравятся, они путают голову и сердце, что ищет любую возможность изменить решение. Случилось то, что должно было случиться. Они бы не смогли дальше жить вместе. Он верно поступил. Будь это судьба, они бы не разошлись, нашли бы способ бороться. А раз так вышло, то им не по пути. За рассуждениями сам не осознаёт, как доходит до «дома». Вряд ли Чонгук уже приехал — он там прожигал взглядом кого-то. Как и его, в принципе, сожгли, раздели догола и упивались красотой. Он точно будет поздно, если вообще приедет. Вот каково ревновать того, кто однажды был весь твоим. Каждая его улыбка, его взгляд, прикосновение, вдох и выдох. Каждое ласковое слово — всё принадлежало Тэхёну, а сейчас… Погрузившись в свои мысли, тихо входит в квартиру и проходит в гостиную, где его встречает удивлённый бывший парень. Выгнув бровь, задаёт каверзный вопрос: — Так быстро ваше свидание закончилось? Тэхён выдаёт наигранную улыбку, а у самого отлегло, что никуда его (когда-то его) Чонгук не делся и никто его не украл. «Может, они быстро закончили…» — шепчет ему демон с плеча. — А ты? — стоит, оперевшись на дверной косяк гостиной. Чонгук возвращается к просмотру Youtube, даже не ответив на вопрос. Вернулись в прежние времена с проигнорированными вопросами и тяжёлой атмосферой в квартире. Не по пути, слишком разные. Тэхён удаляется в ванную, фыркая под нос. Решение правильное, надо дождаться лишь утра. Хотя всё же тепло разливается по телу, что тот не ушёл никуда. Но кто больше его рад, так это Чонгук, который действительно думал, что Тэхён не придёт домой. — Раз твоей мамы не будет сегодня, я тут посплю, — возвращается Ким с подушкой и пледом. Кивая в сторону спальни. — Нет смысла… Знаете взрослых, которые ведут себя разумно, поступая правильно и здраво? Чонгук рядом со своим бывшим не такой: — Тэхён, — встаёт с дивана, но садится на подлокотник, Чонгук смотрит снизу вверх на стоящего рядом Тэхёна. — Вдруг всё же она внезапно решит прийти. Ключи у неё есть. «В любви и на войне», — проносится в голове младшего. — Думаешь, придёт? — поднимает взгляд на потолок безысходно. Находиться здесь невыносимо, ещё и в одной постели. — Не знаю, — пожимает плечами, не сводя взгляда. Тэхён такой мягкий. Хочется обнять, поиграться с кудряшками, которые устроили хаос на полувлажной голове. — Я лягу на диване. В ответ лишь выгибают бровь, поэтому проясняет свою мысль: — Я скажу, что поругались, — некрасиво отправлять «гостя» на диван — он уступит комнату. Тэхён передаёт подушку и плед, уходит в спальню. Чем быстрее он уснёт, тем быстрее закончится это всё. Как и следовало ожидать, утром миссис Чон вернулась за вещами, поспешно попрощалась с сонными сыном и другом — её ждали в машине. Тэхён, стоя в узком коридоре, протирая заспанные глаза, наблюдает за своим возлюбленным (когда-то). Тот прижался спиной к двери со скинувшим маску лицом. Голову закинул назад, закрыв глаза, делая очередной глубокий вдох. Возможно, нельзя жить с человеком так долго, сливаться с ним в единое — последствия очень болезненные. Тревога передаётся по воздуху или по любви — неясно как, но Тэхён всё ощущает на себе. Это был не просто визит матери, то была попытка промять своего сына под свои устои, показать, насколько тот не вписывается, насколько она разочарована в нём. Неважно, в каких они отношениях будут после того, как Тэхён закроет за собой дверь, — Чонгук вечно будет ему благодарен. Он был не один в этот момент, важнее ничего нет. Тэхён слаб перед таким Чонгуком. Снаружи сильный, взрослый, рассудительный, стоит неподвижно, пытаясь прийти в себя после никому, кроме него, не видимой и не слышной борьбы. Не давая себе лишнюю секунду подумать, делает шаг вперёд, прижимая к себе Чона. — Теперь всё позади, — шепчет, лбом прижавшись к шее. Рукой укладывает чужую голову себе на плечо, гладя волосы сзади. Это немного успокоит. Сложно залезть кому-то в душу и увидеть, насколько тому плохо. Особенно сложно, когда для него такое чуждо. Но, судя по тому, как Чонгук прильнул к парню, сжимая ткань пижамы, Тэхён всё правильно представляет. Рвано дышит, пытаясь не предаться слезам. Тэхён прав: она уехала, а в следующий раз он будет