Коррекция души

Он прождал своего демона много часов, но тот так и не появился. Нику казалось это странным и пугающим, ведь до этого он с самого можно сказать утра, если в аду вообще есть утро, находился рядом и стремился направить его к свои воспоминаниям, но сейчас его не было. Ему становилось не по себе от мысли, что на самом деле Кайлу нельзя было разглашать информацию, и теперь он может получить наказание, и в этом снова виноват он. С каждой минутой предчувствие того, что Кайл больше не вернётся становилось всё сильнее. Ник не понимал почему так уверен в своей ответственности за него, ведь если он сам является подопечным, то Кайл должен быть просто надзиратель, за которого вряд ли стоит переживать, однако вчера он был немного сам не свой. В конце разговора на пляже он был грустный, но отчего именно? Если он знал, что ему дадут штраф за то что я теперь знаю больше, чем другие обитающие здесь души, то для чего была необходимость так себя подставлять? С другой стороны, он подарил Нику время, такой подарок весьма ценен в нынешних условиях. Ник всегда считал себя немного бесчувственным, потому что в определённый момент жизни он научился строить стены вокруг себя и тем самым запер своё сердце в сейфе. Тут, в Аду, Кайл нашёл ключ от сейфа и наглым образом заставил ощущать то, что он должен был почувствовать при жизни, возможно тогда он бы смог, что-нибудь изменить. Но изменив что-то, он мог бы попасть наверх и никогда бы не повстречать Кайла. Что же сделал Кайл при жизни, что попал сюда? И почему его выбор стать демоном считается правильным, он упомянул, что на земле его никто не ждет, ему незачем туда спускаться, но разве жизнь не начинается сначала? Он бы мог вернуться, и кто знает быть может они бы с Ником могли бы встретиться при жизни. Вот только вряд ли у Ника возник бы интерес с нему, он не выражал каких либо особых эмоций при виде парней с крашенными волосами, в какой-то степени похожих на участников корейских групп. Однако стоит отметить, что Кайл был один из самых симпатичных людей которых Ник видел, он не знаю влияние это смерти или что, но идеальной белоснежной коже Кайла позавидовал бы Эдвард Каллен, его острый нос, который он морщит перед тем сказать какую-то гадость делал его похожим на хитрого кролика, а большие серые глаза скорее напоминали зеркала или до блеска начищенное серебро. Ник всегда брал во внимание как выглядит человек, ему нравилось наблюдать за людьми и играть на их недостатках или же наоборот, подбираться к ним за счёт того, что люди ценят в себе больше всего. Однако в отношении Кайла все его фокусы вряд ли смогли бы сработать, да и зачем, всё равно он скоро выберется из этого места и сомневается, что когда-нибудь снова увидит его. Разве что Ник решит стать демоном, тогда они с Кайлом на вечно должны будут остаться здесь. — Мне предстоит серьёзный мозговой штурм перед принятием решения. В любом случае Кайл вряд ли придёт сегодня, к сожалению тут нет кнопки вызова персонала. А зачем он мне вообще? Кажется я начинаю привязываться к нему, скорее всего это лишь по тому, что он единственный с кем можно поговорить здесь — Ник разгуливал по свои апартаментам и как раз вышел в сторону бесконечного коридора дверей — Кайл сказал, что демоны проходят испытания вместе с душами, дак значит, если я войду туда, он обязан быть рядом? Какой ужасный способ, чтобы быть рядом с ним нужно хорошенько пострадать, оно того стоит? Блин, какой я гад, это двери сделаны не что бы с демонами тусить, а что бы душу чистить, а ты тут умудрился всё извергнуть, да личную выгоду найти — он подошёл к двери и прикоснулся к ручке, дверь тут же зменилась, всместо старой и деревянной оказалась белая пластиковая, а до середины было стекло, вот только оно не просвечивало и не было видно, что же там за воспомниание — Что ж Кайл, надеюсь увидимся там — Ник надавил на