«Зелёная Кицуне»— знамение иной истории.

Тишина после её вопроса была не просто отсутствием звука. Это была тишина-ловушка, натянутая, как барабанная кожа, готовая лопнуть от первого неверного движения. Багровый свет факелов мерцал на масках, плащах и безумии, застывшем в этой каменной утробе. Первым, как и полагалось самому нетерпеливому маньяку, взорвался Хидан. Он не просто закричал — он взвыл, как раненый зверь, которого оскорбили в самой его вере. — БОГ ХОЧЕТ ТВОЮ ДУШУ, ЕРЕТИЧКА! — его слюна брызнула. Он рванул свою трёхлезвийную косу, не целясь, а просто изливая ярость в широком, сокрушительном взмахе. — ХОЧЕТ УСЛЫШАТЬ, КАК ТЫ ЗАПОЁШЬ! Я ЗАСТАВЛЮ… Удар не был быстрым. Он был тяжёлым, топорным, рассчитанным не на фехтование, а на рассечение пополам. И именно поэтому он был так опасен для неё - чистая, необработанная чакрой физическая сила, несущаяся в её хрупкий каркас. Хоши не стала уворачиваться в последний миг. Она начала движение ещё до того, как он занёс руку, угадав намерение по дрожащим мышцам его плеча. Она не отпрыгнула. Она присела, позволив лезвию с диким свистом пронестись в сантиметрах над её головой, взметнув смоляные волосы. Одновременно её собственный клинок бритвенным уколом ткнул в нервный узел на его внутренней стороне запястья. — Ай! Сука! — заорал Хидан, больше от внезапной, оглушающей боли, чем от реального урона. Его пальцы непроизвольно разжались, и коса с грохотом рухнула на камень. — Ты… ты ДОТРОНУЛАСЬ!

[Хидан: -40 -> -60 (Ярость + личное оскорбление. Его бьют нечасто).]

— Ой, прости, — пропищала она фальшиво-сочувствующим голосом, уже откатываясь в сторону, как раз вовремя, чтобы мимо неё, словно призрачные змеи, проскользнули чёрные швейные нити Какузы. Они не пытались её резать. Они целились обвить, связать, сломать суставы. — Я не знала, что ты такой нежный. У тебя, наверное, и сердце из марципана— Какуза, стоявший неподвижно, лишь хмыкнул, его зелёные глаза за маской холодно оценивали её. — Забавно. Ты уворачиваешься от стали, но боишься захвата. Значит, кости ломаются как у всех. Интересная слабость.— Его голос был ровным, лишённым злобы. Это был констатация факта, оценка актива. Но не как бездушного предмета - как опасного, непредсказуемого зверя, чью анатомию нужно изучить.

[Какуза: 10 -> 15 (Прагматичный интерес. Видит тактическую слабость, которую можно использовать).]

— О, жертва капитализма! — Хоши делала быстрые, мелкие шажки, её чёрный силуэт казался размытым в полутьме. — Я не боюсь. Мне просто не нравится, когда меня трогают без спроса. У меня личное пространство, знаешь ли. Огромное. Со табличкой «вход - разбитые кости». Свист в воздухе. Не один, а десятки. Бумажные шипы Конан, острые, как бритвы, летели не хаотично, а чётким веером, перекрывая пути отступления. В них не было личной ненависти. Была холодная, безошибочная эффективность солдата, выполняющего миссию по нейтрализации угрозы. И в глубине жёлтых глаз мелькнуло что-то вроде… любопытства. Как инженер изучает новую, сложную механическую игрушку. — Твой стиль уклонения уникален, — произнесла Конан, и её голос был тихим, как шелест пергамента. — Но предсказуем в своей импровизации. Ты отступаешь по пути наименьшего сопротивления.—

[Конан: 15 -> 18 (Профессиональная оценка. Видит в ней сложную, но решаемую тактическую задачу).]

— А ты наблюдательна, красотка, — парировала Хоши, на этот раз вынужденная совершить высокий, акробатический прыжок, чтобы избежать облака шипов. Она приземлилась на небольшой выступ, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Конан попала в цель. — Может, перестанем драться и обсудим это за чашечкой саке? Я обещаю, мои импровизации могут быть очень… увлекательными. Конан не ответила. Но шипы на миг замерли, будто обдумывая предложение. — Хватит болтовни! — прогремел голос Кисаме. Он не бросился в атаку. Он просто снял «Самихаду» со спины, и меч-монстр затрепетал, издав низкое, хищное урчание. Чакра вокруг него заколебалась, её начало буквально вытягивать из воздуха. — Раз уж ты такая неуязвимая, давай проверим, что будет, если выпить тебя до дна! Мне интересно! Его акулья улыбка была искренней. В этом не было злобы. Это был азарт охотника, нашедшего достойную, невиданную добычу.

