каждый ненавидит по-своему.

      Всё окружение парня думает, что Фэнг обожает внимание, его всё уважают, любят, ему доставляет удовольствие общение, у него много друзей, много опыта в любовных делах, он красив, он счастлив, у него идеальная жизнь.       Тут только четверть из перечисленого правда, а что именно — думаю, вы, вскоре, сами поймёте.       Да, он красив, да, у него прекрасный характер, его все любят, и он идеален. Но, в тихом омуте черти водятся, на земле нет ни одной абсолютно гладкой личности.       И Фэнг точно не исключение.

***

12-ти летний мальчик смотрел сквозь брови на отражение своих черт в зеркале школьного туалета, разглядывая каждый сантиметр, а, может, и миллиметр.       Кожа как-то умудряется быть чистой без особого ухода, нос ровный, глаза светятся неоново-зелёным под яркими лучами солнца из окна, брови густые, волосы блестят.       Любой бы сказал, что ему очень повезло с внешностью, но сам мальчик так точно не думает.       Его лицо в отражении искажала неестественная безэмоциональность, с которой он смотрел на себя же, на свои веки, нос, губы, щеки, стараясь не ронять ни эмоции.        Он внимательно осматривал свои глаза в зеркале с желанием найти хоть что-то в них, что могло бы быть настоящим, не подделкой. Очи – зеркало души, в них обязательно что-то найдётся.       Но, почему же у мальчишки там ничего нет? Они больше собой напоминали кукольные, но, даже у кукол, наверное, можно там что-то прочитать.        Яркая, как кислотный дождь, ядерно-зелёного цвета радужка, как у жуткого чёрного кота, про власть и холоднокровность которого знает даже ребёнок. Как зелёно-неоновые вывески на вид обычных кафешек, в подвале которых иногда происходят ужасные вещи.       Зеленый цвет в сознании притягивал неудачи, одиночество, беду, и Фэнга вдоволь бесил тот факт, что ему повезло именно с таким ярким и «уникальным» оттенком зелёного. У парня эта индивидуальность никаких позитивных эмоций не вызывала.       Лицо было схожим со стеклянным изделием, оно совершенно не изображает чувств. Отсутствие мимики порожнило его взгляд.       Прояви он хоть какую-то эмоцию, кровь в венах вскипит так же резко, как капля воды на раскаленной сковороде, а в висках отдастся белым шумом резко подскочивший пульс.       Он не настоящий. Фэнг это ощущение знал. Всё внутри подчинится выедающему чувству, которому не будет предела от «наигранности». Он пустой, как стеклянный ёлочный шарик.       Он не настоящий. Если бы Фэнг мог, то давно уже измучил себя, как дикое животное. Изрезал бы руки, горло, лицо, причинял боль всеми возможными способами.       Он не настоящий. Сверкающие глаза напоминали глаза отца, который им никогда не интересовался, и Фэнга слегка потянуло на рвоту. — Урод… — губы сдвинулись с мёртвой точки, испортив ту картину, которую парень так дорожно держал. «Не настоящий. Не настоящий. Не настоящий.» – пролетало гулом в мыслях всё чаще и чаще.       От легкого искажения лица, глаза резко переполнились яростью, его кукольное личико изуродовала почти внезапная злость.        По всему телу прошлась сильная дрожь, а по венам ударил ток. Кулак сжался до хруста, челюсть ныла болью от сильного давления зубов. Он сдерживался. Он мог это делать до определённого момента, пока в голове не щёлкнул знакомый звук.        От него тело накрыло страхом, а доза нежданного адреналина разлилась по сосудам.       Правая рука дрожала, пока контроль над телом полностью не исчез. Сейчас, коварная злость одержала над ним полную власть. Кулак силой влетел в зеркало, подчиняясь желанию перестать видеть это ужасное, кривое и лживое лицо. Время на мгновение замедлилось, и эмоции перемешались между собой.        Блестящие осколки разлетелись под рукой как фейерверк, каждый кусочек сиял под солнцем из окна, как падающая звезда. — Красиво. — пролетело в голове у мальчика. Куски зеркала с треском упали на пол с умывальником. Передняя часть кулака покрылась алой краской, которая, через секунду, начала каплями стекать вниз по запястью.        Зеркало покрылось уродливыми трещинами, скрыв ужасное отражение того, что видело. Выедающее внутренности чувство потухло.       Только после этого, безумная боль с опозданием стрельнула вдоль пястных костей, заставив напрячь всю руку. Но на лице у парня не единая мышца не вздрогнула. Он не мог выразить эту боль, потому что не умел это делать искренне.

***

      Пятилетний Фэнг с трудом пережил смерть мамы в ДТП. Отец тоже. Наверное, тогда всё и началось.       На замену любимой мамы пришла непонятная няня, которая не относилась с теплом. Как её звали? Фэнг не помнит.       Прошло, от силы, пол года после рокового события, и папа, наверное, решил, что эту грусть нужно прекращать. Это желание выразилось тем, что он прекратил появлятся дома как обычно — задерживался до позднего часа.       На вопросы сына он отвечал амбициозно и доступно ребёнку: «Фэнг, я работаю много-много, чтобы потом не работать, а денюшек было столько, сколько работаю сейчас втройне! это называется «бизнес»!» Но, их диалог в данный период времени уже строился только на подобных вопросах. Папа уже отдалился достаточно, чтобы стать почти чужим человеком. Таким образом, Фэнг и начал учиться жить в одиночестве. Нянька ему помогала готовить, убираться, делать уроки, но она никогда не была кем-то ценным — не была тем, кому можно было рассказать всё.       Года пролетали, малыш взрослел. Когда надо — он уже мило улыбался, когда происходило что-то грустное — он выражал сочувствие и пускал слёзы. Когда нужные в момент дяди в костюмах воротили носом, Фэнг делал комплимент и улыбался, растапливая их сердца.        Весна, в последний свой месяц, была очень жаркой , на дворе 8 мая — через неделю ему стукнет 12 лет. Он уже, казалось, понимал всё, но не осознавал главного, сколько бы не думал. Каков смысл его жизни?       Выйдя на крышу многоэтажного элитного дома, в котором папа Фэнга при своих первых крупных заработках купил 4-х комнатную квартиру, мальчишка оглянулся вокруг.       Солнце уже садилось, крася небо в фиолетово-оранжевые оттенки. Гул машин и свет из окон неподалёку, яркие вывески и много людей. — I feel like a puppet… — свесив ноги на краю дома произнёс Фэнг, всматриваясь в чудесную палитру над его головой. Хорошо, что хоть на каком-то языке он может выражать все свои мысли, и не переживать о том, что его все поймут.        Английский стал частью его жизни после «ухода» отца, и юноше удавалось уговорить финансового опекуна вместе с няней отпускать их хотя бы раз в пол года в США объясняя тем, что это может позиционироваться как его внимание «папы к сыну», раз они уже и так редко проводят время.        Но, получив первый отказ, он не сдался и решил давить длительный период на жалость, ведь растёт без папиного внимания. И, позже отец, всё же, согласился.       Так он и заговорил уровнем С1.        Он путешествовал по штатам и общался с коренными носителями, пока не добрался до L.A. (Лос Анджелес). У него появились друзья, с которыми он обожал тратить почти всё своё время сутками напролёт, пока была возможность.        Да и сам L.A. можно смело было назвать городом мечты для малолетнего мальчика.       Но тут, в их стране, всё кардинально по-другому. Серые здания, много грустных людей. Как бы никто не украшал ситуацию, но здесь живут русскоговорящие, поэтому тут нет веселья, а тем более счастья для юного парня, которому хотелось отрываться по полной.        Для подростков этого места «отрываться по полной» значило напиваться в хлам и затягиваться колумбийскими растениями, но Фэнг в этом не находил ничего весёлого.       Ему хотелось бегать с друзьями поздними вечерами по лужам, прикрывая руками глаза от внезапно включающихся ярких вывесок. Хотелось громко смеяться, когда его приятели морщились от новых странных сладостей с азиатских магазинов. Хотелось поддерживать подружек в их черлидерских выступлениях, хотелось дышать полной грудью рядом с прекрасными людьми в не менее прекрасном городе. Он чувствовал себя живым.       Когда он лёг на спину, единственная вещь, которую он хотел — это заснуть. Заснуть, и не проснуться.       Он улыбается, потому что все улыбаются. Он «счастлив», потому что все вокруг о нем так думают.       С самого детства, Фэнг не понимал смысл эмоций.       Он заметил, когда надо улыбаться чтобы вызвать максимум положительных чувств у людей вокруг, хотя при том, сам он никогда не ощущал сочувствия, гореванию по кому-то, искренней заинтересованностью людьми.       Он не стал таким, он родился с этим. Мальчик всегда просто повторял эмоции за всеми, замечал последовательности и воспроизводил лучшие сценарии в каждой ситуации. Людям правда нравится такие, как он?       Время не останавливалось, а с ним и мысли со взрослением.        С каждым разом поездки в L.A. становились всё привычнее, а с этим и скучнее. Он приезжает в любимый город, смотрит на здания вокруг и ловит себя на мысли, что ничего больше не чувствует.              Друзья всё-ещё приносят эмоции, но они не столь яркие, как раньше. Они будто... не понимают проблемы Фэнга, хотя, раньше это казалось не важным.        Ему понадобился всего лишь год и 5 поездок, чтобы окончательно утратить интерес ко всему. Не только к Лос Анджелесу, а абсолютно ко всему. Медленно и безумно мучительно, начался тот период который Фэнг назвал «Flawed backstage». Порочное закулисье, которое скрывается за красными кулисами и идеально играющим актёром на сцене.