сильнее. Раствориться бы в этом моменте, но Тэхён проверяет время, всё ещё обнимаясь. Пора уезжать. Старший вскидывает голову, чтобы найти взгляд, по которому он всё поймёт. Чувствуя движение, Чонгук поднимает голову, попав в капкан обеспокоенных карих. Одной рукой он обнимает Чонгука за шею, другой касается его лица, пальцами нежно гладит щёку. Затем опускается к подбородку, большим и указательным пальцами чуть приподнимая его: — Ты как? — стараясь не нарушать тишину, шепчет еле слышно. В ответ лишь кивают, отпуская сжатую пальцами ткань. Чонгук первым делает шаг назад, всё ещё находясь в объятиях. Тэхён не двигается, ждёт, пока тот полностью отстранится, когда будет готов. Глаза в глаза. Ещё пару мгновений, прежде чем они вернутся в реальность. Там их ждут очередное расставание, прощание, недосказанные слова и разбитые надежды. Чонгук возвращается из магазина домой, замечая: нигде нет вещей Тэхёна. Как будто его и не было тут эти несколько дней. «Тэ должен был уехать к себе сегодня, и странно, что он так и не попрощался», — думает Чон про себя. Набирает номер, но не отвечают ему. Сначала гудки идут долго, а затем вообще начинают скидывать. Почему не подождал? Почему не отвечает? Звонит Чимину — тот тоже скидывает. Он звонит Юнги. Его сегодня коллективно игнорируют. Матерясь себе под нос, Чонгук видит имя хмурого друга на экране: — Нет, не знаю, где Тэ. Спроси Чимина, — и скидывает звонок. Ничего не могло произойти, человек поехал к себе домой. Они, возможно, увидятся на выходных на общей вылазке. Но что-то не так. Интуиция шепчет, что нужно искать Тэхёна. Наплевав на гордость, пишет Тэхёну, что срочно надо поговорить. «Что-то случилось?» — приходит в ответ. Ответить на звонок сложно, а написать — легко. Игнорирует догадку, почему так. Тэхён не даст услышать свой заплаканный голос. «Скажи, ты где, я приду», — печатает быстро, боясь упустить шанс. Почему-то уверен, что нет смысла ехать к нему в квартиру. Но где он может быть? Надо найти его быстро. Пока есть смелость и силы бороться, что пришли к нему с утра, он готов на всё. «Нет, не пиши мне, Чонгук», — резкий ответ немного отрезвляет, но он не будет бросать на полпути. «А где ты?» — набирает Чимину, тот снова сбрасывает. Тэхён не отвечает на последнее сообщение. Даже не открывает его. Надежду дарит уведомление от Чимина, который присылает фото станции Сеула и скриншот от Тэхёна с сообщением: «Вот бы он понял, где я, и приехал». Чонгуку больше ничего не надо. Он едет. «Спасибо, хён», — печатает маленькому хёну, хватая ключи от машины и выбегая из квартиры. Чимин не уверен, правильно он сделал или нет. Время покажет. Как минимум пусть поговорят и дальше решат для себя. На платформе, где ожидает поезд из Сеула в Тэгу, собирается толпа людей. Они убегают из шумной столицы за спокойными выходными. Тэхён убегает от своего учащённого сердцебиения, больных бабочек и горьких слёз. В доме родителей будет легче это пережить. Ему нужно хотя бы месяц провести вне этого мыльного пузыря. Сидит и листает старые фотографии с Чонгуком. Рука так и не поднялась их удалить. Он не смог бы никогда. Там все моменты из их жизни. Пальцем проводит по экрану, с которого на него смотрит некогда счастливая пара. Тэхён, обнимающий своего возлюбленного со спины, целуя в шею. Второй парень стоит, блаженно закрыв глаза, руками обнимая руки на талии. Всё бы отдал, чтобы вернуться туда. Слёзы застилают глаза, приходится смахивать их, чтобы дальше рассматривать осколки былого счастья. Они капают на экран, смазывая картинку. Листает галерею, потерявшись во времени. Колени аккуратно накрывают знакомые руки. Тэхён, весь в слезах, вскидывает голову и видит перед собой Чонгука, который сначала наклонился, затем сел на корточки. Пальцами начинает гладить колени, собираясь с силами, чтобы заговорить. — Ты почему плачешь? — Чонгук сам тянется к чужому лицу, смахивая слёзы. Смотрит, не отрываясь, пытаясь уловить каждое движение глаз, каждый взмах ресниц. — Как ты пришёл сюда? — всхлипывает и решается произнести что-то вслух. Закрывает глаза, не в силах выдержать прямой взгляд Чонгука. — На ногах, посмотри на меня, — копирует