[Кисаме: 30 -> 35 (Чистый, почти детский восторг от необычного противника).]

«— Внимание, дурочка, — зашипел Хэдес. — Эта рыбка хочет мяса съесть и на х... Кхем. Но думаю если он доберётся до твоего ядра чакры через эту царапину от прошлой встречи - нам обоим крышка». "— Не напоминай, — мысленно огрызнулась Хоши, её глаза сузились. С «Самихадой» нельзя было играть в её обычные игры. Одно касание - и нестабильный Катон внутри неё мог взбунтоваться, а связь с другими хвостами - дать сбой." Именно в этот миг Сасори, всё это время молча наблюдавший из своего угла, пошевелил пальцем. Не на неё. На тень за её спиной. Из темноты выскользнул человекообразный марионетка, его движения были неестественно плавными, а в раскрытой ладони мерцала капля чего-то лилового. Яд. Не для того, чтобы убить - чтобы парализовать, обездвижить. Сделать удобным для изучения. — Живая плоть так недолговечна и шумна, — прозвучал его безжизненный, юный голос. — Но твой биологический феномен… он мог бы обогатить моё искусство. Я сделаю тебя вечной. Тихой. В его словах не было угрозы. Было предложение. Страшное, искреннее предложение художника, увидевшего идеальный материал.

[Сасори: -10 -> 0 (Раздражение сменяется жгучим профессиональным интересом. Он хочет не убить, а сохранить).]

— Спасибо, не надо! — Хоши отпрыгнула от марионетки, чувствуя, как пространство вокруг неё сжимается. Она оказалась в центре. Перед ней - Хидан, поднимающий косу с новым воплем. Справа - нити Какузы, плетущие сеть. Слева - марионетка Сасори. Сзади - веер шипов Конан. А прямо перед ней, готовясь к широкому, пожирающему чакру взмаху, стоял Кисаме. Дейдара где-то наверху хихикал, лепя что-то из глины. Итачи наблюдал. Пейн молчал. У неё не оставалось места для манёвра. Не оставалось вариантов. Только отчаянная, сумасшедшая идея. "— Хэдес, — мысленно выдохнула она, блокируя древко косы Хидана своим клинком и чувствуя, как кости предплечья трещат под чудовищной силой. — Если у тебя есть какой-нибудь трюк… сейчас самое время!" "— Надоело уже? — его голос прозвучал устало. — Ладно. Но приберёшь после себя. Я ненавижу беспорядок" И тень у её ног - не та, что отбрасывало её тело, а более глубокая, древняя, принесённая ею самой из другого мира - зашевелилась. Она оторвалась от пола, став объёмной, плотной, как чёрный дым. И из неё вышел Он. Воздух в зале дрогнул и загустел. Факелы погасли на миг, затем вспыхнули с удвоенной силой, окрасив всё в болезненно-багровые тона. Он был высок и строен, облачён в тёмно-серое шёлковое одеяние с призрачной серебряной вышивкой, струящееся при каждом движении. Его кожа была цвета тёмного полированного дерева, а волосы — длинные, густые, цвета запёкшейся крови - ниспадали тяжёлыми прядями. Но больше всего поражали две вещи: глаза - алые, как у неё в этой форме, но с вертикальными зрачками, в которых мерцали целые галактики безумия и скуки, - и рога. Не оленьи, не бычьи, а странные, изящно изогнутые назад и вверх, словно корона из чёрного обсидиана, вросшая в виски. Он стоял в простых, но качественных сапогах, сложив руки за спиной, и смотрел на Акацуки с выражением вежливого любопытства, с которым учёный рассматривает редких, шумных насекомых. Все замерли. Даже Хидан, с раскрытым ртом, застыл с занесённой косой. Чакра в зале исказилась, будто пространство само отшатнулось от этого существа. Это была не сила ниндзя. Это было нечто иное. Древнее. Внесистемное. — Прошу прощения за вторжение, — голос Хэдеса был бархатным, мелодичным и бесконечно усталым. — Но мне наконец-то надоело слушать, как вы пытаетесь разобрать мой текущий <Сосуд> на сувениры. Это дурной тон. Пейн медленно повернул к нему голову. Фиолетовые кольца Риннэгана вращались с необычной скоростью. — Ты. Сущность извне. — Очень наблюдательно, — кивнул Хэдес. — А я-то думал, что боги нынче разучились видеть дальше своего носа. Раз уж мы все здесь собрались, предлагаю сменить парадигму. Ваша текущая - «догнать и убить» - скучна и непродуктивна. Моя <носительница>, — он кивнул на Хоши, которая смотрела на него, с явным желанием его допросить с особым пристрасием, — хочет выжить. Вы хотите её… ну, что-то с ней сделать. Предлагаю пари.— "— Что… что ты… — мысленно начала Хоши, но он мысленно цыкнул на неё." "— Молчи. Не мешай решать ТВОИ проблемы." Она стиснула зубы и, стараясь выглядеть невозмутимой, мгновенно вызвала системное окно состояния, наведя мысленный взгляд на Хэдеса.