***

      Фэнг ходит по пустому торговому центру, что по всем принципам психологии должно вызывать внутреннюю тревогу из-за абсолютного отсутствия людей в обычно людном месте, но он абсолютно ничего не чувствовал.       Звонкий, но медленный стук его каблуков отдавался не менее резвым эхом по всему зданию, повторяясь и повторяясь, ликуя и насмехаясь. Состояние души было ровным, в голове звучало только эхо, которое становилось громче с каждым разом, пока не достигло своего пика.       Этот невыносимый звук стрельнул сквозь голову, принося сильную боль в висках, а ноги в этот момент резко свела безжалостная судорога. Могущественная молния ударила потоком электричества по его мышцам.        Боль растекалась по уголкам тела мучая, невероятно медленно, получая удовольствия от каждой секунды страдания.       Фэнг, корчась от ужасной пытки организма, боли в ногах и ушах, упал на пол, скрутившись калачом. Уста разорвались в безумном крике, и болезненно ужасный звук отбивался от стенок торгового центра, повторяясь быстрее и громче, принося ещё больше страданий.       Лицо исказилось до такой степени, что началась кружится голова. Та нитка между гранью разумного и безумием сорвалась столь ничтожно, как одно волокно паутины.       Фэнг резко поднялся с кровати, с неприятным ощущением в лёгких. По вискам стекал холодный пот, и лёгкая отдышка помогла привести юношу в чувства. Ему снова приснился кошмар.       Высунув руки из-под одеяла, он посмотрел на свои дрожащие ладони, которые вгоняли в ужас и ещё больше пугали — это было ещё одно доказательство, что с его здоровьем не всё хорошо.       Он сделал глубокий вдох, рассчитывая, что это немного его успокоит. Парень упал обратно на матрас, рассматривая потолок. Он всем сердцем надеялся, что сможет себя отвлечь от негативных мыслей.       Кошмары ему снятся относительно недавно, и это стало только ещё одной розой в букете его проблем.       После старта первой стадии взросления, парень постепенно начал осознавать, что все люди вокруг, оказывается, другие. Они смеялись слишком легко. Слишком искренне. Он смотрел на них и тоже улыбался, только потому, что иначе будет странно.       Факт отличия сначала его просто возмутил, эта мысль застряла в голове и долгое время не давала покоя. Но всё больше наблюдая, как остальные улыбаются…       Сначала подобные самообвинения раздражали, но позже, их стало невозможно игнорировать. Его главная особенность правда редкая, но самому Фэнгу она, по факту, не давала ничего, кроме злости и усталости.       Постепенно, мысли становились жестче и резче.       И вот, краткий период времени истёк, и Фэнг сжимает зубы, не понимая, кого больше ненавидит – себя или всё вокруг.       Будильники звонили снова и снова каждое утро, а Фэнг просто переворачивался на другой бок. Сны не давали спать всю ночь, он не высыпается уже долгое время, поэтому спит до обеда.       Снилось много ужасных вещей, после которых первые мысли по пробуждению: «а мне точно стоит жить?»       Повседневная рутина его добивала ещё больше. Внутри было ужасно больно и пусто.       Казалось, что всё навалилось разом на плечи – тяжело удержать, слишком много всего.        Каждый вздох ставал сложнее, и дни проходили как на другой планете, делающая полный оборот вокруг своей оси в 4 раза дольше, чем земля: дни тянулись, как года.       Тело засасывало густое болото, название которого были апатия и дисморфофобия. Ноги в нём стояли плотно — выбраться, кажется, невозможно.       Фэнг стал прогуливать занятия из-за того, что оставался лежать в кровати , делая дыру взглядом в потолке, если не спал. Наволочка пропиталась сырым запахом слёз, и каждое утро начиналось именно с этого аромата. Он был противен, но столь притягателен: запах исходит от подушки, которую очень тяжело покинуть утром.       Ночь была единственным временем суток, когда он плакал. В темноте никто не сможет увидеть его красные, раздражённые солёной водой глаза, а значит и понять — он слаб. Он не берётся за что-то новое — руки уже опущены. Днём он, естественно, молчал. Улыбался, помогал, смеялся — люди счастливы без его проблем. Обыкновенная повседневная жизнь слишком ровная, чтобы было нормальным то, что с ним происходит. Об этом никто не должен знать. Он делал всё, чтобы это осталось только с ним.

***

Фэнг снова выходит на крышу дома, глубоко вздыхая. Почти ещё один день позади. — Down, down, cities fall down… on me… Парень сел на своё любимое место, где было видно все пейзажи, которые может открыть крыша их дома. В наушниках играла группа Crystal Castles, песня «Empathy», которая немного навивала хорошие мысли своей приятной мелодией и ненавязчивым текстом. 《You must earn our empathy… You must earn our empathy… You must earn our empathy…》

《Заслужи эмпатию…

Заслужи эмпатию…

Заслужи эмпатию… 》

      Недавно Фэнг получил паспорт, его возраст немного перетянул за 14. Солнце светило как всегда ярко, и парень на секунду до начала того, зачем он сюда пришел, полностью погрузился в свои мысли.       Сейчас, на этом месте, он стоит не с такой же целью, как два года назад. Он не будет думать о том, каков этот мир ужасен. Парень пришёл за другим.       Фэнг ещё год назад попробовал медитации на замену того, чтобы оставаться на крыше со своими мыслями — включал звуки природы, иногда слушал гул автомобилей снизу, а иногда помогала расслабится музыка без слов.       Наверное, решение каждый день на крыше уделять по полчаса на внутреннее состояние и положило фундамент тому, что Фэнг начал чувствовать лёгкость.       После пика самого ужасного, что происходило с ним в жизни, мальчик понял, что больше так нельзя. Уже даже здоровье организма не на шутку хромает – нужно срочно выбираться из этой ловушки. Таким образом, в один момент, после словленой мысли что всё достало, он и решил начать жить заново.       После положенного нового раздела, Фэнг открыл для себя книги, заинтересовался учёбой, психологией, и, в конце концов, влюбился в танцы.       Парень, во время своего "тёмного периода", даже понятия не имел, насколько эти все вещи интересны, но сейчас, представить свой мир без этого было безумно сложно.       Но, наверно, из изменений нужно подчеркнуть главное: Он научился смотреть в свои изумрудные глаза с умиротворением и только с позитивными мыслями, своё тело он выдрессировал до идеала благодаря его страстному увлечению, перечитал стобки книг по психологии, чтобы научиться пользоваться своей безэмоциональностью. Он сделал всё, чтобы чувствовать к себе только любовь и желание заботы. Да, это было ужасно трудно, но, все сложилось лучшим образом благодаря стараниям.       В его персональной истории тогда началась белая полоса, но, парень не знал что сейчас, в лагере, она слегка окрасится серым оттенком и ему прийдется почувствовать то, что уже не ощущал долгие года — бесконечную тоскливость и ненависть к себе.

