Приговор

      Не спеша, задумчиво шагая по бульвару, Таня не заметила, как оказалась возле детского сада. Судьба, как будто специально, каждый раз норовила провести её через детские площадки, мимо музыкальной школы, теперь ещё и новый детский сад. Она с грустной улыбкой посмотрела на девочку, шагавшую рядом с мамой. Время от времени девочка останавливалась, показывая пальчиком то на цветы, растущие на клумбе, то на ажурные окна соседнего с садом старого здания. Таня, не отрываясь смотрела на эту счастливую пару — маму и дочку, пока те совсем не скрылись из виду, повернув за соседнее здание. На душе снова появилась тяжесть. Она села на лавочку. Мысли вихрем сменяли друг друга.       «А вдруг Зоя права? Может не всё так плохо?» — размышляла Таня, с грустной улыбкой смотря на вышедших гулять малышей.       Она встала, и, время от времени оглядываясь на гуляющих за забором детей, пошла дальше.       — Таня!       Женщина обернулась.       — А я смотрю, вроде ты, — Евгения Николаевна, улыбнувшись, подошла к ней. — А мы тут с Лидой и Машей перекусить заехали. Ездили оформлять документы на дом. Родику тётка дом отставила, вот теперь оформляем. Они вперёд уехали, а мы с Машей решили прогуляться, вот. Ну, а ты как? Не заезжаешь даже к нам.       Маша усмехнулась за спиной матери.       — Дела просто, — без улыбки, не смотря на свою свекровь, ответила Таня. — С переездом только закончили, теперь вот к годовщине готовимся. Закрутилась очень.       — Понимаю. Давай прогуляемся, — взяв её под руку, Евгения Николаевна снова улыбнулась. — Ну, и как у тебе дела? Владик вчера заходил к нам, сказал, что ты у врача была? — женщина остановилась, пристально посмотрев на Таню.       — Влад мне не говорил, что к вам заезжал, — опустив глаза ответила она. — Да, была. Но, не всё так плохо, как многим кажется, — Таня слегка улыбнулась. — Мы с Владом хотим обратиться в другой медцентр.       — Послушай, Танечка… Может вам просто отдохнуть? Иногда бывает, что люди просто устают. Устают друг от друга, устают от жизненных неурядиц. Нервы, стресс — всё это сказывается на здоровье. А у Владика сейчас такой период на работе. Ему нужно больше отдыхать, расслабляться, — она снова, держа Таню под руку, зашагала по дорожке. — Вам надо просто, как говорят, взять паузу. Может тебе просто съездить к родителям? Или куда-нибудь отдохнуть. Да и Владика не держи, пусть он отдохнёт, — Евгения Николаевна улыбнулась.       — Вы хотите нас развести? — с трудом сдерживаясь от гнева, Таня вырвала свою руку. — Вы ведь на это намекаете?       Маша, снова усмехнулась, стоя за спиной матери.       — Ну, почему же сразу развести? — опустив голову, свекровь пожала плечами. — Просто бывают такие периоды у всех. Надо просто некоторое время пожить раздельно друг от друга. Это бывает даже полезно, для отношений.       — Чьих? — Таня усмехнулась. — Вы же сейчас явно не обо мне печётесь. Вам вообще я не по нраву. Ведь это правда? Вначале мы просто друг от друга отдельно поживём, а потом вы скажите — уходи совсем. Разве не так будет? А Влад знает? Знает о том, что вы у меня просите? Что вы за него всё решаете? А вы с ним, тоже, на эту тему говорили? Или так… За спиной?       Евгения Николаевна, резко вскинув голову, испуганно посмотрела сначала на Таню, затем перевела взгляд на дочь.       — Я просто тебе сказала, так посоветовать, чисто по-женски. Почему бы нам просто не поболтать, как женщина с женщиной? Зачем привлекать к этому мужчин? Что они понимают? Во всяком, случае я так думаю. Я вообще считаю, в отношениях между мужчиной и женщиной главную роль играет женщина. Она голова, как говориться. Поэтому я тебе и сказала, — обидчиво отвернувшись, на одной дыхании выпалила Евгения Николаевна.       — Да? Я всё хорошо поняла. Я не скажу Владу… Пока не скажу. Я уважаю вас, как мать моего мужа, вашу семью, — сжав кулаки, ответила Таня. — Только давайте мы сами решим — устали мы или нет. Рада была вас видеть, — механически, только для приличия добавила она. — До свидания.       Посмотрев на всё также усмехавшуюся Машу, она резко развернулась, быстрым шагом направившись в сторону перехода.       — Ну, и чего ты добилась? — смотря вслед Тане, Маша подошла к матери. — Ты ждала другой реакции?       — Ничего я не ждала, — нервно теребя ручку сумочки, Евгения Николаевна, мельком посмотрев на дочь, отвернулась. — Влад не заслужил такого. Ему нужна другая, нормальная жена.       — У тебе все нормальные, пока не свяжутся с твоим любимым сыночком. Может, пора уже оставить его в покое? Пусть живёт, как хочет, хватит лезть во всё.       — Я мать, и мне лучше знать — лезть или не лезть. Хватит! Пошли домой! И вообще, он твой брат! А ты рассуждаешь сейчас, как будто он посторонний какой-то для тебя.       — Ну да, я же забыла, — Маша с ненавистью посмотрела на мать. — У нас же с детства всё вокруг Влада крутится, и мы ещё вокруг хороводы водим. Он же у нас в семье главная ценность.       — Какая же ты злобная и паршивая! — резко вскинув голову, Евгения Николаевна отвернулась. — Влад единственный, долгожданный сын в семье, у тебя у самой сыновья, ты должна понять…       — Я вокруг них так не прыгаю. Они у меня мужчинами растут, а не изнеженными девками! Даже если бы у меня ещё и дочка… Долгожданная родилась, я бы и то так не скакала вокруг неё. И вообще, он уже вырос! Пора уже ему самому мужиком побыть! Не лезь в их жизнь!       Покачав головой Маша пошла вперёд, не оглядываясь на мать.