ручку и уверенно шагнул в дверной проём Солнце светило не просто яркое, оно буквально ослепляло всё, оно пекло так будто-то решила поджарить человечество. Ник вспомнил это время, ему казалось это было самое знойное лето за всю его жизнь. Ему было тогда лет 15, родители отправили его загородный лагерь, в частности они это сделали потому что решили устроить грандиозный переезд и ремонт, а для того чтобы тот не мешался под ногами, его отправили туда. Нику всегда было легко завести друзей, он был смешным, общительным, и любил устаивать всякие розыгрыши, и хотя его и отправили в лагерь без его правой руки — Стенфорда, он быстро адаптировался нашёл с кем ему грамотно отсидится 4 недели. По негласным правилам лагеря, с кем ты живешь в комнате, с теми ты становишься друзьями, пусть и на время, но всё же. Вся эта дружба вряд ли собиралась выходить за пределы лагеря, только если ты не привёз с собой друга из вне. Как говориться, всё что было в лагере, остаётся в лагере. Они жили в комнате впятером, Ник едва ли сейчас мог вспомнить их имена. Он подошёл к корпусу где жил, из окон доносился шум, разумеется в лагере редко бывало тихо, только если ночью и то можно было слышать как вожатые собираются на свои совещания и до утра составляют планы на следующий день. — Я помню это лето, и кажется я понял о чём пойдёт речь — произнёс он в слух, в надежде на то что рядом появиться Кайл, что бы дать свой комментарий, но его рядом не оказалось. Ник пошёл в сторону столовой, ведь судя по палящему солнцу время как раз подходило к обеду. Догадки оказались верны, вон он, 15-летний Ник, его щёки ещё тогда были круглыми и красными, потому что он сильно обгорел в то лето, волосы тоже выгорели и казались светлее обычного. На нём была красная большая футболка из-под которой торчали тощие руки, которыми он активно жестикулировал, а его так называемые временные друзья с чего-то хохотал. Сейчас Ник уже и не помнил, чего именно рассказывал, он видел только что мимикой и актёрским мастерством проблем у него никогда не было — Я был наивным ребёнком, все говорили мне что я уже взрослый, я должен научиться брать ответственность, быть самостоятельным, думать наперёд, строить планы на будущее, но я доверялся только чувством и временным порывам. Мои родители хотели, чтобы я стал хоть немного самостоятельным и менее наивным, поэтому и отправили сюда, ведь тут на протяжении целого месяца я сам отвечаю за себя и свою жизнь. Именно после этого лагеря я стал тем, кем являюсь сейчас После обеда весь отряд по правилам должен был идти спать, однако в те времена это казалось глупым, кому нужен этот послеобеденный сон, только с возрастом ты понимаешь, на сколько сильно он на самом деле нужен. Конечно же Ник и его друзья решили наплевать на просьбы вожатых оставаться в корпусе, и благополучно улизнули гулять. В такую погоду это казалось безрассудным, но а кто им мог запретить, родителей ведь нет. Именно тогда Ник впервые встретил его, на спортивной площадке, где обычно проходила зарядка, соревнования по бегу, прыжкам и подобному он увидел мальчика, что то искавшего в траве. Что тогда сподвигло Ника отделиться от друзей и подойти к нему он не знал, он просто почувствовал, что нужно это сделать. Он присел на тренажёр рядом с ним и поинтересовался, чем там занимается, оказалось во время утренней разминки у него слетел медальон, верёвка видимо развязалась и он благополучно упал. Мальчик не сразу заметил это, а как обнаружил пропажу побежал обыскивать все места где успел побывать за день. — И тогда я решил помочь тебе, Кайл я знаю, что было дальше, я раскаиваюсь уже сейчас, но что я должен был сделать? Кайл! Тащи сюда свой грёбаный зад, и вытаскивай меня назад, я не хочу пережить это ещё раз. Молчишь? Это твоя долбанная работа! Иди сюда! — Я не вытащу тебя от сюда, глупый мальчик — Кайл оперался на перило