***

— Ну и что ты решил? — шёпотом произнесла Лера, склоняясь ближе над выжатым, по виду, Фэнгом. Парень держал левой рукой лоб и рассматривал шрамы на пальцах правой. Давний удар в зеркало не дал про себя забыть. Они сидели на лавочке в коридоре, весь отряд сейчас обедает после экскурсии с выездом, и за пределами столовой ребята были одни. Но, несмотря на это, мальчишка всё равно боялся говорить громко. — Я… не знаю… — подавлено ответил Фэнг. Ему этой ночью приснилось прошлое, и из-за этого он ходил с плохим настроением ещё с самого утра. Эдгар правда наталкивает парня на воспоминания, которые он старается всеми силами закопать в себе как можно глубже. Но, в конце концов, за эти пять дней нахождения с совожатником-чертом, бедняга растерялся и в себе, и в окружающих. Лера недовольно насупилась и только после недолгой паузы продолжила. — Меня Эдгар ввёл в курс дела сегодня. Он правда тебе такое рассказал? — Да. — И… тебе это очень не понравилось. Предложение не прозвучало как вопрос, поэтому он решил просто промолчать. Лера, поняв, что тот добавить ничего не хочет, тяжко вздохнула и заговорила снова. — Он бывает груб, я это знаю, но ты прости его… — Да он тогда надавил на самую больную точку, что значит прости его?! — вырвалось из его уст, и парень закрылся в своих ладонях, надеясь, что они скроют его чувства. Фэнг не видел лица девушки, но был уверен что там царит одно недопонимание. — То есть… он в тебе разглядел то, чего не видят остальные? — с сочувствием в голосе произнесла догадливая Лерка, аккуратно положив руку на его плечо, с целью поддержки. — Не хочу про это говорить. — всё, что сейчас желал парень, это провалиться сквозь пол и немного побыть наедине с собой, отвернувшись от всего мира. Но так же он понимал, что даже если эта его несбываемая мечта станет реальностью, это ему на пользу точно не обернётся, потому что парень начнёт накручивать себя как когда-то. — Хорошо, я тебя понимаю. Но так всё-же, что насчёт Эдгара? Он тебе нравится? Фэнг знал ответ на этот вопрос, и готов был его сказать, но слова застряли комом в горле. После небольшой паузы он тихо произнёс то, что лучше было бы жалким враньём, нежели происходило с ним по-настоящему. — Я чувствую к нему что-то странное. Меня влечёт к нему, но одновременно этот тип меня бесит, но это «бесит» приносит... удовольствие? От слова «удовольствие» у Фэнга вспыхнули щеки, и на секунду он себя почувствовал девственником, который никогда в жизни даже думать не мог об отношениях. Всё это ещё больше сбивало с толку, и вышедшая ситуация приобретает новые вопросы и неразгаданные ячейки. — М, понятненько… так чего бы ты тогда хотел? Поговорить? — Наверное, да. Но, это, думаю, невозможно, он даже дышать в мою сторону лишний раз отказывается. — Я сделаю так, чтобы у вас вечером состоялся разговор и он наконец подышит в твою сторону, хорошо? - слегка со смехом сказала та. — Что? — непонимающе взглянул на Леру парень. — Ой, щёчки красные, ты милый — шепнула Лера закрыв ладонью рот то ли удивления, то ли от того, что слова были не совсем "вежливые", но она продолжила любопытно разглядывать его от смущения алые ушки. Фэнг мгновенно отреагировал, прикрыв обеими руками лицо, но сам факт того, что Лера видела его таким, уже есть, и из-за этого по спине прошлась неприятная дрожь. Он совсем забыл про то, что когда разговор идёт про Эда, с его телом творится что-то странное. К счастью, Лера приняла его положение и не стала задавать лишних вопросов. — Ну, может мой план и сомнительный, но язык у него развяжется. Не возвращайся в столовую с таким видом, хорошо? Я никому не скажу. — Д-да. спасибо. — впервые в жизни Фэнг заикнулся, и это его самого удивило. Но он про свои проблемы с речью не думал, потому что ему нужно было размышлять о другом. Что делать со своим влечением?       После того, как он осознал что чувствует прошло ровно три дня, и они были без происшествий благодаря тому, что парни старались друг друга избегать, каждый по своей причине. При виде лица Эдгара у Фэнга тяжелела грудь, но он мог позволить себе только смотреть брюнету в след.       Эта недоступность Фэнга искренне раздражает, но он ничего не мог поделать.       Сегодня вечером наконец-то будут конкурсные игры, не пробные, впервые за всё время в лагере. Предыдущие три для был поход на какую-то маленькую гору, который не запомнился, странные мастерклассы и мини зоопарк за 10 км от их лагеря. Это всё было до жути скучно. Все надежды остались на сегодняшние игры и будущие события.       Вернувшись в свою с Эдгаром комнату, парень схватил оставленный телефон для сдачи и, взяв в зубы любимое печенье с шоколадной крошкой, глянул на последок в зеркало чтобы убедиться, что краска сошла с его лица окончательно. К счастью, что он хотел, то и увидел, от румянца даже следа не было. Парень улыбнулся, после чего, немедля побежал в столовую. Нужно готовиться к играм.

