Снежный пепел

День с самого утра не задался. И не только ужасной погодой, но и тем, что всю ночь Гермиона ворочалась в постели, обдумывая вчерашний вечер. Буду присматривать за Малфоем Само предложение вызывало истерический смешок, а после осознание. В голове не укладывалось, что именно ей выпала такая роль. Конечно, да, она умная и подруга Гарри Поттера, но… Утром, проснувшись и взглянув на время, Гермиона чуть ли не взлетела с кровати, начиная собираться. Мало того, что она пропустила завтрак, так теперь ещё и придётся выслушивать нотации МакГонагалл, хотя девушка считала, что после вчерашнего она закроет на ее опоздание глаза. Преодолев множество ступеней, Грейнджер оказалась у двери в зельеварение. Отворив их, Гермиону встретили несколько десятков любопытных глаз. Лицо вмиг обрело оттенок розового, а ноги еле как начали передвигаться по классу. Она просто ненавидела, когда все на нее глазели. — Извините за опоздание, Профессор Слизнорт… — Увидев его медленный кивок, она опустилась на свободный стул. Рядом с Гарри. Осмотрев помещение, глаза нашли рыжую макушку, которая сидела вместе с Лавандой. По другому и быть не могло Разложив стопку учебников, Гермиона погрузилась в мысли о предстоящем визите в башню старост. Чувствовалась гордость за себя. Это было, правда, честью, что из всех учеников выбрали именно ее. Но она подозревала, что такой выбор пал лишь из-за ее статуса «золотой девочки». Она же подруга самого Гарри Поттера. Так еще и не вылезает с книжек. Кроме того, ее мысли заполняли непонятное заклинание, которое применила к ним Профессор. Эта мысль так же быстро ушла, как и пришла к ней. Не хотелось думать о Малфое. Неизвестно, какая была конструкция у заклинания и что оно делало. Нужно сходить в библиотеку и узнать про него побольше. Ее отвлёк от мыслей лёгкий толчок в плечо, от чего она недовольно повернулась и моментально изменила выражение лица. Гарри вопросительно смотрел на Гермиону, словно она что-то сделала. — Гермиона, ты со вчерашнего дня витаешь где-то не с нами — Он настороженно коснулся ее плеча и указал на остальных. Профессор Слизнорт поручил им практическую работу, а она, по всей видимости, этого не услышала. — Боже мой, Гарри, извини, просто задумалась — Девушка улыбнулась и, разложив флаконы рядом с котелком, принялась за работу. Гарри больше не донимал ее расспросами, и они оперативно управились с заданием. Профессор похвалил их и как приз вручил золотую луковицу, которая напевала тошнотворную мелодию. Специфический подарок. По окончанию урока Рон нагнал их и, накрыв ее и Гаррино плечо, повернул голову в сторону подруги. — Эй, Гермиона, почему ты сегодня опоздала? — Совсем на тебя не похоже— Рон Вопросительно взглянул на Гермиону, и та стушевалась, сказав, что всю ночь провела за книгами и не выспалась. Такая версия устроила друзей, ведь они знают, что девушка предпочтет прогулкам занимательную книгу. — Через две недели начнутся игры по квиддичу — Гарри мягко улыбнулся, говоря об этом, а Рон, подхватывая его улыбку, начал рассказывать о том, что в этом году станет самым лучшим защитником. — Я считаю, что в прошлом году ты и так был лучше всех. На тебя начали вешаться практически все девушки, Рон — Она закатила глаза, заворачивая и направляясь в кабинет по трансфигурации. Рон смущенно посмотрел на Гермиону, а Гарри лишь издал короткий смешок. — Я не виноват, что так нравлюсь им… — В защиту — Он посмотрел на Гарри, который в это время вырывался из хватки Рона. — Рон, мы все знаем, как ты любишь внимание девчонок — Она улыбнулась, когда друг начал яро отрицать очевидный факт, словно кто-то мог его за это попрекнуть. «Что, золотая девочка так и тусуется с вислым и шрамированным?» Слова ударили по сознанию, как гром среди ясного неба. Она замерла на месте, от чего рука Рона спала с ее плеча, и он обернулся в ее сторону. Гермиона начала оглядываться по сторонам в поиске источника, но ответ был очевиден. Малфой. Он может слышать, что происходит вокруг нее? Ну нет, она ведь даже не думала о нем в этот момент… «Видимо ты недооценила свой невьебенно умный мозг» Его ехидный и надменный голос отдавался в голове Гермионы так, что заглушал голоса других людей. Словно на тебя надели наушники и опустили в пустую емкость, предварительно закрыв крышкой. Казалось, что его могут слышать все ученики Хогвартса, если не весь волшебный Лондон. — Гермиона, ты слышишь меня? — Рон тряс