турника — Ну и жарища тут, я даже как-то и одет не по погоде — Ты одет как и вчера, разве вам не нужно переодеваться как обычным людям — Я просто не успел, пришлось бежать быстрее ветра на твои крики — Тебя не было всю ночь и утро, чем ты занимался, что не успел даже переодеться — Адские дела тебя не касаются, и вообще, хитрый мальчик, смотри своё шоу, не отвлекайся на меня — Я прекрасно запомнил это лето, и не хочу снова это видеть — Ты не можешь покинуть воспоминание, ты это знаешь, так что просто наслаждайся — Кайл улыбнулся злобно, как будто сделал какую-то пакость — Я зашёл в дверь, что бы удостовериться, что с тобой всё в порядке. Я не хотел проходить испытание, тем более это — Ты что, волновался за меня? — Кайл сделал такое лицо, будто умиляется щеночку, который ждал его весь день с работы, подойдя ближе он протянул руку и потрепал Ника по голове Ник уверенно оттолкнул его руку, и с недоумением и страхом посмотрел на него — Не делай так, я не волновался — Как жаль, я уж было подумал… — Просто пошли отсюда, я хочу зайти в другую дверь — Ты умён, зачем же говоришь глупости? Давай просто досмотрим всё и разойдёмся дальше по делам. Скажи мне лучше, ты хотя бы помнишь имя этого мальчика в синей футболке — он кивнул головой в сторону мальчиков искавших в траве пропавший медальон — Джеймс, его зовут Джеймс — Это одновременно мило и печально, что ты помнишь это. В таком случае, мы можем перейти сразу к весёлому — Кайл сделал щелчок и на улице резко потемнело — идём в огород! — радостно сказал он — Это не огород — Пошли скорее всё же пропустим — Кайл схватил его за запястье и побежал в направлении теплиц. Эти теплицы были сделаны для отрядов более младшего возраста, там дети садили всякие цветочки, учились ухаживать за ними, в общем всё как надо, обучение жизни предлагаемое в форме игры, разумеется далеко не все любили возиться в грязи, разбирать эти семена и без конца бегать и поливать их, но многим нравилось. Старшие отряды тоже могли приходить туда, но скорее чтобы помогать тем, кто забыл про своё растение. Джеймс ходил туда каждый вечер перед сном, сначала Ник думал, что он это делает просто чтобы проверить всё ли полито, и убрать оставшиеся сорняки. Однако в тот вечер он решил проследить за ним, слово проследить громко сказано, потому что в погоне за Джймсом он запнулся об лежащую лопату, упал и разбил горшок в котором с счастью ничего не росло. — Ты порезался — сказал Джеймс видимо сильно испугавшись то ли того что за ним следили, то ли увиденной крови — Это ерунда — Надо обработать рану, тут есть перекись — он поднял раненого с земли и повёл к лавочке, в теплицах всегда были небольшие аптечки, потому что дети часто царапались обо всё что можно — Я лучше вернусь в отряд… — Нику стало не по себе — Сиди смирно, — грозном тоном сказал тот — это просто перекись, надо убить всю заразу — Ай! А чего так щиплет — А ты что думал, как водичкой всё смоется, терпи скоро перестанет — Джеймс держал ногу Ника у себя на коленях и продолжал лить раствор, после чего он достал пластырь и аккуратно наклеил — Вот и всё, недотёпа — произнёс тот и потрепал его рукой по голове. Ник не мог оторвать взгляд от его лица и как под гипнозом смотрел на него не произнеся не слово — У-у дак вот почему ты сказал мне не делать так — Кайл потянулся к волосам Ника и тот отстранился в сторону даже не посмотрев на него. Он продолжал наблюдать как двое подростков разговаривают дальше, он уже не помнил всех их диалогов, но от точно знал, что живее себя тогда, он не чувствовал никогда — Знаешь, он выращивал розы. Дети обычно растили что то попроще, что-то, что гарантированно должно вырасти, что бы они не расстраивались, а розы такие прихотливые, те кто решался их растить было обречены на провал. Но он смог, куст был совсем не большой, но таких роз я никогда не видел — Ник приставил к груди