***

— Ну что, ребят, объявляю правила первых командных игр на очки! Весь народ сидел толпой на карематах у полянки рядом с домом, терпеливо ожидая, пока Эвелина начнёт рассказ. Все настолько соблюдали тишину, что было даже слышно, как жужжат мухи. — Что ж. Вашим заданием будет придумать и нарисовать логотип вашей команды, что-то символичное или как минимум интересное. Потом пройдёт анонимное голосование на лучший плакат, и команда, что наберёт наибольшее количество очков, собственно, и выиграет. У вас 4 часа, времени предостаточно, чтобы успеть и реализовать идею. Все материалы вы можете найти в беседке, и сейчас каждый капитан команды возьмёт поочерёдно то, что нужно. Соня первая, Фэнг второй, Эдгар третий, Эшли четвёртая. Дальше сами, всем желаю удачи. Как и было приказано, капитаны поочерёдно взяли для себя и своей команды всё нужное. Эд себе присвоил гуашь, единственную лежащую там тарелку для мешания красок, так как палитр, к сожалению, не было, далее чёрный маркер, синий с черным цветные карандаши и, конечно, А2 лист. В его голове уже присутствовалось смутное представление что должно быть на плакате, поэтому он подобрал материалы под идею. Лера помогла ему донести всё, что тот насобирал, и они всей командой решили пойти в зал, где обычно проходят дискотеки. Там в углу был маленький стол, который им сейчас очень нужен. И к счастью, он оказался к их прибытию ещё свободен, другие команды нашли себе более укромные места. — Смотрите, у меня есть идея, которая вам точно понравится! — Эд разложил основу под плакат на столе и, сев рядом на корточки, сделал глубокий вдох, чтобы рассказать всё одним махом. — Значит так. Раз мы всё-таки назвали себя акулами, то предлагаю нарисовать что-то по типу красного круга как на дорожных знаках, и оттуда вылазит акула, будет прикольно. Задний фон заполним всякими мелкими рисунками или линиями. Снизу шрифтом как граффити напишем название команды, я таким умею писать, если никто другой не захочет. В рисовании принимают участие все присутствующие, нам за это обязательно дадут плюс, поэтому никто не выпендриваться что не умеет рисовать — хотите выиграть и получить приз, даже если у вас руки из жопы, всё равно рисовать надо. Окей? — Эдгар понял, что его последние слова или, можно сказать, просьба прозвучали слегка грубовато, поэтому парень постарался улыбнуться, чтобы ребята не обижались. Они его поняли, и многие улыбнулись в ответ. Эду повезло с командой. — А как мы такой огромный круг нарисуем без циркуля? — поинтересовался Милош, чесанув правое ухо. — Ну… возьмём лист и построим круг так, как это делают все художники. Наверное. По пути разберёмся. — Ответил Эд, кинув взгляд на Леру, которая скрестила руки в важной позе, смотря на полотно. Скорее всего думает о том, каким способом заработать ещё пару баллов в конкурсе.... или нет. Выглядит она отстранённо. — А акулу можно я нарисую? — захватывающе улыбнулась блондинка Соломия. — Да, можно, только давайте такие вопросы уже по пути решать. Вы пока поговорите, а я сбегаю за карандашом, ластиком и листом А4. Слушайтесь Леру. — Иди уже, мы пока придумаем что на задний фон поинтереснее можно налепить. — Лера села на колени перед столом, и когда парень уходил, он слышал, что обсуждение уже началось. Эд, собственно, сделал так, как и планировал. Вернувшись с остальными нужными материалами, они принялись рисовать набросок. Эдгар показал Руслану-русалке как рисовать круг, и у того почти получилось. Дальше они изобразили задние полоски, за название команды взялся 13-ти летний Марк который уже, на удивление, имел опыт рисовать графити. А за акулу, как и было сказано, отвечала Соломия. Их набросок уже готов, и на это ушел ровно час. — Так держать, акулы, теперь давайте приступим к краске. — утрезвила Лера, найдя среди набора кисточек самую большую и подняв вверх в знак готовности. — Да, вы рисуйте акулу, а я пока закончу с обводкой букв. — сказал Эд аккуратно ведя маркером лайн надписи снизу. Все поочерёдно воскликнули «да», и снова приступили к работе. До этого они обсуждали фильмы, но почему-то после слов Леры затихли. Это было не надолго, белка нарушила идиллию громким «ой, извини!» Когда Эд повернулся к источнику звука, то увидел, как Соломия и белка скромно отвели руку от кисточки, за которую, скорее всего, случайно взялись в один момент. Блондинка, заметив, что на них с Бьянкой все смотрят, смутилась и быстро подхватила другую кисточку, сосредоточившись на рисовании. Белка же слегка покраснела, но потом тоже решила настроить себя на дело. — А вы, девочки, в одной комнате живёте? — поинтересовалась Лера покусывая заднюю часть кисти. Прозвучало это как очень и очень серьёзный вопрос, поэтому Соломия ответила на него так же серьёзно. — Нет, наши комнаты напротив. — парировала девочка не отводя взгляда от плаката. — Мм, понятненько. — Эдгар очень хорошо знал этот тон, что-то между игривостью и былой серьёзностью. На словах это кажется странно, но Лера как-то умудрялась находить между этими характеристиками середину. Но звучание не было важно так сильно, как-то, что оно значило. Эдгар медленно перевёл взгляд на подругу. — Не делай этого, ты даже не знаешь... — его голос был почти всегда серьёзным, но в этот момент он казался намного серьёзнее, чем обычно. Лера подняла брови в недопонимании. — Что? Это ещё почему? — девчонка сразу поняла, о чем именно он говорит. — Ну ты уверена в...мыслях? — Ой, рисуй дальше, время покажет, вот увидишь. — Что? — в этот раз недопонимание было на лице у Эдгара, а Лера в ответ только хихикнула. Эдгар фыркнул и продолжил. — Не нужно никого портить! — Спорим? В зале снова повисла тишина, и только тогда Эд увидел, что все взгляды устремлены на них с Лерой. Никто не понимал о чем они говорят, но глаза зрителей были заинтересованные развязкой, поэтому парень улыбнулся и протянул ладонь для того, чтобы посоревноваться за свою мысль. — Спорим! — Вот и славно, спорим на твой сладенький шампунь. От тебя слишком вкусно пахнет, отдашь мне. — на её губах показалась лёгкая ухмылка, и она схватила руку эдгара с уверенностью, что этот спор будет точно за ней. — Тогда ты отдаёшь свой бархатный чокер! — Эд ответил подруге таким же уверенным в выигрыше взглядом, сжав пальцами её руку. — Так и не понял на что вы спорите, но спор принят. — Руслан, который сидел напротив двоих друзей, разбил их руки.       Поспорили ребята на ориентацию Бьянки, и на то, что Соломия будет её девушкой. Это безумно, потому что они знакомы от силы три дня, и тон Леры означал, что она их захотела свести. Эдгар понимал всю безнадёжность этой ситуации, и то, что Лера непонятно откуда взяла информацию о симпатии Бьянки к Соломие, ещё больше глупило её цель. Эд почти уверен, у неё ничего не получится, та недо «цель» правда являлась бредом. Но раз Лера предложила за своё поражение награду, то такую возможность грех упустить.       Когда их плакат уже был готов, оставался ещё час. Некоторые ребята из команды во время рисования уходили, некоторые приходили, и, таким образом, к концу они уже успели обсудить «не достойные выигрыша» рисунки соперников и то, как они убого выглядят на фоне их работы. Лера и Эдгар не видели плакаты других команд, но, благодаря описаниям их секретных агентов Милоша и Сони, они понимали, что на них изображено. Оказалось младшие в командах очень нужны. — Какая красота, для групповой работы — идеально! — Лера подняла руку вверх с поднятым большим пальцем. — Лайк от меня, Милош, Соня, Марк, идите мои зайки сюда, вы лучшие.       Эдгар видел, как Лера всех благодарит за работу осознавая, что это в команде необходимо, но смотря на вышедший результат он понимал, что ему не нравится.        Контраст цветов был хорошим, ярко красный круг и голубая акула сочетались между собой, и буквы смотрелись прилично, но это только издалека. Когда подходишь ближе, то видишь все эти разводы от плохой гуаши, попытки закрасить белой краской то, что не вышло, выход за линии и прочие мелочи, которые мозолят глаза. Но Эдгару об этом беспокоится не нужно, так как вблизи никто их работу рассматривать не будет. — Эд, пошли смотреть на другие плакаты, хотя бы будем знать, кто наши соперники! — Лера на ходу подхватила руку друга, потянув её на выход с лучезарной улыбкой на губах. Сам Эдгар вздохнул и просто пошёл туда, куда его тянут. Смысла сопротивляться нет.       Большая часть команды уже разошлась, но причину ухода Эдгар знает только от Алика. Хотелось бы, наверное, остальную команду отругать за это, но Эду слишком лень. Алик же пошёл писать их слоганы и речь, которые участники команды будут произносить на презентации. Лера с ним ходила вместе в клуб по интересам, и она сказала что наверняка знает — этот парень хорошо пишет стихи и речи. Поэтому, девчонка попросила Эдгара дать ему именно эту часть работы. — О, смотри, там Соня! — воскликнула Лера, перестроив маршрут в сторону беседки около зала. Соня, со своей командой, по всей видимости, тоже заканчивали, и Лера оживлённо подбежала к ним с желанием поговорить. Когда подошёл Эдгар, то первое, что он для себя подметил, работа выглядила не ярко, а яркость — это всё равно что ключ к победе.       