Топ-модель

Вэй Усянь не поверил своим глазам, прочитав электронное письмо с уведомлением об увольнении, подписанное Цзян Чэном. Как же этот истерик, перманентно находящийся в состоянии ПМС, его достал! И ведь даже позвонить не осмелился, чтобы лично сообщить. Ничего, сейчас вынужден будет объясниться. Усянь набрал номер директора. — Ну?! — в обычной манере Лань Чжаня поинтересовался он. — Не запрягал — не нукай! — огрызнулся Цзян Чэн. — Чего тебе? — Ну, и что я натворил на этот раз? За что меня гонят с работы, не удосужившись объяснить причины? — подчёркнуто вежливо поинтересовался Усянь. — А приписку мелким шрифтом внизу ты не читал? Или у тебя резкость не наводится после вчерашнего? — едко спросил Цзян Чэн. — Там ссылка на статью трудового законодательства. Так я вроде дисциплину не нарушал, чтоб меня по статье увольнять, — обиделся Усянь. — Напротив, благодаря устроенной и слитой мной в сеть совместной фотосессии братьев Лань, агентство получило несколько выгодных предложений. — А из-за того, как ты на официальном ужине с «Облачными Глубинами» пялился на Лань Чжаня, нам снова моют кости! — взорвался Цзян Чэн. — Какой-то умник выложил в сеть пост со сравнением того, как ты смотришь на свою якобы невесту Мянь-Мянь и на Лань Ванцзи, и теперь никто не верит, что ты не педик. — Что, в этой стране уже и посмотреть на парня нельзя? Я, может быть, им как произведением искусства любуюсь... — Ага, примерно так же, как шоколадным зайцем перед тем, как его сожрать. После того поста, кучи репостов и комментариев к нему Лань Цижэнь потребовал, чтобы я тебя уволил, иначе он запретит своим племянникам с нами работать, а тогда плакали наши контакты, и мне ничего не останется, как принять предложение Цзинь Гуанъяо и продать ему агентство за бесценок. — Ну, если так... ты действительно не можешь просрать семейный бизнес, — согласился Вэй Усянь. — Но ты же ненавидишь этого Яо. Неужели не понимаешь, что именно он всё это затеял? — Понимаю, когда вынимаю, но это не меняет всего того дерьма, в котором мы оказались, — огрызнулся Цзян Чэн. — Ладно, забей. Я не пропаду. Вон, Вэни меня давно звали сделать семейную фотосессию в родовом поместье, но у меня не было времени. Кого хоть на моё место возьмёшь? — Не Хуайсана. Говорят, он весьма креативный, — ответил Цзян Чэн. — Не врут. Ну, что ж, хороший выбор, — одобрил Вэй Усянь. — Удачи. Закончив разговор, он поехал в студию, чтобы забрать свои личные вещи. Наверное, так будет лучше для всех. Он вскоре уедет и не станет портить жизнь ни Цзян Чэну, ни Лань Чжаню. *** Работать с Вэнь Жоханем оказалось намного сложнее, чем с Лань Чжанем. Этот суровый усатый мужчина мало того, что сам не умел улыбаться, так ещё и постоянно излучал ауру недовольства, от которой скукоживались все члены его многочисленного семейства, а Вэнь Нин (племянник главы) начинал заикаться. Естественно, что на фотографиях у всех получались кислые рожи, что вызывало еще большее раздражение у главы семейства. В конце концов Вэй Усянь решил пойти на хитрость и попросил всех просто заниматься своими делами, пока он будет отдыхать и настраивать камеру, а сам исподтишка снимал Вэней в их естественной среде обитания. Самые лучшие групповые снимки получились, когда Вэнь Жохань играл в вейци со своим младшим сыном Вэнь Чао, которому подсказывали правильные ходы то его девушка Ван Линцзяо, то его телохранитель Чжао Чжулю, а остальные члены семьи увлеченно наблюдали за ходом игры. Семейные фотографии, сделанные во время обеда, тоже оказались недурны. Лучшими индивидуальными были признаны сделанные