Жажда неизвестной жизни

После всеобщего собрания все детки укладывались спать, и наверняка, у каждого был ком в горле и тысяча разных мыслей о предстоящем дне. Все надеялись на ум и план старших детей, на что-то невозможное, на фортуну, которая уже видимо обошла их стороной… Норман смог уснуть ближе к утру, всю ночь он провел как обычно в раздумьях. В этот раз намного дольше, чем раньше. Думал о своих чувствах, что будет завтра и как объяснить друзьям, что у тебя другие планы на завтрашний день, которых они не ожидают… Во время завтрака белокурый засматривается на своего друга, с непередаваемой грустью и шепчет на ухо. — Встретимся с нашей компашкой в библиотеке? — Рей молча кивает и говорит тоже самое Эмме, которая сидит рядом. Начинается будто детская игра в «сломанный телефон»

***

— Возможно, это вам покажется диким, — секунда тишины, чтобы собраться с мыслями. Норман кратко смотрит на своих друзей и тут же опускает взгляд, как провинившийся котенок. — Поймите меня правильно, через мост бежать опасно, там может быть охрана — печальный голос, который дрожит и совершенно пустые глаза говорят о безысходности, — У меня есть третий план, который будет самым безопасным для вас… Эмма вскидывает руки, а Дон с Гильдой смотрят на друга с нескрываемым страхом. Только один Рей внимательно изучает жестикуляцию и мимику Нормана, не выражает никак чувств, но голубоглазый знал, что на душе у парня уже скребут кошки, так как он обо всем догадался. — Всмысле «вас», а ты? — Эмма хрумит брови, сводит их к переносице, но Норман не отвечает, кратко взглянув на Рея. «Опять ты пытаешься делать вид, что все нормально, Рей. Не хочешь показывать что я тебе дорог больше, чем остальные?» — Какой еще план? У нас уже же есть он. — спросил Дон. Норман подошел к столу, а вскоре все внимательно смотрели на своего друга. Беловолосому хотелось сквозь землю провалиться, от осознания, что он мог их обмануть в крайнем случае и этот случай настал. Лжи во благо не существует — знал он, но по другому не мог. — ВАМ нужно перелететь над пропастью, чтобы убежать. — произнес он, не давая друзьям вставить и слова, вытягивая ладонь в знаке «СТОП». — Послушайте меня, пожалуйста. Когда я был в медицинском кабинете, я спрашивал сестру о том, нужны ли солнцезащитные зонты. Ее ответ оказался утвердительным, вскоре она сказала, что такие штуки есть у мамы, потому что летом, когда душно, она ставит их на каждом шагу, чтобы мы могли посидеть в теньке и охладится, а также снизить вероятность получения солнечного удара, думаю, теперь вы поняли как они выглядят. Но… — Норман, объясни мне почем… — Тон Рея настораживал, но парень перебил его, продолжая говорить, будто не слыша его. Он был полностью решителен и уверен в своих словах. — Их всего 10 штук, а нас 11, ну если не считать меня. Шанс того что вы не сможете перелететь равен 10%. По моим прогнозам самая благоприятная погода будет через 3 дня, после моего ухода, ветер будет дуть как раз в сторону леса, перед дневным сном, так что — дерзайте! — он будто выдавил свою улыбку на последнем слове и глянул на Рея, — Так что ты хотел спрос…? — Ты убежишь с нами, это не обсуждается! — срываясь на крик, Рей тыкает пальцем в грудь парня. — Что ты блять творишь, Норман? Голос дрогнул и тон Рея сменился на более тихий, даже какой-то грустный. Отчаяние и боль, читалась в глазах, в которые сейчас смотрел Норман. Он просто притянул друга к себе и обнял. Даже за спиной кто-то издал нервный смешок. Но друзьям уже было все равно. Это были самые нежные, что ни на есть родные объятия. Казалось, что если это продолжится дальше, то кто-нибудь заплачет и их будет не остановить. Норман, чтобы сдержать свои эмоции немного отстранился, кладя