Соню он не воспринимал всерьёз, хоть и Лере, по виду, нравилось с ней общаться. Эта девочка была высокая и уверенная в себе, с ровной осанкой и длинными рыжими волосами, почти до ягодиц. Они были аккуратно заплетены в косу. Капитанша не сказать, что полненькая, лучше выразиться в формах – всё в её теле имелось. Глаза коричневые, почти чёрные, сияющая улыбка с выбеленными зубами. Эду она не понравилась, и, рассматривая капитана команды, парень понял, что лучше не будет мешать и пойдёт, потому что судя по ним разговор будет ещё долгий. — Лер, я к Эш или Фэнгу, интересно что у них. — Нее, стоять, пошли лучше Алика проведаем! Вдруг он ничего не написал? — Может я сам тогда его проведаю? Ты же поговорить, наверное, хочешь. Лера сценически закатила глаза и попрощалась с Софией, которая явно была недовольна уходом подруги. Но, когда Лера сказала, что это срочное, девчонка её более дружелюбно отпустила. Лестница на второй этаж быстро сменилась первой в коридоре дверью. Там и жил Альберт с ребятами из других команд. Эд осмотрел предоставленную взгляду комнату. Куча разбросанных вещей, среди которого сидел Альберт. Он один, соседей нет. — Фу, вы что, свиньи, только три дня назад заселились, а уже срач, я в шоке с вас… — возмутилась Лера, поправив переднюю прядь волос за ухо. Она обходила за Эдгаром каждую валяющуюся вещь на полу, позже, села рядом с мальчиками на нижнюю кровать. — Ну, и что ты написал? — А… написал… что-то, не помню куда блокнот дел. — рассеянно оглядываясь по сторонам, сказал Алик. — А что ты, блять, делал всё это время? — строго спросила Лера. — Ну.... — он неуверенно зашипел меж зубами. — Водку... пытался разбавить спирт и воду, вон на столе стоит, можете попробовать. На вкус норм. — Да, перед презентацией выпьем всё, что ты там намешал, — Лера вздохнула. — Спроси лучше у Эдгара как намешать адекватную водку, а не то, что ты там себе помешивал. Он шарит. — Что? Я умею пиво хмельное делать, какая водка? — Эдгар удивлённо поднял бровь, слабо стукнув Леру в бок локтём. — Ну научи его это пиво делать, ты ж сам не пьёшь, дай хоть 15-ти летнему ребёнку повеселиться. Эдгар поднял брови. — Сука, да какой адекватный человек бухает в 15? Лера в ответ только улыбнулась. — Да ты в свои 16 не пьешь только потому, что боишься. Признай, ты ссыш, что тебя развезёт. Эдгара переклинило. Неужели Лера правда о нём такого мнения? Эдгара немного взбесили её слова. — Че? Значит я веду здоровый образ жизни, стараюсь не делать ошибки, которые делают многие подростки, а ты ещё и наговариваешь на меня? — Да у тебя кишка тонка даже пол бутылки того, что ты наварил выпить, если хлебнёшь один раз не станешь алкоголиком, я и то больше выпью! — Лера разгоняла больше. Эд чувствовал, что она это делает специально, но эмоции берут верх – когда это происходит, мозг не работает. — Да ты младше меня, у тебя организм не выдержит дольше, чем мой! — Уверен? Я тебя перепью в два счета, сравни меня и сравни себя. — Вот именно, нечего сравнивать, я очевидно буду более стойким. Лера захохотала. — Серьёзно? Хочешь поспорить? — Спорим! — Эд снова протянул руку, а Лера, в свою, очередь уже почувствовала вкус победы. Вывести в нужное русло Эдгара очень легко, зная его слабости, и свою часть сделки с Фэнгом она почти выполнила, а это значит, что вожатые наконец смогут между собой обговорить все обиды, и Эд не будет молчать или игнорировать. Да, возможно логика 15-ти летней девочки не идеальна, но, она убеждена в том, что это должно сработать. — Да всё, перестаньте. Лучше скажите, вы видели что Фэнг с Углём нарисовали? Там такая прикольная лисичка. — спросил Альберт достав блокнот с речью. — Уголь это… кто? — ответила вопросом на вопрос Лера. Эдгар думал, что она за эти дни уже успела со всем лагерем познакомиться, но, оказалось, есть счастливчики. — Это лучший друг Фэнга, и если не ошибаюсь, они живут вместе. Брюнет такой высокий, с низким голосом и татуировкой на щеке, Ной зовут. — С Фэнгом только я живу, мы же хэлперы. А тот, кого ты описал, ехал с ним в поезде в одной купешке. — Эдгар взял у Алика блокнот с писаниной и, умостившись поудобнее, начал читать. — Вау, так его Ной, оказывается, зовут? Я как-то побоялась с ним разговаривать, когда была возможность познакомиться… — Ну он так то кажется классным парнем, они с Фэнгом даже чем-то похожи характером, но уголь более спокойный. Хотя они оба спокойные… ну короче, не знаю. — Да? Интересненько... Пошли смотреть на их плакат, хочу с ним познакомиться. Эд, ты с нами? Эдгар слушал в пол уха, но своё имя не проигнорировал. — Нет, я с вами только до качели той, сяду и буду править речь. Аля, есть ручка? — Конечно, сейчас.       Так и прошёл последний час до начала конкурса. Пока Эд чистил творчество Альберта, небо уже потемнело, и в зале заиграла торжественная музыка, которая свидетельствовала о старте соревнования. Эдгар, по своим внутренним часам, даже не заметил, что отведённое время уже прошло, но идти нужно обязательно, так как отсутствие капитана команды в такие моменты может плохо отразиться на его подопечных.       Когда Эдгар зашёл в зал, то первое, что он увидел — это то, что уже большая часть отряда собралась. Все капитаны были на месте, рыжая Соня и Фэнг разговаривали, а Лера смеялась рядом с Ноем. Эдгар пошёл искать всю остальную свою команду, и увидел, что они сидят рядом с прежним столиком, но плаката не было. Парень подошёл к ним. — Ребят, а где плакат? — У Эли, остальные уже сдали, мы тоже. — ответил Руслан, гладя по голове обнимавшую его Соню. Эта девочка очень тактильная, скорее всего, у неё есть минимум людей на день, которых она должна обнять. На этот раз она заломала на объятия Русалку. — Хорошо, верю. Вы сможете прочитать то, что выделено? — Конечно, мы же не в 20 веке живём, все читать умеют. — посмеялся Марк, поправив назад пятернёй волосы. Эдгар кинул взгляд на Леру и брюнета. Они мило беседовали. Не отворачиваясь, он задал вопрос сокоманднику. — Алик, а чего Лера не с вами? Кто этот пацан, чтобы забирать моего сержанта себе? — Ной это. Она к нему там подкатывала, ты бы это видел, такой цирк был. Я не знаю, как можно флиртовать с человеком, с которым вы только что познакомились, это же вообще глупо. — ответил Альберт. Эд повернулся к нему, на что тот отвлекся от рассматривания своих ногтей, чтобы установить зрительный контакт. — Она людей видит насквозь с первых минут общения, у неё прикол такой, вот увидишь, они ещё встречаться начнут, если она не остановится. Хотя... не знаю, может будет и не так. — Да я тебе говорю, он ей просто внешне понравился, он же американец, причём красивый, вроде... — Да ладно, даже не смотря на это, они как пара смотрятся красиво. — он снова зыркнул на Леру. — Ну ничего, время покажет, что из них выйдет. Я Леру всё равно в плохие руки не отдам. Альберт открыл рот для ответа, но их разговор перебил громкий голос Эвелины. Девушка хлопала в ладоши и говорила в микрофон, все сразу затихли. — Ребят, все в сборе? Всех позвали? Из толпы от каждого послышалось да, и Эд заметил, как после этого в зал незаметно зашли Алиса с Викой, показав большим пальцем вверх, что скорей всего давало главной знать "обход по комнатам прошёл успешно". Значит, в зале правда уже собрались все. — Ну что, очередь будем определять рандомно, капитаны, сюда. Кто вытянет самую тонкую палочку будет первым. К тому времени Лера уже незаметно вернулась к своей команде, но Эд ей ничего сказать не успел. Его звала Эвелина. Парень послушно подошёл к девушке вместе с остальными тремя капитанами. — Давайте, тяните. Эш вытянула первая, и, если ещё не знать каким размером будут остальные палочки, можно предположить, что она или вторая, или третья. Следующим потянул Фэнг, достав наверняка самую короткую. — Отлично, ты первый, иди готовь команду, у вас время, пока Соня и Эдгар вытянут. Самая плохая участь, по мнению юноши, досталась именно Фэнгу, поэтому волноваться брюнету не стоило. Облегчённо выдохнув, он взял палочку справа, и Соня взялась за неё тоже, одновременно с Эдгаром. — Эй, я первая была — улыбнулась рыжая, повернув голову на того. — С чего это? Я первый был, будь добра, возьми другую. — Парень закатил глаза. Уже был конец дня, и силы тоже на исходе. Не было желания кому-то потакать, поэтому любезности он решил оставить на другой раз. Девушка, на удивление, оступила. — Хм. Хорошо. — хмыкнула Соня, поправив спадающую переднюю прядь за ухо. Было видно, что она не рада уступать, но почему-то это всё-же сделала. Эд, в знак благодарности, улыбнулся, но тут же почувствовал, что нормальную улыбку выдавить не вышло. Она была слишком раздражённой. Палочка попалась самая длинная. Акулы будут выступать последними. — Всё, садитесь, смотрите работы других участников. - Эвелина сделала глубокий вдох и снова поднесла к рту микрофон. - приветствуйте команду Лисов! В середину зала вышел Фэнг вместе со всей его большой командой. Девочки все шагали уверенно, даже самые младшенькие, а мальчики были на лицах с победной улыбкой. Выглядят они невероятно гордо. — Ну что, всем здравия желаем, вас приветствует команда лисов. — Громко заявил Фэнг в микрофон, который ему вручила Эля. Его взгляд был хищным, лидерским, и безусловно самым уверенным среди сокомандников. Эд напряженно перевёл дыхание. Сразу же после этих первых слов парень направил усилитель звука в сторону команды. Прозвучал их девиз, который ребята резво крикнули все вместе. «Соперников не боимся, хитростью победим. Лисы, вперёд, Победу не отдадим!» Эдгар почувствовал тревогу. Он завидует Фэнгу. Его уверенность в себе среди других — то, что Эдгар никогда в жизни не сможет повторить. Фэнга команда явно выдрессирована им же, они верят в себя на все 100%. Эдгару никогда не стать таким харизматичным и по-настоящему властным лидером, как его сосед. Брюнет закусил губу. Этот тип его бесит.       Этот взгляд Фэнга даже немного пугал. Он был серьёзным, но одновременно виделось желание доминировать. Ной расправил их красочный плакат. На нём был изображен величественный лис с царской короной и тростью в руках. Рисовал явно кто-то из старших, потому что наляпистости не было. Но, зная способности рисования Фэнга, Эд был немного в шоке, что у них вышла такая красота. Кто-то в их команде очень красиво рисует. Каждый из выступающих начал поочерёдно рассказывать про их работу. Что символизирует лиса, черты животного которые присущи и членам команды и прочая наверняка интересная информация... как жаль, что Эдгар был слишком морально измотан, чтобы это слушать. Да и, по большей части, всё-равно. Эд не смог сосредоточить внимание на их речи, он почти сразу улетел в свои мысли.