на природе снимки, на которых Вэнь Нин стрелял из лука, а его старшая сестра Вэнь Цин собирала в саду лекарственные травы. Сделав из одобренных Вэнь Жоханем снимков слайд-шоу под традиционную музыку и распечатав снимки для всех желающих, Вэй Усянь покинул поместье «Цишань» и вернулся домой. Все это время он не заглядывал в свою почту, поэтому очень удивился, увидев там полдюжины писем от Цзян Чэна. На отключённом во время пребывания в поместье телефоне обнаружилась куча пропущенных звонков не только от бывшего работадателя, но и от Лань Чжаня. Пока Вэй Усянь раздумывал, кому из них позвонить в первую очередь, раздался звонок от Цзян Чэна. — Где тебя носит? — вместо приветствия поинтересовался тот. — А тебе какая разница? Ты же меня уволил, — машинально огрызнулся Усянь. — Ты снова принят на работу, потому что эта заноза Лань Чжань заявил, что будет работать только с тобой. А поскольку он у нас теперь супермодель, которую все хотят, то приходится выполнять его условия, — буркнул Цзян Чэн. — А как же его дядюшка, который требовал моего увольнения? — спросил Усянь. — Лань Чжань, как узнал, что тебя уволили по требованию Лань Цижэня, так пригрозил дядюшке, что, если тебя не вернут, он забросит свою научную деятельность и вместе с тобой откроет новое рекламное агентство, благо унаследованных от родителей денег на это хватит. Старика едва удар не хватил. — Очешуеть... — выдохнул Усянь. — Думаешь, Яо оставит нас в покое? — Выходит, ты и это пропустил, — злорадно рассмеялся Цзян Чэн. — Его самого теперь в покое не оставят после появившихся в сети снимков из категории для взрослых, на которых этот прохвост Яо сосёт, как пылесос, у другого мужика, лица которого не видно. Так что теперь он уже никакой не Цзинь Гуанъяо, а снова безработный бухгалтер Мэн Яо. — Ай-да, Не Хуайсан... Вот, молодец! — не сдержался от восхищённого возгласа Вэй Усянь. Он вспомнил, что до того, как прибиться к Цзиням, Мэн Яо работал у старшего брата Не Хуайсана, и после внезапного ухода бухгалтера Не Минцзюэ долго трясла налоговая из-за обнаружившихся нецелевых растрат и прочих финансовых махинаций. — Да, молодец, ничуть не обиделся, что я сначала предложил ему работу, а потом дал задний ход, — согласился Цзян Чэн. — Короче, Вэй Усянь, чтобы завтра утром был в студии, а то у меня снова сроки горят. — Жопа у тебя вечно горит, а не сроки, — прокомментировал Усянь. — Вэй Усянь, да я тебе... — Да знаю, знаю, ноги переломаешь, — рассмеялся Усянь и нажал кнопку завершения связи. На душе было легко и радостно — завтра он снова увидится с Лань Чжанем. *** — Лань Чжань, а что это ты в меня такой влюблённый? — при встрече шутливо спросил свою прекрасную модель Вэй Усянь. — Заступился за меня, а я-то думал, что ты меня ненавидишь за мои методы работы. Краснея ушами, тот ответил: — Хочу каждый день фотографироваться только с тобой. — Была б моя воля, и я бы каждый день снимал только тебя... — вздохнул Вэй Усянь. — Лань Чжань, ты классный, хоть поначалу этого и не скажешь. — Значит, ты пойдёшь со мной сегодня поужинать? — с надеждой спросил Лань Чжань. — А почему бы и нет? — лучезарно улыбнулся Вэй Усянь. — Хотя, по уму, это мне нужно тебя угощать, чтобы отблагодарить за то, что заступился за меня. — Чепуха, — отмахнулся Лань Чжань. — Так, флиртовать за ужином будете, а сейчас надо работать. Реклама часов сама себя не снимет, — беззлобно проворчала Мянь-Мянь и потащила Лань Чжаня гримироваться. Ну, что сказать? Ужин настолько затянулся, что закончился совместным завтраком, который Лань Чжань принёс Вэй Усяню в постель.