Почтовый голубь в золотых силках

01:22 11.10.2049 Ксения сидела на диване. Комната плыла. Вино, выпитое на пустой желудок и после адреналина, ударило тяжело — как молотом по наковальне. Она пыталась сосредоточиться на «лице» Оффендермена, но его черты расплывались, двоились. Он сидел напротив, придвинувшись ближе. – Ты дрожишь… Тихо сказал он, протягивая руку. Пальцы коснулись её щеки. – Не бойся. Здесь тебя никто не обидит. Особенно я. Ксения сморщила нос и попыталась отстраниться. Голова закружилась сильнее. Она подняла руку, чтобы оттолкнуть его, но движение вышло вялым. – Не… трогай меня, - прошептала она. Голос дрожал. - Я… хочу домой. Оффендермен улыбнулся - медленно, почти нежно. – Домой? Переспросил он, наклоняясь ещё ближе. Его дыхание пахло табачным дымом и алкоголем. – А где твой дом, милая? В маленькой квартирке, где тебя никто не ждёт? Или в особняке моего брата, где он уже давно решил, что ты принадлежишь ему? Ксения моргнула. Слова доходили с опозданием. Откуда он знал о её квартире… И… Что он вообще несёт о Слендере? Она хотела возразить, но язык стал тяжёлым. Оффендермен придвинулся ещё ближе. Его рука скользнула по её плечу, вниз по руке, к запястью. Он взял её ладонь и положил себе на грудь - прямо на открытую кожу. – Чувствуешь? - прошептал он. - Сердце бьётся. Для тебя. Для тебя одной. Он бы никогда не позволил себе такого. Слишком гордый. Слишком правильный. А я… я просто беру то, что хочу. Ксении вдруг стало очень мерзко. Он издевался. Играл с ней. Она дёрнулась, пытаясь освободить руку. Оффендермен лишь рассмеялся. – О, не сопротивляйся. Это только сильнее заводит. Его рука резко дёрнулась и сомкнула её нижнюю челюсть, сжав и притянув ближе. Сам безликий теперь уже откровенно нависал над диваном, запирая её в ловушке. Её руки вцепились в его запястье. Ногти впились в белую кожу. Но он, кажется, заводился ещё больше. – Ой, да ладно тебе, хватит ломаться… Он наклонился слишком близко. СЛИШКОМ. Ксения пыталась сделать хоть что-то. Но её попытки были настолько жалкими, что безликий не мог сдержать смеха. Боль в её голове смешалась с дурманом алкоголя и тошнотой. Она хотела крикнуть, но из горла вышел только слабый хрип. Внезапно в комнате появился… Холод. Очень сильный, резкий холод. Как будто кто-то открыл окно в зимнюю ночь. 01:26 11.10.2049 Где-то в другом конце города Слендер замер над столом. Перьевая ручка сломалась в его руке уже давно, но он всё ещё держал обломки, словно не замечая этого. Он чувствовал её - не мысли, не слова, а физические ощущения: учащённый пульс, страх, тошноту, чужие пальцы на коже. Запах алкоголя и роз. Запах брата. Внутри что-то треснуло. Он не хотел приходить. Не хотел показывать слабость. Но тело двигалось само: тени вокруг него сгустились, воздух в кабинете стал ледяным, а потом - пустота. Он исчез. И появился в дверях гостиной Оффендермена. Он видел, как его брат нависает над ней, чувствовал, как она сопротивляется. Впервые страх не прельщал его… Он приводил его в ЯРОСТЬ. Оффендермен глянул через плечо и увидел его. Он не удивился. Он ожидал этого. Слендер стоял в дверях. Как статуя. Без эмоций. Но воздух вокруг него дрожал - как от жара, хотя в комнате было настолько холодно, что вода, в которой стояли розы, покрылась коркой льда. Векторы уже вырвались из спины - длинные, чёрные, извивающиеся, как злобные змеи. Оффендермен медленно отстранился от Ксении. Улыбка стала шире - почти торжествующей. – О, братец… - протянул он. - Ты всё-таки пришёл. Я знал, что ты почувствуешь. Пунктуален как обычно, а? Слендер не ответил. Он сделал шаг вперёд - и комната задрожала. Векторы метнулись вперёд, как хлысты. Один ударил Оффендермена в грудь, отбрасывая его назад. Второй обвился вокруг запястья