Грешный ангел

      Чанбин не выдержал: — Убери от него свои грязные лапы. — он в три шага пересек комнату. — Эй, эй, эй, эй, эй, — сказал Кенсу, прячась за Мина. — Я знаю, вы уголовники по-другому решаете свои вопросы в отличии от нас, цивилизованных людей… — Ты сейчас узнаешь, на что я способен, ты, кусок дерьма. Я сказал тебе, убери от него свои лапы.             До убрал руку с плеча омеги. Хоть какое-то облегчение и Мин быстро шагнул навстречу Бину. Он уже был готов обнять мужа, как Кенсу снова его схватил. Сынмин вздрогнул, как будто он его ударил. Сердце Бина забилось еще сильнее, глаза сузились. — Последний раз предупреждаю тебя, ублюдок, — сказал он. — Сейчас я надеру тебе задницу..       Чанбин пошел на Кенсу, но не успел он замахнуться, как между ними встал Сынмин. — Пожалуйста, Бини, не бей его.       Что? Он его защищает? Как он может защищать его? Он точно выглядел, как настоящий муж — привлекательный, опрятный, богатый, образованный. Хорошие манеры. Идеальное лицо и тело. — Я не собираюсь его бить, — сказал Со. — Я из него всю душу вытрясу. — Нет, пожалуйста, не надо.       Бин все еще не мог поверить, что омега защищал этого придурка. Он что больной? — Почему ‘нет’? Он это заслужил. — Потому что ты можешь поранить руки. — Мин взял стоящую на краю стола высокую хрустальную вазу, и протянул ему. — Возьми лучше вот это.       Бин взял вазу в одну руку, проверяя ее вес. — Ты уверен? Это очень красивая ваза. И тяжелая. Ею можно и убить. — он взглянул на Кенсу, и увидел страх в его глазах.       Мин отошел в сторону, освобождая дорогу мужу. До побежал к двери, но Бин схватил его за воротник его белоснежной футболки-поло, до того как тот успеет проскочить в коридор. — И куда это ты собрался? — Чанбин закрыл ногой дверь. — Пусти меня! — Мне кажется, ты не понял. Чувак, у меня к тебе серьезный разговор. И у меня руки чешутся расквасить твою идеальную морду. — Я пойду вызову полицию. Он не должен здесь находиться.       Бин был рад видеть его вернувшуюся уверенность. Когда он вошел, то едва его узнал. — Отличная идея. А я пока задержу этого красавчика до их приезда.       Как только омега исчез из его поля зрения, Кенсу сильно толкнул его. Тот пошатнулся. Раньше его часто задерживали за драки, но он ни разу не дрался со взрослым мужчиной. Но перед ним не мужчина, а трус, который бьет омег. — Убери от меня свои руки, ты, грязный ублюдок. Если ты хоть пальцем меня тронешь, мой отец засадит тебя за решетку до конца жизни. — Так ты собираешься пожаловаться папочке? Ты более жалок, чем я думал. — Бин оттолкнул его от двери и усадил на стул. — Посиди здесь, пока не приедут полицейские и не оденут тебя заслуженные наручники.       Кенсу попытался подняться, но Чанбин поднес к его лицу кулак. — А теперь, сукин сын, слушай меня. Единственное, почему я до сих пор не оторвал твою голову, что не хочу пачкать кровью ковер мужа. Так что, или ты сидишь смирно, или ты пожалеешь, что родился на свет. — обычные угрозы очень действенно сказывались на таких трусах как До, но Бинн был бы счастлив пустить в ход кулаки и преподать ему урок. Он бы получал огромное удовольствие, портя эту идеальную физиономию. — Я, правда, не понимаю, чего ты на меня взъелся. Если это из-за того, что я назвал тебя уголовником, хорошо я приношу свои извинения. — Да мне насрать, что ты обо мне думаешь. Ты ударил омегу. Моего омегу. Ты у меня главный в списке врагов. — Не знаю, откуда у тебя такая информация. Я в жизни не причинял вред ни одному омеге. Особенно Минни. Я его люблю, — он закрыл глаза и задрожал от восторга. — О боже, как же я тебя люблю. Мини, ты слышишь. Я тебя люблю. — Не удивительно, что он ненавидит это слово. — Они уже едут. — омега вернулся в гостиную.       Кенсу резко поднялся со стула и оттолкнул Чанбина двумя руками. Со едва не потерял равновесие, но побежал следом за ним. Ему не следовало терять бдительность. До нырнул к открытой двери. Бин вытянул руки, в надежде остановить его, но Кенсу намеренно захлопнул дверь и прижал его руку. — Ох, блять. — Бин прижал ушибленную руку к груди. — Ты — идиот! — крикнул Мин и кинул в бывшего попавшейся под руку книгой. — Мини, мне больно, остановись. ─ пожаловался Кенсу. Он пытался закрыть голову руками, защищаясь от ее ударов, а Сынмин продолжал кидать в него книги и предметы со стола. — Ненавижу тебя, — кричал омега. — Ненавижу. Ненавижу. — когда он начал плакать.       Бин больше не мог стоять и смотреть. Он коснулся его спины, и омега остановился. Мин обернулся и посмотрел на него, слезы бежали ручьем. — Детка, все в порядке, — шептал он. — Иди ко мне.       