ему руку на плечо. — Не волнуйся… — «Да как ты блять можешь так говорить, белобрысый засранец?» — наверное это фраза звучала сейчас у всех подростков, которые здесь стояли. — Не стоит меня отговаривать, даже не начинайте. Я готов жизнь отдать за вас, а вы так просто можете отказаться от моего плана и сделать что-то абсурдное? Спрятать меня в лесу или что?.. Я не позволю вам сделать что-то, из-за чего вы не сможете убежать. Все просто молча кивнули и бросились в объятья к другу. Кто-то уже шмыгал носом, начиная плакать, а руки начинали дрожать все сильнее с каждой секундой. — А также я успел своровать 2 летучих змея, чтобы сделать для вас планер, Эмма и Рей. Друзья не успели, что-то сказать в ответ, как услышали шаги приближающиеся к библиотеке. Каждый открыл книгу, которая была заранее подготовлена для такой ситуации и сел за стул чтобы не вызывать подозрения. В дверь постучали и она сразу открылась. Рей сразу же понял по шагам, кто это был. На пороге стояла Изабелла, с хитрым прищуром осматривая помещение, но через пару секунд улыбнулась. — Мы сейчас все вместе гуляем, а вы тут как книжные черви сидите в библиотеке. Думала вы убежали куда-то, — она рассмеялась, а дети взволнованно посмотрели на друг друга. — Идем, нечего тут сидеть и сопли на кулак наматывать. Все послушно встали, закрывая книги и вышли в коридор, под чутким взглядом мамы. Последний вышел Норман, а она пошла за ним сзади. Никто не проронил ни слова во время ходьбы, но когда все уже вышли на улицу, кроме белокурого и мамы, она преградила путь. Она наклонилась к его уху, схватив нежно его затылок, проводя по волосам. — Не думай, что у тебя получится сбежать со всеми, Норман, ты меня понял? Я уже всё устроила. — едко прыснула она ему на ухо. — Вы чего тут?.. — Хизер спускалась с верхнего этажа, а Изабелла лишь похлопала Нормана по плечу, мол «катись колбаской отсюда, сейчас буду разговаривать взрослые» — Секретничаем. — ответила мама, слыша уходящие шаги за собой, дожидаясь как Норман окончательно уйдет. Хизер начинает кричать на Изабеллу, что стало шоком для главной. Мол, почему уговор не выполнен, почему Норман до сих пор тут и как она его решила спасать. Слишком много вопросов, но Изабелла пыталась кратко отвечать, чтобы не вспыхнуть. Слово за словом и сестра начинает перегибать палку. Кружка, которую несла Изабелла с чаем до раковины, чтобы помыть, с грохотом ставится на мраморную столешницу. В ушах на секунду зазвенело от громкого и неожиданного звука. В этот же момент Изабелла нагибает блондинку раком, заворачивая руки за спину, а лицо небрежно прислоняет к холодной столещнице. Хизер срывается на рык, пытаясь пихнуть бедром темноволосую, но та мертвой хваткой, сильными руками впилась в нее, не давая двинуться. — Как думаешь, кого отправить быстрее? Твоего братика или тебя на корм? — давит на больное и понимает, что слишком груба с ней. — Твои выходки вынуждают меня это делать, я бы спокойно могла тебя прищучить уже давно, но почему-то я этого до сих пор не сделала, — чувствует как тело блондинки по-тихоньку обмякает и не становится таким напряженным. — Твои действия и слова влияют на судьбу твоего брата. Не пора ли тебе заткнуться и слушать меня? Изабелла резко отходит, будто ошпаренная огнем, опасаясь дальнейших действий сестры, но та лишь, через секунда 5 отклеивается от столещницы. Не смотрит на главную женщину и лишь тяжело дышит, смотря в окно, где дети бегают и играют. — Послушай, окажи мне услугу, сфотографируй нас в последний раз… Это мне на память… — Бормочит Хизер, не отводя взгляд от окна, а в глазах полных надежды начинают накапливаться слезы. — Не реви, терпеть это не могу. — делает паузу, — Хватай свой аппарат и идем.

