Снежный пепел

Глухой стук наполнял темную комнату не первый час, раздражая слух, но остановиться было не во власти Гермионы Грейнджер. Она хотела сжечь подлого Ворона в адском пламени. Смотреть в его кристально-серые глаза, которые наполняются яркими языками пламени. Интересно, тогда он бы тоже смотрел на неё вот так? Ледяной, как сам айсберг. К черту. Гермиона откидывает искалеченную подушку в другой конец комнаты и падает на кровать. Тело ноёт от обилия движений за этот вечер, но она меркнет под событиями, произошедшие пару часов назад. Все кажется бредовым сном, от которого хочется быстрее очнуться. Не думать о том, что она правда могла позволить ему сделать это. Могла позволить себе подпустить его. ДураДураДура. Не может удержаться и бьет по кровати руками и ногами, словно капризный подросток, которому отказали. Теперь Гриффиндорка не намерена поддаваться Драко Малфою. Хотел войны, сукин ты сын? Будет тебе война.

***

Лучи пробиваются через бордовые шторы, делая комнату поистине волшебной. Гермиона открывает глаза и на автомате встает, чтобы принять душ. И понимает, что боли в теле практически нет. Лишь ноют мышцы, как если бы она сходила впервые на тренировку и почувствовала ломоту на следующий день. Это наполняет её силами, и она спешит в ванну, чтобы побыстрее освежиться и сбежать из этой башни на целый день. Больше она не намерена прохлаждаться в этом месте и видеть Малфоя в своем личном пространстве. Не после вчерашнего. Холодные струи воды брызжут повсюду. Гермиона подставляет голову им навстречу и выдыхает. Руки на бедрах. Ещё холодней. Укус губы на которой уже виднеется маленькая ранка. Его губами. Кран проворачивается настолько, чтобы ледяная вода сменилась горячей. Сделать хоть что-то, лишь бы из памяти стерлись эти губы и эти руки. Убийцы. Пожиратель смерти. Кипяток обжигает чувствительную кожу, но этого хватает лишь на легкое шипение. А потом она привыкает. Тогда почему Грейнджер не чувствует вины за то, что сделала? Почему ей хочется вспоминать и чувствовать это? Проворачивает кран и понимает, что переборщила. Вода обжигает и Гермиона, отскакивает от ее напора. В холодную стену душевой. Чтобы подцепить взглядом ванну, которая дарит Гриффиндорке новый ворох ненужных воспоминаний. Таких неправильных. Но от этого таких сладких. Она опускается на горячий кафель и сжимает корни мокрых волос. Вода достает до кончиков пальцев, заставляя морщиться. Но то, что она чувствует, намного больнее. Это что-то большее, чем просто ненависть. Что-то глубокое, темное и до глупых бабочек в животе неправильное. Потому что это чувство просыпается не с тем человеком. Она не отмоется от этого. Встает с кафеля и проворачивает кран, чтобы вода стала теплой. Хватает мочалку и, не глядя, выливает содержимое геля. Яростные движение по телу оставляют красные метины. Словно она сможет содрать это. Вымыть начисто и забыть. Запах хвои ударяет по ней, и она замирает. Он распространяется по всей душевой кабине, и Гермиона хочет заткнуть ноздри. Хочет умереть прямо здесь. Отбрасывает мочалку и так же яростно смывает этот запах со своего тела. Поздно. Она, черт возьми, все делает не так. Её жизнь катится в огромный черный кратер, и этот процесс необратим. Он цепкой хваткой держит её за руку, не давая спастись. Грейнджер потеряет все вместе с ним.

***

— Как ты? — Я в порядке. — Профессор сказала, что ты неважно себя чувствовала… — Рон неуклюже теребит макушку и поглядывает на Гарри, словно ищет поддержки. Гермиона сидела в большом зале, и казалось, что с последнего визита сюда прошла вечность. Все казалось таким давним и незнакомым. Как вернуться домой после учебного года. Только более серо. — Да, походу отравилась чем-то, мутило весь день. — Она отвечала друзьям, а перед глазами были серые глаза. Вилка яростней впилась в картошку. Гарри задумчиво взглянул на подругу. Та отвела взгляд. Столкнулась со слизеринским столом, и взгляд предательски нашёл человека, кто был хоть как-то ближе к Малфою. Он разговаривал с Тео, который активно жестикулировал руками, что-то рассказывая собеседнику. Гермиона уже было хотела отвести взгляд, но мулат поднял глаза и столкнулся с ней. А ей захотелось разрыдаться. От понимания её ситуации. От его понимающего взгляда. От всего. И возможно, она сделала колоссальную ошибку, но точно не самую, которая сейчас находится в башне старост. Возможно, она просто слабая, и эта ноша ей не по зубам. Усталость давит на мозг, и, наверное, поэтому девушка чувствует, что может это сделать. Ей не справиться одной.