[??? — Хэдес]

[Уровень: ?????]

[Раса: ?????]

[Статус: Сожитель/Симбиот (?) — СВЯЗЬ УСТАНОВЛЕНА]

[Внимание: Вся информация заблокирована самим объектом. Уровень прав носителя недостаточен для доступа.]

"—Чёрт. Он и правда не шутил, когда говорил, что старше систем, — промелькнуло у неё в голове." — Какое пари? — спросил Какуза, его голос был осторожен, но в нём звенела алчность. Он чувствовал, что эта сущность может быть ключом к чему-то грандиозному. — Простое, — Хэдес сделал шаг вперёд, и его тень, странным образом, легла на всех сразу. — Вы - вся ваша красочная компания - пытаетесь её поймать. Не здесь. Вне. В вашем мире. Срок - семь дней. Если поймаете - получаете всё, что у неё есть. Все артефакты, знания, золото, её секреты… и, разумеется, саму её. Я даже помогу с передачей прав, — он сладко улыбнулся. — Если же она ускользнёт, останется жива и на свободе ровно через 168 часов… то она получает право выставить вам одно условие. Любое. И вы согласитесь. Без споров, без хитростей. — И кто ты такой, чтобы диктовать нам условия? — холодно осведомилась Конан. Её бумажные крылья напряглись, готовые в любой миг рассыпаться на миллион смертельных осколков. — Я? Знаете вам лучше не знать, но если хотите можете звать "Свидетелем" — ответил Хэдес, и его вертикальные зрачки сузились. Вокруг внезапно запахло озоном и старыми, пыльными книгами. — Мои правила - не просто слова. Это - закон более древний, чем ваши деревни и ваши боги. Примите - и игра начнётся. Нет… — он посмотрел на Пейна, и в его взгляде было что-то, от чего даже у всевидящего Риннэгана могло померкнуть зрение, — …и я заберу свою сожительницу сейчас. А с вами… у нас будет очень долгий и невесёлый разговор о том, как нельзя тревожить дом, где я пытаюсь выспаться. Пейн молчал несколько томительных секунд. Он анализировал. Сущность. Договор. Неизвестная сила. Риск. Но и возможность получить не только «Тень», но и доступ к тому, что стоит за ней. — Какие гарантии исполнения? — наконец произнёс он. — Самые лучшие, — Хэдес щёлкнул пальцами. Восемь тончайших нитей чёрно-багрового света, не похожих на чакру, метнулись от его руки. Они были небыстрыми, но уклоняться от них было невозможно - они проходили сквозь техники защиты, будто их не существовало, и впивались в тыльные стороны правых ладоней каждого члена Акацуки. Боль была острой, но короткой, как укус осы. На коже каждого проступила, а затем словно вжарилась изнутри, сложная метка - шестиконечная звезда, тончайшей работы, похожая на снежинку или звёздную карту. Она была тёмно-багрового цвета и на миг ярко вспыхнула, прежде чем потухнуть, став почти невидимой, лишь слабый рельеф остался на коже. — Печать Договора, — пояснил Хэдес. — Она невидима для других. Но вы будете её чувствовать. И она напомнит о себе, если условия будут нарушены. Не вам. Тому, что для каждого из вас дороже всего на свете, ну и вашу жизнь разумеется. Начинайте. Отсчёт - с её первого шага за пределы этой пещеры. Он обернулся к Хоши, которая всё ещё пыталась осмыслить происходящее. "— Ну, что, Мелочь? Бежишь? Или останешься целовать им ноги в благодарность за отсрочку?" Она встретилась с ним взглядом. В его алых глазах она прочитала не заботу, не преданность. Скорее… азарт. Как у человека, запустившего интересную игрушку. Сожитель. Странное слово, для тех чьи души на половину слились в одно целое. — Понеслась, — хрипло выдохнула она и, не оглядываясь, рванулась к выходу. На этот раз её не пытались остановить. Акацуки наблюдали, каждый со своими мыслями, ощущая странную тяжесть на руке.

