And He Called Darkness Light

You'll never know what hit you; Won't see me closing in. I'm gonna make you suffer; This Hell you put me in, I'm underneath your skin The devil within.

Кэролайн смотрела, как Эллисон исчезает за воротами особняка своей семьи, а затем, после того, как она убедилась, что ее сестра не могла видеть их, обернулась к мужчине. - Итак, - начала девушка, одарив его холодным взглядом, - о чем ты хотел поговорить? Он улыбнулся, протягивая руку к ней. Кэролайн едва подавила желание закатить глаза. Но не могла этого сделать, девушка должна была поступать как леди. И, несмотря на то, что она ненавидела это, дама должна была принять руку мужчины, когда он хотел этого. - Давайте прогуляемся, мисс. Погорим с тобой о том, как вернуть тебе душу обратно. - Я не хочу гулять с тобой. Все, чего я хочу так это то, чтобы ты мне сказал, что ты хочешь от меня и наконец, оставил в покое. Наряду с птицей и твоей армии демонов, - ответила Кэролайн, когда он ее за руку вел в сторону леса. Ей не было страшно, потому что день был ясным и светлым. И все же она чувствовала странное беспокойство. Кэролайн не доверяла этому мужчине, и не хотела иметь с ним ничего общего. Внезапно девушка почувствовала, как раны на шеи начали пульсировать, будто собираясь кровоточить. - Кэролайн, любовь моя, я боюсь, что для того, чтобы вернуть твою душу тебе придется делать то, что не соответствует твоим вкусам, - сказал мужчина, наконец, взглянув на ее лицо. На данный момент она выглядела мрачно, рот был приоткрыт в беспокойстве, а лицо было болезненно бледным. Она громко глотнула. - И что это будет? Клаус опасно улыбнулся, это заставило Кэролайн отпустить его руку и сделать шаг назад. Она поправила свои волосы, в ожидании его ответа. Девушка чувствовала, что ее обувь погрязла в земле, а края платья окрасились в коричневый цвет. - Я хочу, чтобы ты оставила свою семью и пошла со мной. Эти слова как острая бритва пронзили ее плоть и разрезала сердце на две части. Она почти физически ощущала, как кровь распространяется по телу, подбираясь к горлу. В глазах все потемнело. Девушка не могла в это поверить. Он не мог говорить этого всерьез. Кэролайн не могла все бросить и последовать за ним. Это невозможно. - Я не могу, - пробормотала девушка, глядя куда-то в сторону. Клаус сделал несколько шагов вперед и положил ей руки на предплечья. Тогда он приблизил свое лицо к ней, его губы коснулись уха Кэролайн и голос мужчины заполнил ее голову, распространяя покалывания по всему телу. - Но мы ведь заключили сделку, или ты забыла? Кэролайн закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, но так или иначе у нее не получилось. Было трудно, когда дьявол сидит у нее на плече, ползает под кожей и парализует все разумные мысли. Слишком трудно. Это было не тем, на что она подписывалась. Демон всей ее похоти, не так ли? Ну, конечно. Он точно знал, где нужно прикоснуться, чтобы послать дрожь по всему ее телу. За какие потянуть струны. Она была просто марионеткой в его руках. - Что если я нарушу эти правила? – прошептала, наконец, Кэролайн, ее голос был таким же холодным, как и ветер на ее лице. - Тогда ты умрешь, - ответил Клаус с улыбкой. Она решила улыбнуться в ответ. - Вы не впечатлили меня, сэр. Разве все мы рано или поздно не умрем? Он отступил назад, его глаза все еще смотрели на девушку, но казались какими-то пустыми. Иногда она была загадкой для него. Добрая, но сильная, сложная и странная, но глупая и честная. И такая прекрасно храбрая. Клаус ухмыльнулся, выгибая брови. - Существует гораздо большее в смерти, чем то, что ты можешь представить. Ты думаешь, что просто исчезнешь. Бесполезно и мирно. Потухнешь как пламя или развеешься как туман. Но на самом деле это что-то другое. Ты не просто заснешь, Кэролайн. Это как утопление. Как удушье и адская боль наблюдать за тем, как близкие люди медленно забывают о тебе. А потом, когда ты станешь ничем для них больше, ни памятью, даже ни мыслью – вот тогда ты действительно умрешь. И иногда это занимает слишком много времени, может даже вечность. Потому что твоя душа оставляет вещь на каждом предмете, которого ты касаешься. Так что это агония просто не имеет конца для твоей души. Кэролайн покачала головой. - Какая душа? И в его глазах девушка заметила, что ему не понравился ответ. Мужчина прижал ее к ближайшему дереву и сомкнул руки на шеи девушки, чтобы она не смогла даже дышать, и ей пришлось смотреть ему прямо в глаза. И они были настолько темными и холодными, как два замерзших озера в зимний период, Кэролайн действительно чувствовала, что тонет в них. - Послушай меня, - прошептал он ей в открытый рот. – Ты должна остаться со мной. Оставь свой дом, свою семью, всю свою жизнь. Ты должна оставить все, что у тебя есть и делать то, что хочу я. Видишь ли, милая, мы заключили сделку. И она подписана твоей кровью. Помни, что я под твоей кожей. Я знаю каждую твою мысль. Я знаю каждый твой шаг. Если ты надумаешь сбежать, то я найду тебя. И потом, я клянусь, что заставлю тебя страдать так, пока ты не перестанешь ощущать свое тело от полученной боли. И кто знает, может быть, я разорву его на части и посмотрю на этот кровавый дождь. Кэролайн почувствовала, как его ногти впились в шею, и у нее не было ни одной причины, чтобы не поверить в слова мужчины. Она была настолько хрупкой и беспомощной рядом с ним. Девушка могла сказать ему, какой она была легкомысленной, как тривиально смешной жизнь будет с ней, но затем, на грани жизни и смерти, она отчаянно хватала носом воздух, желая только того, чтобы он отпустил ее. Кэролайн пыталась выжить. Она хотела жить, независимо от того, какой будет эта жизнь. Она хотела бы жить в великолепной особняке с Тайлером, любить его, может быть, не самой страстной и сумасшедшей любовью, но, тем не менее, было бы так уютно и тепло. Она могла бы тратить свое время на то, чтобы носить красивые платья, улыбаться, когда ей это говорили и пить шампанское. Она могла бы заниматься воспитанием детей, а потом умереть, и занять отведенное ей место в семейном склепе… а что потом? Будет ли она гореть в аду целую вечность? Или она будет существовать так, как он сказал ей? Нет, выхода не было. Кэролайн была заражена болезнью, которая, возможно, и не давала никаких симптомов, но все еще могла забрать ее с собой в могилу. Даже хуже. В ад. И она могла притворяться, что не была больна и продолжать жить. Но это была бы жизнь полная лжи и паранойи. А она хотела большего. Она заслуживала большего. - Я останусь с тобой, если ты так настаиваешь. Я буду делать то, о чем ты попросишь меня. Но когда мы покончим с этим, ты должен будешь меня освободить и вернуть к прежней жизни, к тому, кому я принадлежу. Руки Клауса мягко отпустили ее горло. - И к кому, по-твоему, ты принадлежишь? Девушка оставалась тихой, она не могла заставить себя взглянуть на него. Кэролайн просто смотрела на землю, чувствуя, что была на грани истерики, которая может начаться в любое время. - Ты, на самом деле, не принадлежишь ни одному мужчине, потому как ты действительно презираешь их всех. Ты не принадлежишь ни одной женщине, так как считаешь себя лучшей, чем они есть. И сильнее. И умнее. Ты не принадлежишь земле, потому что мечтаешь улететь и смотреть на всех сверху. Но также ты не ангел, посланный с небес, так как слишком горда для этого. И горишь ты слишком ярко и медленно для того, чтобы быть частью ада, - Клаус остановился на некоторое время, с любопытством наблюдая за ней. – Так скажи мне, чему или кому ты принадлежишь? Она, наконец, посмотрела на него. - Себе. - Но ты даже понятия не имеешь, кем являешься. - Ну, в один прекрасный день я пойму это. И я с уверенность могу сказать, что есть один человек, который всегда будет ждать меня. Тот, который никогда не оставить меня. Опять же с полной уверенность скажу, что Я на своей стороне. Он кивнул, потом указал на небо. - Там будет полная луна в течение четырех дней. В ночь с твоей свадьбы. Тогда я приду за тобой. Будь готова, милая Кэролайн.

