Её проклятье и его спасение

***

— Наследница проклятых техник Шиномико и Рёмена Сукуны. Кровь и плоть их потомков. Ученица Сатору годжо.— приятный спокойный голос зачитывал строчки из досье, что лежало на столе перед мужчиной. На листе бумаги, в левом верхнем углу красовалась выпускная фотография Нами. Она вышла на ней, на удивление, не плохо. — Нанами Нацуко. — раздражённо захлопнув папку, мужчина прошёлся языком по верхним зубам и оскалился. Чёрные, длинные волосы небрежно спадали на лицо и плечи. Кошачий взгляд пробежался по очертаниям документа перед ним. Тонкая, слегка загоревшая кожа красиво сияла под солнечным светом. Незнакомец недобро усмехнулся и снова провёл языком по зубах. — Мы ещё лично не знакомы, но ты уже бесишь.

***

— Ты как? — сёдзи с шорохом открылись, впуская в небольшую комнату Годжо. То, что выделили Нами для временного проживания и комнатой то назвать трудно. В одном углу кровать, в другом стол, два других угла занимало оборудование кухни. Из коридора шла дверь в ванную и туалет. Окинув взглядом помещение, взгляд голубых глаз, спрятанных под белой тканью, остановился на девушке, сидящей на кровати,подле которой ворочались и Нэко. Кошка ластилась к хозяйке,желая приободрить её. Хребет аккуратно выпирал из-под кожи, пробиваясь сквозь тонкую ткань белой футболки, одолжённой Маки. Когда однокурсники проснулись среди ночи от звуков бойни, они без задних мыслей бросились во двор во всеоружии, но всё равно не успели. Единственное, что они смогли увидеть, так это два силуэта, за которыми закрывались сёдзи, ведущие в корпус учителей. С рассказов других учеников они ничего не узнали, а когда Сатору пришёл и сказал, что в драке, которая произошла, участвовала Нами, то они рванули в комнату, выделенную Нацуко. Они ушли несколько минут назад, Сатору знал. Он уже час стоял под этой дверью, ожидая, когда же можно будет войти, что бы не мешать ученице. И вот, подождав немного после ухода ребят, он всё же решился зайти. Нами сидела спиной к двери и смотрела в окно, на двор, разгромленный ею и Амацуки. Госпожа Хого так же осталась на ночь в Магическом техникуме, хотя отрицать не стоит, что мало кто был рад этой новости. От внезапного появления гостя девушка вздрогнула, но не повернулась. Лишь расслабила напряжённые плечи, когда поняла, кто обладатель бархатного голоса. — Как человек, только что узнавший, что он наследник ужасного монстра тирана, на счету у которого тысячи жизней. — истерически хмыкнув, ответила Нанами и сильнее обвила руками колени, прижатые к груди. Сатору подошёл к кровати и встал за спиной Нами, устремив свой взгляд в окно. Он также рассматривал последствия ночной драки. — Как у тебя получилось так долго выстоять против Амацуки-кун? — взгляд снова невольно скользнул по выпирающим косточкам позвоночника. — Не знаю… Просто в какой-то момент я поняла, что она больше не использует проклятую технику, так как она почему-то не срабатывала. И тогда мы начали просто сражаться в честном бою без магии. Впервые я благодарна за то, что ты мне спуску не давал ту неделю, пока ребята были в командировке…- наверное, даже сама Нанами не заметила, как плавно перешла с уважительного обращения "Вы" на обычное, привычное для друзей, знакомых, но уж точно не ученицы и учителя. Сатору хмыкнул. Как в воду глядел, когда прямо чувствовал, что Нанами не помешает боевая подготовка. В комнате повисло молчание. Тянущее, давящее, угнетающее. Но такое необходимое, чтобы собраться с мыслями. Нэко встала,потянувшись,и сделав круг вокруг ноги хозяйки,спрыгнула с кровати. Похоже,животное успокоилось,стоило Сатору появиться здесь. Она с облегчением передавала Нами в руки шамана. — Я потомок Короля Проклятий и его воздыханницы, я наполовину проклятие, во мне, чёрт его возьми, течёт кровь психопата и убийцы сотни шаманов… — зарывшись лицом в колени, Нанами снова почувствовала, как к горлу подкатывает неприятный ком. Годжо, до этого стоявший за спиной у девушки, сел сбоку. — Ты не проклятие, слышишь? Я бы почувствовал это по твоей энергии но кроме хнычущей человечески я сейчас ничего не чувствую.Даа и проклятий в ученики не набираю принципиально. Слишком уж напряжно. — цокнул мужчина, и улыбнулся, когда услышал смешок со стороны. — Это ведь станет табу для меня, правда? Я же не смогу быть обычной, как все, верно? Может, я и не проклятье… Но это, — девушка подняла голову и приподняла свои руки в воздух. Утренние лучи только проснувшегося солнца аккуратно блуждали по нежной коже. Руки её дрогнули, и она сомкнула губы в тонкую полосу. — Это станет моим проклятьем. — она неуверенно повернулась в сторону Шестиглазого. Она готовилась, что определённо увидит в его глазах согласие, но не была готова увидеть полное его отрицание. — Ну, во-первых, истоки проклятой энергии находятся здесь, — Сатору аккуратно коснулся указательным и средним пальцами лба девушки, и опустил руку ниже. — И здесь. — закончил он, указывая на район груди, где сейчас бешенно билось девичье сердце. — А во-вторых, — сложив руки на груди, Годжо гордо вскинул подбородок. — Если для тебя это стало проклятьем, то для меня определённо божьим благословением. Наконец-то я нашёл кого-то,кого смогу знатно поднатаскать и получить женскую версию себя! Но я конечно лучше,и всё же ты тоже не промах. — ослепительно улыбнувшись, Сатору поймал луч алого солнца, отразившийся в голубых глазах напротив и навсегда запечатлившийся там вместе с отражением улыбки Годжо. Из груди вырвался тяжёлый вздох и Нами не смогла больше сдерживаться. Зарывшись лицом в колени она издала первый всхлып. Угольные волосы красиво скрывали её лицо от постороннего удивлённо взгляда. Слёзы быстро скатывались со щёк на колени и продолжали стекать ниже, на серые шорты, тоже одолжённые Маки. — Спасибо…- едва слышно прошептала Нацуко и вздрогнула, почувствовав чужие руки на плечах. Сгребя в охапку девушку, Сатору легко прижал хрупкое тело к себе. Редко ему приходилось кого-то успокаивать. Так ещё и девушку. Ну,как редко - фактически никогда. Но сейчас он просто чувствовал,что должен сделать это. — Всегда пожалуйста, — улыбнувшись в чёрные волосы, Годжо прикрыл глаза, вдыхая аромат черники и мяты. С каких пор он начал обращать внимание на то, каким шампунем пользуются его ученики? Всхлипы начали стихать, а вскоре на их месте появилось тихое сопение. Отлепив от груди спящую Нами, Сатору аккуратно, заботливо положил её на кровать, укрыл одеялом и заправил прядь волос за ухо. Уходя, он снова бросил взгляд за окно. Холодные лучи цвета самого горячего огня опасно блестели на остатках недавно красивого университетского двора. Где-то далеко, в глубине леса, запели первые птицы. Сёдзи тихо закрылось, а техникум наконец-то погрузился в долгожданные тишину и спокойствие.

***