движение Тэхёна с утра, поддевая пальцами подбородок, направляя на себя. Внутри него пять минут назад был ураган, он ненавидел себя за то, что упустил, упрямился и не поборолся. Увидев на станции Тэхёна, для себя решил, что не отпустит никогда. Мысль словно молния пронзила его. От чёткого осознания, готовности сделать всё, что можно и невозможно, но вернёт его к себе, на душе стало так легко. — Нет, уйди, я жду свой поезд, — проверяет время, молясь высшим силам, чтобы те помогли ему. — Я еду с тобой, — и он не шутит. По дороге на станцию для себя приобрёл билет. — Билетов нет, — предполагает, хмыкнув, оглядывая, как много людей ждут свой поезд. Чонгук так и сидит напротив Тэхёна, мысленно жалуясь на боль в ногах, но не отходит. Никто не торопится никуда. Кажется, что у них в запасе бесконечное время. Что неправда: скоро поезд, люди уже начинают суетиться. Что нагнетает немного. И так внутри хаос, а тут ещё и люди добавляют шума. Тэхён первый прерывает молчание: — Я не могу. Просто не могу, — решился наконец сказать всё, что на душе. — Что не можешь? — хочется обнять и дать себе мысленную оплеуху за то, что так долго шёл к этому. Его мысли прерывает неожиданный поток слов: — Забыть! Тебя! Невозможно! Клянусь, я учился жить без тебя. Честно старался. Но это невозможно. Я не могу. Не получается. Первый порыв — начать оправдываться, высказаться самому, но молчит. Ждёт, чтобы Тэхён закончил свою речь. Лишь немного сильнее сжимает ткань джинсов на коленях. — Ты везде, всё напоминает мне о тебе. Во мне больше тебя, чем меня самого, понимаешь? — слёзы текут, их не остановить. Он делает паузу, лишь чтобы шмыгнуть и вытереть лицо рукавом. У Чонгука щиплет в глазах — слёзы накатывают от чужих слов. И от прежней лёгкости не остаётся и следа. Ком стоит в горле. Тэхён вскакивает с места, чтобы быть с ним наравне. — Не плачь только, пожалуйста, — тянется рукой аккуратно, боясь, что его оттолкнут. — Не могу остановиться теперь, — хаотично вытирает слёзы пальцами, рукавом рубашки. Руки дрожат неимоверно. Из-за слёз не видит Чонгука, который стоит с протянутой рукой. — Перестань плакать. Я не выношу твоих слёз, родной, — сгребает Тэхёна в охапку, свободной рукой зарывается в волосы. Они вдвоём начинают качаться на месте. — Ты можешь меня оттолкнуть, послать, раз это я принял первым решение расстаться. Но знай, что без тебя у меня ничего не получается, — признаётся, уткнувшись в чужую шею. — Тэхён, — гладит волосы, сжимая в объятиях, — пожалуйста… Его перебивают. Тэхён обнимает за шею, гладит большими пальцами скулы: — Давай мы ещё раз попробуем. В последний раз? Пожалуйста, Чонгук. Я честно буду стараться. — умоляет, бегая глазами по лицу любимому. В прошлом, сейчас и в будущем — любимому. Сколько слёз стоило пролить, чтобы это осознать. — Тэхён, не в последний раз. Давай будем пробовать столько раз, сколько нужно. Я не могу и не хочу без тебя жить. Лбом прижимается к чужому лбу, обнимая ладонями шею. Глаза закрыты, а на лице счастливая улыбка. Чонгук не верит своей удаче: он успел. Тихо, словно весь мир подслушивает, шепчет: — Я так хочу тебя поцеловать, — а в голосе столько нежности. Хочется его расцеловать всего, с ног до головы. Проснулось новое внутри чувство, определение которому пока сложно дать. Он обязательно подумает и даст ему название. Пока оно фантомное, возможно, лишь формируется, и нужно ещё время. — Мы в Корее, бро, — Тэхён возвращается обратно на землю, начиная замечать людей вокруг. Они, оказывается, не одни здесь, на этой платформе. Некоторые смотрят с глазами-сердечками, радуясь за воссоединение пары, а поколение постарше озирается, проверяя реакцию других «зрителей». Осудить или оставить в покое — их мучает дилемма. — Я тебе не бро, — стоит таких усилий отойти от Тэхёна, но приходится, чтобы не нарваться. — Давай на моей машине поедем в Тэгу на выходные? Тэхён счастливо начинает кивать, как болванчик. «Куда скажешь», — остаётся неозвученным, но глаза за него всё говорят. Как и руки, которые находят сразу любимые ладони, переплетая пальцы. Как и сердце, которое ходуном заходится от того, как близко к нему находится Чонгук, ведущий к машине.