Падшему гореть нельзя

***

Мой ангел! О, мой ангел. Как красота твоя слепа, Как дышат губы над губами, Как ты целуешь не меня. Мой ангел. О, мой ангел! Ты падший, словно жёлтый лист, Ты будто воздух мой, Ты будто жизнь. Мой ангел! О, мой ангел. Целуй же ты меня, целуй. Я стану дьяволом однажды, Я стану адом для тебя. Ты только губ моих касайся, Касайся, словно потерял меня.

***

Я станцую на твоей могиле. Я станцую тихо лёгкий вальс. Это будет предложение о мире, Я прощу тебя, пусть поздно и прощать. Я станцую медленно, чуть робко В темноте и окружении могил, Я станцую, словно ты передо мною, Я станцую, как и танцевал бы ты. Знаешь, есть такое слово, Прошептав которое, можно убить. Если крикнуть, будет так же больно, Промолчать нельзя. Это "любить". "Любить тебя - ошибка моей жизни. Я ненавижу все, что связано с тобой. И буду танцевать я на твоей могиле, И буду вновь шептать "Моя любовь..." Это последнее, что я сказал тебе, Смотря в твои глаза, чернее ночи, Хватая крепко твои жгучие ладони И умоляя слёзно отпустить. И вот я здесь. Я на твоей могиле. Любить тебя - ошибка, пусть и так. Но не могу жалеть о своей жизни, Ведь жизнь моя - вся полностью твоя. И я станцую на твоей могиле. И будет это танец. Танец о любви. Это будет предложение о мире. Ты простишь меня? Тихо молю. Прости...

***

Белая спальня

Он так меня любил, что плакал по ночам. Но слез в его теле не существует. Он так хотел меня, он так мечтал смотреть на меня и только, что запер в спальне и заперся вместе со мной на пару веков. А может и больше. Я ненавидел его глаза. Они убивали каждого, кто посмотрит в них. Я тоже был убит бесчисленное количество раз. Но по-особенному. Он убивал меня каждый раз, когда я думал о нем. И я не был против, когда он присвоил мою душу себе. Я готов был остаться с ним на всю жизнь. Какое счастье, что смерти мы не подчиняемся. Он и есть сама смерть. Мой персональный яд. Белые простыни под его телом любили прохладу, постоянно прогоняя нагое горящее чудо из своих объятий. Когда я оставался один, холод, который был всегда мною любим, доставлял дискомфорт и неудобство. Это чувство покинутости. Хотелось поджечь спальню, окунаясь в полюбившийся огонь, поджаривая косточки. Но нет, этот огонь не сравнится с Его. Мне нравилось, только когда меня сжигал Он. И больше ни что. Он так меня любил, что казалось, будто он готов жертвовать своим местом, своей властью, своим бессмертием ради того, чтобы прикасаться к моей холодной коже. Но мне казалось. Каждую ночь (а может, и день) он топил меня, даря сладкие мгновения, которые длились... вечность? Каждую ночь (возможно, и день) чёрные когти ползли по моей коже, а его глаза сжигали мою душу. А его глаза сами горели. И в огне том я видел себя. И каждую ночь (несомненно, и день) он позволял мне сгорать лишь в своих объятиях, лишь на холодных простынях. Лишь ожидая казни.

***

Сулила мне судьба обиду, Видения в ночи, как ты Кричал надрывно над обрывом, Мечтая спрыгнуть в чёрный дым. Туда ведь я упал случайно. Случайно полюбив тебя... Случайно, верно, не специально. Я не хотел, мне бог судья. Сначала снились мне кошмары, Твоё лицо. Оно в слезах. Я думал, что без смысла драмы. На деле все сложней. Я слаб. Я думал, может, обойдётся. Хотелось о любви кричать, Хотелось бегать и смеяться, Но нас увидел божий мрак. Меня загнали в волчью клетку, Меня распяли на виду, Потом обрезали верёвку, И я упал. Смотри, тону. Я помню, как ты сильно плакал, Когда стоял передо мной. В последний раз услышал голос, Точнее, крик. Прощай, любовь. Тебе остались мои крылья, Ты будешь с ними спать и жить. Сулила мне судьба обиду На божье царство, грязный мир. Обижен я на белокрылых, На "чистых, нежных и святых ". Они забрали мою силу, Моё дыхание, Мой мир. Тебя.

