Её проклятье и его спасение

***

- Ну здравствуй, доченька. - леденящий голос пробил тело дрожью. Нами застыла в немом ужасе, понимая, кто сейчас находится перед ней, на троне из горы трупов. Осознание ледяной волной окатило девушку, заставляя её сделать шаг назад. - Куда же ты? Разве не рада видеть папочку?- существо злобно оскалилось и взмахнуло одной из четырёх рук, якобы подзывая Нацуко ближе к себе. - Какой к чёрту папочка...- тихо шептала Нами, не веря, что её сознание способно настолько чётко и реалистично срисовывать образ, который она один лишь раз мельком увидела в книге из библиотеки, когда провела там несколько часов в компании Годжо. Внизу живота тугим узлом завязывался страх, а пульсация в голове дрожью отдавалась в кончики пальцев. - Как же? Шиноко, разве ты не узнаёшь меня?- Двуликий продолжал насмехаться над девушкой, пока та отчаянно пыталась заставить своё сознание прекратить играть с ней в такие шутки. - Хватит. - шептала она, мотая головой из стороны в сторону, отказываясь смотреть на существо, пропитанное болью, кровью и смертью. Но не только вид существа и само его присутствие пугало девушку. Ещё большая дрожь её пробирала от осознания, что знает она его не только со страниц книг. - Не смей вести себя как чёртово отродье, доченька. - Сукуна в миг оказался напротив Нами и крепко ухватился за её шею, заставляя взглянуть ему в глаза. Нами задержала дыхание от ужаса, охватившего разум и тело. Обхватив ладонями крепкую руку, что была равна двум её, девушка жадно делала глотки воздуха, пока пальцы сжимали кожу всё сильнее. - Всё ещё думаешь, что я плод твоего воображения, Шиноко? - только сейчас Нанами дошло, что называют её чужим именем. И ведут себя с ней так, словно они давно знакомы. - Я не Шиноко...- прохрипела Нами, хватаясь за шею, когда Двуликий отпустил её и она свалилась на землю. Он громко рассмеялся и откинул голову назад. - Не Шиноко! Конечно же, ты не Шиноко. Лишь жалкое подобие. - теперь он уже не смеялся. Он стоял ровно, выпрямив спину и свысока смотрел на девушку у его ног. Насмехался, видно же. - Что с людьми делает перерождение...- вглядываясь в лицо Нацуко, Рёмен внезапно скривился в отвращении и отступил от неё на шаг. - Какое перерождение? - Нами с трудом поднялась с земли, и на дрожащих ногах едва могла устоять перед ужасным давлением со стороны Короля проклятий. Одна лишь его проклятая энергия была способна припечатать к земле так, что легче будет закрасить, чем отодрать. - Неужели и вправду ничерта не помнишь ? Ох, как жаль. - грустно вздохнуло создание и бросило взгляд на гору трупов позади. В мгновенье ока он снова оказался на возвышении своего трона, с отвращением и насмешкой смотря на девушку внизу. Она вся дрожала, но до последнего старалась убедить себя, что это лишь игры разума. Это воображение. Он не настоящий. Это всё лишь способ проявить технику. Это всё лишь больная фантазия сознания. Сукуна снова рассмеялся, словно его забавляло подавленное и испуганное состояние Нами. Впрочем, так и было. - А обычная фантазия сможет сделать так?- он щёлкнул пальцами одной из рук и Нанами почувствовала жгучую боль на правом запястье. Там, на гладкой коже, кровью вырисовывался образ дракона. Рисунок словно вырезали каким-то куском разбитого стекла, ведь очертания были размытыми и вовсе не ясными. Слёзы наворачивались на глаза а в горле встал тяжёлый ком крика боли и ужаса, но Нацуко даже не дрогнула. Словно какой-то барьер прерывал все попытки сделать хоть что-то. Спустя несколько секунд, на запястье уже во всю плясал в бешеном танце дракон. При каждом малейшем его движении всё тело пронзала ужасная режущая боль. Нами до крови закусила губу, а колени предательски подкосились. - Ты даже не вопишь. Хах, и всё же, что-то тебе досталось от прежней Шиноко. - с ухмылкой проговорило создание и снова щёлкнуло пальцами. Только на этот раз, вместо очередных болезненных ощущений, Нами почувствовала, как дракон медленно начинает замирать и отдавать пульсирующими волнами вибрации по всему телу. - Будет не очень весело калечить тебя, когда ты не кричишь. - грустно вздохнув, мужчина махнул подолом женского кимоно и заложил ногу на ногу, задев при этом тело какого-то человека. Оно покатилось вниз, прямо к ногам Нами. И лицо его она узнала. Это была Сацо - её двоюродная сестра. Но боли не было. Не было желания кричать и плакать. Лишь ноющая тоска зародилась в груди, и отразилась в холодном взгляде пока ещё голубых глаз. - Даже не заплачешь? Чёрт, ну ты и бессердечная сука, Шиноко. - Двуликий засмеялся ещё пуще, явно получая удовольствие от всего происходящего. - Какая Шиноко?