***

Следующие семь дней стали для Хоши испытанием на прочность её мастерства, а не неуязвимости. Она не могла превратиться в камень или дерево. Её метаморфоза работала только на человеческие облики, и то для значимых, уникальных личностей требовалась биологическая проба — капля крови, слеза, волос. У неё не было ничего от Акацуки. Поэтому она могла быть только «никем» - бродягой, торговкой, беженкой. И её главным оружием стал её пассив: абсолютное сокрытие чакры и присутствия. Она не бежала. Она растворилась. Стала призраком на дорогах Страны Дождя. Она спала в канализационных стоках, питалась тем, что могла незаметно стащить, и никогда не оставалась на одном месте больше двух часов. Они искали её чакру - и не находили ничего. Они искали её силу, её всплески - тишина. Её можно было найти только старомодными способами: выследить по физическим следам, на которые у неё не всегда хватало сил и времени идеально их скрывать. На третий день её почти нащупал Какуза. Его земляные слуги-маски, лишённые чакры, а потому невидимые для её «радара», методично прочёсывали район. Она заметила их по неестественно ровным следам на грязи и едва ускользнула, просидев шесть часов по шею в ледяной воде заброшенного колодца, пока маски не ушли. На пятый день Дейдара, патрулирующий на своей гигантской птице, заметил единственный нестыковочный след - ветка, сломанная не ветром, а кем-то, кто прошёл под ней, не учитывая роста. Он обрушил на район ливень из миниатюрных глиняных паучков. Не для убийства - для поиска вибраций. Хоши, прятавшаяся в кроне старого дуба, замерла, превратившись в статую, и пережила взрыв в двадцати метрах от себя. Ударной волной её швырнуло с дерева.

[Урон получен: -1,200 HP (физический удар, сотрясение)]

[Осталось HP: 61,100 / 62,300]

[Эффект: «Сотрясение». Головокружение, -10% к точности действий на 2 часа.]

Она выползла из-под обломков, едва не попав под бумажный шквал Конан, которая, словно хищная птица, прочёсывала район с воздуха, увидев пыль от взрыва. Еле живая, она дотащилась до ручья и позволила течению унести себя вниз, скрывая след. Самой страшной была встреча с Итачи. Не бой. Встреча. На шестой день, в сумерках, в глухой лесной чаще, она, шатаясь от усталости, вышла на небольшую поляну. И он уже стоял там, прислонившись к дереву, словно ждал. Его тёмные глаза увидели её не чакру, а саму её — измученную, грязную, но не сломленную. — Ты используешь не маскировку чакры, а её полное отсутствие, — тихо констатировал он. — Необычно.— Он не напал. Он просто смотрел. И этого было достаточно, чтобы её кровь застыла. Он видел. Не образ, не след - её стратегию.

[Итачи Учиха: 0 -> 5 (Признание нестандартного тактического мышления. Оценка как сложного, непредсказуемого элемента).]

