Приговор

      Наталья Петровна с улыбкой подошла к Дмитрию.       — Дмитрий Валерьевич, не проводите меня до остановки? Просто хотела с вами, так сказать, с глазу на глаз поговорить. Если вы не спешите, конечно?       — Да нет, — мужчина удивлённо посмотрел на неё. — Может, тогда вас лучше подвезти?       — Нет, спасибо, — она снова улыбнулась. — Давайте всё-таки спустимся с крыльца, — женщина посмотрела на двух коллег, стоявших недалеко от них. — Дождик. Погода совсем испортилась, — начала издалека Наталья Петровна, открыв зонт.       — Не думаю, что вы хотели о погоде поговорить, — Дмитрий усмехнулся одним уголком рта.       Она, слегка улыбнувшись, взяла Дмитрия под руку.       — Конечно, нет. Просто… — Наталья Петровна, посмотрела на мужчину. — Что же вы Дмитрий Валерьевич… Как-то нехорошо получается       — Вы это о чём, Наталья Петровна? — чуть замедлив ход, Дмитрий удивлённо вскинул брови.       — Ну, как же. Вы с сестрой люди здесь новые, совсем недавно у нас. Должно же быть уважение всё-таки…       — Извините меня, Наталья Петровна, что перебиваю, — он остановился, с плохо скрываемой злостью посмотрев на коллегу, — давайте сразу начистоту, без этих рассуждений. Чем я вам не угодил?       — Ну, раз так… — выпустив его руку, она задержала на нём пристальный взгляд, подбирая слова. — Что же это вы, Дмитрий Валерьевич, моих пациенток себе забираете? Я понимаю, что ваша сестра очень умный, начитанный человек, но неужели она теперь считает себя ровней врачам? Она теперь подвергает сомнению мой вердикт? И вас в это втягивает. Как же это называется, по-вашему? Или у вас бизнес такой, на чужих бедах наживаться?       — Знаете, Наталья Петровна… — Дмитрий, сжав челюсть, так что выступили желваки, посмотрел на неё. — Я уважаю ваш возраст и пол, только это не даёт вам право оскорблять меня. А для меня такие обвинения являются оскорблением. Я прежде всего врач и выполняю свою работу. И я не понимаю, причём здесь бизнес?! И не вижу ничего предосудительного, если женщина хочет удостовериться в диагнозе, пусть и такого специалиста, как вы! И, знаете, я её понимаю. Для женщины услышать такой вердикт, какой вы ей вынесли, а вы ведь именно про Лаврушину… Татьяну, говорите? Так вот, для женщины это настоящая трагедия, и, естественно, если человек не опустит рук, то будет обращаться ко второму, третьему специалистам, чтобы или опровергнуть, или подтвердить диагноз… Почему она не может так поступить? Или я должен был ей отказать? А если бы она пошла в другой центр? Или вы уже все обзвонили? Тем более, вы уже в курсе истории с анализами.       Наталья Петровна, сжав кулаки, бросила на него убийственный взгляд, но взяв себя в руки, снова улыбнулась.       — Значит, вы всё-таки подвергаете сомнению мой авторитет, и мой опыт? Дмитрий… Валерьевич… Вы, конечно, хороший врач, но… — она окинула его презрительным взглядом.       — Наталья Петровна, вы прекрасно поняли, что я вам сказал. И ни одни своим словом, я не подверг ваш… авторитет… И ваш опыт, сомнению, — чеканя каждое слово, ответил Дмитрий. — Только в этой истории… Прежде всего… Вы сами себя дискредитируете… как врача. Вы об этом не подумали?       — Я нисколько не сомневаюсь, что у женщины проблемы со здоровьем. Да, с анализами произошла досадная ошибка, но поверьте мне, у неё всё равно ничего не получится. Вы только зря теряете время и обнадёживаете женщину.       — А вы не удосужились проверить и её мужа? Может, это у него проблемы? Извините меня, но почему вы так уверены в своей правоте? Каждый из нас может ошибиться, но для того и существует более тщательное обследование. Знаете, во всей этой ситуации, вообще не было вашей вины, но тем не менее вы всё же настаиваете? Что вас не красит. Мне интересно, почему так происходит? — наклонив голову на бок, он пристально посмотрел на неё.       — Ох, Дмитрий, — Наталья Петровна вздохнула. — Вам не кажется, что у вас слишком много вопросов? — она улыбнулась. — Но, тем не менее, я отвечу. Муж её проходил обследование у одного доктора, в другой клинике. Правда, зачем, не знаю… — женщина пожала плечами. — Этот доктор когда-то уже его проверял и ничего не обнаружил. Вот видите, как… А вы ко мне придираетесь.       — Тем не менее, у Татьяны Алексеевны всё в порядке, а вот в муже я всё-таки сомневаюсь.       — И как я вижу, всё-таки и во мне тоже? — Наталья Петровна усмехнулась.       — А вы сами, теперь, не сомневаетесь? Зная про историю с анализами, вы даже не соизволили ещё раз проверить женщину, хотя должны были. Хотите знать правду? Да, я сомневаюсь. Может вы и хороший доктор, но тут повели себя… — Дмитрий внимательно посмотрел на неё, подбирая слова. — Не правильно. Может, вы так выгораживает наших лаборантов, которые уже не первый раз ошибаются? Странно. И, знаете, что? Вы этим, прежде всего, сами окончательно теряете лицо…       — Вы далеко пойдёте, Дмитрий Валерьевич… Идти по головам? — еле сдерживаясь от гнева, она покачала головой.       — Извините, Наталья Петровна, может вам лучше знакомо, что такое идти по головам, но я прежде всего занимаюсь своими прямыми обязанностями, а по головам ходить… не я в этом специалист!       Вспыхнув, она, на удивление быстро для своего возраста и комплекции, сорвалась с места, и, не оборачиваясь, почти побежала по асфальтовой дорожке. Не обращая внимание на многочисленные лужи, в которые вступали её ноги, разбрызгивая грязные капли на немногочисленных прохожих, некстати оказавшихся на её пути.