- пытаясь сохранять спокойствие, Нами не обращала внимания на тошноту, подкатывающую к горлу. Старалась не смотреть на тело у ног. Старалась не думать о том, что эта смерть была из-за неё. - Скучная. - цокнуло проклятье и снова оказалось перед девушкой. - Всё тебе расскажи. - одна из его рук потянулась к лицу Нанами, но та тут же отстранилась и попятилась назад. Двуликий снова засмеялся, вызывая очередную волну, подкашивающего ноги, страха. Нацуко запнулась о что-то, и уже была готова встретиться пятой точкой с землёй, но сделать ей этого не дали. Вместо удара об землю, она почувствовала, как оказалась словно в невесомости. Ощущение чужих, пусть и незримых, рук на своих рёбрах заставило рвано выдохнуть и с непониманием уставиться на существо перед собою, которое злобно оскалилось и нахмурилось, находясь в нескольких метрах от неё. - Рано ещё, - гневно фыркнул Двуликий и сложил пальцы в печать, шепча какие-то слова себе под нос. Внезапно небо стало покрываться чёрным, а пылающий лес словно начал отдаляться. Все звуки и ощущения стали более приглушёнными, а вот голос Сукуны наоборот, ещё болезненнее резал уши. - Что же, Шиноко, осталось от тебя в этом дряхлом тельце?- Рёмен говорил словно и не с Нами вовсе, а с кем-то, кто глубоко-глубоко засел в ней, словно притаившийся хищник перед добычей. Образ существа стал растворяться в чёрной дымке, окутывающей всё на своём пути. Перед глазами всё поплыло и моментально исчезло. Вместо пылающего леса, в котором Нами находилась лишь секунду назад, сейчас появилась абсолютная пустота. Темно, холодно и мерзко. Впереди - тьма. Позади - тьма. И лишь себя саму Нанами могла видеть идеально точно. - Где же ты, Шиноко, доченька? - хриплый смех существа пускал разряды холодного электричества по всему телу. Но смех его внезапно стих, а вместо темноты, Нами увидела перед собою две маски лица Сукуны. Они смотрели на неё всеми своими глазами и хищно ухмылялись. - Покажись. - леденящий голос словно заморозил тело и не давал даже вдохнуть. Нами застыла в ужасе от картины, которую увидела. - Покажись же мне, Шиноко!- уже более раздражённо повторило существо и маски исчезли, а на их месте появился уже весь Двуликий. - Да не Шиноко я!- схватившись за голову руками, Нами резко вскрикнула так, что даже сама испугалась. Подняв глаза, полные испуга, на существо впереди, она столкнулась с безумным взглядом четырёх глаз. - Значит ты клыки решила показать?- хмыкнуло оно и посмотрело на одну из своих рук. - Значит мы тебе их вырвем. - снова щелчок. Тело пронзила острая боль. Колени предательски подкосились и Нами упала на них, с ужасом отмечая, что дракон на запястье извивается намного энергичнее, а кровь неумолимо быстро стекает по запястьях аккуратными струйками. Всё тело словно выворачивали наизнанку, переламывали каждую косточку, пронзали каждую мышцу. Но долгожданных криков Сукуна так и не услышал. Лишь тихие всхлипы, которые едва доносились до его слуха. Барьер всё ещё словно отгораживал Нацуко от криков боли, но уж точно не от её ощущений. Сукуна поднял верхнюю губу на обоих лицах, и оскалился, словно пёс. Уверенными и быстрыми шагами он направился в сторону Нами, но услышал тихое, но твёрдое и полное решимости - Хватит.... Он остановился и отдёрнул подол кимоно от девушки, которая медленно начала подниматься с пола. Тело её ещё ломила ужасная боль, но разум был на удивление чист и свеж. Дрожащие ноги едва могли держать Нацуко в стоячем положении, но решимость, которая переполняла девушку, отметала все сомнения. - Хватит. - намного громче сказала девушка, смотря прямо в лицо Сукуны, заставляя его приподнять верхнюю губу и оскалиться. Дракон всё ещё во всю извивался на запястье, тело пронзала уже приглушённая боль, а в голове ключом била одна только мысль . "Не дай себя сломать, не дай себя сломать". Мантрой она бушевала по разуму, не пропуская в сознание слабину, которой так добивался Сукуна. - Шиноко! Что ты себе позволяешь, чёртово ты отродье!