***

— …Норман, может ты все же передумал, мы же семья, один за всех и все за одного. — уже с полчаса Эмма пытается уговорить своего друга, но тот лишь отказывается, не желая даже слушать ее новый план по спасению. — Эмма… — начал парень, но его перебил голос матери. — Ребята, сейчас у нас групповое фото на память! Становитесь! Нет, Стойте!.. — она махнула рукой. — Лучше сядьте под под это дерево рядом со старшими. — Изабелла подождала когда все соберутся и сфотографировала семью. В ее голове на тот момент начал творится кошмар, будто что-то внутри нее ломалось, каждый смотрел в объектив так искренне, с любовью, Изабелла понимала насколько она к ним прикипела, они отличались от других, они были особенными, а также понимала, что с каждым придётся расстаться, а на смену придут новые. Изабелла не успела все как следует обдумать, как дети с любопытством подбежали и окружили ее, глядя на проявляющееся изображение, каждый невольно улыбнулся, смотря на свою рожицу. Пока мама была занята детьми, Хизер продолжала сидеть возле старших ребят. — Прятать меня в лесу? Эмма, ты совсем упала? — Норман потер виски и словил на себе взгляд сестры. Воспоминание о ее предательстве не давали покоя, но он не решился сказать об этом сейчас. — Если не я, то Рей, а потом ты, Эмма. Хватит упираться, я уже все решил. — он резко встал и пошел к лесу, а Рей юркнул за ним. — Если еще ты хочешь промыть мне мозги об… — рявкнул Норман, пробираясь в глубь леса. — Нет, не буду. — спокойно отвечает темноволосый и парень спереди останавливается. — Почему ты можешь думать о других, геройствуя, а мы не можем? Я буду думать о тебе всегда, в первую очередь. Как ты не можешь понять? Рей запинается, сжимая кулаки, начиная повышать голос. Норман разворачивается и наконец смотрит в глаза парня, полные боли и ярости. Он не хотел видеть своего друга таким, но готовился к этому морально. Темноволосый сокращает дистанцию между ними, а злость только усиливается. — Почему я это чувствую? Я не хочу это чувствовать! Блять, да я ж тебя люблю, Норман! — щелчок, который проноситься где-то в голове и оба смотрят на друг друга. По щекам начинают течь слезы, а горло так сводит от боли, что говорить уже что-то больно. А другие слова и не нужны. Норман одним лишь действием руки обхватывает щеку парня и касается своими губами его. Дыхание начинает сбиваться не только от истерики, но и от теплых чувств. Слезы текут еще быстрее, начиная стекать по рукам парней, которые обхватывают щеки друг друга, будто боясь, что их кто-то разорвет. Они задыхаются от своей же любви, которая их губит. С каждым часом все сильнее и сильнее, не щадя ни одного из них. — И я тебя люблю, Рей — в губы говорит Норман, в который раз нежно целуя своего возлюбленного.

***

Вечер тянулся, оттягивая неизбежное. Каждый был в подавленном состоянии, не желая проживать этот день. Дети были сегодня тихими, ведь через 20 минут они потеряют своего друга, члена семьи. В кабинете Изабеллы слышалось тихое шуршание и вздохи. — Так вот зачем ты меня позвала, — игриво улыбнулась Хизер, продолжая целовать Изабеллу. Блондинке нужно было в ком-то утонуть… Нет, ей жизненно необходимо найти это утешение в девушке. Главная не возражала и позволила себя поцеловать, но Хизер уже наполняло некое расслабление. — Я сейчас приду, погоди секундочку, — шепча на ушко сказала темноволосая. В ответ ей лишь томно дыша сказали «Да». Изабелла пересекла край комнаты захлопывая дверь, доставая из кармана ключ, закрывая её. — Извини, но я не могу идти на риск. Не знаю какой у тебя может быть туз в рукаве. — Сказала Изабелла с неким сожалением. Не хотела она этого делать, но не могла не сделать этого. Не доверяла она своей помощнице на 100 процентов. Сердце кровью обливалось, когда уходящая Изабелла слышала плачь в своем же кабинете. Но нужно держаться, еще многое нужно сделать, чтобы со спокойной душой лечь спать. Со спокойной, но не чистой душой, а лживой и мерзкой.