— Спасибо за комплимент, — выдавила она, медленно пятясь. — Я стараюсь. — Завтра срок, — напомнил он, не двигаясь с места. — Пейн активирует «Всемогущего». Тебе не спрятаться. И он растворился в клубах ворона, оставив её одну с леденящим душу предупреждением. Она знала, что он прав. На седьмой день они перестанут искать. Они начнут выжигать. И у неё не было сил бесконечно уворачиваться от техник уровня божества. Поэтому в последнюю ночь она совершила неожиданное. Она не стала прятаться глубже. Используя последние силы, она пробралась к тому самому уже опустевшому складу у Железной Страны - месту, указанному в приглашении. Месту, где всё началось. И там, на рассвете седьмого дня, сняла маску, села на поваленный камень и стала ждать. Они пришли все. Не сразу. Первым появился Какуза, его зелёные глаза за маской блеснули удивлением. Затем, словно из воздуха, материализовалась Конан. С неба спикировала птица Дейдары. Из тени вышел Итачи. Пришёл, тяжело дыша и ругаясь, Хидан. Подошёл, насмешливо ухмыляясь, Кисаме. И в конце, словно сама реальность расступилась перед ними, появились Пейн и Сасори. Она сидела вернее гордо восидала подперев щёку рукой, её чёрный комбинезон был в клочьях, белая кожа в царапинах и синяках, но алые глаза горели ясным, усталым огнём. — Ну что, — хрипло сказала она. — Время вышло. Я здесь. И, черт побери, живая, свободная. Пейн смотрел на неё. Его лицо не выражало ничего, но в Риннэгане что-то промелькнуло - не гнев, а скорее… удовлетворение от решения сложного решения. — Ты выиграла пари, — констатировал он. — Твоё условие. Хоши медленно поднялась. Каждая мышца кричала от боли, но она выпрямилась во весь рост. — Моё условие… — она обвела взглядом всех, задерживаясь на каждом. — Я становлюсь вашим внештатным учасником. У вас есть задачи, которые нельзя решить грубой силой или которые требуют тонкости и полного отсутствия связи с Акацуки? Вы приходите ко мне. Через Конан. Я не ношу вашу символику, не живу в ваших логовах, не хожу на собрания, если мне незахочется или будет некогда. Я беру только те заказы, которые считаю нужным, и могу отказаться без последствий. Но если берусь - обязательно сделаю. О цене оговорюсь с вашим козначеем. А вы… вы предоставляете мне информацию по моим запросам. И оставляете меня, и всё, что связано со мной, в покое. Навсегда. Я - независимый подрядчик. Согласны? В зале повисла тишина. Это было нагло. Невероятно нагло. Но Печать на их руках была немым укором. — Ты хочешь иметь доступ к ресурсам и информации Акацуки, не неся ответственности и не подчиняясь дисциплине? — уточнила Конан. В её голосе не было осуждения, только желание прояснить детали. — Именно, — кивнула Хоши. — Вы получаете мои уникальные услуги. Я получаю золото, артефакты и гарантию, что вы не будете совать нос в мои дела. Честный обмен. Какуза первым кивнул, скупо, по-деловому. — Экономически обосновано. Риск минимален, потенциальная выгода высока.

[Какуза: 15 -> 25 (Она доказала свою эффективность как высококлассный, самодостаточный актив).]

— Хм! С ней не соскучишься, да! — фыркнул Дейдара. — Интересно, какой «взрыв» она устроит для нас!

[Дейдара: 25 -> 30 (Воспринимает её как источник будущих «перформансов»).]

— Ладно! — рявкнул Кисаме. — Но когда будет следующий заказ, я хочу быть твоим напарником! Хочу посмотреть, как ты работаешь вблизи!

[Кисаме: 35 -> 40 (Уважение переросло в искренний интерес к сотрудничеству).]

Пейн смотрел на неё, потом на невидимую Печать на своей руке. — Принято, — произнёс он. — Но первый заказ - тест. Через три дня Конан найдёт тебя. Не выполнишь - договор аннулируется. Хоши вздохнула. Она этого и ожидала. — Договорились. Ну, а теперь, если вы не против, я пойду. Мне нужно примерно год отсыпаться, месяц отмываться и лет пять забыть ваши лица. Всего наименее доброго. Она натянула капюшон, скрыв лицо, и, не оглядываясь, удалилась, в сторону леса. Охота закончилась. Она выжила.

***

Когда она уже была далеко, в безопасном укрытии, сидя у слабого костра и дрожа от пережитого, в её сознании возник голос. "— Ну что, — произнёс Хэдес. — Поздравляю с победой. Хотя, если честно, я ожидал большего кровопролития. Немного скучновато получилось". — Молчи, — мысленно проворчала она. — Я еле жива. "— Вопрос на засыпку, дорогая. Почему просто не воспользовалась моментом? Когда я наложил Печать… там был потенциал. Можно было вшить условие посерьёзнее. Например, о полном подчинении их твоей воле. Заклятие позволяло». Хоши на мгновение задумалась, глядя на пламя. — Во-первых, система бы не позволила. Такое масштабное воздействие на волю стольких сильных целей… это явно выходит за рамки моих текущих «прав». Она бы заблокировала или потребовала неподъёмную цену. Шисуи скорее всего был ну не настолько уж важен, ведь он исполнил свою роль в сюжете и должен был умереть, от этого и его цена упала в какой-то степени. А во-вторых… — она усмехнулась. — Управлять сборищем сумасшедших гениев? Это не подчинение. Это самоубийство на замедленной перемотке. Лучше пусть будут «деловыми партнёрами», которых я могу в любой момент послать подальше. Это надёжнее. "— Прагматично. Почти по-моему. Может, ты и не совсем безнадёжна. Ладно, спи. Заслужила»" И тишина в голове снова стала только её. Тишина и огонь, и тяжёлая, сладкая усталость от выигранной битвы.