Он упал в его объятья, обхватывая его за шею руками и ногами за пояс. Мин плакал, уткнувшись в его плечо, за секунду намочив его футболку. Чанбин гладил его по спине, целовал его волосы, глубоко вдыхая запах дождя. Наконец-то освободившись, До выскочил за дверь и наткнулся на двоих полицейских. — Вы До Кенсу? — спросили они. — Нет, но слава богу вы приехали. Вы как раз во время, — сказал Кенсу. — Вот он. Стоит прямо там. — И он указал на Бина.       Сынмин не понимал, что произошло. Почему его вырвали из крепких, успокаивающих объятий мужа? Зачем двое полицейских повалили Бина на землю, и одели на него наручники? И почему они позволили Кенсу спокойно уйти? — Что вы делаете? — кричал омега — Все в порядке, сэр. Вы его взяли? — сказал один из офицеров полиции, зачитывая Бину его права. — Почему вы арестовали моего мужа?       Двое полицейских переглянулись. — Я не тот, кто вам нужен, — сказал Бин, все еще лежа лицом вниз. — Вы позволили ему спокойно уйти.       Офицер посмотрел на Кима, будто они не верили ему и ждали от него подтверждение его слов. — Это Со Чанбин, а не До Кенсу, — сказал Мин. — Кенсу — это тот высокий, холеный блондин. — Черт, — выругался один из полицейских, выбежавший из дома и помчавшись по коридору. — Ни с места! — кричал он, его шагу едва слышны в коридоре. — Я сказал ‘стоять’. Или я буду вынужден применить на вас электрошокер.       Молодой полицейский замешкался и восторженно посмотрел вниз на Бина. — Со Чанбин? Мембер айдол-группы "3RACHA"? — Потом поиграете в фаната? — сказал Мин. — Мудак, которого вы упустили сломал Бину руку. Вы все еще позволите ему уйти?       Офицер мигом побежал за напарником. — Не волнуйтесь, мы его схватим.       Из коридора донеслись звуки электро-разряда вперемешку с криками боли. — Смотри, похоже, они его взяли, — улыбнулся Бин. — Надеюсь, тебе, придурок, сейчас пиздец как больно. — прикрикнул он. — Прости за это. — он встал перед ним на колени и провел рукой по его щеке. — Ничего страшного. Меня и раньше арестовывали. Ее сердце пропустило удар. — Тебя? За что? — За драки. В молодости, я был очень вспыльчивым. — Могу представить, — омега развернул и наклонился проверить его руку. Огромный синяк и отек. Он не мог сказать, сломана она или нет, и не хотел причинить боль, проверяя это. — Как твоя рука? Как думаешь, она сломана? — Не знаю. Но это сейчас не главное. Важно, что ты в безопасности. — Принесу тебе лед. — Нет, посиди со мной. — Мне не следовало тебе звонить. — Что? Хён, ты серьезно? Я боюсь представить, чтобы произошло, не появись я в твоей квартире. Он же психопат. Как ему удается оставаться на свободе. — Связи. Его папочка дружит с кем-то в верхах. — Может на этот раз его посадят. Ему нужно преподать урок. — Похоже, мне снова придется сменить фамилию. Переехать в другой город. Начать все заново. Я так устал от его влияния на мою жизнь. — По поводу смены фамилии я с тобой абсолютно согласен, давно пора поменять ее на Со. — Чанбин!       В гостиную вернулись офицеры. — Мы взяли его. Вы вправе выдвинуть новые обвинения из-за нарушения судебного запрета на приближение, а он еще и датчик снял. — сказал молодой офицер. — А можно ваш автограф? — Конечно! — Чанбин улыбнулся и взял из его рук блокнот и ручку, тут же расписываясь.       Они проводили офицеров и принялись вместе поднимать все предметы, которые Мин кидал в бывшего. А потом Бин просто повернул омегу к себе, обнял за плечи и заглянул в глаза. — Сынмин, как ты? — Бини, все в порядке. Спасибо, что приехал. Но как же группа? — Джисон убедил меня, что ты дороже, чем какое-то шоу. — Джисон? А этот маленький омега не такой уж и глупый. От тебя пахнет клубникой. — Ревнуешь? Но ты сам сказал его заобнимать. — Ни капли. Он миленький. — Хён, переезжай в мой дом. Там охрана и надежные замки. — Я не могу. — Давай разберемся. — альфа усадил его на диван. — Ты мой супруг, а значит как глава семьи, я должен о тебе заботиться. А если это так, значит ты должен меня слушать, хён. Верно? — Верно. — согласился с младшим Сынмин. — Значит сегодня собираем необходимые вещи и едем в наш дом. — Но это будет не совсем удобно. — Детка, ты замужем за миллионером. И не спорь. Я тебя люблю, ты для меня мое сокровище. Я буду защищать тебя. — Ну прям задавил аргументами. Я согласен. Бини, ты надолго вернулся? — Хотелось бы сказать, что навсегда, но увы это не так. У нас летофесты до июля, а потом мы возвращаемся в тур. Пошли собираться.       Сынмин чмокнул в губы своего альфу и потянул в сторону своей спальни. Как же его не хватало! Это просто невозможно, чтобы когда-нибудь этот альфа его ударил. Чанбин убьет любого, даже если кто-то косо посмотрит на него. Мину никогда не было так тепло как с ним и разница в семь лет не мешала. Бин окружал его уютом и заботой, и на самом деле беспокоился о нем.