девушку за плечи, всматриваясь в отстранённый взгляд, что был направлен в стену за его спиной. — Я ещё вчера заметил, что она ведёт себя странно… — Проговорил Гарри, приближаясь к Рону и касаясь ее руки, дабы привести в чувство. Гермиона вырвалась из пучины своих мыслей и посмотрела на друзей, что встревоженно осматривали ее. — Мальчики, я просто слишком много времени уделяла книгам о... — Она оступилась и, взглянув более серьёзней, проговорила — Вы поняли о чем. Гарри с Роном понимающе кивнули и, отпустив ее, двинулись по коридорам. А что, если он услышит и о них? Ужас сковал горло, и она тяжело протолкнула слюну, что собиралась с каждым разом все быстрее и быстрее. — Я считаю, тебе стоит сходить к мадам Помфри. Возможно, она выдаст тебе зелье «сна без сновидений» — Быстро пробормотал Гарри, заламывая руки и смотря куда-то вдаль. Она словила его взгляд и увидел там тревогу и тепло. Гермиона улыбнулась как можно шире, чтобы хоть как-то успокоить лучшего друга. Было невыносимо видеть то, как за тебя волнуются лучшие друзья, а ты даже рассказать причину своего состояния не в силах. — Я обязательно схожу к мадам Помфри. Думаю, мне и вправду не повредит неделька хорошего сна — Плечи парня расслабились, а лицо приобрело более умиротворенный вид. Взглянув в сторону Рона, который был окружён толпою девчонок, Гарри виновато улыбнулся и поспешил покинуть Гермиону, дабы помочь другу. Не хотелось врать Гарри, но только убедив его, что она попытается помочь себе, он бы с легкой душой успокоился и перестал бы донимать Гермиону. Когда она осталась одна, мысли вновь возвращались к парню с платиновыми волосами. Приходилось заставлять себя не думать о нем, дабы не услышать ответную колкость в ответ. Получалось весьма паршиво, но надменный голос последующие уроки ее больше не беспокоил. После последнего урока Грейнджер постаралась быстро выскользнуть из класса, оставшись незамеченной для двух друзей, что обязательно начнут донимать ее расспросами. На них у Гермионы не осталось сил. Хотелось вбежать в спальню для девочек и закрыться от всех с какой-нибудь книжкой по рунам в руках. Мысль вызвала приятные ощущения в теле, но ей было суждено не сбыться в ближайшее время из-за одного парня, чьи волосы были словно маяк среди чёрного океана. Она двигалась неуклюже, постоянно оборачиваясь, словно за ней сейчас следят все факультеты Хогвартса. Что таковым не являлось. По пути она встречала пару-тройку учеников, от чего дёргалась, как будто собиралась сделать что-то незаконное. Годрик милостивый. Удерживание приспешников Темного Лорда можно считать за незаконные действия? Она понимала, что такая реакция очень неправильная и будет только привлекать внимание, но страх сковал мозг, что сейчас думал в несколько раз медленнее обычного. Несколько взлетов, парочку поворотов, и девушка начинает видеть портрет крючконосого мужчины. Бывшего учителя зельеварения. Дыхание перехватывает, а сердце начинает отстукивать собственный быстрый ритм. В ней собирается спектр эмоций, от чего кончики пальцев начинают подрагивать, а глаза бегать по коридорам. Миллионы мыслей охватывают мозг, а она лишь поспевает за ними, пока одна не сменяется другой в бешеном ритме. А если его не окажется там? Вдруг он что-то сделал, и она попадет в ловушку? Она всеми силами вытесняла их из своей головы. По большей части из-за страха быть пойманной Малфоем, что каким-то образом мог в любой момент услышать ее мысли, в не зависимости от того, думает она о нем или нет. Да. После визита в башне старост она собиралась наведаться к Профессор МакГонагалл, чтобы уточнить побочные эффекты и узнать все возможности этого заклинания, что связывало их. Гермиона не была намерена делиться с ним абсолютно всем, что находилось в ее голове, и при этом даже не слышать его мыслей в ответ. Несправедливо. Стоя в двух шагах от картины, что задумчиво глядела на нее, тело покрылось гусеницей, а лицо потеряло все краски. — Чёрный Ворон — Она произнесла это на одном дыхании, а лицо мужчины с картины теперь же приобрело взволнованный вид, словно не девушка заходила к самому опасному волшебнику мира, а он. Секретное слово очень схоже с его прозвищем, но все же немного отличается. МакГонагалл решила, что никому не придёт в голову произносить такое слово, и башня в полной безопасности от нежелательных гостей. Ну или же… От безответственных учеников, что решат пробраться в башню старост, дабы