кулак — Ты начинаешь чувствовать, это прекрасно — улыбнулся Кайл — Я не робот, разумеется я умею это делать, ты же видел те первые двери — О нет, я не о чувствах раскаяния, я о тех чувствах, которыми ты запер в себе, ведь именно тут всё и началось. Пойдём присядем — они сели на лавочку напротив и продолжили смотреть за прошлым — Расскажи мне, что ты чувствовал тогда — сказал Кайл — Что именно? — Когда ты впервые его увидел и когда вы просидели пол ночи на этой лавочке, что происходило внутри? — Кайл задал вопрос с такой надеждой в голосе, будто бы сам хотел испытать подобное. Ник посмотрел на него и казалось понял, что Кайл уже давно живёт отказавшись от чувств по долгу работу, и он уже и забыл что это значит, именно поэтому он хотел объяснений. Ник понял, что сейчас друг на друга смотрят два человека, запретивших себе столь важную часть себя, только один это сделал после смерти, а другой ещё при жизни — Я чувствовал, что хочу находится рядом с ним столько скольком могу. Я не понимал, что именно я ощущаю, во мне кипело ужасное волнение, было страшно обидеть его, было страшно потерять. Он был таким искренним, он рассказывал мне про семью, про проблемы, я делился с ним тем же. У нас было не так много общих интересов, но тем было увлекательней, ведь темы наших разговоров не знали границ. Я знал, что такое дружба, у меня был Стэнфорд, мы были не разлей вода с самого детства, но даже он не понимал меня так как Джеймс. В лагере он почти не с кем не общался, я так и не мог понять почему. Видимо в этом возрасте люди больше ценят твоё умение шутить, нежели оценивают всю личность. Джеймс был застенчивым, а я выиграл приз «мистер лагерь 20… какой то год». Мы не общались с ним днём, потому что я бегал с парнями из моей комнаты, а он предпочитал помогать с младшими отрядами или просто без конца находился в том саду, да саду, не в огороде. Я приходил сюда под вечер, чтобы никто не видел, я чувствовал необходимость в нём, но я не знал, что чувствует он. Это не была обычная дружба, от осознания этого мне было ещё страшнее, ведь если Джеймс поймёт это, он может сбежать, а это последнее чего бы я хотел — Готов смотреть, что было дальше? — Я никогда не буду к этому готов Это был день концерта, обычное дело в конце каждой недели, как будто праздник, что они выжили ещё какое-то время. Это была 3-я неделя лагеря, все сидели в концертном зале, смотрели как один отряд за другим исполняет свои номера. На этом мероприятии Ник не делал ничего, сославшись на то, что звёздам лагеря тоже нужен отпуск. В вечера концертов, время отбоя смещалось до 11 вечера, ввиду того что после исполненных номеров была дискотека. Ник прекрасно знал, что Джеймс туда не пойдёт, найдя его как обычно в саду он предложил пройтись ему до стадиона. Они устроились под трибунами, будто скрываясь ото всех, как обычно за разговорами время пролетело незаметно и на улице давно стемнело — Нам стоит вернуться, пока нас не потеряли — сказал Джеймс поднимаясь на ноги — Подожди, у меня кое-что есть — Для меня? — удивился Джеймс — Нет конечно, для кого-то другого — высмеял его Ник, а потом засунул руку в карман и с размахом, для создания эффекта вытащил медальон — Та-д-а-а-а-м — Это же! Ого! Спасибо огромное, где он был всё это время? — Я заходил к вожатым в комнату, а у них стояла коробка с потерянными вещами, я увидел его там. Оказалось в тот день когда ты потерял медальон, наш вожатый нашёл его, и бросил к остальным вещам. Обычно люди приходят и спрашивают не находили ли они что-либо, поверить не могу, что ты так и не обратился к вожатым — Я просто постеснялся, решил, что они подумают, что я безответственный — Ты сдурел, какое тебе дело до этих людей, главное, что ты нашёл, то что искал Тогда Джеймс попросил его завязать ему верёвку с медальоном обратно на шею, только как можно крепче, чтобы подобных инцидентов больше