***

      Облокотившись на подоконник Влад, с улыбкой, неотрывно смотрел на детскую площадку во дворе их дома. Улыбался он, радуясь первым неуверенным шажкам чужого малыша, шагавшего по мягкому покрытию за руку с такой же улыбающийся, счастливой мамой. Улыбался первому успеху ребёнка чуть постарше, который первый раз, самостоятельно смог раскачаться на качелях. Улыбался, смотря на детей, бегающих друг за другом вокруг ярких горок и качелей. Он смотрел и смотрел, не замечая ничего вокруг, даже открывшейся входной двери и тихих, осторожный шагов жены.       Таня, тихо подойдя к нему, также, как и он чуть улыбнувшись посмотрела на площадку. Стало тяжело дышать. Давняя душевная боль, как ком снова надавила на грудь. Не в силах совладать с собой, она вышла. Прижавшись лбом к холодной поверхности зеркала в прихожей, Таня закрыла глаза, пытаясь успокоить разгорячённое болью сердце. С трудом справившись с нахлынувшими чувствами, она набрала номер сестры.       — Зой, ты не занята? Можно, я к тебе приеду.       — Что-то случилось? — услышала она тревожный голос на том конце.       — Да нет. Просто, как-то тяжело. Ты же знаешь, у меня кроме тебя, здесь никого.       — Таня, я всё поняла, больше ничего не говори. Может, мне лучше самой приехать?       — Нет. Влад дома, понимаешь? Мне нужно…       — Короче, не тяни время, приезжай, — не дав ей договорить, ответила Зоя. — Я тебя жду.       — Спасибо тебе. Я сейчас.       Таня отключила звонок и прижав к груди смартфон, посмотрела на кухонное окно, у которого, всё также не сводя глаз с площадки, стоял Влад.       — Влад, послушай, — она подошла к нему, положив руку на плечо. — Влад, Зоя звонила. Мне надо к ней съездить, ты не против? Я ненадолго, — Таня улыбнулась.       — Ну, если надо, конечно, — он как-то растерянно посмотрел на неё.       — Я быстро, не скучай, — поцеловав мужа, она быстро вышла из кухни и, оглянувшись на пороге, открыла дверь.       Едва за Таней закрылась дверь, Влад не спеша подошёл к лежавшему на столе смартфону. С неуверенностью взяв его в руки, он в задумчивости посмотрел на тёмный экран. Снова подойдя к окну, Влад посмотрел на идущую по тропинке жену, и, выдохнув, набрал номер.