***

Петляет между коридорами и оказывается в туалете плаксы Миртл. Здесь практически никогда никого нет. Подходит к раковине и зачерпывает горстку прохладной воды. Чтобы привести себя в чувство. Гермионе кажется, что это придаст ей ума, и она поймет, как это все неправильно. Но она не думает. Слышит звук закрывающейся двери и выдыхает. Пути назад нет. Грейнджер поворачивается лицом к Забини и видит его серьезный взгляд. В их первую встречу он был другим. — У меня есть несколько правил. — Я не сомневался. Гриффиндорка удерживается от желания закатить глаза и пропускает слова мимо ушей. — Два часа в день. Никаких третьих лиц. Полная секретность. Ходить ты будешь только со мной. Мулат поджимает губы и медленно кивает. Он осознает серьезность всей ситуации и понимает, что торги с Гермионой Грейнджер неуместны. Одно то, что она сама его сюда пригласила огромный куш для Забини. Он планировал пробраться в башню намного позже. Гермиона вздыхает и прикрывает глаза. Усталость одолевает её, и хочется побыстрее закончить этот день. — Разговаривать тоже будешь в моём присутствии. — Чт… — Ты серьезно думаешь, что я такая глупая и не знаю, для чего ты так рвал задницу, пытаясь заставить меня пробраться к нему? — Она устремила свой жесткий взгляд в парня и вопросительно подняла бровь. Мулат сжал кулаки, а на скулах заходили жевалки. Ему явно пришлись не по вкусу её слова. Переживет. — Я хочу помочь ему, Грейнджер. — Тогда в том, чтобы я находилась рядом, не вижу никакой проблемы. — Её все больше накалял этот бессмысленный диалог. Грейнджер была практически уверена, что Блейз входит в группу Пожирателей смерти, ведь если бы это было не так, то он бы сейчас здесь не стоял. А она не намерена быть сообщником их заговора с целью покушения на Хогвартс. — Ты серьезно? — Слизеринец выходил из себя, и её это забавляло. — Видимо, твое желание увидеть друга не так уж велико. — Гермиона отталкивается от раковины и идет прямиком к выходу, который загораживает мулат. Секунды кажутся минутами. И она уже обходит парня, как тот наконец-то осознает всю ситуацию. — Я с тобой. И это ощущается как вино.

***

Гермиона заворачивает в сторону библиотеки и только тогда мулат понимает, что движутся они не в нужном ему направлении. — Мы идем не в ту сторону. — Спасибо, мистер очевидность. — Когда она решила не проводить день в башне старост, она именно это и имела ввиду. Ни за что девушка не встретится с этими глазами уже через пару часов после вчерашнего. Она не готова. — Почему мы идем не в башню старост? Обычный вопрос. Но сколько злости он вызвал в Гермионе. — Потому что я не хочу туда идти! — Она остановилась и развернулась лицом к Забини, чтобы тот наконец то понял, что она не в настроении что-то ему объяснять и любезно разговаривать. Блейз хмурит брови и вглядывается в черты Гриффиндорки. Темные круги под глазами, усталый взгляд и скованные движения тела, которые он приметил еще утром. Время с Малфоем не идет ей на пользу. — Поругалась с Малфоем? Вот так в лоб. Девушка возобновляет шаг, но идет куда быстрее, чем несколько минут назад. — Он мне никто, чтобы ругаться с ним. — И все же. — Я не ругалась с Малфоем. — Грейнджер яростно тормозит и смотрит в черные глаза мулата — А знаешь почему? Потому что я с ним не общаюсь, Забини! — Она на автомате смотрит по сторонам и, не обнаружив никого поблизости, продолжает. — Если ты думаешь, что мы с ним подружились, то спешу тебя огорчить это не так. Он кивает, и через пару минут мы оказываемся в библиотеке, чтобы Гермиона взяла кипу книг для нового проекта. Мулат везде тащится за ней, и девушке приходится лишь смириться. Всякое общество лучше того, глаза которого выражают полное безразличие и жестокость. Они устраиваются за дальним столиком библиотеки, а те ученики, что находятся здесь, косо посматривают на странную компашку. Друг Темного Ворона и подруга Мальчика-который-выжил. Идеальный дуэт. Проходит не меньше двух часов, а Слизеринец все так же сидит около Грейнджер и молча читает какую-то книгу, которую прихватил по пути. Девушка даже удивляется такой терпеливости и пониманию. Спустя полчаса она и вовсе забыла о нем, но когда принялась за другую книгу наткнулась на его взгляд. И теперь она сидит с готовым проектом и думает, что пора бы пойти. Но это чертовски сложно. Смотреть на него, сидеть рядом с ним и выглядеть так, словно вчера ничего не случилось. Забини не идиот. Возможно. Шея зудит с самого утра, и Гермиона не хочет знать причину. Вчерашняя боль до сих пор белыми пятнами встает перед глазами. Ей страшно, что такое может случиться у всех на виду. Тогда ей не скрыться. От усталости глаза слипаются, а мозг работает заторможенно. Она протирает лицо ладонями и вновь тянется к шее, чтобы почесать проблемное место. Совсем не обратила внимания, что оттянула горло водолазки слишком низко. Только когда вновь приходит в себя, понимает, что пальцы касаются голой кожи. Резкий взгляд на мулата. Искра надежды, что он все так же утыкается в книгу. Черные глаза направлены прямо в шею. И в них она видит невероятный спектр многочисленных эмоций. Грейнджер поправляет воротник и вскакивает с места, собирая ураган открытых книг по столу. — Нам пора идти. Он молчит. Закрывает книгу и встает вслед за Гермионой. Она спешит к выходу и придумывает миллион сценариев, где вся её жизнь катиться к черту. Наконец парень подает голос. — Это ебаный пиздец, Грейнджер. Выдыхает и не сбавляет шага. — Я как никто лучше об этом знаю, Забини.

