На борту девица!

      После завтрака Итэр так и не успел пообщаться с сестрой, как уже должен был приступить к занятиям с капитаном Кэйей, а Люмин теперь вовсю готовили к будущей семейной жизни. Она обязана была изучить историю семьи графа, их политические и экономические позиции в регионах. Помимо учебы, предстояло выбрать наряды, собрать необходимое приданое и пройти обряд освящения в церкви Святого Барбатоса.       Спустя пять дней, со дня шестнадцатилетия близнецов, Люмин так и не открывала компас на ночь. Итэр подбросил под дверь её спальни несколько писем, прося выйти девушку на встречу к брату. Пытался узнать через Паймон, почему Люмин не хочет видеть его, но нянечка отвечала, что ежедневные занятия, участившиеся с приближением помоловночной делегации, забирали все силы у девушки. Конечно, это было не так. Но указания Джинн служанка нарушить не смела. Чтобы не допустить встречи с братом, Паймон каждый вечер вместо ужина водила девушку в церковь, чтобы та до самой ночи молилась и «очищала» себя перед тем, как показаться жениху. Однако каждый свой приход в святое место Люмин посвящала молитвам о свободе.       На шестой день, когда девушка вместо того, чтобы спать, сидела у кровати и плакала, ей показалось, что сам Анемо Архонт подал ей знак. В её окно с силой дунул ветер, срывая со стола все бумаги, на которых стояла памятная коробочка. Компас раскрылся и засиял, указывая заветное направление. Девушка смотрела на него не отрываясь, понимая, что это был знак. Она не может вот так остаться и ждать. Она должна что-то придумать и… сбежать? Да… «Путь к свободе — это побег!» — ужаснувшись своим мыслям, она закрыла себе рот руками, хоть и не произносила ни звука. Мысли в её голове крутились быстро, но с каждой секундой в груди расцветало трепетное чувство надежды. Она взяла компас в руки и подошла к окну, смотря в ночное небо.       — Спасибо! — Одними губами прошептала она и поставила компас на стол. Ей предстояло составить план побега меньше чем за сутки. Но, в целом, у неё уже было всё, что нужно. Юго-запад. Всего одно слово. Одно направление. Компас указывал на Юго-запад. Там её ждала заветная свобода. --       В то же время, Итэр, видя, что в окне спальни снова горит зелёный свет, вздохнул с облегчением. Он подумал, что сестра наконец-то смирилась со своей участью и приняла её должным образом. Конечно, он не хотел такой судьбы для Люмин. Но понимал, что возможно её новая семья подарит ей больше внимания и свободы, чем девушка получала в замке Магистра. Разумеется, Итэр не был в курсе личности этого самого жениха. Он вовсе подумал, что встреченный недавно гость в коридоре (собственно, Нацар) это и есть тот самый граф, и внешне счёл этого мужчину… приемлемым. В конце концов, он, как лейтенант в рыцарском ордене Её Святейшества (свое звание он получил годом ранее), считал, что отправится вместе с сестрой в качестве её верного рыцаря в новое место жительства также, как Паймон и ещё некоторые слуги принцессы. Таковы были здешние порядки.       Молодой рыцарь многого не знал. Вернее, брата старались отдалить от сестры максимально незаметно ещё с лет тринадцати, когда мальчик начал активно проявлять свои навыки ведения боя и планирования стратегий по захвату территорий. Капитан Кэйа разглядел в мальчишке талант быть верным солдатом Её Святейшества и оповестил об этом Магистра. Джинн знала, что это всего лишь вопрос времени, когда Люмин станет чьей-то невестой и покинет замок. Позволить это сделать Итэру, в соображениях сохранения своей власти и охраны Монда, она не могла. А по сему, отдала распоряжение о том, что близнецов нужно готовить к разлуке как можно раньше, чтобы не травмировать слишком сильно. Она действительно любила этих детей. Но на её хрупких плечах было слишком тяжелое бремя.       Поэтому в день, когда наконец все служащие замка торопились принять торжественную церемонию прибывающего Графа и его делегации, Магистр была готова выдохнуть с облегчением. Однако, поднимая в своём кабинете бокал одуванчикового вина вместе с Лизой за начало новой жизни для Люмин, она не подозревала, насколько её тост был точен в своей формулировке. В кабинет ворвалась испуганная Паймон и со слезами на глазах прокричала:       — Принцесса исчезла!