***

      Все презентации были, вроде, классные. Эдгар выступил со своей командой достойно, но это всё равно слегка не дотягивало до того, как сильно подготовились лисы. Эдгар даже расстроился, когда первые очки общим голосованием отдали Фэнгу, хоть и знал, что так будет. Но, командный дух портить не очень хотелось, поэтому Эд сделал вид, что всё хорошо. Ребят отпустили ужинать и готовиться к дискотеке, а после, ко сну. Брюнет ничего не съел из-за отсутствия голода, потому что предвкушал, как он снова будет мучиться ночью. Когда он отнёс полную едой тарелку к посудомойке, на пути к комнате его перехватила Лера, у которой было явно хорошее настроение. — Ну что, алкоголик юный, пошли. Помни спор!

***

            В комнату хэлперов ворвался Альберт, дыша так, будто пробежал марафон 10 километров. Фэнг сидел у себя на кровати с книжкой в руках, поэтому не сразу обратил на него внимание. Но, потом всё же пришлось повернуться, потому что его тяжёлое дыхание мешало читать. — Привет? — вопросительно произнёс Фэнг. — Тебя Лера зовёт, сказала передать, что Эду помощь нужна. — Что? Ну пусть помогает ему, зачем я там. — имитируя безразличие, Фэнг опустил глаза обратно на строчки. Только потом, спустя пару секунд он вспомнил про данное девушкой обещание, что сегодня вечером они с Эдом поговорят. Фэнг резко поднялся с места, наконец поняв, что там произошло: Фэнг чувствовал легкий запах спирта от Альберта. Очевидно, Лера Эдгара напоила. — Блять, и он это, в стельку?.. Блондин удивлённо поднял брови, но потом, сделав глубокий вдох чтобы, наконец, возобновить дыхание, тихо продолжил. — Как ты догадался? А-й, ладно, идём, они в комнате у Леры. — парень махнул рукой в знаке «следуй за мной» и они вместе пошли по коридору. Фэнг отпустил Алю, когда он попросился к себе в комнату, после чего сам быстро нашёл нужную дверь и кратко постучал в неё. — Если Фэнг, заходи, все остальные идите погуляйте, не до вас. Парень открыл дверь. Первое, что он увидел, это растерянную Леру и лежащего на её плече лбом Эда. Она старалась его поднять, но парень был просто ни в какую. — Извини, я не думала, что он после первой рюмки полетит. — хмыкнула Лера, сложив брови домиком. — Да я ещё две выпить могу, блин! — крикнул Эд, кое-как подняв вверх голову. По виду он не был сильно пьян, потому что толком не терялся в пространстве, но с речью происходило явно что-то не то. Очень невнятно говорит. Фэнг не мог не выражать удивление. Что-что, но такого способа "разговорить" он точно не ожидал. Это.... глупый поступок. — Фэнг, помоги донести его пожалуйста, давай его уложим, он, блять, говорить адекватно не сможет, проебалась я. — Лера выглядела очень виноватой. — Я его сама не донесу, прости, что так вышло!!! Помоги, пожалуйста!!! Мне честно жаль! Фэнг стоял в полнейшем шоке, бегая взглядом от Эдгара до девушки и также наоборот. Слова никак не могли вырваться наружу. Фэнг просто стоял, не желая вообще воспринимать то, что сейчас видит, настолько это бредовым и глупым кажется. — Лера, ты… зачем? — подойдя к Эду, Фэнг аккуратно взял его лицо в ладоши, повернув к себе. Он был будто не пьян, но щёки всё равно слегка горели и губы брюнета при виде изумрудных глаз поплыли в улыбке. — Я, честно, не знала, что он настолько быстро опьянеет, да и ещё так сильно... — Блин, Лера, да от него перегаром будет завтра нести, как он поедет в город? — Я ему сорбент дам, у меня есть… — Лера явно чувствовала себя виноватой, хоть в данной ситуации одного сожаления было точно мало. Но, большего она сделать не в силах. — И ты хочешь, чтобы я его донёс? — Да, ты ж его сожитель так то… — Лера снова попыталась его поднять, но Эдгар всё почему-то падал и падал, заставляя девушку ещё больше поникать. Фэнг тяжело вздохнул. — Ладно, заберу, можешь со мной не идти. Только дай тогда сорбент этот от перегара. С дозировкой завтра уже разберусь. — Правда? О боже, спасибо! Ищи его в правом кармане моей фиолетовой сумки, я пока приведу этого идиота хотя-бы в вид спящего, чтобы другие, пока вы дойдёте, ничего не подумали. Ты не представляешь, как я благодарна. — тараторила она. — Может, всё-таки, я с тобой пойду и помогу? — Та толку, забей, я его положу, ничего с ним не произойдёт. Боже, какой ужас… — посматривая на Эда, Фэнг кое-как нарыл зелёную упаковку с пакетиками внутри и кинул её себе в карман. Он быстро сел спиной перед Эдгаром. — Закидывай его, я по-другому не понесу. — Что насчёт как принцессу? — Лера устало улыбнулась, намекая взять его на руки. Но Фэнг, конечно, сразу отбросил эту идею. — Давай уже на плечи его быстрее, а то с тобой оставлю. — Да-да…       Перебросив руки спящего себе на шею, Фэнг взял его снизу за ноги, и они поспешно направились к выходу. Лера облегчённо вздохнула.       Теперь Фэнг с Эдом остались одни. Брюнет, по пути в их комнату, всё-таки, проснулся. Упёршись носом Фэнгу в жёсткое, как для подушки, плечо, он что-то стал невинно напевать себе под нос. Парень был как в трансе, но это можно было объяснить. Сразу видно, что подобное у него случилось впервые в жизни. — Смарагдове небо…- щебетал брюнет в ухо вожатому, которого от тёплого воздуха, что бьётся в мочку, бросало в нежеланную дрожь, гуляющую то по спине, то по шее с каждой новой нотой его вокала. Фэнг был раздражен и зол на Леру и горе "друга", потому что парню пришлось выручать его из такой ситуации. Но, он не ощущал лени или вообще отсутствие желания помогать. Юноше, наоборот, в глубине души даже хотелось рассмотреть его с новой стороны.        Тело Эда упиралось всем своим весом на мальчишку, и это немного выбивает из себя, но он пытался не обращать на это внимание. — Что ты говоришь? — Чекає нас завтра... Я йду до тебе... — Эдгар нечаянно тронул кончиком носа ухо вожатого, и в этот раз Фэнг хорошо почувствовал, как в животе вспыхнуло огнём от столь неожиданного касания, а ухо покрылось краской. Мальчишка пьян, но телу Фэнга это не было стоп знаком, ему нравилось то, что Эд уязвим. Но, пользоваться этим максимально подло, он понимал. Фэнг стискивал зубы, настраивая себя игнорировать Эда. Это сложно - тело отзывается на каждое действия парня. Фэнг вздыхает. Ребята дошли до их комнаты. Фэнг, щёлкнув язычком двери и закрыв её на ключ, с облегчением скинул груз с плеч на свою кровать. Сам он сел рядом, ближе к подушке. Он не знает, почему именно на свою кровать, ведь Эда место даже ближе, но, это действие случилось как-то на автопилоте. — И что мне с тобой делать?.. К разговору ты не пригоден, мне другое обещали. — Фэнг снова вздохнул, поджал ноги и с обидой глянул на брюнета, который в ответ только по-доброму улыбнулся. Его щёки были всё-ещё слегка красноваты, мышцы лица не как обычно расслаблены, а пальцы немного сжимали одеяло снизу, похоже, от потери координации в пространстве и желания схватиться хотя-бы за что-то. — Что делать? — Задал еле понятный вопрос брюнет, изогнув бровь. Голубые глаза красовались блёстками, они как морской бриз, шумные волны, которые вдруг стали тихими, а в зрачках читалось непривычное умиротворение. Безумно тянет рассмотреть их поближе, его глазки слишком сильно манят к себе. Фэнг тряхнул головой. — Нужно тебя как-то уложить спать, наверное?.. — Я не… хочу спать… — промямлил тот. Эдгар слегка пошатнулся, но всё равно продолжал смотреть на Фэнга странным взглядом, и будто нарочно его не отводил. Это смущало парня ещё больше, и он закусил нижнюю губу, чтобы переключить внимание на боль, потому что это и то вызывало меньше переживаний. — А что хочешь? — после недолгой тишини сказал тот, всё-таки не выдержав напряжения от глаз Эдгара и отвернувшись. Эд пялится слишком в лоб. Мальчишка ничего не ответил, но, через секунду, щека Фэнга неожиданно почувствовала чужие мягкие подушечки пальцев, и все его тело от неожиданности сразу отозвалось дрожью на нежное прикосновение. Рука Эда тронула щеку Фэнга и, медленно скользнув по скуле, ладонь аккуратно легла вдоль лица полностью. Фэнг опешил. Что с ним? Что он делает? — Красивое. — шепнул брюнет с дурной усмешкой в голосе. Эдгар наверняка чувствовал все перемены в теле Фэнга, но из-за влитого в себя спирта уровень мышления не позволял грамотно рассудить, что сейчас он ощущает, и это, скорее к счастью. Фэнг не верит, что для такого эффекта достаточно одной рюмки водки, они точно выпили несколько. Не дай бог, Эдгар начнёт рвать... Лучше, уже, наверное, отравление, чем такая, сбивающая с толку, ласка. — I refuse to admin it's Edgar… — (я отказываюсь признавать, что это Эдгар) буркнул себе под нос Фэнг. Просто предположив, что сейчас может произойти из-за его неосторожности и от того, что он резко прекратит отталкивать брюнета, щеки снова просветили румянцем, и бедняга нервно сглотнул. От Фэнга зависит вся текущая ситуация, он может как оттолкнуть, так и пойти навстречу. В горле пересохло.       Невидимая сила не позволяла просто встать и грубо сказать «нет» Эду.       Наоборот, Фэнгу хотелось схватить его поддатливое запястье и притянуть к себе, но он не мог. Нельзя пользоваться таким положением. У него есть голова на плечах. Но, всё равно, факт того, что сейчас у него присутствует возможность из желаний, которые могли максимум снится ночью, сделать действительное, по настоящему сводил с ума, но, в тот час, и разрывал на куски. Нелепо.       Эдгар не услышал тех слов, хоть и был в силах ответить тем же языком. Фэнг про себя подумал, что лучше бы тот его не трогал, но Эд, будто издеваясь, сделал ещё хуже. Вторая его рука прильнула к пылающей щеке, и его ладони обхватили всё лицо Фэнга, повернув к себе. Кончики его пальцев были холодные, но этот холод был будто теплее всего тёплого. — Эдгар, ты пьян, не делай то, о чём потом будешь жалеть. — Фэнг повернулся к брюнету с закрытыми глазами, потому что когда его маленькую мечту так просто осуществить, держать себя под контролем будет безумно сложно. Губы Эдгара находятся на расстоянии не больше 15-ти сантиметров, и это заставляло кровь в венах кипеть ещё сильнее, а все мышцы по телу напрягаться. Фэнга голова кружится.       Ответ брюнета был, очевидно, молчанием, и тишину в комнате нарушало только еле слышная музыка с первого этажа, где сейчас проходит очередная вечерняя дискотека.       Спустя пару секунд Фэнг понял, что играет Валентин Стрыкало, «наше лето». Эти строчки натолкнули на приятные чувства, и парень неосознанно открыл глаза.        Его поле зрению представилась та картина, которую он боялся сейчас увидеть больше всего. Эдгар близко, смотрел ему в центр лба своими большими глазками, невинно хлопая длинными ресницами. Но, внимание Фэнга почти сразу упало на его губы. Пухловатые, светлые как цветки сакуры весной, выглядят влажновато, и, очень вкусно...