***

Горели небеса однажды. Горели в пламени греха. И всякий люд бежал в ужасе от падающих слез с небес. Ведь слезы те тоже горели. Плавили все, на что попадали. Это ангел их ронял. Горевал он жутко, вопил во весь голос, в тоске убиваясь. Он грешный ангел, падший ангел. Он страх позабыл, позабыл и вовсе, кто он есть. И ненавидел он святые небеса свои, где и родился. Ненавидел, потому что они убивали его. Убивали запретами о любви грешной. А ангел хотел любить. Он и любил. Любил своего дьявола, горящего огнём страстным, манящим, влекущим. Любил до пор тех самых, пока судьи небесные не вынесли им приговор смертельный. За грех плотский. За грех чуждый. И страдал ангел от боли. И ждал изгнания своего в пустоту вечную. Ведь не быть им больше в Аду вместе, и не плакать друг по другу, и не видеть глаз любимых, и не чувствовать касаний нежных. И не быть им вовсе. И исчезнуть им суждено.

***

По телу мурашки. А в пальцах - клинок. Сжимаю так крепко, что сводит ладонь. Моя песнь отпета. Дождусь ли тебя? Ты так далеко. А я так одинок.

***

- Ты что, мечтал о смерти? - Я думал, повезёт. - Везёт лишь тем глупцам, которые полюбят. А ты любил? - Возможно. А может, вовсе нет. - А ты люби меня. И я тебя убью. - И ты меня убьёшь? - Я обещать не буду. - А ты пообещай. Я верю, сдержишь слово. - Не стоит верить мне. Я просто жалкий трус. - Я полюблю тебя. И даже смерть не захочу. - Ты не мечтал о смерти. - Всё верно, не мечтал. Но от руки твоей готов я смело умереть.

***

Пап, мне больно. Пошёл, наверное, третий год с момента твоего исчезновения, и только сейчас я додумался вылить это на бумагу. Я держусь только благодаря Хосоку. Но мне все равно чертовски тяжело. Я скучаю ужасно. Мне не хватает тебя, слышишь? Хоть я так и не могу вспомнить тебя, но чувствую удушающую тоску. Ощущение, если бы ты был рядом, мне бы и дышалось легче. Кажется, ты и был моим лучшим другом. Но я не перестану верить, что ты вернёшься. Я хочу вернуть тебе эту чёртову зажигалку и бросить наконец курить.

***

Последнюю песнь услышишь, когда пойдёт первый снег. Когда церковный орган сыграет последнюю ноту. Когда-то последняя птица упадёт без дыхания, ударяясь о ветки персикового дерева. Последний его лист спадёт на холодную землю. Впервые наступит тишина, ветер перестанет шуметь, не нарушая мою молитву. Каждая душа сгорит, не смея мешать мне. Последний младенец погибнет, успев сделать свой первый вдох. Первый вдох перед тем, как прозвучит моя песнь. Последняя песнь.

***

Моя любовь это не твоя боль. Но твоя любовь - это причина моей смерти.

***

Я чувствую желание мести. Такое яростное и горькое, что перехватывает дыхание. После каждого кошмара я просыпаюсь озлобленным, сам не понимаю на кого и за что. Возможно, на того, из-за кого ты пропал, отец. Я не верю, что ты ушел сам. Но я верю, что ты слышишь каждую мою мысль. Тебе нравятся мои записки? Эта книга открывает мне дыхание иногда. Вчера я порвал пару листов, потому что написанное меня не устраивало и злило. Но после этого я почувствовал приятное облегчение. Еще хочется разобраться со снами. Не помню ни один, но точно знаю, что они одинаковые. И мне там одинаково больно.

***

"Ты заперт здесь. Вдох за вдохом ползёт по стене твоя алая кровь. Не смотри вниз, когда взлетишь. Ты ранен. Осколки вонзаются в крылья. Умираешь. Ты заперт здесь. Ты никогда не хотел умереть. Твои руки никогда не хотели крови. Прости меня. Ах, жизнь, такая жизнь. Такая сладкая, согласись? Такая легкая. Такая хрупкая. Ты не был создан, чтобы отнимать ее. Ты слишком юн. Я мечтал целовать тебя всю свою жизнь. Какое несчастье, что я бессмертен. Моей мечте не суждено исполниться. Как и твоей. Я мечтал слушать твоё дыхание вечность. Даже больше. Но ты потух. Потух мой светлый птенец. Упал с обрыва. Упал в бездну." И я перевернул страницу. Здесь пусто. Он хотел дописать эпилог. Но не успел. Исчез. Испарился. Он простился со мной заслуженно. Боль терзала нас обоих. Душила когтистыми лапами, протыкая кожу насквозь. Он ушёл. Я прогнал. Его юное тело слишком долго страдало. Оно обрело свободу. Он обрел свободу. Мой прекрасный божественный яд. Невинные взгляды бросались, как голодные тигры. Огни погасли. Не только на улице, но и в моих глазах. Конец близок? Разве что конец этой главы. Дальше будет что-то новое. Дальше будет последняя глава. И я больше не буду отражаться в его больших блестящих глазах. Больше не останусь ожогами на бархатной коже. И в один ужасный момент он вспомнит. Вспомнит, как погасла последняя звезда на моем небе. И это будет тот момент, когда я узнаю, что его огонь погас вместе с ней. Покойся с миром, Ангел. Да будет царствовать спокойствие в твоей падшей душе.