не было. Они были практически одного роста и когда Джеймс повернулся к нему спиной, Ник не пытаясь себе сопротивляться, осторожно вдохнул запах его волос, они пахли летом, цветами, им. Ник почувствовал как по телу пробежал удар тока. Он также осторожно прикоснулся к его шее пока завязывал верёвочку, за время проведённое в лагере его кожа стало такой загорелой, будто бы он специально вылил на себя тонну автозагара, его тёмно-каштановые волосы так же немного подпалило солнцем, в следствии чего моментами казалось, что голова отливает серебром. Почувствовав, что Ник уже некоторое время не убирает руки с его шеи, он повернулся и хотя было темно ему показалось, что щёки Ника горят красными огнями. Они стояли лицом к лицу и ни тот ни другой не произносили ни слова. Сердце Ника билось так сильно, что казалось его слышит весь лагерь. Нарушить тишину было необходимо, пока она не переросла в неловкое молчание. В этот момент Ник подумал «Всё или ничего» и наклонившись вперёд прижался к губам, которые так давно манили его. Сердце бешено стучало, он не знал, что делать дальше, что будет, когда Джеймс оттолкнёт его? Но Джеймс не стал его долго мучить и ответил на поцелуй. Пару секунд спустя они отстранились, видимо проверяя состояния друг друга. В глазах обоих читался страх за произошедшее, но помимо него была та самая искра счастья, что они оба чувствуют одно и то же. Улыбнувшись, они крепко обнялись и ещё раз удостоверились в том, что теперь их сердца бьются в унисон — Что ты чувствуешь теперь? — вторгся Кайл — Мне хотелось прижать его так сильно, как только я мог. Я чувствовал его запах и меня как будто уносило далеко за пределы сознания. Мои эмоции зашкаливали, я был так счастлив, но и так сильно напуган — Это получается, что ты по-настоящему… — Я влюбился Кайл, сильно и искренне. Я влюбился в мальчика из соседнего отряда, все чувства которые у меня были, каждое до крупицы, я все отдал ему. Я никогда не думал, что можно испытать что-то подобное, и ведь я обычно интересовался девочками, но оказалось что интерес, это единственное на что я способен по отношению к ним. Но с Джеймсом всё было иначе, у меня не было списка конкретных причин по которым я бы мог сказать за что полюбил его. Я любил его потому что так решило моё сердце и я не стал ему сопротивляться — Не стал? Ты хочешь сказать не стал? — Не сразу — А по точнее, ты же знаешь, что было после этого поцелуя — Этот поцелуй моё последние счастливое воспоминание о нём. Этот вечер одновременно самый лучший и самый худший в моей жизни. Я отдал много, чтобы тогда просто завязать этот медальон и просто пойти в корпус — Думаешь проблема только в этом, больше не хочешь ничего изменить? Ник взглянул на него поникшим взглядом, все слёзы он давно выплакал, поэтому оставив Кайла без ответа он решил продолжить вспоминать На следующее утро, во время завтрака Ник не нашёл Джеймса. Обычно он сидел напротив окна несколькими ребятами из своего отрада, но его там не был. Оглядев всю столовую и не найдя его нигде, он было хотел спросить у вожатых куда он делся, но потом резко передумал, потому что решил это будет подозрительно, ведь никто и понятия не имеет о том, что они вообще общаются. Эта настороженность не зря возникла в его душе, она будто предчувствовал начала чего-то ужасного. Возвращаясь с завтрака со своими сожителями Ник оказался непривычно молчаливым, чем привлёк внимание. Ничего разумнее, как сказать, что болит живот он не придумал, после чего его сразу отвели в медпункт. Именно там он и узнал причину пропажи Джеймса. Ему дали таблетку, после которой он полежал минут 20, и снова решил направиться на поиски пропажи. Выходя из медпункта он услышал разговор двух девочек — Какой кошмар, что теперь с ними будет? — С ними ничего, только вот с этим парнем из 3-го отряда, второго-то не видно — Но разве это вообще нормально? — Я