брата, выворачивая руку. Оффендермен рассмеялся - громко, искренне. – Видишь? - крикнул он, пока векторы Слендера тянули его к себе. - Я был прав! Ты размяк! Ты пришёл за ней! Ты её защищаешь! Слендер не ответил. Он рванул вперёд - и началась драка. Комната превратилась в хаос за секунды. Векторы Слендера хлестали по стенам - бархатные панели рвались с треском, зеркала лопались одно за другим, осколки летели по полу дождём. Оффендермен вывернулся - его собственные векторы вонзились в пол, выдирая куски паркета и давая ему возможность погасить импульс от атак брата. Столик с фруктами и вином перевернулся - бутылка разбилась вдребезги, красное вино разлилось по ковру, как лужа свежей крови. Каминная полка треснула пополам, часы упали и разлетелись на части. Оффендермен ударил брата в грудь - Слендер отлетел к стене, оставив в ней глубокую вмятину и трещины по всей штукатурке. Но он тут же поднялся - без единого звука боли. Векторы Оффендермена хлестнули по люстре - она рухнула с потолка, разбиваясь вдребезги и осыпая всё стеклянным дождём. Ксения прикрыла голову руками. Девушка солгала бы, если бы сказала, что не была в ужасе от этого побоища. Словно два тигра дрались в клетке. Оффендермен снова рассмеялся - дико, торжествующе. – Давай, братец! Покажи ей, какой ты на самом деле! Слендер шагнул вперёд. Векторы схватили Оффендермена за ноги и руки, распяв его на стене. Безликий приблизился - медленно, без эмоций. Поднял руку. Когти блеснули в свете огня. Он был готов нанести удар. Ксения в этот момент попыталась сбежать, пока её не раздавили в порыве драки. Оффендермен заметил это. Его вектор метнулся и дёрнул диван, когда та пыталась аккуратно встать на усыпанный стеклом пол. Пьяная девушка не смогла удержать равновесия и полетела прямо на осколки. Её глаза расширились от ужаса. Она попыталась закрыть лицо… Всё произошло слишком быстро. Чёрные векторы подхватили её, не позволив пострадать. Оффендермен, которого больше ничего не держало, сполз по стене, всё ещё улыбаясь. Слендер сделал пару шагов в её сторону, его векторы притянули Ксению на руки. Он спокойно взял её на руки, держа как ребёнка. Она почувствовала холод его рук, запах старой бумаги и чего-то металлического. Он прижал её к груди - крепко, но бережно. Оффендермен, сидя у стены, хрипло рассмеялся. Слендер повернул безликое лицо к брату. Слишком резко. Голос был низким, ледяным, полным ярости, которой Ксения никогда от него не слышала: – Если ты ещё раз прикоснёшься к тому, что принадлежит мне, я вырву тебе руки по самые плечи и заставлю тебя жрать их по кускам, пока ты не захлебнёшься собственной кровью. Голос безликого звучал как угрожающее обещание. Оффендермен в свою очередь только шире улыбнулся, но благоразумно промолчал. Слендер развернулся и вышел из комнаты, неся Ксению на руках. По пути он остановился на секунду, понимая одну не самую приятную вещь. Он не сможет телепортироваться с ней в таком состоянии, ей может стать хуже… Придётся идти пешком. Он злобно ругнулся на неизвестном ей языке, а затем снял с себя свой чёрный пиджак и завернул её в него, как ребёнка. Пиджак был из плотной ткани и пах каким-то дорогим одеколоном. Он поправил ткань так, чтобы ни один кусочек её лица или волос не был виден чужим глазам. – Ух… Слендер…? – Цыц. С тебя хватит на сегодня. Поговорим, когда протрезвеешь. 