***

— Предупреждаю сразу, магия перестанет работать за пределами картины. — Забини удивляется, но молча кивает, и они продолжают путь к башне старост. С каждым шагом Гермиона волнуется все сильней. С каждым шагом эта затея кажется ей все ужасней и импульсивней. Они оказываются в коридоре, ведущем к башне старост и Гермиона останавливается. — Ждешь здесь, как только картина откроется, пойдешь за мной. Забини кивает и Грейнджер идет навстречу своему страху. — БлядскийБоже. И снова ворох ненужных воспоминаний накатывает на неё. В этот раз она произносит пароль куда тише обычного. Профессор Слизнорт странно поглядывает на ученицу, но ей уже все равно. Где-то после 10 раза пребывания в стенах этой башни. Картина отъезжает, и она переступает её порог. В гостиной никого нету. Это радует. Гермиона поворачивается в сторону Забини и видит, как тот уже идет в её сторону. Он аккуратно переступает порог башни, и только сейчас Грейнджер видит, что мулат задержал дыхание. Как зайти в сокровищницу. Как найти крестраж. Все это практически одинаковые чувства. Неверие, радость и предвкушение. — Наверху. — Все, что может выдавить из себя Гриффиндорка. Они поднимаются по извилистой лестнице, и с каждой ступенью ей все страшнее. Какая у него будет реакция? Выгонит ли он её. Почему то Гермионе кажется, что да. Ставить условия она может лишь Забини. И вот они оказываются у двери к Малфою. Руки слегка подрагивают, но она старается скрыть это. Ничего не произошло. Три легких стука в дверь. Ничего. На этих мгновениях ей казалось, что они вместе затаили дыхание. Вот только причина этому была у каждого разная. И вдруг из комнаты доносится язвительный голос Малфоя. Сердце Грейнджер уходит в пятки. — Что, Грейнджер, пришла за добавкой? Катастрофа. Её лицо становится пунцовым, и она смотрит куда угодно, но не на Забини. Но, к сожалению, она не глухая, и его задумчивый смешок доносится до неё. ГосподиБоже. — Открой сейчас же эту гребанную дверь, пока я её не вышибла! — Гермиона была зла на Малфоя. За то, что сказал это при Забини, хоть и не знал этого. За вчера. За все. Она слышит приближающиеся шаги и его голос, который с каждым шагом все ближе к её погибели. — Вчера ты была более пок… — Малфой стоит полуобнаженный, и его ухмылка, которая была буквально секунду назад, вмиг испаряется. Грейнджер стоит между двумя парнями, которые прожигают друг друга глазами. И она впервые видит, как уголки его губ поднимаются в искренней улыбке. Встреча с другом. Гриффиндорка отходит назад, чтобы не мешать им. И Забини вмиг врезается в Малфоя. Не в полную силу бьет по плечу, как бы говоря, что зол на друга. — Сукин ты сын, ты хоть знаешь, каких усилий мне стоило попасть сюда и увидеть твою задницу? Драко залился искренним громким смехом, от которого все внутри Гермионы сжалось в тугой узел. — У меня очень строгая надзирательница. Забини ухмыляется и смотрит на злую Грейнджер, которая становится ещё краснее. — Что-то мне подсказывает, что ты нашёл к ней подход. Она определенно убьёт их обоих.