В двух шагах от постели

* * * Я гляжу на небеса Напрягая все глаза А на небе ни звезды В мире только я и ты И только небо знает правду О том, как я тебя хочу О том, как я еще не верю В то, что скоро полечу И только небо знает правду Кто украл мою звезду Только небо знает правду Но не скажет никому * * * Агата Кристи. Кто украл мою звезду. Нет, я не сплю. Я тихо схожу с ума на этом проклятом, жутко неудобном диване. Плед сбившийся внизу живота в бесформенную кучу обжигает бедра, липкий пот каплями стекая по телу вызвал новый приступ раздражения. Обреченно вздохнув я отбросил влажную ткань в сторону, в тихом бешенстве перевернулся на спину. И если бы только это...В приторно-сладкой ночной тишине, в той самой комнате, дверью которой я в ярости хлопнул совсем недавно, раздались то ли всхлипы, то ли тихие вздохи. Особенно отчетливые. Глухие. Томные. Мой неугомонный друг замучивший меня изрядно не спадающей эрекцией оживился, несколько раз дернувшись встал, упираясь головкой в ткань трусов, доставляя не самые приятные ощущения. Издевательство какое-то. Сексуальная эфемерность её голоса принялась рисовать в моем воспаленном сознании тревожные, дикие сцены, граничащие с нестерпимым желанием заняться маструбацией. Дверь спальни приоткрылась. Крадучись, из неё просочилась тонкая, светлая фигурка. Остановилась в метре от меня, будто бы решаясь на что-то. А потом...уселась на меня сверху, уткнувшись влажными губами в шею. Опешив от неожиданности происходящего я замер, в панике боясь даже пошевелиться, потому что окончательно проснувшийся член уперся мордочкой в её промежность. Пытаясь придти в себя, я не сразу заметил, что девушка вдыхая мой запах, блаженно разлеглась на мне и по всей видимости решила наконец-то выспаться как следует. И тут я понял. Понял, почему продолжаю мучить себя, даже сейчас, когда она сама пришла. Да мне всего лишь нужно наяву видеть, что я что-то значу для этой полоумной. Лицезреть поступок, уж если словами она сказать не может. Но нет. Я все таки заставлю её сказать. "Пережевывая" свои любовные переживания, больше всего напоминающие черепно-мозговую травму, я почти успокоился. Вернее «он» успокоился. Но Усаги угораздило вытянуться в полный рост, отчего мой член оказался у неё прямо между ножек. Потный от жары и похоти, я едва сдержался от накатившего безудержного желания немедленно подмять эту мерзавку под себя и трахать её, трахать до полусмерти, пока у неё сперма из ушей не польется. Словно предугадав момент неизбежной эякуляции, отпихнув Куколку, я бросился в ванную, сильно сжимая член у самого основания. Зажатый между округлым ребром умывальника он уперся в керамическое препятствие. Довольно острые ощущения. Холод. Подыхая от сперматоксикоза я отпрянул от умывальника, а чертов причиндал звонко шлепнув меня по животу, принял вертикальное положение. В очередной раз за этот вечер проклиная все на свете, я с красным, торчащим от возбуждения членом залез в душ. Намылив своего лучшего друга, я продолжил начатое, ласково протирая головку намыленной рукой, массируя пальцами основание, покручивая накалившийся ствол, смывая мыльную пену. Вот так периодически намыливая, ввинчивая, плавно вталкивая медленными толчками в кулак, в тугое кольцо из пальцев, меняя амплитуды движения и углы наклона рук, таза, меняя руки, не забывая свободной рукой массировать мошонку, я чуть не дошел до финальной черты с её обязательным салютом, после которого наступает экстаз и полное расслабление, но вдруг передумал и сунул дымящийся от возбуждения член под прохладную воду. Придя в себя минут через пять, голый и мокрый - я вышел из ванной. Усаги сидела поджав под себя ноги. Сидела и непонимающе разглядывала меня. - Почему? - только и спросила она. - Не понимаю о чем ты. - ответил я в том же духе, наслаждаясь первой затяжкой. - Почему ты так себя ведешь? Я пришла к тебе, а ты бежишь от меня, как от прокаженной! По-твоему лучше помутиться рассудком, чем прикоснуться ко мне? - последнюю часть фразы она выкрикнула почти так же, как вчерашнее "сукин сын!" - Одно другому не мешает. - Эх ты... она отвернулась всхлипывая и вытирая слезы уголком своего одеяла. - Можешь спать со мной, если хочешь. - Хочу.