[Квест «Танец с Демонами в Каменном Мешке» — УСПЕШНО ЗАВЕРШЁН!]

[Награды перемещены в раздел «В процессе получения» (требуют личного взаимодействия с Конан/системой Акацуки).]

[Новый статус: «Внештатный агент («Тень») организации Акацуки».]

[Доступ к «Теневому Рынку Акацуки» будет открыт после выполнения первого заказа.]

[Репутация с Акацуки изменена: «Неудобный, но чрезвычайно ценный независимый специалист».]

[Внимание система завершила внезапное обновление!] ---

ДАННЫЕ «ТЕНИ» / ХОШИ (ОБНОВЛЕНО):

[СТАТУС: ИСТОЩЕНА, НО В БЕЗОПАСНОСТИ]

{Владелец: Хоши/Юко}

Истинная форма: 4 хвоста (Изумрудный/Природа(100%), Угольно-чёрный/Тьма(32%), Небесно-голубой/Лёд(45%), Алый/Огонь (15%, нестабилен)) при достижении 50% сродсва вы можете использовать техники этой стихии начиная с уровня (генин) с каждым повышением на 10% можете использовать технику на ступень выше .

Форма «Лисы» (активна): Белая кожа, чёрные волосы, алые глаза без зрачков.

Характеристики:

· HP: 61,100 / 62,300 (постепенная регенерация)

· Стамина: Критически низка (требуется длительный отдых)

· Ловкость/Выносливость/Интуиция: Временно снижены из-за истощения.

Навыки (подтверждено в бою):

· Абсолютное Сокрытие (Пассив): Полное подавление чакры и присутствия. Обнаружение возможно только по физическим следам.

· Метаморфоза (Ограниченная): Смена человеческого облика. Для уникальных/сильных персонажей требуется биологический образец. Не позволяет превращаться в животных/предметы.

· «Танец Тени»: Стиль боя, основанный на предугадывании, уклонении и использовании импульса противника. Эффективен против вооружённых атак. Уязвим против чистой физической силы, техник захвата и природной чакры.

· Иммунитет: Полный иммунитет к обычному холодному/дальнобойному оружию, техникам, не использующим природную чакру (стандартная чакра ниндзя).

· Слабости (подтверждены):

1. Чистая физическая сила (удары, захваты, давление).

2. Техники и оружие, насыщенные природной чакрой (энергией мира).

3. Сильная аллергия на глюкозу.

Активные миссии:

1. Первый заказ от Акацуки (Детали неизвестны). Статус: Ожидает контакта (3 дня). Ранг: Не менее А.

2. «Восстановление клана Учиха, ч.2» — Использовать «Ключ от ???». Статус: Доступ открыт, не начата. Приоритет повышен ввиду демонизации Шисуи.

3. «Последний из рода Тенсуне» — Поглощён 1 новый хвост (Алый/Огонь). Прогресс: 4/(?). Новая цель: Стабилизировать Катон.

В процессе получения (награды за квест):

1.Шисуи Учиха: Верность: 100 (Абсолютна, зафиксирована). Демонизация: 40%. Статус: «Вечная Тень Госпожи».

2. Информация о планах Акацуки (фрагментарно).

3. Эпический артефакт с возможностью эволюции (случайный выбор).

4. Опыт.

5. Полный доступ к «Теневому Рынку Акацуки».

Показатели симпатии/отношений (Акацуки):

· Пейн: 5 (Признание как сложного, но полезного инструмента).

· Конан: 22 (Профессиональное уважение, интерес как к тактическому активу).

· Итачи Учиха: 5 (Нейтралитет с признанием интеллекта и нестандартности).

· Какуза: 25 (Высокий прагматичный интерес как к прибыльному активу).

· Кисаме: 40 (Искренний интерес и уважение, желание сотрудничать).

· Дейдара: 30 (Восприятие как «живого искусства», источника вдохновения).

· Сасори: 5 (Интерес как к уникальному биологическому феномену для возможного… сохранения).

· Хидан: -65 (Глубокая, религиозно мотивированная ненависть).

Инвентарь: Без изменений (ключевые придметы в безопасности).

Состояние «Семьи»: Неизвестно (связь прервана на время охоты). Приоритет: Срочное возвращение и стабилизация ситуации.