***

Когда? Когда это случится? Когда же встретимся мы вновь? Я взгляну в глаза твои и прошепчу: "Моя любовь..." Я скучал... Сказать не смею. Ты холод, непривычный мне. Губами чувствую, немею. Ты вечность всю горел в огне.

***

Мягкие пряди легли на ладони. Жгучие пальцы в обхвате руки. В шею дыхания терпкие волны Касались меня, словно дьявол в ночи.

***

Без понятия, сколько прошло с нашего знакомства, я совсем потерялся во времени. С Хосоком обсуждать я это не хочу, он и так не любит Тэхена. Запишу свои мысли здесь. Тэхен странный. В плане... Он слишком прекрасный. Мне странно моё отношение к нему. Я не понимаю свое отношение. Ладно, черт с этим. Мои кошмары почти прекратились после встречи с ним. И.. он словно наркотик. Без него мне паршиво, а рядом с ним так спокойно словно я... вернулся домой? Да, вероятно, это именно то ощущение. Меня также не покидает ужасное чувство дежавю. И с чем это сопоставить, я даже не представляю. Возможно, я просто немного сошёл с ума от влюблённости. Но зато я почти не думаю про отца. Пап, надеюсь, ты видишь, что сейчас я вроде как счастлив. Уверен, ты рад за меня.

***

Моё крыло сгорит во мраке. Во мраке, где горел и ты. Второе будет ждать пощады, Но не щади его. Сожги.

***

Ода тебе

О дьявол, сладкий дьявол, Глаза твои полны меня, Твои прекрасные объятия Меня погубят ото дня. Меня погубишь даже ты, Однажды полюбив меня. Однажды полюбив тебя, Убью себя и я. Твои ужасные надежды На милости речей моих, Ты не дождешься, меня слышишь? Я не прощу себя, увы. Я не прощу тебя, мой дьявол, За то, что шепчешь мне слова, И просишь сделать так, как надо. Как надо только для тебя. Ведь полон ты огня и грязи. Я не такой, я бел и чист. А ты склоняешь опуститься И быть с тобой. Ты эгоист. Ты смел лишить меня свободы, Заставил брать и у других. Они не заслужили боли, А я терплю весь твой каприз. А я заслуженно страдаю? Конечно. Полюбил тебя. Мальчишка глуп был, да, я знаю. Гореть теперь - судьба моя. Но я же был таким невинным... Ты смерть, пришедшая за мной. Ты не отпустишь, любви сила Не даст свершить такой исход. Я буду трепетать от счастья, Когда во мраке иль в ночи Моей белёсой кожи вдруг Коснутся жгучие клыки. Когда твои иссиня пряди Спадут на чёрные глаза, Что красным цветом отливают, Стоит взглянуть мне на тебя. Мой сладкий дьявол. Я боюсь. Однажды я убью тебя. Ты хочешь смерти от меня, Того, кто хочет жить с тобой Лишь в холоде и без огня. Ты допускаешь это? Нет. Но я не стану подчиняться. Я падший, словно жёлтый лист. Ты помнишь? Скоро расставаться. И время наше истекло, Я не успел сказать о многом. Ты тоже, знаю, не успел. И это есть "любовь до гроба"? Как жаль, обоим смерть нам чужда. Хотел бы я уж отдохнуть. Забыть тебя, как тень искусства Твоих заблудших на мне рук. О нет, не стоит мне смотреть В твои ужасные глаза. Твои прекрасные глаза Все крылья обломили мне. Прощай, мой дьявол. Милый дьявол. Я знаю, будешь ты скучать. А я не буду, слишком много О боли стоит вспоминать...