***

- Сладкая Кэролайн, почему ты не выпиваешь с нами? Кэролайн взяла бокал, так как хотел мистер Локвуд. Потом она выпила шампанское, пытаясь тем самым заглушить все те слова, что слышала ранее от Клауса. Но, ни какой ликер в мире, не мог сделать ее достаточно пьяной, чтобы забыть обо всем. И девушка не могла даже напиться, ради Бога, дамы не напиваются. А если они даже и делали это, то точно не потому, что продали свою душу демону. Как Эллисон там говорила? Ах, да. Дамы не напиваются, они переживают свое горе в душе. Внезапно девушка почувствовала чьи-то руки на своих бедрах, и на мгновение она перестала дышать. Но потом поняла, что это не мог быть Клаус, с ним Кэролайн чувствовала себя по-другому. Это же прикосновение было намного теплее и каким-то неуверенным что ли. - Еще четыре дня и ты моя, - прошептал Тайлер ей в ухо, посылая знакомые ощущения, которые начали развиваться внизу ее живота. Но тогда так называемые крылья бабочек превратились в бритвенные лезвия и начали измельчать ее внутренности, и Кэролайн напомнила себе, что это все ложь, даже если он не знает еще. Нет, она не будет его. Еще четыре дня и девушка исчезнет навсегда. Но она хочет проститься с ним, даже если не сможет сказать прямо «Прощай». - Я могу быть твоей в любое время, - прошептала нежно девушка, не совсем уверенная в том, что собирается сделать. Это было неправильным и это заставляло ее нервничать. Но Кэролайн хотелось совершить этот плохой поступок. - Что ты имеешь в виду, Моя мисс? Кэролайн улыбнулась. - Я имею в виду, что если ты меня хочешь – то возьми!