***

До отправки Нормана оставались считанные минуты, все прощались с ним, кроме Рея, он сидел на одной из ступенек лестницы, наблюдая за этой картиной, в тот момент жизнь начала обретать смысл «до» и «после». К нему бежала Эмма, пытаясь захватить с собой темноволосого парня, но тот наотрез отказывался, прикрывая глаза волосами. Все дети смотрели на это, большинство плакало. Никто не мог остаться равнодушным. Эмма кинулась к другу, которого видит скорей всего в последний раз. Не хотела она это признавать, но приходилось. Она сильно сжала друга в объятьях, начиная рыдать ему в плечо. Норман лишь говорил банальные слова по типу «Все будет хорошо», «Не плачь». — Передай эту бумажку Рею, когда я уйду. — шепнул друг и всунул в карман штанов подруги лист. Он был повернут другой стороной, поэтому мать ничего не видела. Норман схватил за плечи подругу и слегка потряс, слабо улыбаясь, приводя ее в чувства. Кинул взгляд на Рея, который один сидел и смотрел на него, мысленно говоря «Прощай». Парни лишь друг другу кивнули, не желая принимать происходящее. . Через несколько секунд настала тишина — дверь захлопнулась. Конец.- мысли вслух… Идя в сторону ворот уже по лесу Изабелла сказала: — У тебя есть гораздо больше времени, чтобы не сдохнуть от рук демонов сегодня. Прощай. — Рей… — Эмма трясла друга за плечи в спальне, но тот лишь закрывал глаза ладонями. — Пожалуйста, послушай меня. Парень поднял глаза, которые были уже красные и немного припухшие. Он усмехнулся своей слабости, оголяя клыки. — Он просил передать. — протягивает бумажку Рею, смотря в пол. Рей мигом выбегает на улицу, вдыхает полной грудью воздух и рвано выдыхает. Перед глазами плывет из-за накопившихся слез в них. Хочет кричать, да не может. Не позволяет эмоциям выйти наружу и лишь поднимает голову, смотря на звездно небо. Еле как докавыляв до своего излюбленного места под деревом, ложиться, не в силах уже сидеть. Видит лишь галлюцинацию Нормана, лежащего с ним рядом, щурится и видит только маленькую ромашку, с которой нестекла утренняя роса. «Везде теперь будешь мне видеться, засранец» — пролетела мысль в голове. Рей достает записку и раскрывает ее. Ком в горле встает с первых строк: «Рей, если ты это читаешь, то скорее всего мы уже больше не встретимся. Не хотел я до последнего тебе признаваться, не хотел делать больно, не хотел давать надежды и тут я для большого твоего удивления я проебался. Не мог я спокойно смотреть на твой обворожительно хмурый взгляд, улыбку. Хотелось смотреть на тебя бесконечно, но увы, не могу исполнить эту мечту. Исполни мечту других, детей и Эммы, тогда может быть мы сможем встретиться когда нибудь, я уверен в этом. Не могу признать, что все наши старания могут быть напрасны. Помоги им сбежать и главное сбеги сам. Навеки, твой Норман.» — Норман… — он лишь прижимает записку к груди, переворачивается животом к земле. Кричит, рвано и больно, обжигая горло. Судорожно хапает воздух, начиная рыдать навздрыв. Он готов был побежать к воротам, схватить своего драгоценного человека и убежать. Если не убежать, то умереть. Вместе. Только рядом с ним. Парень смотрит вдаль и видит приближающийся силуэт, увы это была мать. Она подбегает к Рею. — Это ты кричал? Ты ударился? Что ты здесь делаешь? — она хватает обмякшее, обессиленное тело. — Очень сильно ударился, больно до боли в сердце, мам. — усмехается темноволосый, а по щекам градом до сих пор льются слезы. — Пошли в дом.

***

Спустя час, девушка наконец уложила детей и только тогда двинулась в кабинет. Она тихонько открывает дверь, держа в рукаве бабочку-нож, опасаясь что на нее кинется сестра. Но ничего не произошло. Хизер спала на диване, вся зареванная. В помещении был полный хаос. Разбросанные книжки, поломанный стул, стена поцарапана, видимо в нее она била ногой. Она осторожно садиться рядом на колени. — Прости меня… — шепчет главная, заправляя прядь за ухо девушки. — Так нужно было. Хизер открывает глаза и смотрит. Помутневший взгляд устремился в глаза Изабель. — Где он? С ним все в порядке? — это были первые вопросы, которые ее так волновали. — Ты на меня не злишься? — Зависит от твоих ответов. — Он… Будет жить, но не с нами. — Изабелла берет руку помощницы и сжимает. — Года 2-3 он сможет выжить.

***