считаю это личное дело этих двоих, не нам их судить, мне просто жаль этого мальчика, слышала его с самого утра достают Ник не сдержал интерес и встрял в разговор — Мне жаль, что я стал свидетелем вашего разговора, но о чём вообще речь? Что за история с мальчиком из 3-го отряда? — А ты не видел, это же по всем беседам лагеря гуляет — Мой телефон сел, я ещё его не включал сегодня Тогда девочка показала ему экран, где была фотография, положившая начало конца. Ник никогда бы не подумал, что мог попасть в такую ситуацию, кому вообще в голову пришло шпионить, а тем более фотографировать людей в такой момент. Ника спасало лишь то, что его силуэт был полностью в тени, Джеймсу повезло меньше и часть его лица одежды освещал фонарь проходивший свозь трибуны — Я понял, ладно спасибо — Ник побежал к себе в комнату, что бы включить телефон и прочитать о произошедшем. Он понимал, что должен реагировать на эту ситуацию как и все остальные в лагере, ведь его личность не раскрыта, а значит защищена. Но что с Джеймсом, где он сейчас, что сделали с ним другие? С момента поцелуя прошло два дня, их история так и не утихала, но Джеймса Ник так и не видел, он пробовал писать ему, но сообщения будто уходили в никуда. И вот наконец, в день когда солнце решило отдохнуть и небо затянули облака, Ник все же увидел Джеймса. Тот шёл в направлении другого корпуса, а Ник направлялся в медпункт, потому что снова весь оцарапался, пока лазил на дерево. Встретившись глазами они оба не знали что делать. Нику хотелось обнять его, а потом спрятать в свой чемодан и увезти подальше от всего этого, он не заслуживал всего того мусора, что вылили на него мерзкие подростки, по слухам, ему отвешивали удары даже те, кого он и не знал, в его сторону плевали, обзывали, а те кто вроде как и считали, что это не их дело, всё равно косо смотрели ему в след. Джеймс оглянулся по сторонам, удостоверившись, что никого поблизости нет, заговорил первым — Ты что, снова поранился? — произнёс он словно ничего не происходит и не произошло — Это ерунда, ты знаешь. Как ты? — Ник еле сдерживал себя, чтобы не подойти и не обхватить руками — Я в порядке, не могу сказать, что бывало и хуже, но ничего, я выдержу. Один человек сказал мне, что мнение остальных меня волновать не должно, верно? — он улыбнулся краем рта, но улыбка эта была печальней всего на свете В этот момент из-за угла здания вышли сожители Ника, чью позицию по поводу произошедшей ситуации Ник прекрасно знал, за что в тайне ненавидел и презирал их, но возразить не мог — Какие люди! А тебя что без охраны отпускают гулять? — Ищешь новую жертву? — Мне даже интересно, а родителям ты как в глаза смотреть будешь — за этими словами последовал толчок в грудь, от силы которого Джеймс упал на асфальт Ник не знал, что делать, при нём бью того, кого он так сильно любит, но если он вмешается в это, вся его жизнь так же разрушится. Заступиться за него, значит принять себя, свои чувства, взять ответственность не только за себя, но и за него. Ник осознавал, что за поступок, который совершили они оба платит Джеймс, и цена эта слишком высока. Но все его тайные чувства окружал необъемлемый страх. Страх за себя, страх потерять статус, страх разочаровать родителей, страх прятаться ото всех по углам, страх изменить свою жизнь — Парни, может достаточно — неуверенно произнёс он — Ник ты чего? В защитники его записался? А может это ты с ним на том фото под трибунами обжимался В Нике закипала злость — Херню не неси, сдался мне этот педик — произнеся эти слова гладя на Джеймса он увидел как в его глазах угасла искра, его взгляд стал таким колючим, тогда Ник понял, что видит то, чего боялся больше всего, разочарование — Вот именно, так с ним и надо — парень из комнаты плюнул в сторону лежавшего, и благо слюна прилетела в сантиметрах от него — Давай, плюнь на него и мы пойдём — приказал он Нику Ник взглянул на Джеймса последний раз, выдохнул и плюнул прямо ему на футболку. Под одобряющие возгласы, он пошёл дальше, оставив Джеймса на земле, не столько помятого физические, как растоптанного морально На этом история воспоминаний была окончена, но Ник по прежнему стоял возле Джеймса. Ник был бледнее снега, он не мог произнести ни слова, не мог заплакать, не мог кричать. Он ненавидел сам себя настолько сильно насколько это было возможно. Джеймс поднялся на ноги, его ладони были в пыли и обцарапаны после падения на асфальт. Посмотрев на руки, он медленно поднял голову, из глаз бежали несколько слезинок, это были слёзы предательства. Он не мог поверить, что человеку, которому он так доверял, мог поступить с ним так подло. Он не ждал того, что Ник признается, что это он на этом фото, но надеялся, что тот встанет на его сторону, как это сделали некоторые другие люди. Он надеялся, что тех чувств, что живут внутри них хватит, чтобы защитить друг друга, но оказалось защищать был готов только Джеймс. Он вытер слёзы тыльной стороной ладони и медленно пошёл туда, куда направлялся, даже не взглянув в спину уходящего Ника Ник ещё долго не хотел покидать этот лагерь из воспоминаний, он сильно погрузился в свои мысли, которые привели его к тем самым трибунам. Он залез под них и сел туда, где сидел тогда, рядом, на место Джеймса, сел Кайл — Я сволочь, Кайл. Я трусливая тварь. Он так сильно был мне дорог, но я испугался осуждения. Я сам говорил ему наплевать на мнения окружающих, а сам поступил как конченый трус. Как я мог так поступить? Кайл молчал, сложив голову на руки, которыми обхватывал колени — Кайл, скажи же что-нибудь. Ты ведь с таким интересом спрашивал меня о моих чувствах, что ж ты молчишь сейчас. Знаешь, что я чувствовал тогда? Я чувствовал, что разочаровал самого дорого мне человека, и я не мог исправить ничего, потому что боялся. Я вспоминал его глаза каждый день. Своими чувствами я погубил его. После этого я поклялся, что больше ничего не испытаю ничего подобного, большое мои чувства не должно влиять на кого-то. Джеймса был моей первой, настоящей и последней любовью, после него я не смог доверять самому себе, поэтому запер всё под замок. Кайл не молчи! Скажи что-нибудь! — Ты подонок Ник — сказал он тихим голосом не поднимая головы — Ты что… плачешь? Кайл, но разве такое возможно? — Демоны не должны проникаться чувствами из наказаний душ, но я не смог, не смог удержаться — От меня даже демоны в аду плачут, это ж насколько я ужасен? — Ты ужасен не больше остальных — Что с ним стало? Знаешь, всё, что было в лагере, остаётся в лагере. Я даже не пытался искать его после, потому что думал он не простит меня, а если простит, я могу поступить так снова, ведь мне так страшно, что кто-то узнает правду — Ты думаешь ты заслуживаешь узнать, что с ним было дальше? Тебе хватает совести спрашивать меня об этом после того, как ты поступил? — Ты показал мне будущее той девочки, что я дразнил, почему же не покажешь его? — Я не в праве тебе показывать это, потому что на его жизнь ты повлиял не так. Видишь ли жизнь Молли ты превратил в кошмар. А он принял данную подножку судьбы не так — Это значит, что с ним всё хорошо? — Ты не должен знать этого, ты должен сожалеть из-за своей трусости — Кайл прошу отведи меня к нему, я знаю, что ничего не могу пообщаться тебя, ведь я мёртв и у меня ничего нет, просто умоляю тебя покажи мне — Я покажу тебе, но в замен ты всё же сделаешь кое-что — Спасибо, спасибо огромное Мгновением щелчка они перенеслись в необходимое место. Они стояли напротив двухэтажного каменного дома, который окружали сугробы. Вдоль карниза крыши висели большие круглые жёлтые лампочки, которые придавали домику приветливый вид. Ник вспомнил, что именно так Джеймс описывал свой дома. Ник вздрогнул от гудка подъезжающей машины, после которого дверь