***

Кэролайн застонала, когда он начал прокладывать поцелуи от ее шеи все ниже, касаясь руками каждого дюйма ее разгоряченного тела. Она не была уверена в том, что делает. Раньше девушка знала, что делать, когда он танцевал с ней или, когда целовал. Но то, что происходит сейчас - было странным и, честно говоря, она даже не была уверена в том, что ей понравится это. Губы Тайлера оказались на ее груди, он будто хотел целовать ее всю, но как неприятно было осознавать, этого для нее было не достаточно. Девушка чувствовала его руки повсюду, они посылали жар и жжение по всему телу, и оно покрылось капельками пота. Ее кудри прилипли ко лбу. Тело Тайлера было таким горячим возле нее, что ей хотелось кричать. - Ты хочешь большего? – спросил парень, глядя на нее. Их глаза встретились, и девушка увидела что-то странное и темное в них. Что-то вроде необходимости, как голод. Они были дикими. Похоть. Кэролайн вздохнула. - Да, - ответила она, его губы переместились еще ниже, он продолжал ее целовать. – Да, - но она не могла. Она чувствовала себя голой, пристыженной и грязной. Все происходило слишком быстро, и было жарко внутри для нее. Парень целовал ее и говорил с ней, но он даже не осознавал в полной мере, кто она такая. Он относился к ней, как к вещи, к той, которую он может использовать, чтобы доставить себе удовольствие. Он не думал о ней. Кэролайн чувствовала его прикосновения, но не чувствовала его любовь. И все чего она хотела – это попрощаться, чтобы все было нежно, чувственно и наполнено сияющими огнями. Ведь такое должно быть прощание, не так ли? Просто другое слово для любви. Кэролайн освободила свои руки и оттолкнула от себя Тайлера, накрывая свое голое тело простыней. Парень смотрел на нее с широко открытыми глазами, пытаясь перевести дух. - Мы… мы не можем. Пока нет, - пояснила блондинка, убирая влажные волосы с лица. – Мне очень жаль, я… Но Тайлер не слушал, он был слишком занят тем, чтобы быстро одеться. Она наблюдала за тем, как он надел свой костюм и пригладил растрепанные волосы. Девушка не сказала ни слова. Пред тем, как покинуть комнату он в последний раз посмотрел на нее, и Кэролайн не могла понять, о чем он в тот момент думал.

***

Она была мертва. Столько, сколько ее сердце билось, столько, сколько ее легкие дышали, она была мертва. Он был прав; это не было похоже на то, будто она засыпает. Девушка посмотрела в зеркало – ее щеки и лоб были красными. Губы бледными. А глаза влажными. Впервые в жизни она думала, что возможно и не была красавицей. Может быть, она была столь отвратительной и испорченной как все остальные. Может быть, именно в этом бы причина, почему Тайлер не хотел ее. Может быть, именно по этой причине она никогда не будет достаточно счастлива. Потому что она хотела слишком много. Девушка ожидала, что все будут делать то, что ей было надо. Даже смерть, ради Бога, она даже хотела, чтобы смерть услышала ее. Но смерть была умнее, чем она. И теперь Кэролайн должна была заплатить цену. И она не собиралась рыдать по этому поводу. Больше никогда. - Обещай мне, - прошептала она, ее глаза были широко открытыми, - обещай мне, что будешь сильной. Обещай мне, что пойдешь до конца. Обещай мне, что никогда не сдашься. Обещай мне… На мгновение Кэролайн остановилась, ее бледные губы слегка дрожали. Она прикусила нижнюю губу и почувствовала вкус крови. Но она еще хотела прошептать одно обещание. - Обещай мне, что он никогда не увидит твоих слез. Кэролайн выглядела такой хрупкой и нежной со своей белой кожей, золотыми локонами и в своем лучшем платье. Но внешняя оболочка не главное. Этого было недостаточно. Внутри должно быть намного больше. - Обещай мне, что ты будешь сражаться. Она начала тихо считать. Один… Два… - Я обещаю. И теперь она стала воином. Три.