напиться в стельку. Переступив порог гостиной, картина медленно закрылась за спиной девушки, и она осталась одна в полной темноте и тишине. Обстановка была мрачной и тяжелой. Здесь было очень холодно. Камин был не зажжён, а все окна настежь открыты. Вечерний ветер проникал в тёмную гостиную, и лишь заход солнца, что отражался в окне, придавал ей очертания мебели и извилистой лестницы, что вела в спальни старост. Глаза уже через пару минут привыкли к темноте, и Гермиона могла увидеть небольшую полку с книгами, что стояла у самого камина. Руки сами потянулись к ней, проводя по давно забытым корешкам и наслаждаясь этими ощущениями. Гермиона прикрыла глаза, окунаясь в воспоминания: — Мам, а что здесь написано? — Маленькая девочка держала в своих ручках старенькую книгу, в которой уже не хватало множество страниц. Мама наклонилась к дочке и, пригладив непослушные волосы, провела припухлыми пальцами по названию книги. — Здесь написано «Маленький принц» — Женщина мягко улыбнулась, наблюдая за выражением лица девочки, что приобретало нахмуренный вид. — Но почему он маленький? — Девочка посмотрела на книгу и попыталась прочесть первую страницу, но слова обрывались и теряли смысл в ее устах. — Потому что мир был слишком большим, а принц — маленьким и беззащитным в нем. Девочка нахмурилась пуще прежнего, и мама тихо рассмеялась, дабы не помешать посетителям. — Как нибудь ты прочтешь ее и поймёшь, почему принц был маленьким — Мама окинула взором небольшую библиотеку, останавливаясь на дальнем стеллаже — А теперь давай купим папе книжку, которую он хотел — Забирая из маленьких ручек девочки книгу и ставя ее на место, они поспешили к стеллажу с научной фантастикой. Каждый раз, приезжая к родителям на каникулы, она часами зависала в этой небольшой библиотеке, что находилась в нескольких домах от них. Там было мало пространства, но это и вызвало такую симпатию к этому месту. Со всех сторон тебя окружают огромные полки книг, а ты, затаившись среди них, окунаешься в новую историю, что приготовил автор. Это было прекрасно. Книги всегда были ее самой большой слабостью. Это то, от чего она не сможет отказаться ни за что на свете. Открыв глаза, Гермиона почувствовала, что за ней наблюдают. Повернувшись в сторону лестницы, она увидела чёрную фигуру, что смотрелась весьма угрожающе за счёт своих габаритов и тени, падающей на нее. Он был высок. И плечи стали шире, нежели раньше. Его руки были спрятаны в карманы брюк, чей цвет девушка сказать сейчас не могла, но это определенно был черный. Поза выражала полную расслабленность и отчужденность. Волосы были слегка взлохмачены, говоря о том, что он только проснулся. Вроде бы непринужденный вид, но внутри все сворачивалось, когда ты понимал, что таится за этой фальшивой оболочкой. Рядом с ним хотелось бежать. Рядом с ним было страшно. Рядом с ним начинаешь задумываться о том, что смерть от непростительного лучше, чем то, что мог уготовить вам Драко Малфой. Она поняла, что уже как пять минут пялится в его сторону и до сих пор ничего не произносит. — Я пришла проведать тебя и… — Не нужно говорить это так, словно я твой ебаный дружок. — В словах сочился яд, а выражение лица скрывала тень мрака. Гермиона сжала руки, впиваясь ногтями в смуглую плоть ладони, зная, что потом будет отмывать следы крови. Прошлые полумесяцы еще не зажили. — Думаешь, я хочу приходить каждый день и следить за тобой как сиделка? — она сильнее сжала кулаки, а глаза вспыхнули злым огнём. Только он умел так быстро выводить Гермиону Грейнджер из себя. Еще с того первого курса. Что в первые годы учебы, что сейчас, он знал какие слова подобрать, чтобы получить ответную дозу колкости. — Мне плевать, что ты там не хотела. Выход вон там, проваливай — Он указал головой в сторону картины, а сам скрылся за комнатой, громко хлопнув дверью. И больше ничего. Он просто ушёл. За эту гребаную дверь. Эмоции настолько зашкаливали, что хотелось по-детски топнуть ногой и убежать, но это было бы слишком унизительно. — Самонадеянный придурок — Единственное, что Гермиона сказала, прежде чем выйти из гостиной. Сейчас она больше всего ненавидела свой статус «золотой девочки» и «лучшей волшебницы Хогвартса». Видеть Малфоя каждый, Мерлин его, день, дарует Гермионе пошатанную психику и лишнюю головную боль. Самый ужасный год, который она только проживала в этой огромной школе, которая подарила ей столько теплых моментов.