- царящая на его губах усмешка исчезла, а на её месте появился неприятный оскал. - Я не Шиноко. - уверенно ответила Нами и сделала шаг в сторону Двуликого. Тот застыл в недоумении лишь на секунду, а потом опустил голову. Тихий смешок разнёсся по темноте, а следом за ним всё пространство заполнил дикий смех. - Разве?- голос, как и очертания проклятья медленно растворились в чёрной дымке. Боль прекратилась и дракон застыл. Теперь лишь тишина болезненной пульсацией отдавала в голову и мантра, повторяющаяся там, пошла трещинами. - Шиномико не была для меня чем-то особенным. Лишь хорошая игрушка. - донёсся голос из неоткуда. Он был громки и чётким, но всё равно доносился словно издалека. - Скорее просто любимая игрушка. - хмыкнул Двуликий и темнота вокруг вспыхнула красным огнём. Горячие языки пламени больно жгли нежную кожу, а Нами только и делала, что пыталась уворачиваться от них и найти способ прекратить всё то, что с ней происходило. - Но когда я узнал, что она таскалась с каким-то отпрыском рода шаманского, то меня охватила такая ненависть к этой женщине, что я даже не задумываясь убил её. Но не стоит забывать, что эта тварь была Бессмертной. Сколько бы я её не убивал, какие бы извращённые способы её смертей не опробывал, она всё время исцеляла себя. И это так раздражало. - гневный голос громом прокатился по пустоте, и Нами даже показалось, что он способен снести её с ног. - И тогда я решил оставить её в качестве игрушки, как и ранее. Только позволять ей намного меньшего. А от ребёнка я хотел избавиться. А с тем отпрыском, что посмел очернить мою честь, расправился ещё тогда. Он был не только слаб, но и ужасен на вкус. Тянет блевать от одного только воспоминания. - Нанами почувствовала, что блевать тянет не одного Сукуну. Тошнота мерзким комком подкатывала к горлу, а языки пламени словно всё выше и выше возвышались над девушкой. - Но когда я увидел ребёнка... Его проклятая энергия была настолько мощной, что я просто не мог погубить такое сокровище. Она была помечена тем отпрыском, но моя кровь в перемешку с энергией Шиномико дали свои плоды, которые я принялся пожинать. - довольно пропел Двуликий, явно получая удовольствие от лицезрения мизерных попыток Нами выбраться из огненной клетки. - Я отдал девчушку на воспитание кормилицам из какого-то храма, что бы они из неё сделали хотя бы подобие достойному проклятье, ведь как ни крути, но в теле ребёнка текла не только моя кровь, но и кровь обычного человека. А Шиномико так и осталась сидеть в заперти. Убить я её не мог. Но обречь на вечные мучения - легко. И я так и сделал. Пока по земле ходила плоть и кровь Шиномико, сама она давилась криками боли и отчаяния. Ребёнка нарекли Шиноко. И она была способной малой. Во многом превосходила мать. В том числе и в кровожадности. - Нами не видела, но могла поклясться, что Двуликий жутко оскалился, вспоминая прекрасные былые времена. - И что же случилось дальше? - поняв, что Рёмен опасно затих и пламя поубавилось, Нами решилась подать голос, нарушив пугающую тишину. - Шиноко убили. Прикончили, как какую-то дешёвую шаманку. И хоть ей и досталась часть дара чертовки матери, но возродиться она не смогла. По-крайней мере тогда. Сейчас её душа и сила смогли переродиться в твоём теле и ты для неё сейчас всего лишь сосуд. Нет здесь ни твоих силы и способностей, нет ничего. Всё её. Это всё она. Но знаешь ли ты, Шиноко, кто убил тебя?- Нацуко сама не заметила, как что-то чужое вздымается в груди. Как оно медленной волной откатывает назад, как волны в море, чтобы огромным цунами сейчас накрыть всё и поглотить в свои владения. Что-то, похожее на злость и гнев, но намного темнее и опаснее, зажглось внутри неё. Но это и не Нами была вовсе, а кто-то другой. Кто-то, кто всё это время таился и выжидал. - Тебя убила твоя же мать, Шиноко. - громкий голос перешёл на шёпот, но он был ещё более пугающим. Отражался от темноты и болезненно ударялся о стенки сознания. - Нет, нет, нет... Я не Шиноко...