"Яхта, парус, в этом

мире только мы одни.

Ялта, август, и мы с

тобою влюблены…"

      Фэнг так и не понял, как рука сама потянулась к лицу мальчика. Такой недоступный в обычной жизни, такой желанный, такой необычный и интересный парень, сидит сейчас напротив и не морщится от взгляда и касаний Фэнга.       Парень почувствовал себя в раю, но не мог не ощущать тревоги и зажатости — то, что он делает, абсолютно неправильно, но он не может остановиться. Происходящее слишком соблазнительно. Да, Фэнг ужасный человек, но он не может иначе. Ему стыдно, безумно стыдно за то, что он делает, за его мысли и чувства. Но, тело Фэнга не слушает, оно подаётся на встречу Эдгару, который не соображает. Фэнг аккуратно взял его также, как сделал это с ним Эдгар, поглаживая большим пальцем по щеке.       Нежная кожа, обычно белая как снег – сейчас так красиво красилась румянцем, заставляя переворачиваться все внутри, а сердце трепетать настолько, что его гул было слышно за метр. Как же Фэнг себя, на самом деле, неправильно чувствует, но... мысли отключаются, когда он смотрит в голубой бриз глаз. Губы Эда поплыли в безграничной улыбке, и он приластился к руке Фэнга, потеревшись об неё головой точно, как кот.       Лицо Эдгара изображало безмятежность, он был будто не здесь, а где-то далеко-далеко.             Фэнг снова стиснул губы. От каждого движения этого мальчика становилось не по себе всё больше и больше, но, у каждой шкалы, к сожалению или к счастью, есть предел. Фэнг до последнего старается стискать зубы, чтобы не перегнуть палку с Эдом. Податься ближе не может, оттолкнуть тоже — это самая ужасная пытка. Фэнг чувствует себя мазохистом.       Последней добивающей каплей стал взгляд Эдгара, который направился прямо на губы сидящего перед ним парня, и Фэнг прочувствовал, как в ту же секунду в его голове щёлкнул знакомый звук.       Он почти мгновенно забыл об осторожности и понял, что больше не может не отдаваться на волю запретным чувствам, над которыми не может совладать.       Губы медленно потянулись к Эдгару, который был не в состоянии отстраниться.       Фэнг должен чувствовать себя паршиво, но его мозг одурманен слишком сильно для подобного.       Фэнг подался сильнее, и поцелуй быстро набрал обороты. От неожиданности, Эд тихо, но так душераздирающе промычал Фэнгу в уста, надеясь, что это заставит его остановиться. Для Фэнга это было даже бензином в огонь. Он перестал осознавать, что делает. Его руки дрожали, он стал панически хотеть ещё. Жар развивался по телу, ему хотелось съесть Эдгара через поцелуй, настолько его эмоции били через край. Тело в треморе, быку дали красную тряпку. Он чувствует себя почти животным.       Эдгар недоступен в обычной жизни, Фэнга сердце разрывается от того, что происходящее максимально что есть уникально, и вряд-ли, зная Эда, подобное повторится еще раз. От понимания этого, желание поглотить Эда было неимоверно сильным, и ему очень сложно не заходить дальше. Поцелуй — максимум, он уже поступает по-мразотски, позволяя себе даже это. Фэнг чувствовал бы вину, если бы её не туманило возбуждение.       Они целовались грубо, рьяно, и Эдгару было искренне сложно выдерживать такой всплеск эмоций со стороны «партнёра». Он никогда не целовался, а та страсть, что излучалась от Фэнга в эту секунду, буквально сбивала с толку, но из-за тумана в сознании ему это даже понравилось, и он старался отвечать парнише, как мог.       Фэнг это чувствовал, ему было плохо от мысли, что Эд пьян и не осознает ничего, действуя на уровне дают - бери, бьют - беги. Фэнга спина стала мокрой от пота. Ему слишком нравится, чтобы прекращать, даже учитывая все факторы. Какой же он ужасный человек. Губы влажно причмокивали, языки сплелись в быстром танце. Мимолётные и тихие стоны, которые отдавались горячим воздухом, бросали в ужасные мурашки.       Фэнг пустил пятерню в чёрные локоны на затылке Эда. Губы Эдгара безумно мягкие, и поцелуй с ним отдавал сладким на уровне подсознания. Каждая секунда тянулась как сироп, предоставляя ужасно неземное удовольствие, которого Фэнг жаждал днями и ночами, последнее время. Да, у Эда не выходило целоваться хорошо, но это почему-то всё-равно предоставляло дьявольское удовольствие. Губы — они недоступные, Эд Фэнга ненавидит — сейчас он, постанывая, отвечает на поцелуй, сплетая свой язык с чужим, мычит, когда Фэнг слишком грубо хватается за чужие губы, сжимает Фэнга руками, и... никуда не убегает. Фэнг — последняя тварь.             Такие события, обычно, не забываются, но парень понимал, что под утро это покажется плодом воображения обоим мальчикам. Этого не должно было происходить, то, что они сейчас целуются — абсолютно ненормально, но воли и желания останавливаться досих-пор не было.       Воздух начал заканчиваться, и Эдгар отстранился первым. Отдышка у обоих была как после 5-ти километрового марафона, но Фэнг всё равно бы с удовольствием пробежал ещё 10 таких марафонов без отведённого время на отдых. Эдгар тянет к себе, как чертов магнит. Щеки Эдгара вспыхнули ещё больше, и на этот раз, не от алкоголя. Фэнг, инстинктивно собираясь приблизиться вновь, заметил, что с Эдгаром что-то вообще не так. Он смущённо отвёл взгляд в сторону, слегка сжав в ладонях лицо парня, и прошептал так, что даже тот его еле услышал. — Мне страшно…       От этих слов у Фэнга по спине прошла дрожь. Он ожидал услышать всё: как тот его ненавидит, как ему только что было противно... Но точно не то, что услышал.       