01:44 11.10.2049 Он нёс её молча, шаг за шагом, через тёмные улицы, где тени расступались перед ним, как перед бурей. Внутри всё кипело - не ярость, она уже вышла в той гостиной, а чем-то тяжёлым, усталым, почти болезненным. Он не хотел её спасать. Не хотел признавать, что Оффендермен попал в точку. Что эта маленькая, упрямая, дерзкая девчонка уже давно сидела у него под кожей, как гадкий паразит. Он повторял себе, что это просто аномалия. Просто ошибка в расчётах. Просто… Но когда она расслабилась в его руках, когда её дыхание стало ровнее, а пальцы слабо сжали ткань его пиджака он понял, что лжёт даже себе. Она уже не просто "отклонение в системе". Она - его слабость. И он нёс эту слабость домой, как самое ценное, что у него есть. И впервые за десятилетия ему было страшно - не за неё, а за то, какие последствия в долгосрочной перспективе будет иметь эта слабость. Комендантский час был в самом разгаре. Тени двигались по переулкам, иные чуяли запах человека - свежий, тёплый, беззащитный. Несколько раз из темноты появлялись силуэты - голодные глаза вспыхивали, когти скребли асфальт. Но стоило им увидеть, кто несёт эту девушку, как они мгновенно отступали. Аура безликого была тяжёлой, давящей, как свинцовое небо. Даже самые отчаянные иные чувствовали её и предпочитали не рисковать своими шкурами. 02:45 11.10.2049 Особняк Слендера появился из темноты. Ворота открылись сами. Он прошёл по дорожке, затем вошёл в здание. Матиас встретил его у порога, но когда мужчина хотел поприветствовать его, безликий шикнул, велев ему быть тише. Слендер направился к лестнице, а дворецкий семенящими шагами направился за ним. Идя по коридору, следуя за своим господином, он мог лишь гадать, что происходит. Открыв тяжёлую дубовую дверь, безликий вошёл в спальню. Она не была уютной, скорее… практичной. С левой и правой стороны внутри комнаты были симметрично расположены две высокие двери. Большая кровать занимала почти половину комнаты, а по бокам были большие длинные стеллажи: с книгами на одних полках и с какими-то безделушками на других. У изголовья кровати было две небольших тумбочки, на полу был простой ковёр с высоким ворсом. Обойдя кровать с одной стороны, он уложил девушку на постель, укрывая её одеялом. Он не стал снимать с неё свой пиджак, не желая лишний раз её тревожить. – Головой за неё отвечаешь. Матиас, стоящий в дверях, невольно вздрогнул от агрессивного голоса безликого. – Разумеется, господин Слендермен. Безликий подоткнул одеяло ей под бок, а затем выпрямился и вышел из комнаты, оставляя её отдыхать. Матиас лишь удивлённо проводил его взглядом, а затем тихо закрыл дверь спальни. А где-то в другом конце города Оффендермен всё ещё сидел на полу разрушенной гостиной и улыбался в темноту. 07:18 11.10.2049 Ксения проснулась от ощущения тошноты. Комната была незнакомой, но это пока было меньшей из её проблем. Голова раскалывалась. Она выпуталась из пиджака и выползла из-под тяжёлого одеяла. Тело было будто свинцовым, конечности отказывались слушаться, словно она была в чужом костюме, а не в собственном теле. Девушка попыталась встать, но желудок скрутило. Она упала на колени, но её не стошнило. Были только болезненные спазмы - во рту было сухо. Девушка начала задыхаться. Спазмы в горле не позволяли вдохнуть. Слёзы потекли по щекам. Она кашляла, хватая ртом воздух, но ничего не получалось. Ксения не слышала, как открылась дверь. Почувствовала лишь, как её подхватили сильные руки и поволокли куда-то за собой. Когда она почувствовала холод плитки, то поняла, что её привели в ванную. Внезапно к губам прижалась бутылка воды. – ПЕЙ! Это было единственное слово, которое Ксения смогла различить. Она не сопротивлялась, сделала два больших глотка… И наконец скудное содержимое её желудка вышло наружу. – Боже. Что же вчера такого произошло? Главное - дыши. Слышишь меня? Дыши! Она не совсем понимала, что с ней происходит. Ей помогли умыться и собрать волосы в пучок. Всё это время она просто… пыталась осознать случившееся. Она никогда не напивалась до такого состояния… Что же произошло вчера? Она почти ничего не помнила… Но это было явно что-то очень серьёзное.