дома открылась и на ступеньках показался он. Джеймс заметно вырос, отрастил небольшую бороду, он уже не казался тем самым маленьким худеньким мальчиком нуждающимся в защите. Каштановые волосы больше не падали чёлкой ему на лоб, теперь они были аккуратно уложены назад и открывали вид на его всё ещё детское лицо, а точнее тот взгляд. Он всё ещё выражал теплоту и надежду, в нём снова горела та искра, которую видел Ник, но теперь она предназначалась не ему. Взрослый Джеймс встретил на лестнице какого-то мужчину, кажущегося старше его, но не намного, он был в пальто и костюме, создавал впечатление важного человека. Незнакомец поцеловал Джеймса в щёку после чего, тот сообщил, что его давно уже все заждались и взяв за руку повёл за собой в дом. — Я могу войти в дом? — спросил Ник — Нет — Отлично, тогда не осуждай — Ник полез на дерево рядом с домом, что бы заглянуть в окно — Ты совсем ненормальный? Ник наблюдал в окне как по видимому родители и другие члены семьи встречают Незнакомца, они оба усаживаются за стол, где продолжают вести беседу о чём то. Джеймс положил руку на стол, а незнакомец прикрыл её своей — Кто он? — с ревностью, которую был не вправе испытывать спросил Ник — Это его муж — Муж?! Быть не может — Да, Ник, его семье приняла его, он в отличие от тебя не запер своё сердце, он просто позволил ему дальше жить и любить, так он и встретил его, того кого он смог полюбить так же сильно, как любил когда то тебя — Значит он счастлив? — впервые за пребывание в аду по щеке Ника покатилась слеза, но не от страданий, а от счастья — Да — А обо мне он вспоминает? — Да — Ненавидит? — Нет, он простил тебя, и если бы спустя столько лет, ты бы нашёл его и извинился он бы принял это — Он слишком добр для этого мира — Именно поэтому ты его и полюбил — Что ж — спускался с дерева Ник — ты выполнил мою просьбу, хотя не должен был, что ты хочешь взамен? — Хочу твоё сердце — Чего хочешь? — изумился Ник — Хочу что бы ты его открыл и больше не держал всё в себе — Это не так просто Кайл приложил руку в область сердца Ника. Ник не сопротивлялся, потому что знал что сейчас же последуют объяснения — Ты чувствуешь, оно бьётся. Ник ты мёртв, но твоя душа ещё жива и ты это знаешь. Просто позволь себе снова смотреть на мир не разумом, а сердцем, открой его снова, как в то время когда ты просто любил Джеймса, потому что любил — Хорошо, больше не закрою Они вернулись в темницу, где привычно горели лишь красные светильники, а на полу бегала пыль — Мы хорошо поработали сегодня, ты можешь поспать, ну если сможешь, не знаю — сказал Кайл — Демоны могут переноситься в любую страну мира и в любой промежуток времени, верно? — сказал Ник усаживаясь спиной к стене — Ну да, можно сказать так — И ты можешь копаться в моей голове, моих воспоминаниях и показывать это? — К чему ты клонишь? — не понимал Кайл — Вчера, когда ты выкинул нас на пляж, ты сказал, что это мои воспоминания, но как они могут быть моими, если я там никогда не был? И почему ты решил перенести нас именно туда? — Это не твои истинные воспоминания, это твои желания — Желания? — Мне было интересно кое-что узнать о тебе, поэтому я перенёс тебя в твою мечту о идеальном свидании — Идеальном чём?! — Место, которое ты считаешь идеальным для свидания это ночной пляж, тебе нравится отсутствие людей, потому что от них слишком много лишнего шума и слишком много посторонних глаз, нравится звук приливающей воды, кузнечиков, это создаёт видимость того будто вы одни во вселенной, чистый и бесконечный океан символизирует беседу, тебе нравится говорить обо всём на свете, узнавать то, чего раньше не знал, нравится чувство тайны, что всё что происходит это только между вами двумя — Но зачем тебе это? — Я пока и сам не понимаю. Мне просто было интересно увидеть твой мир — Но почему именно это — Я решил это будет забавно, но уже не уверен в этом