На время поцелуя Фэнг совсем забыл про то, насколько Эдгар сейчас уязвим. Фэнга глаз дернулся. Продолжать нельзя, ни в коем случае. Это точно стоп. Фэнг отдалился, стряхнув руки. Да, сейчас самое время остановиться, пока не поздно. Твою мать, что он натворил? Его тело переполнено возбуждением, но от осознания произошедшего, тревога перебила все приятные чувства. Он воспользовался тем, кто ему нравится. Он мерзкий и противный человек. Эдгару все это время было страшно, Фэнг почти насильно его поцеловал. Тошнота почти достигла своего пика, сработал рвотный рефлекс. Фэнг до боли закусил нижнюю губу, вина и непонятный страх разъедает его изнутри. Эд пьян, зачем он это, черт, сделал? — Хорошо, я больше не буду, извини меня пожалуйста. — Фэнг резко опустил взгляд в пол. Он почти быстро подвелся с места, уже собираясь, было, пойти в душ, привести мысли в порядок, смыть кипятком все тревожные мысли, но Эд схватил его за кофту и остановил. Фэнг вопросительно взглянул на него. Что это значит? — Нет, не уходи… — Что? — Парень опешил, остановился и повернулся обратно. Ему послышалось? — Не уходи, останься! — Крикнул брюнет, после чего его глаза резко оказались на мокром месте, и он тихо всхлипнул. С каждым разом Фэнг удивлялся его действиям всё больше и больше, и как только он захотел отказаться ибо считал, что так будет лучше для всех, то слова снова застряли в горле больным комом, и он понял, что ничего сказать против просьбы не сможет. Тем более, Эда глаза... мокрые? Какого черта? Фэнг встряхнул голову. Он действительно всплакнул из-за того, что Фэнг хочет уйти? Черт, да что за сюр?       Парень аккуратно сел обратно, и Эдгар снова начал разглядывать, как ни в чём не бывало, его черты лица, внимательным взглядом. — Я ёбнулся, может?... — Фэнг запутался в происходящем. То Эд улыбается, то рыдает, что происходит? Фэнг не осознал, но происходящее помогло отвлечься от своих мыслей. Он пытается рационализировать действия Эдгара заместь того, чтобы думать о горе-поцелуе. взгляд Фэнга снова устремился на Эдгара.       Глаза напоминали кукольные, а голубой цвет будто ещё больше, чем прежде, манил к себе, притягивал как бедствие, перед которым невозможно устоять ровно. Поцелуй ни капли не убрал той жажды к Эдгару, но Фэнг в силах не распускать руки. Он уже натворил достаточно.       Было желание рассматривать его личико вечно, и уголки губ неосознанно сами поднялись в искренней улыбке. Но потом, они сразу опустились, и Фэнг испуганно тронул свою верхнюю губу. Он только что улыбнулся больше в мышцы лица, и парень сам удивился от этого странного чувства, но одновременно оно было очень приятным и теплым. Он последний раз так улыбался с друзьями в Лос Анджелесе. Фэнг уже и забыл эти ощущения... — Ты красиво улыбаешься. — сделал тихий комплимент брюнет, улыбнувшись в ответ тому, что только что увидел. Фэнг нервно хихикнул, и, после небольшой паузы, закрыл лицо руками то ли от стыда, то ли от смущения. Щеки ведь у него опять порозовели. Он все меньше понимает, что происходит.       Рядом послышались шорохи, и руки Эдгара внезапно окутали Фэнга по бокам, заключив в самые тёплые объятия, что только парню приходилось чувствовать. Эд льнул к нему, прижимался, как к мягкой игрушке, поглаживая по напряжённой спине и дышал так тихо, будто боялся, что его кто-то услышит. — Ты чего? — Фэнг взял Эда за плечи намереваясь отодвинуть, но у него уже третий раз не хватило смелости. Ответ не последовал. Он понял, что рационализировать действия парня бессмысленно. Он абсолютно иррациональный сейчас.        Глубоко вздохнув, Фэнг решил обнять парня в ответ, на что тот только помостился удобнее. Если Эд об этом всём не забудет на утро, то их отношения испортятся навсегда, а это принесёт ещё больше боли. Он не хотел чувствовать боль. Ему было это чувство намного более мерзким, чем всем остальным нормальным людям. В эту секунду он начал жалеть о всём содеянном, намереваясь вернуться к плохим мыслям, но Эд его снова прервал. — Я хочу спать. — буркнул он. — Тогда… давай снимем тебе линзы и ты пойдёшь к себе на кровать? — Линзы... давай, они мешают. — Вот и славно. — аккуратно убрав с себя хрупкие лапы Эдгара, Фэнг выдохнул и пошёл искать нужную коробочку. Это много времени не заняло, как и снятие линз. Теперь осталось решить со сном. Усевшись обратно, Фэнг начал, тяжело вздохнув. — Давай-ка к себе на кровать перебирайся. Тебе помочь? — Нет — сказав это, Эдгар, на удивление грубо для пьяного состояния, толкнул Фэнга назад, от чего тот упал головой на подушку. Пока парень ничего не понимал, Эд прилёг на него и уже устроился поудобнее, крепко-крепко обнимая. Фэнг опешил. Он чувствует, как краснеет. Хочется материться... — И? — Обними меня тоже. — Эд, словно ребёнок, довольно улыбнулся, глядя снизу вверх на ничего не понимающего Фэнга. Повисла тишина.       Фэнг, откашлявшись, снова попытался в какой раз здраво оценить ситуацию, но все мысли в голове путались так, как будто тут пьян не Эд, а он. Когда тот на него смотрит, в голове всё миксуется, а сейчас, когда они вместе лежат на одной кровати, захотелось просто остаться в таком положении навсегда и не думать вообще, но если тому и быть, то Эдгар возненавидит его до последней клеточки на веки.       Но, сейчас брюнет хочет другого, хочет то ли ласки, то ли просто внимания. Но и то, и то, сбивало с толку так, что обдумывать каждое последствие своих действий просто невозможно. Фэнг понимает, что не идти на встречу нет смысла. Уже всё-равно. Фэнг и так стёр все рамки.       Тяжело вздохнув, парень обнял его в ответ, зарывшись пальцами одной руки в тёмные мягкие пряди, он всегда хотел это сделать.       Эдгар закрыл глаза, и, наконец-то, его постоянная дурная улыбка начала потухать. Если повезёт, то он заснёт быстро, и Фэнг, не медля, отнесёт его на свою кровать и сам пойдёт спать. Он накручивал тёмные локоны себе на пальцы.       В волю того, что сейчас он находится достаточно близко, аромат шампуня доходил более ясно. Это было кокосовое молоко, сладкое и приятное, на расстоянии его не так слышно. Волосы мягкие и ухоженные, сильно напоминают собой шерстку домашнего кота, и оторвать от них руку просто невозможно. Все плохие мысли уходили, когда Фэнг гладил Эдгара.       Его горячая голова, закрытые глаза и безумно милые щёчки казались очередным приятным сном, отчего хотелось потрогать лицо мальчика и убедиться в том, что он настоящий. Переместив руку на лоб, он слегка зачесал пальцами передние пряди назад, и его лицо теперь видно во всей красе. Фэнгу комфортно. — Какой же классный. — Фэнг улыбнулся, и только потом заметил, что снова улыбка получилась «в мышцы». Это чувство было всё ещё абсолютно непривычное, но парню нравилось.        Происхождение такой улыбки было очевидно, но, всё равно, очень удивительно.       Сначала Фэнг думал, что брюнет влияет на него только пагубно, заставляет мысленно возвращаться в прошлое, когда ему было плохо, но смотря на эту ситуацию парень снова растерялся. Может, его любовь и вправду не сильно то и плоха?