Абсолютный болван

Вечер плавно перетекал в ночь. Драко, в полночь решил идти домой, и уж было зашёл в камин, но Гермиона уговорила его остаться на ночь. Они говорили. Говорили обо всем. О приёмах и праздниках, которые им обоим не нравятся, о своих мечтах, о достигнутых целях. Они делились впечатлениями друг с другом, будто пытаясь высказать невысказанное. Будто это был их последний день. Тема Хогвартса подкралась незаметно. Слово за слово, и вот они уже смеются над взрывами Симуса Финнигана, над профессором Снейпом, вспоминая как Гарри и Рон получали от него. Алкоголь уже затуманил разум и мозг даже не пытался фильтровать информацию. — Это вроде самый первый курс был, - захлебываясь смехом произнесла Гермиона, - да, да, ты тогда только начинал кидаться своими фразочками в Гарри и Рона, потом к ним присоединилась я, и твой диапазон очень умных шуток, - она показала знак кавычек в воздухе, - распространился ещё и на меня. — Вообще, я сразу понял, что вы подружитесь, поэтому, чтобы не привлекать внимание, сделал так, чтобы все выглядело так, как ты мне сейчас рассказала. - он сделал глоток коньяка, налитого в его стакан получасом ранее, - На самом деле, я хотел подобраться к тебе, а это был единственный способ в моем положении, чтобы ты хоть немного обращала на меня своё внимание. Он говорил с остановками, вздыхая и делая маленькие глотки из стакана. Она посмотрела на него, делая глоток из своего бокала и спросила: — Так ты серьезно это говорил? Я тебе нравилась? Уголок его губы поднялся в улыбке. — Грейнджер, ты вроде не маленькая, тебя называют умнейшей ведьмой своего поколения, неужели я похож на шутника? - такая речь без запинок, далась ему сложно, но он вложил в это все свои силы. Гермиона опустила голову пытаясь вдуматься во всё, что происходит. — Жаль что нельзя вернуться обратно... Может все сложилось бы и по-другому, - грустно произнесла девушка ставя бокал на стол. — А зачем возвращаться? Живи моментом, говори что чувствуешь. Как я например. Я ведь понял, что мои чувства никуда не делись. Ты мне и сейчас нравишься. Я это понял, ещё в начале наших, посиделок, так сказать, - он рассмеялся, закидывая голову назад, - Давай, Грейнджер, скажи, что ты сейчас чувствуешь например..., - он осмотрел комнату, явно что-то обдумывая, - например ко мне. — К тебе? - переспросила Гермиона. — Ну да, давай! - он сел ровно и посмотрел ей в глаза, - Ну же. Я не обижусь если что. Он смотрел на нее чистым и открытым взглядом. Девушка никогда не думала, что затуманенный алкоголем разум может так менять человека. Она вздохнула и начала: — Драко, я... Я вижу в тебе что-то. Что-то очень хорошее, светлое и яркое. Ты светишься. Как полярная звезда. И на самом деле, мне кажется мои чувства из далекого детства, никуда не делись. Мне кажется, что ты мне все так же нравишься, и я... Она не успела договорить, как губы Драко обрушились на её. Он аккуратно целовал, как бы нащупывая границы дозволенного, но она его не останавливала, а наоборот, отвечала. Она ухватилась руками за его шею и придвинулась ближе, разворачивая его корпус к себе. Драко же, приподнял её за бедра и пересадил чуть ближе, закидывая её ноги через своё тело, для большего удобства. Они целовались то страстно, то нежно. Уже давно умершие бабочки, в животах обоих, вдруг ожили и с неистовой силой начали летать по маленькому пространству, вбиваясь в стенки грудной клетки. Его руки блуждали по её телу, а она пыталась расстегнуть его рубашку. На секунду Драко остановился, вмиг посерьёзнел, и обхватив её лицо руками, спросил: — Ты точно этого хочешь, Гермиона? Гермиона на секунду затаила дыхание. А что она теряла? Её жизнь была не так прекрасна, чтобы не брать от неё то, что она давала, ведь что-то хорошее она давала не так часто. Поэтому максимально быстро, насколько ей позволяла ситуация приняла решение. — Драко, я хочу тебя, - произнесла она с придыханием. Малфой опешил. Ему было непривычно видеть бывшую заучку, которая даже юбку на сантиметр короче чем положено не наденет, такой раскрепощённой. Он сглотнул и снова впился в её губы требовательным поцелуем. Расстегнув пуговицы рубашки, она распахнула её и перед ней раскрылся пресс, покрытый мелкими шрамами. Драко перевернулся, меняя положение, нависая над девушкой, параллельно сбрасывая с себя рубашку. Гермиона стянула с себя футболку, предоставив ему больше пространства для поцелуев и он этим воспользовался. Малфой выцеловывал каждый сантиметр её шеи, ключиц, переходя к груди. Он сжал одно полушарие груди через тонкое кружево бюстгальтера и услышал мягкий полустон, вырвавшийся из груди девушки. Она выгнулась навстречу его движениям, и он быстро скользнув руками ей на спину расстегнул застёжку её лифчика и стянул его. — Грейнджер, ты прекрасна, - произнес он хриплым голосом и втянул в рот сосок, вызывая новые стоны Гермионы. — Драко...- выстанывала девушка, наслаждаясь происходящим и путая его волосы пальцами. Он стянул с неё пижамные штаны и сбросил на пол. Приподнявшись он расстегнул ширинку и стянул свои джинсы вместе с боксёрами, давая свободу уже вставшему члену. Парень вновь наклонился над Гермионой, утягивая её в поцелуй. Он просунул руку между её ног, лаская её через тонкую ткань трусиков. Её стоны раздавались по всей квартире. Она ощущала его везде, всем своим телом и душой. Драко медленно стянул с неё последний элемент одежды и стал ласкать самую чувствительную и уже мокрую часть её тела без каких либо преград. Он ласкал, параллельно целуя её грудь, ключицы, шею, живот. И когда девушка сама стала подмахивать ему бедрами, желая скорее дать узлу, завязанному у неё ниже живота, разрядку, в которой он так нуждался, Драко вошёл в неё. На секунду оба забыли как дышать. Ощущения были неземные. Парень дал ей время привыкнуть и начал двигаться в ней, то набирая темп, то его замедляя. — Черт, Грейнджер, это... так хорошо, - проговорил он тяжело дыша, получая в ответ лишь стоны наслаждения. Девушка задрожала, и Малфой понял, что она близка к концу, чувствуя как стенки её влагалища сжимают его член. Он ускорил темп, понимая что и сам готов к разрядке и кончил вместе с ней. Он повернулся на спину, слегка приподнимая девушку, чтобы положить её на себя, ведь для двоих диван был слишком узок. Он поцеловал её в лоб, и сдул кудряшку с её лица, все еще сбившимся дыханием. — Это была официально самая лучшая ночь в моей жизни... - прошептала Гермиона, оставляя мягкие поцелуи на его шее. — Не загадывай, Грейнджер. Вдруг тебе повезёт ещё больше? - охрипшим голосом произнёс Малфой, утыкаясь носом в её макушку и вдыхая аромат её персикового шампуня.