- языки пламени вокруг полностью растворились, а вместо них появились короткие обрывки чьих-то воспоминаний. Кровь, боль, страдания, смерти, трупы, смех и животное удовольствие - всё, чем были переполнены эти воспоминания, давившие на разум не хуже шёпота Двуликого. - Ты Шиноко. Ты часть меня, а я неотъемлемая часть тебя. Ты дочь Шиномико. В тебе течёт её и моя кровь, которые сплелись воедино. Ты - вестница боли и страданий. Вестница Смерти, как и твоя мать. Ты ужасное чудовище, погубившее тысячи жизней, как и я. Не обманывай себя, Шиноко. Темнота ещё никогда настолько не пугала. Но всё было лучше, чем смотреть на те ужасные картины, которыми была окружена Нанами. Она бежала куда могла, но крики и плач всё равно преследовали её по пятам, как и леденящий шёпот Сукуны. - Твоя мать до сих пор жива, Шиноко. Она здесь. Её сердце бьётся в твоих руках. - Нацуко внезапно остановилась от ужасного понимания того, что в ладони действительно что-то есть. Что-то горячее, мокрое и слизкое. Что-то, что билось в точь-точь сердцу. Тук-тук. - Нет... Тук-тук. - Да, Шиноко. Оно даст тебе столько силы, сколько было у твоей матери, которая посмела искупать свои руки в твоей крови. С этой силой ты вернёшься ко мне, Шиноко, и вместе... Вместе мы сможем уничтожить хоть весь мир. Поставим его на колени, заставим давиться кровью и мольбами о пощаде. Тук-тук. Глаза ужасно жгло, тело ломила боль, по щекам текли горячие слёзы в перемешку с чем-то красным и густым. Тук-тук - Ну же, Шиноко, ты знаешь что делать. - шёпот был заманчиво бархатным, а ком в горле медленно стал растворяться, как и барьер, стоявший до этого неподвижной стеной. - Я не Шиноко...- тихо шептала Нами, не в силах отвести глаза от кровавого органа в своей руке. - Да что ты? - голос был намного ближе, всего в нескольких сантиметрах. Он был нежным, бархатным и ласковым. Просто раем для ушей. Взгляд медленно стал подниматься вверх. Прямо перед Нацуко, в нескольких сантиметрах стояла она же сама. Те же волосы, те же родинки на шее, та же одежда, тот же двойной пирсинг в правом ухе. Внешне это была она вдоль и поперек. Это была она до мельчайших деталей. Только глаза... Вместо голубых океанов там зияли яркие малахиты, готовые обжечь в любой момент, стоит только засмотреться. - А кто же ты тогда, если не я?- спросила девушка, медленно наклоняя голову вбок и скалясь, точь-в-точь как недавно Сукуна. Только сейчас Нами начала понимать, что перед ней стоит не она. Не Нанами Нацуко, не девушка из пригорода Токио, не девочка, которая ещё в детстве потеряла всё, что у неё было, не та, кто мог стерпеть всё и дать отпор любому. Сейчас перед собою Нами видела совсем другую, тёмную, кровожадную, беспощадную и злобную себя. Она видела Шиноко. Она видела создание, порожденное Бессмертной девой и глупым шаманом. И в её жилах текла не только их кровь, но и кровь сильнейшего из сильнейших проклятий, в ней текла кровь Рёмена Сукуны. А в зелёных глазах пылал огонь ярости и гнева, а ещё первобытное желание крови и смерти. - Ты - это я. - шептала девушка, и перевела взгляд на ещё бьющееся сердце в руке Нанами. - Ну же, ты знаешь, что с ним делать. Ты это делала не один, не два, и не сотню раз. Ты это делала очень, очень, очень часто. - шёпот растворялся в пустоте, но болезненно въедался в сознание. Слёзы больно жгли щёки, голова гудела и почти что раскалывалась, а ощущение горячего и слизкого сердца на ладони добивало. Нанами упала на колени и громко, что есть силы закричала, выпуская наружу всё, что сидело в ней месяцами. Всё, что также, как и Шиноко, таилось в девичьем теле в томном ожидании подходящего момента. Сейчас всё это собралось в одну огромную волну энергии и вырвалось на волю с такой силой, что девушка перед Нанами взвыла от боли и растворилась в темноте, словно обычный плод фантазии. Нами чувствовала, что она задыхается. Слёзы и крик сдавливали горло, не давая сделать вдох. Перед глазами всё поплыло, а гневный крик Сукуны теперь казался таким далёким. Тело девушки медленно упало на пол, а взгляд неотрывно смотрел на всё ещё бьющееся сердце. В голове стало настолько пусто и тихо, что можно было подумать, что Нами уже умерла. Но мёртвую и пугающую тишину нарушил тихий женский шёпот, который говорил словно сквозь слёзы. - Дыши. И Нами действительно закрыла глаза и сделала настолько глубокий вдох, насколько позволяли болезненно сжавшиеся лёгкие. Боль всё ещё ломила тело, но она её уже не чувствовала. Сейчас это уже было не важно. Ощущение невесомости и блеклый образ Сатору, возникший из воспоминаний, втолкнули в грудь последний вдох. - Прости...- тихо прошептала Нанами и с вместе с этим словом с её уст слетел последний глоток воздуха.

***